Переносить трупы на третий этаж оказалось слишком тяжело для Чжан Я. Ей пришлось расчленять тела и перетаскивать их по частям, что отняло немало сил. Разлагающаяся плоть, зловонный мозг, выдавленные из глазниц под воздействием внешних сил глазные яблоки и кости, сочащиеся костным мозгом — всё это было очень вонючим и омерзительным, однако не таило в себе никакой опасности. Стоило лишь перебороть психологический дискомфорт, и никаких проблем не возникало.
С усилием выбросив труп из окна третьего этажа на задворки подъезда, Чжан Я вернулась на пятый этаж, точно так же расчленила тело и сбросила его вниз. Она менялась с невероятной скоростью, и теперь уже никто не смог бы сказать наверняка, была ли тому причиной ее мощная способность к адаптации или стремительно угасающий рассудок.
Вернувшись на второй этаж, она стала по очереди пробовать ключи, подобранные у трупов. Добравшись до квартиры под номером 7203, то есть до третьей по счету, она наконец услышала, как замок поддался. Не спеша распахивать дверь, Чжан Я прижалась спиной к стене рядом с проемом и тихонько постучала два раза. Убедившись, что внутри царит абсолютная тишина, она медленно толкнула дверь и вошла внутрь.
— Извините за беспокойство.
Едва переступив порог, она увидела слева подставку для обуви: на ней стояла пара мужских туфель, по две пары тапочек — больших и маленьких — и три пары детской обуви. Прямо перед ней располагалась гостиная с диваном, напротив которого стоял телевизор, а посредине — журнальный столик с блюдом слегка подгнивших фруктов. Дальше тянулся балкон, а слева виднелась матовая стеклянная дверь, судя по всему, на кухню. По левую руку находилось две двери — одна, должно быть, в туалет, а другая в спальню; еще одна спальня располагалась справа.
— Есть тут кто-нибудь?
Постучав в обе межкомнатные двери и убедившись в безопасности, она открыла их и бегло всё осмотрела. Кроме одежды и пачек купюр, ничего полезного обнаружить не удалось. Пройдя на кухню и открыв холодильник, она нашла там немного фруктов, овощей и напитков: хотя они еще не испортились, но уже успели сморщиться и пожелтеть.
На балконе она перерезала веревки, на которых крепилась перекладина для сушки белья, сняла две железные штанги и забрала их с собой вместе с найденной в спальне одеждой и едой. Ноша оказалась тяжелой, и Чжан Я пришлось совершить несколько ходок, чтобы перетащить все припасы. Ничего не евшая за весь день, она решила сварить немного кажи.
Развернув металлические плечики с пластиковым покрытием так, чтобы получилась гибкая проволока, она пропустила ее через отверстия в железных штангах для сушки белья и накрепко привязала к подставке газовой плиты. Подперев конструкцию с двух сторон двумя маленькими банкетками из гостиной и водрузив сверху кастрюлю, она смастерила импровизированную печь. На улице уже стемнело. При свете луны засыпав в кастрюлю рис и налив воды, она развела под ней огонь с помощью зажигалки, спалив принесенную с собой одежду. Родная сушилка для белья в ее квартире была деревянной, из нее не получилось бы сделать печь, так что ту давно уже порубили и сожгли.
В жилом комплексе, где жила Чжан Я, насчитывалось совсем немного жильцов — в каждом здании и даже в среднем на каждом этаже их было меньше трех семей. И тем не менее, стоило в любое время зайти в отдел продаж, как менеджеры с приторными фальшивыми улыбками и восторженным тоном принимались вещать: в комплексе осталось всего несколько хороших квартир, так что если хотите купить — самое время! Создавалось полное впечатление, будто уже в следующую секунду всю недвижимость подчистую скупят жадные спекулянты.
Воды было мало, и Чжан Я приходилась экономить каждый грамм. Промывать рис или мыть овощи считалось непозволительной роскошью — это казалось столь же диким, как выбросить миллионы на покупку куска хлеба. Протерев овощи салфеткой, она бросила их в кипящую воду и добавила немного соли. Чжан Я сварила побольше еды, чтобы завтра утром не тратить силы на готовку. Наевшись, она, не обращая внимания на грязь и пятна на одежде, рухнула на кровать и мгновенно провалилась в сон. Чжан Я еще никогда не чувствовала себя настолько уставшей — стоило ее векам сомкнуться, как сознание рухнуло в бездонную пропасть.
— А-а-а!
Во сне Чжан Я резко селá, испуганно вскрикнув. Ей приснилось, что она только-только добралась до деревни Хуанши, как вдруг увидела превратившегося в Бегуна Бай Юя, который бросился прямо на нее. Выжить и добраться до деревни Хуанши, чтобы отыскать Бай Юя, стало ее единственной духовной опорой в этом отчаянном мире, и она не позволяла себе ни малейшего колебания.
Отерев со лба холодный пот и доев оставшуюся с вчерашнего дня холодную кашу, Чжан Я с силой потерла лицо, схватила оружие, прижала к груди одеяло и отправилась в путь. Целью на сегодняшнее утро был верхний этаж.
Едва она отворила дверь на восьмой этаж, как раздался дикий вопль: мужчина-Бегун, распластавшись на полу, пополз в сторону Чжан Я. Неестественная гибкость заставляла сомневаться, был ли он при жизни человеком, а не каким-то зверем. Из-за двери по правую сторону коридора доносились глухие удары.
Набросив одеяло прямо на голову Бегуна, она сделала шаг вперед, опустилась на него коленями и принялась яростно кромсать ножницами его голову. Не успела она подняться, как сзади раздалось новое рычание. Обернувшись, она увидела еще одного Бегуна, который с воплями мчался прямо на нее. Встать уже времени не оставалось: крепко сжав ножницы, она изо всех сил вонзила их в широко разинутую пасть твари. Острие пробило затылок Бегуна, и из раны брызнула черная кровь. Ее кулак застрял у монстра во рту, не давая челюстям сомкнуться, а инерция бега толкнула тварь вперед, и та повалила Чжан Я под себя. Одной рукой мертвяк вцепился в застрявшее у него во рту запястье, а второй попытался впиться в лицо девушке.
Одновременно с тем, как Бегун схватил Чжан Я за правое запястье, она тоже ухватила его за руку. Когти, испачканные черной кровью, замерли прямо перед ее лицом, источая специфический трупный смрад. Собравшись с силами, Чжан Я правой рукой опрокинула Бегуна набок, уперлась ногой в его грудь и резко рванула руку, пытаясь высвободиться из хватки.Руки Бегуна были крепки, как тиски, намертво вцепившись в запястье Чжан Я, и не было никаких признаков того, что хватка ослабнет. Не имея другого выбора, Чжан Я прижала Бегуна коленом, освободила левую руку и стала одну за другой отламывать ему пальцы, из-за чего раздавался ужасающий хруст. Под воздействием Чжан Я жалкие пальцы были переломаны, и лишь тонкие полоски сухожилий удерживали их на месте, не давая полностью оторваться от ладони. С силой рванув, она наконец вытащила правую руку, прихватив с собой несколько зубов Бегуна, а затем с размаху вонзила ножницы ему в голову и принялась яростно ворочать ими. Вопли, вырывавшиеся из пасти Бегуна, быстро стихли и сменились мертвой тишиной.
Отыскав на теле ключ, Чжан Я немного перевела дух, а затем оттащила труп и сбросила вниз. Тело рухнуло на землю, издав точно такой же глухой стук, как и самоубийца, и привлекая соседних Бегунов, которые сбежались, чтобы растерзать его. Они возбужденно приплясывали, хватая каждый кусок, который удавалось затолкнуть в пасть, и жадно заглатывали его, наслаждаясь дарами природы, хотя в их глазах не было и тени благодарности.
Звуки ударов поблизости постепенно затихли. Одна из дверей рядом с лифтом была распахнута настежь — судя по всему, это и был дом тех двух Бегунов. Шагнув вперед, она попробовала проверить найденные ключи, и один из них действительно подошел к этой квартире. В лифте громоздилась гора упаковок с доставкой — именно это и стало причиной застрявшей кабины. Стоя у выхода из лифта, Чжан Я осторожно вытащила их наружу: там валялась всякая всячина вроде косметики, сумок и обуви. Предметы роскоши, которые раньше, возможно, стоили тысячи или десятки тысяч, теперь обесценились донельзя, и их покрывал тонкий слой пыли.
Войдя внутрь, она обнаружила, что планировка квартиры очень похожа на ту, что этажом ниже, только в комнате не нашлось никакой еды — повсюду валялись лишь коробки из-под еды на вынос и различные упаковки с напитками. Это одновременно обрадовало Чжан Я и заставило испытать легкое разочарование.
Заглянув в спальню под кровать, она нашла металлическую бейсбольную биту, судя по всему, принадлежавшую хозяину квартиры. Чжан Я взмахнула ею — оружие лежало в руке как влитое.
Немного поколебавшись, Чжан Я решила перебраться сюда. Во-первых, в будущем она неизменно продолжит подниматься выше, а чем выше этаж, тем меньше времени уходит на перемещения туда-сюда; во-вторых, каждый спуск и подъем с припасами отнимал слишком много времени и сил.
Впрочем, всю еду она тащить не стала — принесла наверх только овощи и рис, после чего аккуратно подняла таз с водой.
Движения при разведении огня и варке риса становились все более уверенными и привычными. Чжан Я подумала, что ее обоняние, похоже, уже полностью отказало: смрад разложения вперемешку с кислым и затхлым запахом не позволял ей учуять даже аромат свежесваренного риса.
Покончив с кашей, она накрыла остатки крышкой, спрятала ножницы за пазуху, взяла кухонный тесак и продолжила исследовать верхние этажи.
Ей невероятно везло: с девятого по двенадцатый этаж не встретилось ни единого Бегуна. Однако на тринадцатом удача, похоже, окончательно исчерпала себя. Распахнув железную дверь, Чжан Я увидела в дальнем конце коридора трех Бегунов, которые окружили какое-то тело и жадно пожирали его. Грубыми движениями они забрызгала кровью одежду и стены, оставив вокруг множество мелких алых брызг. Судя по цвету крови, это был кто-то из выживших, искавших припасы за пределами убежища, а судя по волосам, эти три Бегуна состояли из двух мужчин и одной женщины.
Если бы я ела чуть быстрее, возможно, сумела бы его спасти...
Эта мысль только успела пустить ростки в глубине сознания, как безжалостно-рациональный довод стер ее в порошок.
Раз уж все случилось, то как ни сожалей, толку не будет.
Пожиравшие добычу Бегуны были полностью сосредоточены на еде и совершенно не замечали Чжан Я, стоявшую на пороге. Чуть помедлив, она стукнула кухонным тесаком по железной двери. Два Бегуна резко обернулись на незваного гостя, потревожившего их трапезу.
Чжан Я уже успела понять, что Бегуны гораздо сильнее ее: даже те из них, кто обратился из стариков, превосходили ее в физической мощи. Лучше всего было иметь дело с каждым поодиночке. Оторвавшись от еды, оба Бегуна бросились на Чжан Я, используя и руки, и ноги и несясь вперед в жуткой, неестественной позе. Чжан Я мгновенно захлопнула дверь и прижалась к ней спиной. Раздался глухой удар, и от ее толчка железную дверь выгнуло наружу, образовав щель. Пусть и небольшую, но ее оказалось достаточно, чтобы один из Бегунов просунул голову. Чжан Я тут же со всего маху вонзила ножницы в глазницу твари, провернула их, выдернула и превратила мягкие ткани в бесформенное месиво из размозженной плоти.
Оставшийся позади Бегун на мгновение замешкался между лежавшей на полу едой и добычей перед ним. Его проеденный вирусом мозг явно не мог взять в толк, почему сородич вдруг превратился в пищу. Эта заминка заставила его задуматься всего на секунду, но этого времени Чжан Я хватило, чтобы распахнуть дверь, с размаху сбить тварь с ног ударом ноги, вскочить на нее и приняться яростно рубить кухонным тесаком, пока смердящий шарообразный нарост на шее не отделился от туловища.
Не раздумывая, она сама бросилась навстречу последнему Бегуну. Пройдя через несколько схваток, Чжан Я уже досконально изучила их повадки при охоте.
Тела, ослепленные вирусом, несомненно, способны развивать колоссальную силу и поразительную скорость, но все же не выходят за пределы человеческих возможностей. В их затуманенных головах не рождается мыслей о том, чтобы сперва одолеть или убить добычу, а потом не спеша приступить к трапезе — при виде жертвы их первой реакцией было широко разинуть пасть в попытке проглотить ее целиком, к тому же чувство равновесия у них хромало на обе ноги.
Стоит лишь набраться храбрости и сохранить холодную голову, как любой обычный человек сможет запросто прикончить одинокого Бегуна. Впрочем, подобные ситуации случались нечасто: обычно Бегуны не действовали в одиночку, и стоило их числу возрасти до двух, трех или более, как исходящая от них угроза возрастала многократно.
Когда Бегун уже почти бросился на нее, Чжан Я резко присела и длинной, стройной правой ногой сделала подсечку по ногам твари. Бегун, повинуясь лишь инстинкту, тоже попытался согнуться вслед за присевшей Чжан Я, но с удивлением обнаружил, что потерял равновесие, и рухнул плашмя на землю.
Ловко развернувшись на месте, Чжан Я придавила его спину коленом, обеими руками вцепилась в рукоять ножниц и вогнала их в затылок твари. Не успела она перевести дух, как из лестничного пролета донесся зловещий крик нового Бегуна!

Комментарии

Загрузка...