Хотя за дверью раздался лишь голос Моён Хён Рака, Юри почувствовал, что пришёл он далеко не один. Всего присутствий было пять. Их ауры были столь явными, что распознать гостей не составило труда.
Одним из пришедших была Серебряная Императрица Боевых Искусств Ёлли Сан А. Юри гадал, куда же она подевалась, раз не пришла на собрание кланов. Оказалось, она проводила время с главой Альянса.
Вторым был глава Врат Небесной Справедливости, Сто Мечей Гон Сон Мён... А третьим? Поначалу Юри засомневался, но вскоре узнал эту ауру.
«Король Кулаков?»
Токко Гви Джин, Король Кулаков, с которым Юри когда-то проводил спарринг в поместье Орсия. Великий мастер, когда-то жаждавший сделать юношу своим учеником. Будучи безумцем боевых искусств, Гви Джин обычно не интересовался мирскими делами и безвылазно тренировался в своей обители, но на это собрание Альянса он всё же решил прибыть.
«А вот последнюю ауру я не знаю».
Склонив голову набок, Юри поднялся со стула.
— Цыц, — напротив, Ха Рён, которая уже приготовилась разливать чай, недовольно плюхнулась обратно на стул.
Юри мельком взглянул на неё, недоумевая, в чём причина такой резкой перемены настроения. Её лицо прямо-таки светилось от раздражения.
— Что случилось?
— Разве со мной что-то не так?
— У тебя лицо какое-то недовольное.
— Я всегда так выгляжу. Видимо, мы слишком долго не виделись, раз вы успели позабыть мои манеры.
— Нет, ты явно злишься.
— Зато вы, Юри, выглядите подозрительно счастливым. Похоже, у вас нет ни малейшего желания насладиться ароматом чая в моей компании?
— Ну, чай-то мы сможем попить в любое время.
— В любое-то в любое, но прямо сейчас нас этого удовольствия лишили, — бросила Ха Рён.
Даже не думая подниматься, она лишь повернула голову в сторону двери и громко произнесла:
— Входите.
Дверь тут же отворилась. Первым вошёл Моён Хён Рак, а за ним — Ёлли Сан А, Гон Сон Мён и Токко Гви Джин. Не хватало лишь Пронзающего Солнце Божественного Копья Людерка Тореса, а так в сборе были почти все Четыре Абсолюта.
Последним же вошёл седовласый нищий с красным носом, одетый в тряпьё, которое даже с натяжкой нельзя было назвать одеждой. Никто его не представлял, но догадаться о его личности было проще простого.
Белые как лунь волосы, глубокие морщины на лице и сгорбленная спина... Выглядел он как глубокий старик, однако его походка так и лучилась скрытой силой. Но главным доказательством были девять узлов, красовавшиеся на его поясе.
«Этот старый нищий и есть Ногольгэ, глава Клана Нищих».
Юри видел его впервые, но во время пребывания в Демоническом Культе краем уха слышал о нём из разговоров Би Ён и Небесного Демона. Сила Ногольгэ давно позволяла ему войти в число Непревзойдённых мастеров, но старик наотрез отказался от этого титула, заявив, что для простого нищего это слишком большая обуза.
— Хм-м!.. — первой отреагировала Ёлли Сан А, едва переступив порог.
Округлившимися глазами она уставилась на Юри, принявшись оценивающе разглядывать его с ног до головы.
— Ха-ха! — Ногольгэ задорно рассмеялся. Поглаживая свою густую, всклокоченную бороду, он широко улыбнулся: Тут уж скорее не гений, а настоящий монстр.
На лице Гон Сон Мёна отразился шок. Он был поражён тем, насколько уровень Юри превзошёл их спарринг во Вратах Небесной Справедливости несколько лет назад.
— Рад встрече! — Моён Хён Рак расплылся в дружелюбной улыбке. Расставив руки для объятий, словно встречал близкого друга, он направился к столу.
— Приветствую старших, — почтительно поклонился Юри.
— Присаживайтесь, — Ха Рён жестом указала гостям на стулья.
— Если бы ты сообщил о своём прибытии заранее, мы устроили бы пышный приём. Жаль, что всё вышло так внезапно.
«Раз уж ты явился без предупреждения и устроил переполох, мне, главе Альянса, пришлось лично тащиться в эту глушь».
Почему-то в ушах Юри вежливые слова Моён Хён Рака прозвучали именно так.
— Но меня гложет одно любопытство. Я не получал докладов о том, что стража у ворот пропустила тебя... Как именно ты проник в город? Демон... — Моён Хён Рак запнулся, прежде чем произнести прозвище. — ...то есть, Звезда Кулака. Ха-ха, отличное прозвище. Но кто же первым решил тебя так величать?
— М-м...
«Это что, допрос, замаскированный под светскую беседу?»
Возможно, Моён Хён Рак спрашивал искренне, без всякого умысла. Но из-за бытующего мнения о главе Альянса как о «Великом Молодого Герое» Юри почему-то продолжали чудиться скрытые издёвки...
— Перед тем как войти в город, я случайно встретил в трактире госпожу Намгун Ён Би, и благодаря ей смог миновать стражу. Я не просил её о помощи, она сделала это исключительно из добрых побуждений, так что прошу не винить её за это.
— Я слышал, в трактире произошёл небольшой инцидент. Зелёному Учёному Прохладного Ветра сломали нос, а Шторму Сверкающего Меча...
— А кто такой Шторм Сверкающего Меча? — поинтересовался Юри, искренне не знающий этого прозвища.
При этих словах лицо Моён Хён Рака исказилось от целой гаммы противоречивых чувств.
— Тот... тот самый бедолага, которому ты раздробил челюсть в трактире, и носит прозвище Шторм Сверкающего Меча. Боюсь, теперь без сильного исцеляющего заклинания он до конца дней сможет питаться лишь жидкой кашей.
— Если ему приспичит, скопит денег и обратится в храм, — равнодушно отозвался Юри.
От такого ответа лицо главы Альянса снова мелко задёргалось.
— Хм... До меня дошли вести и о твоей выходке на собрании кланов. Безусловно, глава Джегаль совершил оплошность, первым оскорбив тебя. Но не считаешь ли ты, что твои ответные меры были чересчур суровыми?
— Зелёный Учёный Прохладного Ветра сунул нос не в своё дело и отделался сломанным носом, а Шторм Сверкающего Меча распускал грязные слухи и лишился челюсти. Что касается главы Джегаль, у него нет ни одного перелома или внутреннего повреждения. Я не понимаю, почему вы считаете моё отношение к нему суровым.
Губы Моён Хён Рака задрожали. Ему до безумия хотелось высказать всё, что он думает, используя самые грязные ругательства, но он колоссальным усилием воли удержал себя в рамках приличий.
— Кхм-кхм... Ну... ладно, проехали. Ха-ха, я допустил оговорку. Разумеется, твои действия были абсолютно обоснованными.
— К слову, прозвище Звезда Кулака мне дал Гом Ён — один из монстров Семи Зол Демонического Культа.
— Насколько я знаю, имя Демон Кулака тоже принадлежит его авторству. Надо же, а ты довольно жадный, раз умудрился получить сразу два прозвища от одного и того же человека.
— Это вышло не по моей воле.
— И то верно, мало кто в мире сам придумывает себе титулы. Для этого нужна кожа на лице столь толстая, что сможет выдержать удар клинком без всякой защитной ауры.
— ...
— Ха-ха-ха! Жаль, очень жаль. Если бы это было в моих силах, я бы с радостью сам наделил тебя новым прозвищем.
С этими словами Моён Хён Рак посерьёзнел.
— Но не думай, что мы пришли без веской причины. Слухи о твоих сегодняшних похождениях уже разлетелись по всему городу. Оставь мы всё как есть, это нанесло бы урон не только твоей репутации и доброму имени клана Джегаль, но и вызвало бы вопросы к самому Альянсу. Поэтому мне пришлось лично вмешаться, пусть это и выглядит несколько поспешно.
— Прошу простить за беспокойство.
— Тебе не за что извиняться. Впрочем, у нашего визита есть и другая, более важная причина.
Его лицо стало сосредоточенным. Поднявшись со стула, он сложил ладони в ритуальном жесте и низко поклонился Юри.
— Прежде всего... как глава Альянса Истинных Небес, представляющего весь Праведный путь, я хочу выразить тебе глубокую благодарность.
Видя, что Моён Хён Рак встал и поклонился ему, Юри тоже поспешно поднялся на ноги.
— Каковы бы ни были детали, ты лично сокрушил двоих из Семи Зол. В особенности Трёхглазого Монстра — свирепого демона, который пролил реки крови праведных мастеров в войне, развязанной предыдущим Владыкой Демонов, Сокрушающим Небеса. Что касается Мастера Дао Призрачных Глаз, он редко покидал пределы Культа, но если бы он воплотил свои планы и ушёл после ухода Небесного Демона в затворничество... его клинок унёс бы бессчётное число жизней.
На самом деле Мастер Дао планировал вернуться в Орден Войны, но об этой правде Юри предпочёл умолчать.
— Одолев этих двоих, ты спас тысячи, если не десятки тысяч невинных душ. Могу ли я, как глава Альянса, спросить тебя? Был ли этот великий подвиг продиктован благородным чувством справедливости?
Юри помедлил с ответом. Честно говоря, ему всегда было трудно до конца понять ту самую «справедливость», о которой так любили рассуждать праведные мастера Восточного континента.
Хоть он и прожил в этом мире уже пять лет, внутри него по-прежнему сидел Ли Су Хёк, проживший двадцать семь лет на Земле.
В школе он, конечно, посещал уроки обществознания и этики, но редко применял полученные знания на практике. Ли Су Хёк никогда не считал себя образцом добродетели — он был обычным, ничем не примечательным парнем.
— Моя родина находится за пределами этого континента, — заговорил Юри. — На Западе, где я вырос, тоже хватало тех, кто громко рассуждал о справедливости. Но моя собственная жизнь была бесконечно далека от их благородных идеалов.
— Я знаю. Ты состоял в мелкой банде Чёрного пути, у которой не было даже собственного знака отличия.
— Да. Я начал изучать боевые искусства довольно поздно и прошёл долгий путь. Но я до сих пор не знаю, что такое справедливость. Я убил Трёхглазого Монстра лишь потому, что искренне считал: такой человек не имеет права ходить по этой земле. Мне просто хотелось избавить мир от него.
— И почему же ты так решил?
— Он проводил жуткие ритуалы, создавая чудовищ из трупов и живых людей. И при этом не чувствовал ни капли раскаяния — напротив, он с гордостью хвастался мне своими созданиями, называя их произведениями искусства, и мечтал сотворить нечто ещё более ужасное.
— Поэтому я его убил, — ровным тоном закончил Юри.
— Этого более чем достаточно, — на губах Моён Хён Рака расплылась тёплая улыбка. Он согласно кивнул и дружески похлопал Юри по плечу: Далеко не каждый решится бросить вызов двоим из Семи Зол за раз. Ты не побоялся рискнуть жизнью перед лицом истинного зла, и это заслуживает глубочайшего уважения.
В этот миг глава Альянса и вправду походил на великого благородного героя.
— Так почему бы тебе официально не примкнуть к Альянсу Истинных Небес, став достойным примером для всего молодого поколения?
— Я отказываюсь.
— ...
Лицо благородного героя мгновенно дёрнулось.
— Глава Альянса, — подал голос Ногольгэ, с улыбкой наблюдавший за разговором. — Я, как глава Клана Нищих, хочу официально выдвинуть кандидатуру Звезды Кулака на звание Непревзойдённого мастера.
Услышав это, Юри удивлённо уставился на старого нищего.
Хоть он и хвастался перед главой Джегаль, что отказался от места в Семёрке ради титула Непревзойдённого мастера, он вовсе не ожидал, что это произойдёт на собрании.
— Хм... — Моён Хён Рак нахмурился, погрузившись в раздумья.
Ногольгэ продолжил:
— На Западе Жестокий Хаос получила этот статус за уничтожение Демонического Воеводы в Кровавых Одеяниях из предыдущего состава Семёрки. А Игра в Полнолуние заслужил его, истребив множество демонов.
— Это правда.
— И чем же хуже Звезда Кулака? Ни один из нынешних Непревзойдённых мастеров не одолел двоих из Семи Зол за день. Кто посмеет заявить, что он недостоин этого звания?
— Эм, прошу прощения, — вмешался Юри. — А этот статус всегда присуждается вот так просто?
— Стоит нескольким великим мастерам, главам кланов или лидерам сект признать твою силу — и ты официально становишься Непревзойдённым мастером, — старик весело усмехнулся. — Это сейчас нас осталось четырнадцать: Один Демон, Один Император, Двое Святых, двое выживших Владык, Четыре Абсолюта и Четыре Стража. Раньше этот список был куда короче. В конце концов, все мы воины, а потому часто гибнем в сражениях или от рук молодых претендентов.
— Во времена Владыки Демонов, Сокрушающего Небеса, в списке было всего десять имён, — припомнила Серебряная Императрица Боевых Искусств.
Ногольгэ согласно кивнул:
— Да, ведь тогда не было переселенцев. Многие гибли, пытаясь преодолеть непреодолимый барьер, или просто уходили в затворничество... Но когда Небеса являют миру великие таланты, число мастеров растёт. Так и появились Четыре Стража.
Четыре Стража славились своей невероятной силой, но их статус во многом объяснялся тем, что они были одержимыми с Земли. Из-за этого консервативные мастера иногда пренебрежительно заявляли, что их реальное мастерство уступает остальным великим воинам.
— Наш статус должен вызывать трепет, поэтому число великих мастеров строго ограничено. Но в твоём случае... отбросив условности последних лет, ты более чем достоин занять это место.
Старик тепло посмотрел на Юри прищуренными от улыбки глазами.
— Но я не уверен, что смогу одолеть вас в бою.
— Ха-ха-ха! Я всего лишь старый вожак нищих, который и пальцем не тронул ни одного монстра из Семи Зол. Такой титул слишком велик для меня.
— Но ведь вы возглавляете Клан Нищих и верой и правдой служите Праведным силам.
— Это так. Но за мной нет такой славы, как за тобой. Да я и сам никогда не стремился к этому званию.
Юри перевёл взгляд на Гон Сон Мёна. Ведь именно он, наряду с главой Клана Нищих, считался главным претендентом на вакантное место.
— Почему ты смотришь на меня? — с улыбкой спросил Гон Сон Мён. — Я полностью согласен с главой нищих. Я лишь руководил сектой. Мне не доводилось сражаться с Семью Злами, да и подвигов на благо общества я совершил не так много.
— ...
— Пусть мощь моей секты и уступает Клану Нищих, я, глава Врат Небесной Справедливости Гон Сон Мён, тоже отдаю свой голос за Звезду Кулака.
Серебряная Императрица Боевых Искусств Ёлли Сан А, ласково улыбнувшись, произнесла:
— Глава Альянса. Я, Серебряная Императрица Боевых Искусств Ёлли Сан А, также поддерживаю его кандидатуру. Моё слово пока не отражает официальную позицию всего клана Ёлли, но я обсужу это с семьёй сегодня же, и мы вынесем окончательное решение.
— Хм... — Моён Хён Рак вновь насупился. — Доводы старших вполне разумны, но... не слишком ли он молод? Непревзойдённый мастер в двадцать пять лет — такого в истории ещё не бывало. Я предлагаю пока оставить это место вакантным, а вернуться к этому вопросу лет через пять...
— Какая разница, сколько ему лет, если его сила неоспорима?
— Глава, проявите решительность.
— Выдвижение столь молодого воина станет отличным стимулом для всего молодого поколения.
Под напором стольких авторитетных мнений Моён Хён Рак заметно замялся.
[Вы — Непревзойдённый мастер? Простите, но это звучит безумно смешно, если отбросить все приличия.]
[И что тут смешного?]
[Они пытаются сделать вас великим праведным воином. Но, как по мне, вы больше похожи на демона... в лучшем случае вы стоите на грани между Праведным путём и Путём Демонов.]
Юри и сам в глубине души был с ней согласен.
— Я против, — раздался резкий голос Токко Гви Джина, который до этого сидел молча, скрестив руки на груди.
— Кто бы сомневался.
Его протест никого не удивил. Моён Хён Рак вздохнул с облегчением, а остальные лишь понимающе переглянулись.
— Как можно давать такой титул тому, чью силу мы даже не проверили в деле? — на худощавом лице Короля Кулаков проступила широкая ухмылка. — Когда я впервые встретил тебя в поместье Орсия, твоим прозвищем было Громовое Облако.
— Да.
— И когда ты сразился с Драконом Меча и стал Драконом Облаков, я тоже был там.
— Я победил в том состязании лишь благодаря вашей поддержке, старший Король Кулаков.
— Ха-ха-ха! Какой же ты язвительный мальчишка, — Король Кулаков рассмеялся и выставил на стол свои огромные, покрытые буграми мозолей кулаки. Кожа на них была столь твёрдой, словно её выковали из чистого железа. — Я проверил твои навыки при первой встрече, и сейчас мне нетерпится сделать это снова. Что скажешь?
— Нет, — Юри в ответ тоже выставил на стол свои кулаки. Его ладони не были столь изувечены шрамами, но в них угадывалась безупречная сила истинного мастера. — На этот раз вам придётся готовиться не к проверке, а к полноценной битве.
Король Кулаков оглушительно расхохотался.
Их поединок был назначен через три дня.

Комментарии

Загрузка...