Перевод: несовершенная удача. Редактор: Курису.
— ...Мы ведь могли бы обо всем договориться. Например, обсудить сосуществование нежити с живыми, будущее Республики Тарк, а еще то, что у меня есть собственный чудесный мир без каких-либо конфликтов...
Я вовсе не лгал Консервации, когда говорил ей это ранее. Я не только рассматривал возможность мирного соглашения с нежитью Республики Тарк, но даже подумывал выделить им столько земли, чтобы хватило на целое «измерение».
— Земля Вечной Весны. Эта земля не был частью Эйха, но по численности населения, потенциалу и ресурсам она ни в чем ему не уступает.
Верно, теперь, когда новый Цикл Реинкарнации пришел на смену старому, было бы слишком расточительно оставлять Землю Вечной Весны просто под-измерением Ада. Поскольку Титаны теперь стали стражами этой земли, они обрели там силу Творения и позволили Земле Вечной Весны свободно развиваться. Сейчас она более чем в сто раз больше, чем в момент создания семь лет назад.
Земля Вечной Весны пользовалась благосклонностью своего Создателя. Там также трудились «трудолюбивые» стражи и божества различных концепций. Однако боги следовали божественному закону Ада — не вмешиваться напрямую в мир смертных. Благодаря Богу Четырех Сезонов сделать так, чтобы все четыре сезона напоминали весну, было совсем несложно. В том волшебном мире также легко устраивать искусственный дождь и идеальный ветер для помощи посевам. Благодаря таким факторам сельхозкультуры росли с безумной скоростью. Без преувеличения можно сказать, что арбузы размером со свинью там были обычным делом.
Изначально Земля Вечной Весны задумывалась как временный Ноев ковчег для спасения от Армагеддона. Но теперь, когда Ад успешно обосновался, она превратилась в райский уголок. Даже я не ожидал, что эта земля разовьется до такой степени под управлением Безымянного и при серьезной работе Истинных Богов.
— ...Истинно жаль. Если бы не та проклятая Священная Война, насколько сильно Эйх мог бы развиться за тысячелетия...?
[...То есть во всем виновата я?]
Тогда, получив отчет об успехах Земли Вечной Весны, я бросил эту фразу вскользь, из-за чего Астриа не обращала внимания меня целых два месяца. Все это время она хранила аномальное молчание.
Хотя новый Цикл Реинкарнации Ада отправлял переродившихся младенцев прямо на Землю Вечной Весны, и хотя этот новый мир рос по экспоненте, этого все равно было мало. Прежде всего, требовался долгий период роста, прежде чем новорожденные превратятся в зрелую рабочую силу. Потребовались бы бесчисленные родители, чтобы присматривать за ними... Как бы абсурдно это ни звучало, но поскольку демографический баланс на Земле Вечной Весны сильно смещен в сторону новорожденных, забота о детях стала одной из важнейших задач, еще больше усугубляя нехватку взрослых рабочих рук.
Совсем новому миру потребуется безграничное количество населения. Помощь жителям Эйха в иммиграции на Землю Вечной Весны уже была в моем списке дел.
— Даже у нежити есть желания. Не говори мне, что ты прибыла в смертный планет Эйха просто ради отпуска.
Я воспроизвел для Консервации кристалл памяти, показывающий разрастающуюся Землю Вечную Весну. Все это были реальные картины, ведь подделать что-либо перед лицом столь могущественного существа, как Консервация, было невозможно.
— Я понимаю, чего желают сенаторы вашей Республики Тарк. Но не могли бы вы рассмотреть возможность мирного сосуществования...?
Наконец, подавляющее большинство войн в мире ведется ради блага страны или народа. Ублюдки, развязывающие войны из-за личных обид или амбиций, — либо тираны, либо идиоты, и обычно кончают ужасно.
Сенаторы Республики Тарк не были идиотами. Из воспоминаний Асо я уже знал, что у разных сенаторов разные взгляды. Одни надеялись вернуться в мир смертных, другие были вполне довольны жизнью в Планах Смерти. И я также знал, что Консервация входила в нейтральную фракцию и присоединилась к «возвращенческой» фракции нежити лишь по приглашению Асо.
Причем возвращение в мир смертных, даже сожжение всего огнем и войной, затевалось вовсе не ради получения плоти и душ, как думало большинство. Такой образ мыслей был бы оскорблением для Императора Нежити.
Хотя большое количество плоти и душ действительно полезно рядовой низко- и высокоуровневой нежити, Императоры Нежити никогда не испытывали недостатка в таких ресурсах. Для них эти ресурсы были безграничны, ведь при необходимости они могли просто отправить подчиненных собрать плоть и кровь. Наконец, планеты целиком захватывали не только демоны.
— ...Я уважаю всеобщую преданность и веру в Республику Тарк. Но сама концепция республики заключается в том, что власть принадлежит народу, не так ли? Зачем нам обязательно сражаться насмерть?
Верно. Императоров Нежити, не заинтересованных в возвращении на Эйх, можно назвать практиками. В таком случае Императоры Нежити вроде Асо, желающие вернуться даже ценой войны с богами, на самом деле были кучкой идеалистов и величайшими патриотами Республики Тарк.
— Если мы, народ Республики Тарк, рассеемся по бесчисленным Планам Смерти и позволим себе постепенно стареть и угасать долгими веками, кто вспомнит о Республике Тарк через миллионы лет? Кто вспомнит наших старших, строивших Республику Тарк для нас в эпоху рубежа?
Это было вполне реальное опасение, ведь вечных королевств на свете не бывает. Даже после разрушения Республики Тарк сенаторы еще какое-то время поддерживали слабую связь друг с другом лишь благодаря уникальной природе процветавшей тогда некромантии. Видя, как многие Императоры Нежити потеряли интерес к возвращению, значительная часть древних сенаторов утратила лояльность к бывшей республике. Еще чаще случалось так, что многие из изначальных сенаторов уже погибли по разным причинам.
Наследие любой страны и народа требует смены поколений. Старое всегда однажды исчезает, а новое занимает его место. Асо и другие Императоры Нежити прекрасно понимали столь простую логику. Но в их глазах существовал лишь один путь возрождения Республики Тарк...
— ...Возродить Республику Тарк — прекрасная мечта, но вовсе не обязательно делать это на Эйхе. На Земле Вечной Весны полно пустующей земли, которой более чем достаточно, чтобы воссоздать великую новую Республику Тарк. Я даже могу открыть ее и разрешить иммиграцию, чтобы у вас появились живые граждане.
Предложенные мной условия были ровно тем, чего больше всего желали Императоры Нежити из «Фракции Возвращения». Они верили, что единственная возможность возродить Республику Тарк — завоевать земли живых, а затем влить живых в свои ряды, обучая их и продолжая прошлые традиции, культуру, дух и знания республики. Это вновь возродило бы древнюю Республику Тарк в плоскости смертных, заставив эти стоячие воды, не шевелящиеся тысячелетиями, снова потечь.
Между тем мое предложение иммигрировать на Землю Вечной Весны завершило бы возрождение Республики Тарк иным путем. Главное отличие заключалось лишь в том, что возрождение произошло бы за пределами мира Эйх.
Мое предложение заставило Консервацию замолчать — дело было слишком серьезным. Даже ей пришлось всерьез обдумать возможность такого исхода.
Хотя передо мной должна была находиться лишь эфирная версия души Консервации, я всё еще чувствовал пугающую энергию, исходищую от тепла ее плоти и крови. Разумеется, я также ощущал ее жуткое упрямство и одержимость, свойственные любой вершине нежити.
Даже спустя десятки тысяч лет Фракция Возвращения не забыла былое величие своей разрушенной страны. Даже если ради этого пришлось бы воевать со всем миром, Фракция Возвращения все равно хотела вдохнуть новую жизнь в свою культуру и наследие. Они поистине впечатляли, и я уважал их идеалы. Я также ранее всерьез рассматривал возможность нашего сосуществования с нежитью Республики Тарк. Единственная причина, почему я никогда не делал этого предложения раньше, заключалась в том, что я уже знал их ответ...
— Остановить войну? Честно говоря, я тоже не люблю войну. И я чувствую, что всё сказанное тобой — правда. Но, к сожалению, твое предложение не будет принято ни при каких обстоятельствах. Никто не может остановить возрождение Республики Тарк. Мое прибытие — лишь начало.
Спокойные слова Консервации подкреплялись железной решимостью. Всё так, как я и думал. Остановить войну между нежитью и живыми словами? О переговорах изначально не могло быть и речи.
Когда страна уже готова к тотальной войне, когда вся ее промышленность и граждане переведены на военные рельсы, она похожа на несущийся на полной скорости поезд. Его невозможно остановить лишь потому, что кто-то так сказал. На этот раз в плане вторжения на Эйх и возрождения Республики Тарк участвовало в общей сложности тринадцать Императоров Нежити из нейтральной фракции и фракции Возвращения. Поскольку все они работали над возрождением республики, и этот грандиозный план был принят всеми их гражданами-нежитью, даже если один Император Нежити велит всем остановиться, это не остановит остальных.
Война нежити против Империи Барди продолжалась. Армиями нежити там командовал другой Император Нежити. Это была уже не та Бедственная Нежить, что устроил я в прошлый раз. Это была полномасштабная межпространственная война, которая будет лишь набирать обороты.
Как бы ни прекрасны были мои слова и что бы я ни предлагал, всегда оставался вопрос надежности этих гарантий. Кто мог поручиться, что на предложенной мной новой земле не объявятся новые, еще более сильные враги? (Ладно, признаю, насчет Титанов я действительно смолчал.) Или же эта новая земля окажется вовсе непригодной для развития.
И самое главное: любые соглашения, заключенные перед самым боем, рушатся быстрее всего. Самым прочным был лишь договор между победителем и побежденным. Поскольку Фракция Возвращения сейчас не находится в проигрышном положении и может добиться возрождения страны грубой силой, зачем им полагаться на щедрость живых и их «доброе предложение»?
— ...Если я приму твои условия, ради чего тогда пожертвовал собой Асо?
Что ж, стоит ли говорить, что этого следовало ожидать от эмоциональных женщин? Хотя я уже предполагал, что она откажет, этот аргумент я действительно не учел.
— Если войну можно закончить так легко, то что тогда делать с теми, кто погиб раньше? Хех, до боли знакомый ход мыслей. Но я не верю, что Асо желал бы продолжения этой войны...
Что ж, в следующее мгновение я ощутил сокрушительную волну жажды убийства. Похоже, женщины действительно бывают совсем неразумными. Только ей разрешено произносить имя ее погибшего возлюбленного Асо, а мне — нет.
— Достичь такого было уже невероятно трудно. Ради тех, кто уже принесен в жертву, мы совсем обязаны добыть нечто такое, что позволит их душам покоиться с миром.
Хотя я мог это понять, я на дух не переносил подобный ход мыслей. Именно из-за этого внешне романтичного подхода обе стороны в войне никогда не бывают довольны тем, что имеют. Когда воюют две стороны, всегда будут жертвы и потери. Пока кто-то остается недовольным, война будет бесконечно эскалировать, а конечная цель — становиться всё масштабнее.
Наконец, даже если определится окончательный победитель, ему достанется лишь огромный участок земли, превращенный в руины. Обе стороны понесут тяжелейшие потери. Что же до контроля масштабов и размаха войны? Ха-ха. Все те, кто развязывал прошлые мировые войны еще на Земле, вероятно, поначалу думали так же, ведь мало кто изначально ставит целью покорение всего мира.
— Война всегда прикрывается именем справедливости, но к подлинной справедливости она не имеет никакого отношения.
Так я всегда думал. Пожалуй, в этом заключалась величайшая ирония. Военный преступник вроде меня, развязавший бесчисленные войны, как никто другой знал их ужасы. Но даже ненавидя войну больше всех на свете, я все равно плел интриги ради следующей войны и разбирался с этой надоедливой войной прямо сейчас. И какими бы грязными ни были тактики или неподобающими методы, мне нужно было выиграть все эти проклятые войны.
— Как и следовало ожидать, мне самое место в Аду.
Но прямо сейчас, как бы сильно я ни был недоволен, я не собирался бессмысленно донимать Консервацию расспросами. Раз уж Императоры Нежити решили, что бы я ни сказал — все уйдет впустую.
Я ненавидел пускать усилия на ветер. Если бы в этом незачем было, я бы и слова не сказал из того, что уже сказал.
— В таком случае прими от меня этот небольшой щедрый дар. Возможно, ты сможешь показать его другим Императорам Нежити.
Хотя Консервация отвергла мое предложение о переговорах, это не означало, что всё окажется бесполезным. Хотя остановить войну прямо сейчас было невозможно, когда битва наконец завершится, обе стороны всё равно сойдутся за столом переговоров. В тот момент выстроенные мной связи и упомянутый план сослужат прекрасную службу.
Вероятно, потребуется, чтобы обе стороны устали от этой войны и погибло достаточно народу, прежде чем переговоры и моя идея будут всерьез рассмотрены.
— Это я могу сделать для тебя.
И вот Консервация приняла от меня красивую золотую шкатулку в эльфийском стиле. Открыв ее, она увидела семь сияющих кристаллов, мерцающих на дорогой темно-красной ткани. Затем она заговорила вновь.
— А теперь давай обсудим главный вопрос...
Стоит ли мне заметить здесь, что государственные дела и войны для женщин — лишь мелочь, а отношения между мужчиной и женщиной — превыше всего? Похоже, она терпеливо выслушала мое предложение о переговорах лишь ради того, чтобы услышать последние слова Асо.
— Предсмертное послание Асо? Оно тоже в этой шкатулке.
Видя, как твердая рука Консервации начинает дрожать настолько, что все краски вокруг нее вдруг тускнеют, было очевидно: даже столь могущественный Император Нежити проявил слабость из-за чувств. Я закрыл глаза и беспомощно вздохнул.
— ...Я выбираю тебя! Сундук-мимик Харлоиз! Задействовать.

Комментарии

Загрузка...