Переводчик (в данных параметрах): ГолодныйКлирик Редактор: ГолодныйКлирик.
Будучи главным органом судебной системы Города Серной Горы, Верховный суд обычно погружен в тихую и строгую атмосферу. Вспомнить хотя бы наставления, высеченные на стене главного зала: «Опрятный внешний вид, строгое и усердное соблюдение законов, меньше слов и больше дела». Это означает, что работающие в правовой системе сотрудники должны сохранять серьезное выражение лиц, использовать простой и лаконичный язык, а также действовать быстро и умело. Благодаря этому горожане относятся к ним с большим уважением. Однако сегодня обстановка выглядит несколько иначе.
Тихие коридоры теперь заполнились шумом и жаркими спорами. В камерах не осталось свободных мест — все они были забиты «заключенными», которые в кандалах ожидали судебного заседания. К тому же, даже пустующая площадь на улице оказалась запружена народом.
В углу двора гигантский гоблинский робот-гуманоид превратился в груду бесполезного металла. Вернее, учитывая, что он занял почти половину площади двора, это зрелище больше напоминало металлическое джунгли или свалку.
Рядом с обломками толпились рыдающие гоблины и дворфы. Некоторые гоблины даже пустились в пляс, исполняя переданный по наследству от предков танец Хип-Хоп (также известный как тропический танец живота), будто провожая в последний путь члена своей семьи.
Но на внешнем периметре многочисленные пострадавшие от бедствия горожане были явно не настроены наслаждаться этим «страстным танцем» с экзотическими культурными нотками. Следуя традициям Серной Горы, они приветствовали смутьянов-инженеров помидорами и тухлыми яйцами. Разумеется, по соседству с разъяренными жителями крутились ушлые гоблинские торговцы, успевшие распродать неплохую партию «боеприпасов».
Стража Верховного суда так суетилась и бегала туда-сюда, что у нее совсем не оставалось времени обращать внимание на подобные мелочи.
Поскольку Дежурная часть и Штаб городской стражи были полностью разрушены, для размещения подозреваемых катастрофически не хватало места. Если бы тюрьма Города Серной Горы находилась в прежнем идеальном состоянии, арестантов можно было бы перевести туда. Однако из-за последствий того давнего налета на тюрьму часть преступников с мягкими приговорами перевели как раз в Дежурную часть. На этот раз всех их пришлось экстренно эвакуировать, так что в распоряжении остался только Верховный суд.
Все 4 палаты Верховного суда уже подняты по тревоге, но рабочих рук всё равно явно не хватает.
Звуки криков, плача, погонь, побоев и молений о пощаде превратили этот мрачный и тихий храм правосудия в оживленный базар сплошных торгашей.
В то же время я, нахмурившись и изо всех сил пытаясь не замечать творящийся снаружи галдеж — что, впрочем, закономерно закончилось полным провалом, — мог лишь отдать страже приказ наглухо запереть двери с окнами и опустить жалюзи, чтобы хоть как-то вернуть в зал судебных заседаний тишину.
Да уж, судебное заседание.
Мой план побега под покровом ночи, ох, то есть я хотел сказать, план экстренной эвакуации, был безжалостно отвергнут Элизой изначально.
Город Серной Горы еще может пережить отсутствие Лича Роланда, но если бы человек, каким-то образом оказавшийся на пути к званию Четвертого Главы после того чуда, тайный правитель Серной Горы и Верховный судья Умяньчже вдруг исчез, боюсь, последствия оказались бы куда разрушительнее любого землетрясения.
Что еще важнее, остальные к этому совсем не готовы. Даже дипломатические документы еще не составлены. Если бы я попытался действовать в одиночку, это превратилось бы в сплошной балаган.
С другой стороны, если я останусь здесь в качестве Роланда, то смогу преспокойно подсчитывать, сколько от меня останется косточек уже на следующий день. Полагаю, Городская стража, чей дом сравняли с землей, точно не проявит терпения, выслушивая мои оправдания. К тому же, запустить в меня фейерверком или сварить суп из моих костей они сочтут еще актом милосердия.
Возможно, за мной числится немало грешков, когда пострадавшие, пустив мои кости на похлебку, были бы совсем правы, но на этот раз я действительно невиновен. Я просто нёс всякую чушь в предвкушении взрывов и фейерверков. Кто же знал, что они соберут эту игрушку... При воспоминании о том двадцатиметровом железном гиганте меня вновь пробил мелкий озноб.
«Упрощенная версия металлического Титана? Машина для уничтожения монстров, способная одолеть легендарный ранг? Похоже, им действительно удалось случайно создать нечто невероятное».
Разумеется, побочным эффектом колоссальной силы Второго Роланда стало то, что за победу над ним пришлось заплатить огромную цену. И это делает вину главного зачинщика — Роланда — еще тяжелее.
В итоге мне остается лишь позволить Городской страже наблюдать картину того, как «Лич Роланд» верхом на Костяном Драконе проносится над половиной города, пока не сбегает из Города Серной Горы... По крайней мере, до тех пор, пока я не докажу свою невиновность, Личу Роланду лучше не возвращаться.
В тот же миг я столкнулся с первой проблемой, которая сейчас предстает прямо передо мной... Это дело далеко превосходило возможности любого другого судьи, так что наконец мне пришлось лично взяться за него.
Сидя на судейском подиуме в Третьем зале суда, я бросаю взгляд на кипы отчетов о преступлениях, выросших в небольшой холмик, а затем перевожу глаза на обвиняемых с «невинным выражением лица». На стороне истца взбудораженная Городская стража вовсю орет: «проклятый Роланд», «только дождись дня, когда я скормлю тебя собакам», «Лорд Умяньчже, пожалуйста, дайте нам полномочия обнажить мечи и вынести приговор на месте. Я порублю его на 13 частей и притащу сюда» и «Момо плевать на его сделку с судебной системой, пожалуйста, позвольте Момо возглавить отряд для обыска в его доме. Там точно полно запрещенки, и после того, как мы приговорим его к пожизненному, Момо обеспечит ему первоклассный уход. Ха-ха-ха!!». От безумного хохота этих оставшихся без крыши над головой темных эльфов у меня снова затылок запульсировал от боли.
Тем временем прокурор Катарина приступает к зачитыванию общественных исков для сбора доказательств...
«В 16:20 из Дежурной части вдруг повалил дым. Воспользовавшись царившей суматохой, прибывшие со стороны инженеры вошли в контакт с находившимися внутри сотрудниками. Обе стороны от начала и до конца были оснащены инженерным оборудованием...»
«Протестую! Раз уж вокруг поднимался дым, на основании каких улик вы сделали вывод, что мой подзащитный был вооружен и экипирован?! Мой подзащитный вполне мог использовать этот дым, чтобы приготовить себе обед».
Гоблин-прокурор Рорен прерывает слова своего коллеги и выдвигает совсем нелепую идею.
— Точно, мы просто жарили батат и коптили рыбу. — Со стороны защиты начинается галдеж. У гоблинов и дворфов просто в крови страсть к насмешкам и уколам.
— В реке Города Серной Горы водятся только плотоядные рыбы, где вы вообще собрались рыбу для жарки искать?! К тому же с вашими жалкими навыками рыбалки вам всю жизнь только мечтать об успехе! — ревет от злости Катарина. Как и положено девушке-охотнице из племени амазонок. Ее золотой конский хвост развевается на ветру, а от ауры веет такой острой опасностью, что она кажется сошедшей с небес Богиней Войны на охоте. Правда, тема, за которую она зацепилась, была немного не по адресу...
— Нет, если использовать правильный метод, можно поймать и плотоядную рыбу. У нас есть удочка Паркера...
Я наконец-то понял, почему гоблин Рорен, обладая большим опытом в прокурорском деле, решил защищать собственную расу. Этот товарищ явно валяет дурочку. К тому же, прекрасно зная специфику обвинения, он понимает, что прокурор Катарина любит опираться на факты, из-за чего ее легко завести в тупик. Если же превратить заседание в балаган, то вердикт так и останется неопределенным...
В обычные дни превращение судебного слушания в фарс — сущие пустяки, но сейчас, по вполне конкретным причинам, допустить этого никак нельзя!
— Нельзя позволить этому сойти им с рук. Если гоблинов оправдают, всю полноту ответственности придется принять на себя личу Роланду.
Глядя на эльфов из Городской стражи, которые разозлились до такой степени, что были готовы вгрызаться в столы, я окончательно решил заставить виновных понести наказание... Пусть свидетельницей мне послужит та металлическая плита, которую они искусали от злости: мои кости уж точно не тверже металла.
— Рорен Цзинби, дай спросить, где ты находился вчера в 16:20? Можешь даже не пытаться лгать, ты прекрасно знаешь последствия лжи в моем суде.
И действительно, стоило мне задать этот вопрос, как временный адвокат защиты, еще минуту назад страстно и увлеченно вещавший, моментально лишился дар речи.
Я с досадой прикоснулся к лолбу, изображая вид человека, перед лицом которого рушатся все надежды. На самом же деле под маской расцветала очаровательная улыбка.
— Всё просто до безобразия. Я же знал, что ты, пройдоха, не станешь послушно сидеть дома. А теперь твоя очередь принимать удар на себя.
— Рорен Цзинби, будучи частью судебной системы, ты умудрился нарушить закон и покрыть Верховный суд несмываемым позором. А ну-ка быстро закрой рот и марш на скамью подсудимых. И да, сначала извинись перед теми леди из числа темных эльфов, только посмотри, какой ущерб ты им нанес.
Услышав мои слова, Рорен снимает маску, что символизирует отказ от статуса сотрудника судебной системы. С опущенной головой принеся извинения, он послушно усаживается на скамью подсудимых вместе со своими сородичами — ну вылитый малец в детском саду.
— Так, а ну-ка найдите мне и Сюицидшторма. Готов заложить собственное колено, что этот товарищ здесь тоже замешан. Вы его не знаете? Сюицидшторм из Зала законодателей. Тот коротышка...
— Это Мэджикшторм!! — С гостевых трибун доносится пронзительный детский голос, присущий исключительно дворфам. Михейер Мэджикшторм перемахивает через ограждение и шествует к скамье подсудимых.
Я мысленно похвалил этого парня за геройский поступок, но на полпути заметил, как он обернулся, чтобы что-то добавить.
— Раз уж мы совершили преступление, то должны понести наказание. Чего вы все ждете.
Следом за ним... подтягивается целая пестрая толпа: гоблины, дворфы и даже люди вместе с представителями других рас — всего человек тридцать-сорок. Похоже, здесь собрались вообще все инженеры Города Серной Горы.
Похоже, никто из этих инженеров никак не ожидал, что происшествие раздуется до таких масштабов, поэтому они все явились с повинной.
Покачав головой, я беспомощно посмотрел на пустующую скамью адвокатов защиты.
— Не думаю, что в такие сжатые сроки удастся найти подходящего адвокат, так что защищайте себя сами. Иглшторм, объясни-ка, какого чёрта вы вообще появились на месте происшествия, хотя вас это вроде бы совсем не касалось?
— Эти злобные инженеры — враги природы! Чирик-чирик, то противоестественное творение из черного проклятого материала (созданный человеком железный гигант), эта уродливая тварь, что ревет и вращается, — само существование, оскверняющее природу (эта штука ведь была лесозаготовительным агрегатом, конечно, она враг природы), гав-гав, так что мы, как сыны природы, обязаны очистить эту проклятую землю (поэтому мы и захотели от него избавиться)...
Изо всех сил стараясь сдерживать раздражение от его странного акцента, я отметил, что середина его тирады оказалась густо сдобрена невнятными звериными звуками. Поначалу я еще пытался переводить это на человеческий язык, но, глядя на такие же озадаченные лица зрителей на трибунах, окончательно сорвался.
— Говори по-человечески! А не то я запру тебя в одной камере с Бэйфэн Хэро! Ха-ха!
Хобби драконида Бэйфэна уже давно известно по всему Городу Серной Горы. Его злодеяния вроде отлова друидов с последующим обращением их в домашних питомцев и вовсе шокируют окружающих. Для жертв и их собратьев-друидов этот тип — настоящее воплощение самого страха.
— Он, кажется, и впрямь забыл, что он человек, и возомнил себя настоящим псом! Целыми днями гоняется за собственным хвостом! Что же этот драконид с ним сделал?!
«Дракон Абсолютного Зла», «Немезида Друидов» Бэйфэн Хэро — так его называют все друиды Города Серной Горы... Даже Великий Друид Иглшторм невольно начинает дрожать при одном только упоминании этого имени.
— Мы увидели металлического гиганта, и он слишком уж противоречит нашим учениям. Мои братья сказали, что мы должны его отлупить, и я всё обдумал. Поразмыслив над фолиантами, что оставил мой дед, я понял, что мы действительно обязаны задать ему трепку. Ну мы и пошли его лупить, хе-хе.
Глядя на Великого Друида, который продолжал простодушно усмехаться, я... я просто потерял дар речи. На этот раз он выразился предельно прямо. Но при виде этой глуповатой физиономии мне так и хочется врезать ему посильнее.
— Успокойся, успокойся. Репутация, превыше всего репутация, эти парни подводят меня далеко не в первый раз, так что не стоит злиться из-за них... Кхм, ладно, перейдем к следующему пункту. Армия Святых Рыцарей, вдруг подключившаяся к побоищу. Тим, я уже примерно догадываюсь, чем вы все там занимались.
— Милорд, прошу во всем разобраться. Мы лишь честно исполняли долг и обязанности Святых Рыцарей.
— Угу, глядя на то, как эта огромная машина разносит часть городской стены, вы вопили: «Святой Свет, этот грешник заслуживает кары!», «За Святой Свет, в атаку!» — после чего ринулись на нее? А затем заодно «между делом» разрушили еще два пролета стены и больше тридцати домов?
Ладно, я еще могу понять: они захандрили, когда их законные шансы на «рыцарские подвиги» утащила судебная система, а тут подвернулась отличная возможность наконец-то проявить себя, вот они и выкрутили ручку газа на максимум, но...
— Я еще не закончил. Чего это ты молчишь и не объясняешь, как вы ухитрились сцепиться с друидами? Думаешь, я не знаю, что у тебя остался зуб на Иглшторма после той истории с побегом голышом? Кстати, не забудь отправить счет на оплату ущерба старому Биллу. Надеюсь, его желудку стало полегче, а то его прошлые приступы кровавой рвоты выглядели жутковато. Да, на этот раз счет утроим — авось впредь научитесь отвечать за поступки.
Игнорируя Тима, у которого вид был такой, будто на него только что рухнуло небо, я перевел взгляд на сидевшего как на иголках молодого парня.
— Лукас, ты ведь только что переквалифицировался из Святого Рыцаря в Рыцаря Правосудия, так какого чёрта ты потащил других курсантов из Наньсяна устраивать беспорядки? Причем демонстративно выбрал для драки своих бывших сослуживцев! Разве ты не знаешь, что для блюстителя закона, прекрасно знающего этот самый закон, преступление отягощается вдвойне?
П/П: Если вы позабыли, Наньсян — это юридическая академия, основанная Роландом.
Я возлагал на этого паренька большие надежды, поэтому мне было жутко любопытно: они же вроде пришли спасать мирных жителей, так почему в итоге всё скатилось в массовую потасовку между Святыми Рыцарями и Рыцарями Правосудия? Если память мне не изменяет, Лукас и Тим вроде бы неплохо ладят.
— Я... у меня нет никаких претензий к старшему брату Тиму, он всегда о нас заботился. Однако, помимо Третьего ордена старшего брата, на место происшествия заявился еще и Первый орден Святой Церкви. Они намеревались изображать из себя героев ради того, чтобы кадрить девчонок, ну я и потерял самообладание...
У остальных лица вытянулись в полном недоумении, но до меня мгновенно дошло, о чем речь.
Первый орден Святой Церкви в каждом регионе традиционно именовался Церемониальным. Вместо боевых Святых Рыцарей туда набирали смазливых красавчиков, предназначенных исключительно для светских мероприятий и церемоний.
У Первого ордена ровно одна задача — выбивать пожертвования из местной знати и богатых купцов, а состоятельные дамочки, как назло, куда щедрее на кошелек...
Поэтому членов Первого ордена отбирают с особой тщательностью. Угу, главные критерии — смазливая мордашка и подвешенный язык, чтобы в случае чего ублажить знатных госпож красивыми речами, и тогда пожертвования потекут рекой.
Пока остальные отряды горбатится, уничтожая зло, Первый орден кружится на балах и обхаживает богатых дам. Пока остальные потеют на тренировках под палящим солнцем, эти щеголи делают маски для лица в секретных покоях... К тому же ради поддержания имиджа все расходы на их коней и доспехи полностью покрывает Церковь. Понятное дело, что на фоне такого контракта рядовые Святые Рыцари смотрят на Первый орден сбоку припеку, но должен признать...
— Ходить на спа-процедуры для лица — удовольствие дорогое, и деньги вообще-то шли из нашего кармана, между прочим! К тому же, когда заявляешься на бал, жутко бесит необходимость держать марку и сохранять лицо, даже если ты нажрался до тошноты! Вы, ублюдки, думаете, что все эти богатые дамочки писаные красавицы? Да добрая половина из них похожа на свиноматок! И пусть эти жирные копытца вызывают отвращение, приходится терпеть. Оплошаешь и случайно заденешь кого-нибудь мечом — международного скандала не оберешься!
— А главное... не судите по одной лишь видимости того, что они вечно окружены женщинами. На деле членам Первого ордена под страхом потери благосклонности богатых спонсорок запрещено заводить романтические отношения! Им приходится изо дня в день заучивать роли, оттачивать искусство выглядеть круто и изо всех сил изображать из себя «страдающих любовников». И даже если попадется по-настоящему хорошая женщина, они могут лишь смотреть на нее со стороны и облизываться! Такое душевное терзание ранит сильнее, чем открытый отказ в ухаживаниях!
Ладно, вслух я эти жалобы озвучивать не стал... Но, похоже, я случайно проболтался о собственном темном прошлом... Кхм, когда я еще был пажом, мне довелось побывать в Первом ордене. И хотя впоследствии я перевелся в основные боевые отряды, мне потребовалось больше года, чтобы вытравить из себя те дурацкие привычки.
П/П: Паж — это оруженосец или ученик рыцаря, выполнявший при нем функции слуги.
— Не судите этого младшего брата столь строго, мы всё понимаем, мы прекрасно всё понимаем... — Лидер Первого ордена Малн, потирая руки, расплылся в улыбке писаного блондинчика. Вдобавок он по привычке тряхнул шевелюрой и стрельнул соблазнительным взглядом по сторонам.
Пока одни мужики морщились от отвращения, кое-кто из женщин уже вовсю верещал: «Какой красавчик!». Я лишь сочувственно посмотрел на этого парня.
«Пятьдесят девятое искусство откидывания волос, шестьдесят третье искусство соблазнительного взгляда... Похоже, в церкви за последнее время мало что изменилось. Судя по его опыту, это уже уровень взгляда топ-красавчика. Чтобы поддерживать такой навык, он обязан тренироваться по меньшей мере триста раз в день... Наверное, он уже и говорить нормально разучился и по привычке бросает томные взгляды даже на мужиков. Вот уж кого действительно жалко, дошел до ручки».
Поэтому я сурово обратился к Лукасу.
— Немедленно извинись перед капитаном Малном. Прямо сейчас. Живо.
— Да ладно вам, бросьте. Младший брат, мы же все свои, наконец, товарищи по орденскому цеху! — Произнося эти слова, Малн продолжал шарить глазами по сторонам, словно выискивая цель на гостевых трибунах, после чего на автопилоте швырнул томный взгляд налево и направо.
Как ветеран и человек, прошедший через всё это, я прекрасно знал, что таковым был инстинкт «добывания пищи», выжженный в них до состояния рефлекса. Однако в глазах юного Лукаса это выглядело так, будто над ним откровенно издеваются.
— Я... я ни за что не буду извиняться!! Даже если мне придется бросить службу в Рыцарях Правосудия, я... я перестану быть человеком! Я уйду в Район Нежити и стану Черным Рыцарем!!
Ему с таким трудом удалось обрести новую веру, но когда он осознал, что ему всё равно придется преклонить голову перед заклятыми врагами из прошлого, этот молодой человек (?) не смог вынести столь жестокую правду, и на глаза навернулись слезы... Хотя погодите, он явно что-то путает: в Районе Нежити нет никаких Черных Рыцарей, там водятся только Рыцари Смерти...
Кхм, ладно, вернемся к сути дела. К этому моменту картина вырисовывается предельно ясная.
Сначала инженеры смастерили гигантского робота. Затем явилась Городская стража, чтобы их арестовать, но в итоге была затерроризирована громадной тушей механического монстра. После этого в драку вклинились друиды, а следом за ними — Святые Рыцари, решившие покарать зло. Заодно Тим воспользовался суматохой, чтобы поквитаться с Иглштормом, так что друиды сцепились со Святыми Рыцарями.
Чуть ниже по списку кадеты-стажеры из Наньсянских Рыцарей Правосудия решили, что прибывший на подмогу Первый орден пользуется случаем для кадрежа девчонок, и тоже ринулись в бой под шумок... Полный бардак. Наконец про самого робота вообще все забыли. Каждый воевал за себя, явно используя эту свару как предлог для сведения личных счетов.
Если начать наказывать их по всей строгости, за решетку придется упрячь пару тысяч человек разом... Глядя на состояние наших тюрьмы и Дежурной части, которые до этих пор представляют собой груды щебня, а также принимая во внимание отсутствие жертв... Этот происшествие действительно можно назвать непреднамеренным несчастным случаем.
— Бац!
И тогда я решительно опускаю судейский молоток.
— Судебное заседание временно приостанавливается, все обвиняемые временно отпускаются на свободу. До получения официального одобрения от Верховного суда подозреваемым запрещается покидать Город Серной Горы. Расходы на возмещение разрушений будут поровну разделены между всеми, кто участвовал в драке и оказался в нее вовлечен. Вместе с тем судебная система ускорит восстановительные работы в тюрьме и Дежурной части. Как только главный зачинщик, Роланд, будет найден, судебное разбирательство возобновится.
Прекрасно, в итоге во всём снова виноват Роланд... Судя по разъяренным лицам стражников, которые были готовы разорвать меня голыми руками, они намереваются поймать Роланда лично.
— Похоже, Роланду возвращаться нельзя... Элиза, как по-твоему, имя Рози или Роберт звучит лучше?
—... — Мда, после вчерашнего инцидента она меня показательно не замечает...
Впрочем, этот вердикт окончательно помог мне принять решение. (в текущих данных).
— Если меня не будет рядом, эти олухи разнесут тут всё к чертям! Значит, с дипломатической миссией вопрос решен! Я лично повезу эту компанию ходячих недоразумений с собой, попутно приструню Второго Роланда и переверну Подземный Альянс вверх дном!!

Комментарии

Загрузка...