Лу Чаншэн удивлённо приподнял брови. Парящая в воздухе голова вдруг зашевелилась, и на её некогда размытом лице отчетливо проступили глаза. По бледной коже медленно покатились две струйки кровавых слез, словно пробуждая незримую связь с чем-то жутким. В тот же миг со всех сторон мертвенную тишину разорвал пронзительный детский плач.
Лу Чаншэн удивлённо приподнял брови. Парящая в воздухе голова вдруг зашевелилась, и на её некогда размытом лице отчетливо проступили глаза. По бледной коже медленно покатились две струйки кровавых слез, словно пробуждая незримую связь с чем-то жутким. В тот же миг со всех сторон мертвенную тишину разорвал пронзительный детский плач.
"Что это за сила?.."
"Что это за сила?.."
***
***
Вне рассеивающейся пелены тумана, всего в нескольких шагах от ее границы, затаилась темная фигура мастера, предположительно достигшего сферы закалки плоти.
Вне рассеивающейся пелены тумана, всего в нескольких шагах от ее границы, затаилась темная фигура мастера, предположительно достигшего сферы закалки плоти.
"Гуй-туман меняется все быстрее... Похоже, у Сунь Ли все получилось. Но все же..."
"Гуй-туман меняется все быстрее... Похоже, у Сунь Ли все получилось. Но все же..."
"Если Сунь Ли преуспел, почему он до сих пор не связался со мной? Неужели угодил в ловушку?"
"Если Сунь Ли преуспел, почему он до сих пор не связался со мной? Неужели угодил в ловушку?"
Подумаешь, всего лишь воин на поздней стадии закалки кожи — в Обществе Чёрного Демона таких пруд пруди. Но без вестей от него миссия оставалась незавершенной. Если он вернется с докладом сейчас, а позже всплывут проблемы, то он, Ядовитая Змея, покроет себя позором.
Подумаешь, всего лишь воин на поздней стадии закалки кожи — в Обществе Чёрного Демона таких пруд пруди. Но без вестей от него миссия оставалась незавершенной. Если он вернется с докладом сейчас, а позже всплывут проблемы, то он, Ядовитая Змея, покроет себя позором.
Общество Чёрного Демона — это вам не Банда Трёх Рек. Его приспешники жалости не знают.
Общество Чёрного Демона — это вам не Банда Трёх Рек. Его приспешники жалости не знают.
К тому же гуй горы Цзиншань — тварь далеко не из слабых. Не будь это так, Общество нацелилось бы не на саму гору, а на то Красное Одеяние, что затаилось в городке Цзиншань.
К тому же гуй горы Цзиншань — тварь далеко не из слабых. Не будь это так, Общество нацелилось бы не на саму гору, а на то Красное Одеяние, что затаилось в городке Цзиншань.
"Как только этот гуй пробудится окончательно, Банде Трёх Рек придется бросить на него все силы. Тогда руководству Общества станет гораздо легче!" — размышлял Ядовитая Змея Сюй Пин.
"Как только этот гуй пробудится окончательно, Банде Трёх Рек придется бросить на него все силы. Тогда руководству Общества станет гораздо легче!" — размышлял Ядовитая Змея Сюй Пин.
В этот момент на горной тропе показалась группа людей. Все они были облачены в облегающие боевые одежды, а в руках держали тяжелые сабли.
В этот момент на горной тропе показалась группа людей. Все они были облачены в облегающие боевые одежды, а в руках держали тяжелые сабли.
— Наконец-то пожаловали, — Сюй Пин обернулся и уставился на идущего впереди человека.
— Наконец-то пожаловали, — Сюй Пин обернулся и уставился на идущего впереди человека.
Тот был поджарым мужчиной в черном одеянии. Его взгляд, острый, словно у стервятника, и заметно пульсирующие виски выдавали в нем мастера незаурядной силы.
Тот был поджарым мужчиной в черном одеянии. Его взгляд, острый, словно у стервятника, и заметно пульсирующие виски выдавали в нем мастера незаурядной силы.
— Чёрный Тигр Лю Чжанькунь! — процедил сквозь зубы Ядовитая Змея.
— Чёрный Тигр Лю Чжанькунь! — процедил сквозь зубы Ядовитая Змея.
— А у тебя наметан глаз, — отозвался Лю Чжанькунь. — Твоя фигура кажется мне знакомой. И кто же ты из Общества Чёрного Демона?
— А у тебя наметан глаз, — отозвался Лю Чжанькунь. — Твоя фигура кажется мне знакомой. И кто же ты из Общества Чёрного Демона?
Ядовитая Змея Сюй Пин лишь усмехнулся:
Ядовитая Змея Сюй Пин лишь усмехнулся:
— Тебе об этом переживать не стоит, распорядитель Лю. Раз уж ты явился, я со спокойной душой могу оставить это место тебе!
— Тебе об этом переживать не стоит, распорядитель Лю. Раз уж ты явился, я со спокойной душой могу оставить это место тебе!
Лю Чжанькунь перевел взгляд на укрытую плотной пеленой тумана гору Цзиншань за спиной врага, и его лицо мгновенно помрачнело.
Лю Чжанькунь перевел взгляд на укрытую плотной пеленой тумана гору Цзиншань за спиной врага, и его лицо мгновенно помрачнело.
— Какая дерзость!
— Какая дерзость!
Слова еще не успели сорваться с его губ, а он уже сорвался с места, оставив позади лишь блеклый призрачный силуэт. В воздухе сверкнула и устремилась вниз ослепительная вспышка клинка.
Слова еще не успели сорваться с его губ, а он уже сорвался с места, оставив позади лишь блеклый призрачный силуэт. В воздухе сверкнула и устремилась вниз ослепительная вспышка клинка.
В то же мгновение Сюй Пин совершил ответный выпад.
В то же мгновение Сюй Пин совершил ответный выпад.
— Слышал я, что в Банде Трёх Рек объявился молодой гений по прозвищу Чёрный Тигр. Всё никак не выпадало случая встретиться. Что ж, поглядим, чего стоит твоя слава на самом деле!
— Слышал я, что в Банде Трёх Рек объявился молодой гений по прозвищу Чёрный Тигр. Всё никак не выпадало случая встретиться. Что ж, поглядим, чего стоит твоя слава на самом деле!
Они сошлись в яростной схватке. Стоявшие позади бойцы банды хотели бы помочь своему предводителю, но не смели даже приблизиться. Сила сражавшихся превосходила любые разумные пределы. Для обычных воинов, большинство из которых едва достигли поздней стадии закалки кожи, даже случайная взрывная волна от их ударов могла стать смертельной.
Они сошлись в яростной схватке. Стоявшие позади бойцы банды хотели бы помочь своему предводителю, но не смели даже приблизиться. Сила сражавшихся превосходила любые разумные пределы. Для обычных воинов, большинство из которых едва достигли поздней стадии закалки кожи, даже случайная взрывная волна от их ударов могла стать смертельной.
Им оставалось лишь плотным кольцом окружить поле боя и покорно ждать исхода поединка.
Им оставалось лишь плотным кольцом окружить поле боя и покорно ждать исхода поединка.
Примерно через четверть часа противники резко разошлись.
Примерно через четверть часа противники резко разошлись.
Сюй Пин, ловко уклонившись от смертоносного выпада Чёрного Тигра, метнулся прочь. Вставшие у него на пути дружинники Банды Трёх Рек не смогли задержать его ни на секунду — их просто раскидало в стороны, и они испустили дух еще до того, как их безжизненные тела рухнули на землю.
Сюй Пин, ловко уклонившись от смертоносного выпада Чёрного Тигра, метнулся прочь. Вставшие у него на пути дружинники Банды Трёх Рек не смогли задержать его ни на секунду — их просто раскидало в стороны, и они испустили дух еще до того, как их безжизненные тела рухнули на землю.
— Куда! — рявкнул Лю Чжанькунь и рванулся в погоню.
— Куда! — рявкнул Лю Чжанькунь и рванулся в погоню.
В мгновение ока обе фигуры скрылись из виду.
В мгновение ока обе фигуры скрылись из виду.
***
***
Лу Чаншэн не подозревал о бушующей снаружи битве. Тем временем парящая в воздухе голова продолжала истошно рыдать, посылая в его разум невидимые волны зловещей ментальной силы.
Лу Чаншэн не подозревал о бушующей снаружи битве. Тем временем парящая в воздухе голова продолжала истошно рыдать, посылая в его разум невидимые волны зловещей ментальной силы.
На мгновение мысли затуманились. Грудь сдавило от невыносимой тоски, а к глазам подступили слезы.
На мгновение мысли затуманились. Грудь сдавило от невыносимой тоски, а к глазам подступили слезы.
Но тут за его спиной с грохотом распахнулась дверь. Из дома выбежал один из учеников — из его глаз хлестали кровавые слезы. Сделав пару десятков шагов, бедняга буквально на глазах усох, превратившись в обтянутый кожей скелет, а из его взгляда навсегда исчезла жизнь.
Но тут за его спиной с грохотом распахнулась дверь. Из дома выбежал один из учеников — из его глаз хлестали кровавые слезы. Сделав пару десятков шагов, бедняга буквально на глазах усох, превратившись в обтянутый кожей скелет, а из его взгляда навсегда исчезла жизнь.
Следом за ним наружу повалили остальные подмастерья. Все они плакали кровью и замертво падали на землю, превращаясь в иссохшие, жутко изуродованные мумии.
Следом за ним наружу повалили остальные подмастерья. Все они плакали кровью и замертво падали на землю, превращаясь в иссохшие, жутко изуродованные мумии.
Кому-то удавалось ненадолго сохранить остатки разума, и они из последних сил хрипели, пытаясь совладать с непослушным телом:
Кому-то удавалось ненадолго сохранить остатки разума, и они из последних сил хрипели, пытаясь совладать с непослушным телом:
— Спасите... Спасите нас...
— Спасите... Спасите нас...
В этот момент в сознании Лу Чаншэна разлилась спасительная прохлада, мгновенно прогнав нахлынувшее уныние. Он со злостью зыркнул на парящую в десяти метрах над землей голову. Летать он не умел, а потому достать тварь на такой высоте не мог. Разозлившись, юноша обрушил всю свою ярость на обезглавленное тело твари.
В этот момент в сознании Лу Чаншэна разлилась спасительная прохлада, мгновенно прогнав нахлынувшее уныние. Он со злостью зыркнул на парящую в десяти метрах над землей голову. Летать он не умел, а потому достать тварь на такой высоте не мог. Разозлившись, юноша обрушил всю свою ярость на обезглавленное тело твари.
Лу Чаншэн пустил в ход стиль Чёрного Тигра. Его движениям все еще не хватало изящества, в защите зияли бреши, однако благодаря колоссальной физической силе он намертво прижал бесёнка к земле, лишая того любой возможности контратаковать.
Лу Чаншэн пустил в ход стиль Чёрного Тигра. Его движениям все еще не хватало изящества, в защите зияли бреши, однако благодаря колоссальной физической силе он намертво прижал бесёнка к земле, лишая того любой возможности контратаковать.
"Не застал бы меня этот ублюдок врасплох в прошлый раз, я бы так не опозорился!"
"Не застал бы меня этот ублюдок врасплох в прошлый раз, я бы так не опозорился!"
Что же до непрекращающегося надрывного плача сверху, то благодаря разливающейся по разуму прохладе Лу Чаншэн полностью заблокировал его пагубное воздействие.
Что же до непрекращающегося надрывного плача сверху, то благодаря разливающейся по разуму прохладе Лу Чаншэн полностью заблокировал его пагубное воздействие.
С каждой секундой тело бесёнка выглядело все более плачевно. Белые одежды превратились в лохмотья, а бледная плоть покрылась глубокими рубцами от ударов тяжелого тесака.
С каждой секундой тело бесёнка выглядело все более плачевно. Белые одежды превратились в лохмотья, а бледная плоть покрылась глубокими рубцами от ударов тяжелого тесака.
Со свистом рассекая воздух, последний удар Лу Чаншэна разрубил туловище твари пополам, заставив его окончательно затихнуть.
Со свистом рассекая воздух, последний удар Лу Чаншэна разрубил туловище твари пополам, заставив его окончательно затихнуть.
Парящая в небесах голова на мгновение замерла, но вскоре с новой силой принялась изводить его заунывным воем.
Парящая в небесах голова на мгновение замерла, но вскоре с новой силой принялась изводить его заунывным воем.
"Главное — сохранять спокойствие!" — мысленно повторил он старую мудрость, пытаясь абстрагироваться от шума.
"Главное — сохранять спокойствие!" — мысленно повторил он старую мудрость, пытаясь абстрагироваться от шума.
Убедив себя игнорировать плач, Лу Чаншэн ухватил поверженную тварь за иссохшую лодыжку и скрылся в густом тумане.
Убедив себя игнорировать плач, Лу Чаншэн ухватил поверженную тварь за иссохшую лодыжку и скрылся в густом тумане.
Вскоре он оказался перед одним из жилых домов. Толкнув дверь, юноша поморщился от ударившего в нос резкого запаха крови. Внутри лежали высушенные трупы учеников, на чьих искаженных лицах застыла дикая смесь ужаса и предсмертной тоски.
Вскоре он оказался перед одним из жилых домов. Толкнув дверь, юноша поморщился от ударившего в нос резкого запаха крови. Внутри лежали высушенные трупы учеников, на чьих искаженных лицах застыла дикая смесь ужаса и предсмертной тоски.
Недолго думая, Лу Чаншэн голыми руками выломал тяжелые доски из дверного косяка, соорудил подобие костра, набросал сверху трупы бесёнка и зажег огонь.
Недолго думая, Лу Чаншэн голыми руками выломал тяжелые доски из дверного косяка, соорудил подобие костра, набросал сверху трупы бесёнка и зажег огонь.
Увидев это, парящая в вышине голова внезапно замолчала.
Увидев это, парящая в вышине голова внезапно замолчала.
— Что, приуныла, уродливая башка? Страшно стало? Если ты такой смелый, спускайся и дерись! — Лу Чаншэн издевательски ткнул пальцем вверх.
— Что, приуныла, уродливая башка? Страшно стало? Если ты такой смелый, спускайся и дерись! — Лу Чаншэн издевательски ткнул пальцем вверх.
Голова качнулась и боязливо поднялась еще на метр выше.
Голова качнулась и боязливо поднялась еще на метр выше.
"Неужели этот мелкий бес и впрямь понимает человеческую речь?" — удивился Лу Чаншэн.
"Неужели этот мелкий бес и впрямь понимает человеческую речь?" — удивился Лу Чаншэн.
— Давай же, иди сюда! Я из тебя отбивную сделаю! — выкрикнул он и смачно сплюнул прямо в разгорающееся пламя.
— Давай же, иди сюда! Я из тебя отбивную сделаю! — выкрикнул он и смачно сплюнул прямо в разгорающееся пламя.
"Смотри, тварь, я оскверняю твои останки у тебя на глазах! Ну же, разозлись, напади на меня и принеси мне заветные очки эволюции!"
"Смотри, тварь, я оскверняю твои останки у тебя на глазах! Ну же, разозлись, напади на меня и принеси мне заветные очки эволюции!"
Голова бесёнка опустилась чуть ниже и снова зашлась в истошном плаче:
Голова бесёнка опустилась чуть ниже и снова зашлась в истошном плаче:
— У-у-у-у-у...
— У-у-у-у-у...
Лу Чаншэн уже набрал в грудь воздуха, чтобы выдать новую порцию отборных оскорблений, как вдруг заметил, что рядом из тумана медленно проступает белесый силуэт. Белые одежды, иссохшее тело без головы — перед ним снова стоял тот самый бесёнок.
Лу Чаншэн уже набрал в грудь воздуха, чтобы выдать новую порцию отборных оскорблений, как вдруг заметил, что рядом из тумана медленно проступает белесый силуэт. Белые одежды, иссохшее тело без головы — перед ним снова стоял тот самый бесёнок.
Как и следовало ожидать, пока не уничтожишь узел-ядро сущности, этот гуй будет возрождаться бесконечно.
Как и следовало ожидать, пока не уничтожишь узел-ядро сущности, этот гуй будет возрождаться бесконечно.
То обстоятельство, что ему не удалось заполучить тело... точнее, осколок фарфора с первого раза, знатно портило настроение. Однако стоило ему наступить на угли догорающего костра, как все недовольство испарилось без следа.
То обстоятельство, что ему не удалось заполучить тело... точнее, осколок фарфора с первого раза, знатно портило настроение. Однако стоило ему наступить на угли догорающего костра, как все недовольство испарилось без следа.
[Обнаружен доступный для поглощения предмет. Начать поглощение?]
[Обнаружен доступный для поглощения предмет. Начать поглощение?]
"Поглотить!" — мысленно скомандовал Лу Чаншэн.
"Поглотить!" — мысленно скомандовал Лу Чаншэн.
[Поглощение завершено. Получено 100 очков эволюции!]
[Поглощение завершено. Получено 100 очков эволюции!]
[Обнаружен доступный для поглощения предмет. Начать поглощение?]
[Обнаружен доступный для поглощения предмет. Начать поглощение?]
"Поглотить!"
"Поглотить!"
[Поглощение завершено. Получено 5 очков эволюции!]
[Поглощение завершено. Получено 5 очков эволюции!]
Первые пять очков он получил от сожженного трупа зараженного ученика, а внушительную сотню — от праха самого бесёнка.
Первые пять очков он получил от сожженного трупа зараженного ученика, а внушительную сотню — от праха самого бесёнка.
И то ли ему показалось, то ли новоявленное безглавое тело твари слегка задрожало, когда юноша поглотил силу обоих осколков.
И то ли ему показалось, то ли новоявленное безглавое тело твари слегка задрожало, когда юноша поглотил силу обоих осколков.
"Целая сотня очков! Похоже, этот осколок фарфора был размером с ладонь, не меньше. Ну и богатая же мне попалась добыча!"
"Целая сотня очков! Похоже, этот осколок фарфора был размером с ладонь, не меньше. Ну и богатая же мне попалась добыча!"
Лу Чаншэн хищно облизнулся. Под его предвкушающим, горящим взором безголовое чудище на миг опешило, а затем с дикой яростью бросилось в атаку.
Лу Чаншэн хищно облизнулся. Под его предвкушающим, горящим взором безголовое чудище на миг опешило, а затем с дикой яростью бросилось в атаку.
Лу Чаншэн лишь снисходительно покачал головой. Бес был в ярости, его движения стали хаотичными. Тварь явно потеряла самообладание — если, конечно, у этих тварей вообще было чему терять самообладание.
Лу Чаншэн лишь снисходительно покачал головой. Бес был в ярости, его движения стали хаотичными. Тварь явно потеряла самообладание — если, конечно, у этих тварей вообще было чему терять самообладание.
"Система! Эволюционировать первую форму стиля Чёрного Тигра!" — приказал он. В ходе недавней схватки мастерство владения первой формой как раз достигло пика.
"Система! Эволюционировать первую форму стиля Чёрного Тигра!" — приказал он. В ходе недавней схватки мастерство владения первой формой как раз достигло пика.
Тело Лу Чаншэна слегка затрепетало. Он плавно изогнулся всем корпусом, уходя от сокрушительного выпада чудовища.
Тело Лу Чаншэна слегка затрепетало. Он плавно изогнулся всем корпусом, уходя от сокрушительного выпада чудовища.
Мышечная память обогатилась новыми, куда более сложными и выверенными движениями. Знания об улучшенной технике хлынули в его разум сплошным потоком.
Мышечная память обогатилась новыми, куда более сложными и выверенными движениями. Знания об улучшенной технике хлынули в его разум сплошным потоком.
Форма «Чёрный Тигр оплетает тело» осталась прежней, но теперь Лу Чаншэн владел ею так, словно практиковался долгие годы. Сабля в его руках двигалась легко и естественно.
Форма «Чёрный Тигр оплетает тело» осталась прежней, но теперь Лу Чаншэн владел ею так, словно практиковался долгие годы. Сабля в его руках двигалась легко и естественно.
Пока противник слепо наносил удары, Лу Чаншэн хладнокровно сокращал дистанцию, за считанные секунды оставив на теле бесёнка несколько глубоких порезов. И в этот же миг пришло уведомление, что вторая форма стиля Чёрного Тигра наконец освоена до базового уровня!
Пока противник слепо наносил удары, Лу Чаншэн хладнокровно сокращал дистанцию, за считанные секунды оставив на теле бесёнка несколько глубоких порезов. И в этот же миг пришло уведомление, что вторая форма стиля Чёрного Тигра наконец освоена до базового уровня!
"Система, эволюционировать вторую форму!" — мысленно выкрикнул юноша, на долю секунды застыв на месте.
"Система, эволюционировать вторую форму!" — мысленно выкрикнул юноша, на долю секунды застыв на месте.
Решив, что враг открылся для удара, бесёнок мгновенно вытянул руки. Его узловатые, подобные старым древесным корням пальцы устремились к шее Лу Чаншэна, пытаясь задушить его.
Решив, что враг открылся для удара, бесёнок мгновенно вытянул руки. Его узловатые, подобные старым древесным корням пальцы устремились к шее Лу Чаншэна, пытаясь задушить его.
Но в воздухе со свистом прочертила дугу ослепительная вспышка клинка. Лезвие легко разминулось с тянущимися лапами и с оглушительным треском опустилось на грудь твари. По лезвию пробежала волна испепеляющего жара — и прочный панцирь бесёнка разлетелся надвое, а половинки тела рухнули в грязь.
Но в воздухе со свистом прочертила дугу ослепительная вспышка клинка. Лезвие легко разминулось с тянущимися лапами и с оглушительным треском опустилось на грудь твари. По лезвию пробежала волна испепеляющего жара — и прочный панцирь бесёнка разлетелся надвое, а половинки тела рухнули в грязь.
Лу Чаншэн довольно прищурился. Он вскинул голову, но парящей твари и след простыл. Трусливая башка сбежала, а окутывавший двор густой туман начал стремительно рассеиваться.
Лу Чаншэн довольно прищурился. Он вскинул голову, но парящей твари и след простыл. Трусливая башка сбежала, а окутывавший двор густой туман начал стремительно рассеиваться.
Впрочем, бегство духа его мало заботило. Все мысли юноши были заняты лежащими у ног кусками плоти. Он быстро раскидал остатки деревянных стен дома, соорудил новый костер и швырнул туда разрубленное тело.
Впрочем, бегство духа его мало заботило. Все мысли юноши были заняты лежащими у ног кусками плоти. Он быстро раскидал остатки деревянных стен дома, соорудил новый костер и швырнул туда разрубленное тело.
Вскоре в его голове привычно раздался механический голос системы:
Вскоре в его голове привычно раздался механический голос системы:
[Обнаружен доступный для поглощения предмет. Начать поглощение?]
[Обнаружен доступный для поглощения предмет. Начать поглощение?]
"Поглотить!"
"Поглотить!"
[Поглощение завершено. Получено 100 очков эволюции!]
[Поглощение завершено. Получено 100 очков эволюции!]
"Какая жалость... — вздохнул Лу Чаншэн, искренне сокрушаясь. — Такой щедрый источник очков, и надо же было мне его так напугать!"
"Какая жалость... — вздохнул Лу Чаншэн, искренне сокрушаясь. — Такой щедрый источник очков, и надо же было мне его так напугать!"
Он прождал во дворе еще какое-то время, но бесёнок больше так и не рискнул показаться ему на глаза.
Он прождал во дворе еще какое-то время, но бесёнок больше так и не рискнул показаться ему на глаза.

Комментарии

Загрузка...