Императрица твердо вознамерилась поднять мятеж, и никакие уговоры на нее не действовали.
Императрица твердо вознамерилась поднять мятеж, и никакие уговоры на нее не действовали.
Су Чэнь чувствовал, что ситуация стремительно выходит из-под контроля — добром это не кончится. К тому же на пятки наступал Главный евнух Сюй. Су Чэнь и сам не желал этой брачной ночи. Случись она — и поди потом докажи, хранила ли Императрица верность. Поймать ее с поличным в постели? С боевым искусством Сяо Тяньинь об этом можно даже не мечтать — она просто не дастся в руки. Стоит ей скрыться, и она сотрет любые улики.
Су Чэнь чувствовал, что ситуация стремительно выходит из-под контроля — добром это не кончится. К тому же на пятки наступал Главный евнух Сюй. Су Чэнь и сам не желал этой брачной ночи. Случись она — и поди потом докажи, хранила ли Императрица верность. Поймать ее с поличным в постели? С боевым искусством Сяо Тяньинь об этом можно даже не мечтать — она просто не дастся в руки. Стоит ей скрыться, и она сотрет любые улики.
Поэтому действовать нужно было до того, как они с императором окажутся в опочивальне. Осмотр девственности перед брачной ночью — единственный неоспоримый способ выявить измену. Если окажется, что она уже не невинна, императору волей-неволей придется примерить рога. А вот после первой брачной ночи доказать что-либо станет невозможно: Сяо Тяньинь слишком сильна, чтобы оставить хоть малейшую зацепку.
Поэтому действовать нужно было до того, как они с императором окажутся в опочивальне. Осмотр девственности перед брачной ночью — единственный неоспоримый способ выявить измену. Если окажется, что она уже не невинна, императору волей-неволей придется примерить рога. А вот после первой брачной ночи доказать что-либо станет невозможно: Сяо Тяньинь слишком сильна, чтобы оставить хоть малейшую зацепку.
С этими мыслями Су Чэнь покинул покои и отправился на поиски Евнуха Юя, чтобы разложить перед ним все карты.
С этими мыслями Су Чэнь покинул покои и отправился на поиски Евнуха Юя, чтобы разложить перед ним все карты.
Тот как раз руководил украшением дворца Цзинжэнь: пригнанные им служанки развешивали повсюду алые праздничные ленты и парчу.
Тот как раз руководил украшением дворца Цзинжэнь: пригнанные им служанки развешивали повсюду алые праздничные ленты и парчу.
— Что? — изумился евнух. — Её Величество уже во дворце, и она всё ещё недовольна?
— Что? — изумился евнух. — Её Величество уже во дворце, и она всё ещё недовольна?
— Хоть она теперь и Императрица, но, кажется, твердо уверена, что с личностью Его Величества что-то не так, — уклончиво ответил Су Чэнь. — По её мнению, брачную ночь следует отложить до завершения коронации, пока законность власти не признает вся Поднебесная. Иначе...
— Хоть она теперь и Императрица, но, кажется, твердо уверена, что с личностью Его Величества что-то не так, — уклончиво ответил Су Чэнь. — По её мнению, брачную ночь следует отложить до завершения коронации, пока законность власти не признает вся Поднебесная. Иначе...
Признаться Евнуху Юю в том, что он уже разделил ложе с Сяо Тяньинь и теперь она просто не подпустит к себе другого мужчину, Су Чэнь, разумеется, не мог.
Признаться Евнуху Юю в том, что он уже разделил ложе с Сяо Тяньинь и теперь она просто не подпустит к себе другого мужчину, Су Чэнь, разумеется, не мог.
— Вот как... — протянул Евнух Юй. — Тогда ступай и передай ей: сегодня нужно просто разыграть представление. Исключительно ради того, чтобы закрыть рты придворным сплетникам.
— Вот как... — протянул Евнух Юй. — Тогда ступай и передай ей: сегодня нужно просто разыграть представление. Исключительно ради того, чтобы закрыть рты придворным сплетникам.
— А мне дозволено открыть ей правду о личности Его Величества?
— А мне дозволено открыть ей правду о личности Его Величества?
— Ни в коем случае! — отрезал тот. — Если об этом узнает хоть одна живая душа, я с тебя голову сниму.
— Ни в коем случае! — отрезал тот. — Если об этом узнает хоть одна живая душа, я с тебя голову сниму.
— При чём тут другие? — возразил Су Чэнь. — Евнух Юй, вы действительно можете гарантировать, что ни во дворце, ни за его пределами никто не заподозрит подмену?
— При чём тут другие? — возразил Су Чэнь. — Евнух Юй, вы действительно можете гарантировать, что ни во дворце, ни за его пределами никто не заподозрит подмену?
"Этот грех я на себя не возьму, — размышлял Су Чэнь. — У принцессы Юнлэ и императора наверняка остались близкие друзья детства. Стоит кому-то подойти чуть ближе, и даже спустя пять лет подмена вскроется в два счета. Если они проколются на этой фальшивке, все шишки полетят на меня?"
"Этот грех я на себя не возьму, — размышлял Су Чэнь. — У принцессы Юнлэ и императора наверняка остались близкие друзья детства. Стоит кому-то подойти чуть ближе, и даже спустя пять лет подмена вскроется в два счета. Если они проколются на этой фальшивке, все шишки полетят на меня?"
Однако Евнух Юй говорил с абсолютной уверенностью:
Однако Евнух Юй говорил с абсолютной уверенностью:
— Именно так. Гарантирую, никто ничего не поймет. Даже сама Императрица видела Его Величество всего пару раз, да и то издалека.
— Именно так. Гарантирую, никто ничего не поймет. Даже сама Императрица видела Его Величество всего пару раз, да и то издалека.
— А как же дворцовая челядь? — не унимался Су Чэнь.
— А как же дворцовая челядь? — не унимался Су Чэнь.
— Те, кто служил в покоях Его Величества, — ледяным тоном произнес Евнух Юй, — либо входят в круг доверенных лиц... либо давно мертвы.
— Те, кто служил в покоях Его Величества, — ледяным тоном произнес Евнух Юй, — либо входят в круг доверенных лиц... либо давно мертвы.
Логично. За пять лет они наверняка провели жестокую чистку, вырвав все сорняки с корнем. Если Су Чэнь продолжит расспросы, его имя тоже может оказаться в этом расстрельном списке.
Логично. За пять лет они наверняка провели жестокую чистку, вырвав все сорняки с корнем. Если Су Чэнь продолжит расспросы, его имя тоже может оказаться в этом расстрельном списке.
— Я говорю о Главном евнухе Сюе, — сменил тему Су Чэнь. — Разве Сяо Цуй не передавала вам? Он замышляет недоброе.
— Я говорю о Главном евнухе Сюе, — сменил тему Су Чэнь. — Разве Сяо Цуй не передавала вам? Он замышляет недоброе.
— Сюй Фэйжань? О нем не беспокойся. Сегодня он точно не сможет нам помешать. А после брачной ночи махать кулаками будет уже поздно.
— Сюй Фэйжань? О нем не беспокойся. Сегодня он точно не сможет нам помешать. А после брачной ночи махать кулаками будет уже поздно.
Су Чэнь понял намек: Евнух Юй ручался, что сегодня у Сюй Фэйжаня будут связаны руки. А когда дело будет сделано и брак консуммируют, никакие козни заговорщиков уже не изменят статус-кво.
Су Чэнь понял намек: Евнух Юй ручался, что сегодня у Сюй Фэйжаня будут связаны руки. А когда дело будет сделано и брак консуммируют, никакие козни заговорщиков уже не изменят статус-кво.
Всё складывалось неплохо, но оставалась главная дилемма: как успокоить разгневанную Сяо Тяньинь?
Всё складывалось неплохо, но оставалась главная дилемма: как успокоить разгневанную Сяо Тяньинь?
Вернувшись в её покои, Су Чэнь застал Императрицу за сборами — она хладнокровно укладывала вещи, явно готовясь к побегу. Пока он лихорадочно соображал, что делать, в сознании раздался знакомый механический звон.
Вернувшись в её покои, Су Чэнь застал Императрицу за сборами — она хладнокровно укладывала вещи, явно готовясь к побегу. Пока он лихорадочно соображал, что делать, в сознании раздался знакомый механический звон.
[Внимание! Активирована системная развилка!]
[Внимание! Активирована системная развилка!]
[Вариант первый: Сбежать из дворца вместе с Императрицей. Использовать влияние клана Сяо, чтобы развязать войну, захватить трон и стать единоличным правителем Поднебесной.]
[Вариант первый: Сбежать из дворца вместе с Императрицей. Использовать влияние клана Сяо, чтобы развязать войну, захватить трон и стать единоличным правителем Поднебесной.]
[Награда: Тридцать лет чистой внутренней силы, а также комплект легендарных доспехов и оружия класса люкс.]
[Награда: Тридцать лет чистой внутренней силы, а также комплект легендарных доспехов и оружия класса люкс.]
[Вариант второй: Сбежать вместе с Императрицей и скрыться в глуши, отрекшись от мирской суеты.]
[Вариант второй: Сбежать вместе с Императрицей и скрыться в глуши, отрекшись от мирской суеты.]
[Награда: Миска горячей кукурузной каши, чтобы пережить первые дни голода.]
[Награда: Миска горячей кукурузной каши, чтобы пережить первые дни голода.]
[Вариант третий: Не позволить Императрице покинуть дворец, удержав её в постели для яростной любовной битвы.]
[Вариант третий: Не позволить Императрице покинуть дворец, удержав её в постели для яростной любовной битвы.]
[Награда: Сухой кукурузный початок, который придется грызть живьем.]
[Награда: Сухой кукурузный початок, который придется грызть живьем.]
"Что за бред? — Су Чэнь мысленно схватился за голову. — Система окончательно сошла с ума. Первый вариант выглядит заманчиво: и внутреннюю силу дадут, и первоклассное снаряжение. Но разве это выход? Начать войну за престол? Поднебесная только-только вздохнула спокойно. Зачем ввергать невинный народ в пучину новой усобицы? Два других варианта вообще похожи на издевательство"
"Что за бред? — Су Чэнь мысленно схватился за голову. — Система окончательно сошла с ума. Первый вариант выглядит заманчиво: и внутреннюю силу дадут, и первоклассное снаряжение. Но разве это выход? Начать войну за престол? Поднебесная только-только вздохнула спокойно. Зачем ввергать невинный народ в пучину новой усобицы? Два других варианта вообще похожи на издевательство"
"Да и к чему воевать? — продолжал рассуждать он. — Да, в Великой Чжоу уже наметился упадок, напоминающий закат династии Мин, но до катастрофы еще далеко. К тому же сейчас во всем дворце остался лишь один настоящий мужчина — я сам. Весь гарем фактически в моих руках. Зачем мне эта корона?"
"Да и к чему воевать? — продолжал рассуждать он. — Да, в Великой Чжоу уже наметился упадок, напоминающий закат династии Мин, но до катастрофы еще далеко. К тому же сейчас во всем дворце остался лишь один настоящий мужчина — я сам. Весь гарем фактически в моих руках. Зачем мне эта корона?"
"Бежать тоже нельзя. Если Сяо Тяньинь исчезнет, гнев престола обрушится на ее семью. Она никогда не бросит родной клан на растерзание. Значит, побег отменяется"
"Бежать тоже нельзя. Если Сяо Тяньинь исчезнет, гнев престола обрушится на ее семью. Она никогда не бросит родной клан на растерзание. Значит, побег отменяется"
В итоге Су Чэнь решил просто проигнорировать навязчивые системные окна. Сделав шаг вперед, он негромко произнес:
В итоге Су Чэнь решил просто проигнорировать навязчивые системные окна. Сделав шаг вперед, он негромко произнес:
— Ваше Величество, прошу вас, одумайтесь!
— Ваше Величество, прошу вас, одумайтесь!
— Одуматься? — Сяо Тяньинь резко обернулась. — Этот проклятый дворец и так украл у меня пять лет жизни! Они что, собираются и дальше водить меня за нос?
— Одуматься? — Сяо Тяньинь резко обернулась. — Этот проклятый дворец и так украл у меня пять лет жизни! Они что, собираются и дальше водить меня за нос?
— Вовсе нет. Вы ведь сами уверены, что император тяжело ранен и находится при смерти? Если так, то у него физически нет сил для консуммации брака.
— Вовсе нет. Вы ведь сами уверены, что император тяжело ранен и находится при смерти? Если так, то у него физически нет сил для консуммации брака.
— Допустим, сегодня он не сможет ко мне прикоснуться, — прищурилась Императрица. — А что будет потом, когда он поправится?
— Допустим, сегодня он не сможет ко мне прикоснуться, — прищурилась Императрица. — А что будет потом, когда он поправится?
— Потом... В будущем вы сможете диктовать свои условия. Заключите с ним союз на паритетных началах, не ущемляя интересов друг друга.
— Потом... В будущем вы сможете диктовать свои условия. Заключите с ним союз на паритетных началах, не ущемляя интересов друг друга.
Сяо Тяньинь наконец замерла и с недоверием посмотрела на евнуха:
Сяо Тяньинь наконец замерла и с недоверием посмотрела на евнуха:
— И на каких же условиях я могу с ним договориться?
— И на каких же условиях я могу с ним договориться?
— Вы забываете о колоссальном влиянии семьи Сяо в армии, — убедительно заговорил Су Чэнь. — Даже если Его Величество вернется на трон, ему придется столкнуться с теми же трудностями, что преодолевали вы в последние годы. Чтобы держать в узде обнаглевших чиновников, ему жизненно необходима ваша поддержка.
— Вы забываете о колоссальном влиянии семьи Сяо в армии, — убедительно заговорил Су Чэнь. — Даже если Его Величество вернется на трон, ему придется столкнуться с теми же трудностями, что преодолевали вы в последние годы. Чтобы держать в узде обнаглевших чиновников, ему жизненно необходима ваша поддержка.
Сяо Тяньинь задумалась. Слова слуги звучали на удивление здраво. Поддавшись первому порыву гнева, она едва не совершила глупость. Если Императрица бесследно исчезнет из дворца, весь удар неминуемо примет на себя ее семья. Оставлять родных под ударом было верхом легкомыслия.
Сяо Тяньинь задумалась. Слова слуги звучали на удивление здраво. Поддавшись первому порыву гнева, она едва не совершила глупость. Если Императрица бесследно исчезнет из дворца, весь удар неминуемо примет на себя ее семья. Оставлять родных под ударом было верхом легкомыслия.
— Ты уверен, что император пойдет на переговоры? — уже спокойнее спросила она.
— Ты уверен, что император пойдет на переговоры? — уже спокойнее спросила она.
— Абсолютно, — заверил ее Су Чэнь. — Не переживайте. К тому же, положа руку на сердце, с вашим мастерством боевых искусств император не сможет заставить вас делать то, чего вы не хотите. А пойти на открытый конфликт и применить силу он не решится — побоится яростного ответа со стороны вашего клана.
— Абсолютно, — заверил ее Су Чэнь. — Не переживайте. К тому же, положа руку на сердце, с вашим мастерством боевых искусств император не сможет заставить вас делать то, чего вы не хотите. А пойти на открытый конфликт и применить силу он не решится — побоится яростного ответа со стороны вашего клана.
В этих рассуждениях крылась чистая правда. Даже если бы император был абсолютно здоров, в честном бою против Сяо Тяньинь у него не было бы ни единого шанса. О силе Императрицы ходили легенды. Она без труда проникала в самые защищенные уголки дворца, а Луань Фэн и вовсе сравнивала её мастерство с уровнем загадочного Евнуха Юя. Очевидно, Сяо Тяньинь, изнурявшая себя тренировками с самого детства, стояла на вершине боевого искусства.
В этих рассуждениях крылась чистая правда. Даже если бы император был абсолютно здоров, в честном бою против Сяо Тяньинь у него не было бы ни единого шанса. О силе Императрицы ходили легенды. Она без труда проникала в самые защищенные уголки дворца, а Луань Фэн и вовсе сравнивала её мастерство с уровнем загадочного Евнуха Юя. Очевидно, Сяо Тяньинь, изнурявшая себя тренировками с самого детства, стояла на вершине боевого искусства.
Открыто притеснять её указами император бы не стал — это лишь обострило бы конфликт с армией. Что же касается супружеского долга... Здесь Его Величеству пришлось бы действовать лично, один на один столкнувшись с грозной воительницей. Тут уж преимущество точно было не на его стороне. В конце концов, не станет же владыка Великой Чжоу созывать личную гвардию, чтобы те связали его законную супругу и силой затащили в постель? Он правитель великой империи, а не разбойник с большой дороги. На подобный позор он никогда не пойдет.
Открыто притеснять её указами император бы не стал — это лишь обострило бы конфликт с армией. Что же касается супружеского долга... Здесь Его Величеству пришлось бы действовать лично, один на один столкнувшись с грозной воительницей. Тут уж преимущество точно было не на его стороне. В конце концов, не станет же владыка Великой Чжоу созывать личную гвардию, чтобы те связали его законную супругу и силой затащили в постель? Он правитель великой империи, а не разбойник с большой дороги. На подобный позор он никогда не пойдет.
— Хорошо, — кивнула Сяо Тяньинь. — Ты будешь сопровождать меня. Сегодня же ночью я расставлю все точки над «и» в разговоре с Его Величеством.
— Хорошо, — кивнула Сяо Тяньинь. — Ты будешь сопровождать меня. Сегодня же ночью я расставлю все точки над «и» в разговоре с Его Величеством.
— Вот и славно, — с облегчением улыбнулся Су Чэнь. — К чему спешить? Пока враги трепещут перед мощью вашего клана, никто не посмеет поднять на вас руку.
— Вот и славно, — с облегчением улыбнулся Су Чэнь. — К чему спешить? Пока враги трепещут перед мощью вашего клана, никто не посмеет поднять на вас руку.
Су Чэнь наконец-то перевел дух. Ему удалось успокоить разгневанную Императрицу и при этом сберечь страшную тайну престола. Этот секрет нельзя доверять никому, даже Сяо Тяньинь. Слишком высоки ставки. Кто знает, как она отреагирует, узнав правду? Вспылит, поддавшись эмоциям, и выдаст тайну заговорщикам? Если обман раскроется, Поднебесная мгновенно погрузится в хаос. И выдержит ли Великая Чжоу этот сокрушительный удар — огромный вопрос.
Су Чэнь наконец-то перевел дух. Ему удалось успокоить разгневанную Императрицу и при этом сберечь страшную тайну престола. Этот секрет нельзя доверять никому, даже Сяо Тяньинь. Слишком высоки ставки. Кто знает, как она отреагирует, узнав правду? Вспылит, поддавшись эмоциям, и выдаст тайну заговорщикам? Если обман раскроется, Поднебесная мгновенно погрузится в хаос. И выдержит ли Великая Чжоу этот сокрушительный удар — огромный вопрос.
По правде говоря, Су Чэнь никогда не рвался к абсолютной власти. Он своими глазами видел, каково приходилось Императрице на аудиенциях, когда свора высокомерных министров и советников беспрерывно капала на мозги. Быть императором — сомнительное удовольствие. Куда приятнее его нынешнее положение. Он — единственный полноценный мужчина в императорском гареме. Зачем обременять себя государственными заботами, если можно вкушать все радости венценосной жизни, оставаясь в тени?
По правде говоря, Су Чэнь никогда не рвался к абсолютной власти. Он своими глазами видел, каково приходилось Императрице на аудиенциях, когда свора высокомерных министров и советников беспрерывно капала на мозги. Быть императором — сомнительное удовольствие. Куда приятнее его нынешнее положение. Он — единственный полноценный мужчина в императорском гареме. Зачем обременять себя государственными заботами, если можно вкушать все радости венценосной жизни, оставаясь в тени?
К тому же, если верить слухам, сторонники Сюй Фэйжаня планируют наводнить дворец новыми наложницами. Что ж, пускай присылают. В конце концов, все эти красавицы все равно достанутся ему.
К тому же, если верить слухам, сторонники Сюй Фэйжаня планируют наводнить дворец новыми наложницами. Что ж, пускай присылают. В конце концов, все эти красавицы все равно достанутся ему.

Комментарии

Загрузка...