Услышав слова Ли Шиминя, Юйчи Гун швырнул бездыханное тело Ли Юаньцзи на землю, отвесил глубокий поклон со сложенными перед грудью руками и произнес: ─ Слушаюсь!
На сердце у него, однако, по-прежнему скребли кошки, и ему не терпелось отрастить крылья, лишь бы поскорее унести ноги от нынешнего Ли Шиминя.
Эта пугающая, совершенно чуждая черта проявилась в нем впервые за все те годы, что они плечом к плечу ходили по краю лезвия, и теперь душу генерала помимо его воли затапливало глухим трепетом.
Не успел он сделать и шагу, как за спиной снова раздался голос Ли Шиминя – ровный, начисто лишенный каких-либо эмоций: ─ Доставьте сюда головы наследника и князя Ци.
Юйчи Гун внутренне похолодел и тотчас мысленно взвыл: ─ Да неужто Его Высочество решил действовать наотмашь?!
Старый император и без того в годах, выдержит ли он вид отрезанных голов собственных сыновей?
Его же хватит удар! А править государством кому-то надо, так что волей-неволей придется возвести князя Цинь в наследники, иного пути не останется…
Но делать было нечего – приказы Ли Шиминя не обсуждаются. Стиснув зубы, генерал собственноручно срубил головы Ли Цзяньчэну и Ли Юаньцзи, а затем с отрядом верных нукеров двинулся к дворцу Тайцзи.
Ли Шиминь задрал голову к лазурному небу и медленно сомкнул веки; по его щеке бесшумно скатилась одинокая прозрачная слеза.
Было ли это безумной радостью оттого, что великое дело свершилось?
Или горечью братоубийства, что тяжелым камнем легла на душу?
Кроме него самого, ведомо то не было никому.
…
Дворец Тайцзи, озеро Хайчи.
Богато украшенная лодка плавно причалила к берегу. Ли Юань в сопровождении Пэй Цзи и остальных поднялся на ноги, собираясь сойти на сушу.
В тот же миг командир императорской стражи заступил императору дорогу, выхватив меч из ножен. Не отрывая глаз от приближающихся людей, он взревел: ─ Юйчи Цзиндэ!
Ты что же, вздумал поднять мятеж?!
Ли Юань и его свита остолбенели, а впереди уже шагал облаченный в латы чернолицый генерал, с ног до головы залитый кровью, ведя за собой нескольких воинов.
Остановившись в двух чжанах от императора, Юйчи Гун высоко взметнул правую руку, являя миру кровавые головы Ли Цзяньчэна и Ли Юаньцзи, и зычно провозгласил: ─ Наследник и князь Ци предались разврату во внутренних покоях и замыслили убийство князя Цинь у ворот Сюаньу, за что и были казнены по закону.
По приказанию Его Высочества князя Цинь я прибыл охранять Ваше Величество!
Глас его звучал раскатами грома, повергнув Пэй Цзи и прочих сановников в полное оцепенение.
Мы же вроде просто выехали покататься по озеру, а князь Цинь тем временем взял да и прикончил наследника престола вместе с князем Ци?
Обязательно было действовать с такой беспощадной решимостью?..
И главное – если мы прямо сейчас переметнемся к князю Цинь, не слишком ли поздно?
Ли Юань не сводил глаз с двух окровавленных голов. Краска мгновенно отлила от его дородного лица, оставив лишь мертвенную бледность.
─ Цзяньчэн… мертв… – выдохнул он.
Перед глазами заплясали черные мушки, колени подломились, и император начал заваливаться назад.
К счастью, Пэй Цзи и другие подоспели вовремя, подхватив его на руки: ─ Ваше Величество! Ваше Величество!
Эй, живо зовите лекаря! Сию же минуту императорского лекаря сюда!!!
Юйчи Гун произнес глухим голосом: ─ Здесь сыро и холодно, прошу господ проводить Ваше Величество в покои для отдыха.
Я буду сопровождать вас и обеспечивать безопасность.
Командир стражи тотчас взбеленился: ─ Юйчи Цзиндэ!
Дворец Тайцзи – не место для твоих бесчинств!
Переведя на него тяжелый взгляд, Юйчи Гун многозначительно процедил: ─ Командир Чэнь, вы и впрямь намерены упорствовать до конца?
Тот на секунду замер, но сообразил быстро.
Нынче головы наследника и князя Ци отделены от тел, и в том, что князь Цинь вот-вот займет престол, уже нет ни малейших сомнений – это дело считанных дней.
Упорствовать в защите Ли Юаня ему не было никакого резона – это принесло бы лишь немилость нового государя, но никак не выгоду.
Придя к этому выводу, командир благоразумно проглотил готовые сорваться с языка угрозы, задвинул меч в ножны и молча взвалил Ли Юаня себе на спину.
Если даже вояки смекнули, к чему клонится дело, то где уж старым лисам вроде Пэй Цзи было отставать?
Безмолвной процессией они плотным кольцом окружили императора, поспешно направляясь к жилым покоям.
Юйчи Гун со стороны наблюдал за ними холодным взглядом, ведя личную стражу следом, пока Ли Юань не скрылся за дверями опочивальни. Тогда он велел запереть створки и отправил одного из воинов с докладом к Ли Шиминю.
…
Ворота Сюаньу.
Ли Шиминь в мгновение ока взял себя в руки, круто развернулся и отдал приказ: ─ Распахнуть дворцовые ворота.
Чжан Гунцзинь молча кивнул в знак согласия и велел воинам сдвинуть тяжелые засовы.
Снаружи Сье Шуфан вовсю штурмовал ворота, отчаянно рубя защитников, как вдруг створы распахнулись, и в груди у него шевельнулось недоброе предчувствие.
Не только он – оставшаяся тысяча с лишним воинов армии Чанлинь вмиг прекратила атаку, уставившись на внутренний двор.
Посреди дороги, залитой лучами солнца, стоял Ли Шиминь в сияющих серебряных доспехах, окруженный верными сподвижниками во главе с Чэн Яоцзинем и Чжан Гунцзинем.
Сье Шуфан, возвышаясь в седле, вгляделся вдаль и отчетливо разглядел две обезглавленные фигуры, распростертые на каменных плитах. С дрожью в голосе он вопросил: ─ Где… где Его Высочество наследник?!
Ли Шиминь промолчал, и за него ответил Чэн Яоцзинь, рявкнув на всю округу: ─ Наследник и князь Ци устроили смуту во внутренних покоях и учинили здесь заговор, пытаясь убить князя Цинь. За измену они были казнены на месте.
Иль вы намерены и дальше упорствовать в своем безумии?!
От этих слов души у всех ушли в пятки, а боевой дух испарился без следа.
─ Наследник… погиб?!
─ Да… как такое вообще возможно?!
─ Его Высочество – законный наследник престола, с какой стати ему поднимать мятеж?
─ Но ведь тела вон там… и правда принадлежат наследнику и князю Ци…
После недолгой зловещей тишины кто-то истошно завопил: ─ Бежим… спасайтесь!
Более тысячи чанлиньских воинов тотчас бросились кто куда, охваченные паническим ужасом.
Лишь Сье Шуфан и Вэй Тин остались стоять на прежних местах, погруженные в тяжелое молчание.
Чэн Яоцзинь в упор уставился на Сье Шуфана и зычно рявкнул: ─ Сье Шуфан!
Доколе стоять в седле? Сдавайся или умри!
Опустив голову, Сье Шуфан перевел взгляд на Вэй Тина, и в глазах его плескалось глухое отчаяние: ─ Есть ли еще выход?
Мертвенно-бледный Вэй Тин горько усмехнулся и покачал головой: ─ Мы все просчитались, недооценив решимость князя Цинь. На этот раз поражение честное, но полное – шансов на реванш больше нет…
Сье Шуфан с трудом совладал с собой и тоже криво улыбнулся: ─ Верно. Когда не стало самого наследника, о каком реванше может идти речь?
Он соскользнул с седла и встал плечом к плечу с Вэй Тином.
В бой против Ли Шиминя они не бросились не потому, что испугались, а потому что оба были верными подданными династии Тан и не могли поднять руку на единственного оставшегося в живых претендента на престол.
А сдаваться сразу не позволяла офицерская гордость – нужно было сохранить хотя бы остатки чести.
Ли Шиминь прекрасно видел людей насквозь и сразу раскусил их замысел. ─ Уцзи, бери их с собой, сперва вернемся в поместье князя Цинь, а там решим, – отдал он приказание.
─ Слушаюсь.
Чжансунь Уцзи принял приказ, но, бросив тревожный взгляд в сторону дворца Тайцзи, нерешительно произнес: ─ А как же государь…
Не оборачиваясь, Ли Шиминь зашагал прочь от ворот Сюаньу: ─ Отец в преклонных летах, такое потрясение подкосило его, ему нужно время, чтобы прийти в себя.
Гунцзинь, Яоцзинь, возьмите четыре сотни людей, соединитесь с Юйчи Гуном и держите под надежной охраной покои государя.
Если кто вздумает воспользоваться смутой и покуситься на жизнь отца, поступайте по своему усмотрению.
Чжан Гунцзинь и Чэн Яоцзинь в один голос отрапортовали: ─ Слушаемся!
Когда Ли Шиминь в сопровождении Чжансунь Уцзи и остальных вышел за пределы ворот Сюаньу, солнце как раз перевалило за горизонт, заливая потоками утреннего света пробуждающийся Чанъань.
Обыватели, только-только продравшие глаза, еще не ведали, что страшная бойня подошла к концу и над страной забрезчила заря совершенно новой эпохи!

Комментарии

Загрузка...