— Меня никто не кусал. Если так сомневаешься, хочешь, размотаю бинт и покажу?
Пак с обиженным видом вытаращил глаза.
Несмотря на то, что это могло прозвучать угрожающе, школьник посмотрел прямо на Пака и твердо ответил:
— Да, покажите.
Пак проворчал что-то себе под нос и убрал руку с моего плеча.
Он наклонился, намереваясь распустить бинт на ноге, но потерял равновесие и пошатнулся.
— Зачем вы его трогаете?
Увидев это, парень с юным лицом, который уже успел зайти в магазин, поспешно подбежал и остановил Пака.
— А что мне делать, если он требует показать?
Заметив, как Пак обратился к школьнику, парень, судя по всему, тоже лишь сейчас осознал всю ситуацию.
Парень с юным лицом все еще выглядел недовольным, но, поставив Пака на ноги, сам начал разматывать бинт, который накладывал ранее.
— Вы тоже.
Школьник кивком указал на пластырь у меня на руке.
Я послушно кивнул и сам отклеил пластырь, демонстрируя рану.
Конечно, по сравнению с раной Пака, это было сущим пустяком.
Стоило воздуху коснуться рваной раны, как в ней закололо.
Даже на первый взгляд было ясно, что это не укус, поэтому школьник быстро потерял интерес и перевел взгляд на Пака.
— Ух…
Видимо, рана Пака, наконец представшая перед глазами, оказалась куда серьезнее: школьник скривился и тихо застонал.
Посреди покрасневшей опухшей кожи виднелась глубокая борозда от прошедшей навылет пули.
Пак ухмыльнулся, глядя на побледневшего паренька:
— Ну что, не похоже на укус, да? Если бы меня укусили, разве столько людей ходило бы со мной?
На самодовольство Пака школьник лишь скривил губы и буркнул:
— Я тут видел людей, которые прятались, но при этом таскали на себе трупы, укушенные ими же. Как я могу верить таким вещам?
Впустив нас внутрь, школьник запер дверь сразу за вошедшим Кимом.
Его лицо, тревожно оглядывающееся по сторонам, было полно страха.
Пока мы препирались, солнце, видимо, скрылось за горизонтом, и вокруг стемнело.
Свет в магазине так и не включили, но ориентироваться помогало тусклое свечение холодильников с напитками.
Парень с юным лицом достал из принесенной аптечки новый бинт и снова перевязал ногу Пака.
Я посмотрел на свою рану, на которую сразу после осмотра снова наклеил пластырь.
Я почти забыл о ней, но стоило вспомнить — и ладонь тут же заныла.
Видимо, оттого, что пот, выступивший, пока мы тащили Пака, начал остывать, меня пробрал озноб.
Судя по ломоте во всем теле, наутро меня ждала жестокая крепатура.
В этот момент мой взгляд привлекли аккуратно расставленные у кассы лекарства.
Я окликнул школьника, указывая на знакомую красную коробочку.
— Слушай, можно мне взять одну?
— Да, с вас 3 500 вон. Наличные есть?
Я был так удивлен его естественной реакцией, что опешил и уставился на него.
Остальные, похоже, тоже были ошарашены таким ответом и смотрели на него во все глаза.
Школьник смущенно замялся и пробормотал:
— Да нет, просто это папин магазин… Да и терминалы сейчас всё равно не работают…
— Прости, наличных нет…
Я успокаивающе махнул пареньку рукой и прямо так опустился на пол между стеллажами.
От холодного кафеля потянуло сыростью, озноб усилился, а тело заныло еще сильнее.
В конце концов, отбросив мысли о возможной стеклянной крошке, я натянул обратно рубашку, которую вернул Ким.
Я как раз застегивал пуговицы, когда прямо перед моим носом возникла пачка тайленола.
— Вернете, когда всё это закончится.
Тон был резким, но в протянутой руке он держал еще и бутылку воды, покрытую капельками конденсата.
Пусть он и пыжился, напупуская на себя грозный вид, в душе парень явно был неплохим.
Я принял воду и лекарство, улыбнувшись.
— Спасибо.
Видимо, эти слова немного остудили его подозрительность, и колючий тон смягчился.
Он присел на корточки рядом со мной и, пока я глотал лекарство, тихонько спросил:
— Кто вы, черт возьми, такие, что с ходу пытаетесь выломать дверь в чужом магазине и ходите с оружием? В последнее время снаружи постоянно что-то грохочет. Это что, выстрелы? Это вы стреляли?
От этого пулеметного потока вопросов у меня закружилась голова.
Как взрослый, я хотел успокоить растерянного школьника, но сам ничего не знал и не мог дать никакого ответа.
— Ну…
В тот момент, когда от моего уклончивого ответа уголки глаз школьника снова поползли вверх, послышался грохот чего-то рассыпающегося.
Обернувшись, я опешил: женщина с короткой стрижкой вместе с мужчиной в черном уже вовсю сгребали в сумку питьевую воду и консервы.
Выглядело это стопроцентным мародерством.
Наконец-то раскусив их истинную суть, школьник отвинтил челюсть от удивления.
Смотря на них осоловелыми от ужаса глазами, он подскочил на месте:
— Эй! Что вы делаете?
Женщина лишь сухо бросила, запихивая в сумку тунец:
— Ты что, собираешься куковать здесь в одиночку? Тебе же лучше пойти с нами.
Школьник, лишившись дара речи, часто задышал, хватая ртом воздух.
— Я и здесь отлично себя чувствовал, в безопасности!
Женщина с короткой стрижкой перевела взгляд на погрузившуюся во тьму улицу за стеклом.
Её глаза глядели куда-то сквозь темноту, словно она высматривала вовсе не то, что таилось снаружи.
— Неизвестно, как долго ты еще будешь в безопасности.
Школьник ткнул пальцем в сторону Кима, который молча набивал карманы протеиновыми батончиками:
— До того, как этот дядька попытался выломать дверь, я был в безопасности! И зомби просто проходили мимо!
— Речь не об этом. С начала карантина прошло уже несколько дней, так что скоро голодные люди полезут наружу.
Пак, развалившийся на полу посреди прохода с протянутыми ногами и хрустящий печеньем, вклинился в разговор.
Школьник остолбенел от ужаса:
— Какая блокада? Разве снаружи нас не должны спасать?
— Поскорее забудь об этих иллюзиях.
Мужчина в черном, который пил воду из бутылки, равнодушно вставил:
— Их столько перебили, а они все не кончаются. Может, лучше было бы сбросить бомбу и выжечь город дотла.
Он говорил так безразлично, словно забыл, что сам находится в этом городе.
Казалось, он прямо-таки алкал этого.
Воздух стал ледяным.
Все с побелевшими лицами уставились на мужчину.
Женщина с короткой стрижкой тоже ледяным взглядом сверлила мужчину в черном.
Тот, перехватив её взгляд, заткнуть-то заткнулся, но атмосфера от этого не разрядилась.
Некоторое время слышалось лишь шуршание упаковок, пока они собирали еду и воду.
Поняв, что спорить бесполезно, школьник махнул рукой и снова плюхнулся рядом со мной.
Он огляделся, проверяя, не смотрят ли на него те, кто был занят сбором вещей, затем придвинулся ко мне ближе и спросил:
— Дороги и вправду перекрыты? И докуда?
Видимо, после нашей недавней беседы я казался ему ближе остальных.
Я лишь покачал головой, так как не мог ответить на этот вопрос.
— Говорят, весь Каннам в кольце блокады, но где именно блокпосты — чёрт знает. Хотя судя по брошенным на дорогах машинам, перекрыто и правда всё.
Лицо школьника помрачнело, он вновь уставился в окно.
Дорога перед магазином была пуста.
Нервно покусывая губу, парень зыркнул на женщину с короткой стрижкой и её компанию.
— … А чё вы вообще с ними таскаетесь? Вы ведь толком и не знакомы.
— Ну…
С чего начать и где закончить?
Стоит ли рассказывать подробности того, что они натворили, парню, который и так уже относится к нам с опаской?
Школьник молча ждал моих объяснений.
Я отвел взгляд и постарался сгладить углы, кратко пересказав ситуацию.
— … Мы тоже прятались в офисе, а когда они пришли, вышли вместе с ними.
Кое-что я упустил, но в целом не соврал.
Школьник, похоже, принял это объяснение и кивнул.
— Понятно… Значит, спасательный отряд? Тайные агенты или наёмники?
Бормоча под нос догадки, он вдруг с нескрываемым благоговением покосился на Кима.
Я уже открыл рот, чтобы сбить с него эту романтическую спесь, как он сам круто сменил тему:
— А как тебя зовут?
Меня слегка обескуражило такое резкое падение дистанции после парой брошенных фраз.
Видимо, прочитав мое выражение лица, он смущенно почесал затылок.
— То Джихёк. Можешь звать просто дядей. А тебя как? В старшей школе учишься?
Я поспешил ответить и переспросил, чтобы не создавать неловкости, и он с улыбкой ответил:
— Ага, понял. Я Ким Джихо. А остальные?
— Это Кан Йера, а это госпожа Ли Чонсук.
Заметив это, Кан Йера и Ли Чонсук приветливо помахали Ким Джихо ручкой.
Кан Йера подняла наполовину пустую бутылку воды и с виноватым видом сказала:
— Прости за воду. Когда ситуация наладится, я приду и расплачусь.
Ким Джихо смущенно отмахнулся.
— Да я все равно уже не сосчитаю, сколько вы взяли.
Ким Джихо уныло окинул взглядом разобранный магазин.
Затем к знакомству присоединились и те, кто устроил этот беспорядок.
Хотя, если быть точным, назвать это знакомством было сложно, так как они назвали только фамилии.
Услышав односложные имена Ким и Пака, Ким Джихо опешил, но те даже бровью не повели.
Следом представились и остальные, чьих имен я тоже еще не знал.
Не знаю, решили ли они последовать примеру первых двоих или так было оговорено заранее, но все назвали только свои фамилии.
Женщина с короткой стрижкой — «Ли», парень с юным лицом — «Чхве», мужчина в черном с верхнего этажа — «Чо». Кан Тхэён назвался «Квон».
Когда представился Кан Тхэён, я обменялся взглядом с Кан Йерой.
Судя по тому, как они запинались, подбирая фамилии, эти имена тоже были вымышленными.
— А почему вы не называете своих имен?
Когда Ким Джихо задал этот вопрос, Чо холодно ответил:
— Потому что не хотим встретиться снова.

Комментарии

Загрузка...