Лавка спершу громко вскрикнула, но, переждав мгновение и не ощутив в теле никаких изменений, хозяин наконец успокоился.
— Я? Со мной всё в порядке?
Пережив недавний ужас, хозяин всё ещё испытывал остаточный страх. Он крепко зажмурил глаза, а на его перепуганном лице не осталось ни кровинки. Однако стоило ему лишь на миг убедиться, что он цел и невредим, как на лице проступило ничем не скрываемое выражение изумления и радости.
— Мастер, мастер, я исцелен, со мной и правда всё хорошо!
Видя, как хозяин от радости приплясывает и прыгает, словно ребёнок, я тоже счастливо улыбнулся. Я и не думал, что помогать людям впервые — это так здорово, и это ещё сильнее укрепило мою веру в то, чтобы стать Укротителем Душ.
— Кто здесь?
Я как раз с умилением наблюдал за происходящим, как вдруг чья-то холодная рука легла мне на плечо. В тот же миг меня пробрала дрожь, и по всему телу мгновенно выступил холодный пот.
— Брат, что с тем человеком? Он что, рехнулся?
Я уже собирался развернуться и применить силу, но заметил, что это был тот пацан Сюй Яньчан. Я тут же шумно выдохнул: люди до смерти напугать могут, чуть душу от страха не отдал.
— Какого чёрта ты творишь? Ты что, ходишь вообще беззвучно?
— Да ты шутишь, брат! Я тебя раз пятнадцать звал, а ты ноль внимания.
Глядя на озадаченное лицо Сюй Яньчана, я немного успокоил себя. Неужели я и вправду потерял бдительность от самодовольства, раз не заметил приближения человека?
— Мастер, спасибо вам, великий мастер! Прошу, назовите ваш адрес, я при первой же возможности лично навещу вас всей семьей, чтобы выразить свою глубочайшую благодарность.
Хозяин к тому моменту тоже пришел в себя, поспешно шагнул ко мне и принялся кланяться и благодарить меня. Я же пытался и поднять его, и отговорить, лишь повторяя:
— Пустяковое дело, это мой долг.
— Мастер поистине просветленный мудрец! Прошу, позвольте Хаю отвесить вам еще один поклон!
— Ладно-ладно, хватит кланяться, у меня еще дела, я пойду. Не нужно провожать, пока-пока!
Заметив, что он снова собирается упасть в поклоне, я поспешно схватил ошарашенного Сюй Яньчана и бросился бечк, и всего через пару вздохов мы уже скрылись из виду хозяина.
— Брат, это... что сейчас вообще было?
Глядя на тяжело дышащего и полного недоумения Сюй Яньчана, я поддразнил его:
— Не в обиду, Чан, с твоей-то физической подготовкой как ты вообще на Гору Шутянь забрался? Ты случайно не хвастался?
— Да при чем тут это! На гору карабкаются не так, как ты только что нёсся сломя голову!
Сюй Яньчан перевёл дыхание, бросил на меня косой взгляд и зашагал вперёд.
— Куда это ты собрался?
— Машину брать. Я тебя ждал-ждал, а тебя всё нет, вот и припарковал её неподалёку.
Я догнал его, закинул руку ему на плечо, и мы пошли дальше.
— Что вообще происходит? Почему тот человек всё время звал тебя мастером? И где подарок, который ты купил?
Только после его слов я вспомнил, что из-за спешки забыл забрать вещь. Я хлопнул себя по лбу и виновато произнёс:
— Подожди меня здесь немного, я сбегаю заберу и сразу к тебе.
— Ладно-ладно, проехали, погнали уже!
— Жди меня, две минуты, две минуты.
С этими словами я со всех ног бросился обратно. И надо же быть таким растерхой, вечно всё забываю!
К счастью, отошёл я недалеко, и всего через мгновение уже вернулся к магазину. Издалека я заметил, как владелец магазина с коробкой в руках взад-вперед шагает у входа, а заметив меня, он с диким восторгом бросился навстречу.
— Мастер, мастер! Это всё я виноват, обрадовался так, что про женьшень забыл. Я как раз ждал, когда вы вернетесь, чтобы отдать его вам.
Глядя на залитое потом сияющее лицо директора, я невольно проникся чувством. Вот оно — подаришь розу, и аромат останется в руках.
— Огромное спасибо, но эта вещь слишком ценна, мне нужна лишь небольшая её часть, чтобы спасти человека.
И это была чистая правда: женьшень прекрасно восполняет первородную ци, возвращает пульс и выводит из коллапса, он незаменим для больных со слабыми ци и кровью или для тех, кто восстанавливается после долгих болезней. А мне как раз требовался отрезок женьшеня именно для таких людей. Пусть мы с ними и чужие друг другу, но спасти чью-то жизнь — всё равно что построить семиэтажную пагоду. Раз уж свела судьба, нельзя оставаться в стороне.
— Вот оно как! Мастер поистине великий мудрец, а я-то думал... Ах, какой же я подлец, мерял людей по себе... Ай.
Директор со слезами на глазах растроганно покачал головой и виновато посмотрел на меня. Он-то сначала думал, что я прошу женьшень ради денег, а оказалось — чтобы спасти другого человека. Как не проникнуться уважением к столь самоотверженному благородству, для которого золото и драгоценности — не дороже грязи?
— Ладно-ладно, я спешу, давайте открою и отрежу кусочек.
— Эта вещь в моих руках всё равно бесполезна, а в руках мастера она поможет спасти куда больше людей, так что умоляю, примите её!
Директор внезапно принял твердое решение и даже опустился на колени, умоляя меня непременно взять подарок, угрожая, что иначе ни за что не встанет.
Глядя на него, я и сам невольно смягчился. По правде говоря, в самом начале у меня действительно был свой умысел: спасать людей — это одно, но своя рубашка ближе к телу, и заполучить такой великолепный женьшень мне безумно хотелось. Однако, видя, как простой смертный обладает столь высоким пониманием, я почувствовал лёгкий стыд за собственную мелочность.
— Не переживайте, директор, я принимаю ваше предложение и обещаю использовать его вместе со своими силами, чтобы спасти как можно больше людей.
Услышав это, директор медленно поднялся на ноги, утёр слёзы в уголках глаз и посмотрел на меня с надеждой:
— Я верю вам. Меня зовут Хай Чанъян, мастер, если в будущем вам что-нибудь понадобится, просто позвоните мне.
С этими словами он достал из кармана чёрную карточку и протянул её мне.
— Хорошо, карточку я беру, только впредь не называй меня мастером, зови просто Му Фэн.
Я взял карточку и, не придавая ей особого значения, сунул в карман — вряд ли мне когда-нибудь понадобится его помощь.
— Маст... Ой, ну тогда до встречи, брат Му Фэн!
— Бип-бип!
Я только собирался ответить, как услышал, что подъехавший Сюй Яньчан вовсю жмёт на клаксон. Помахав директору на прощание, я побежал к машине.
— Ты же говорил — две минуты? Сколько уже этих минут прошло?
Едва я успел залезть в салон, как Сюй Яньчан недовольно проворчал:
— Ты за такое короткое время успел даже брата себе завести.
— Ладно тебе, в следующий раз буду внимательнее.
Я почесал затылок, чувствуя себя немного неловко, но ради таких сокровищ оно того стоило.
— Что это у тебя за пазуха? Ты на неё с самого начала пялишься.
Машина тронулась, и через некоторое время Сюй Яньчан, снедаемый любопытством, задал этот вопрос.
— Это секрет, скоро сам всё увидишь, обещаю, ты будешь поражён до глубины души.
Сохраняя таинственный вид, я открыл коробку, достал древний нож и аккуратно отрезал небольшой кусочек. Не стоит недооценивать этот отрезок: пятилетний дикий женьшень таков, что от одного лишь лизка его целебная сила превосходит целый обычный корень.
Сюй Яньчан молча покачал головой и сосредоточился на вождении.
Вскоре машина плавно сбавила скорость и остановилась у довольно уединенного жилого комплекса.
Стоило открыть дверцу, как из-под заросших травой стен комплекса пахнуло смесью вони тухлых отходов и тучи мух, отчего дыхание перехватило в груди.
Мы вышли из машины и направились вглубь территории. Кто бы мог подумать, что этот комплекс окажется в столь плачевном состоянии. Бросив взгляд на шедшего рядом Сюй Яньчана, я заметил, как тот нахмурился в крайнем изумлении — нетрудно было догадаться, что он здесь впервые.
Мусор во дворе уже вовсю разлагался, и стоило пройти мимо него, как кислый и зловонный горячий воздух, пробиваясь сквозь зажатые пальцами ноздри, ударял по каждому нерву. На мощном старом вязе не осталось ни единого листочка, торчал лишь сгнивший прус ствола, полулежащий в волнах зловонного зноя.
Здания были невысокими, всего в шесть этажей, с пожелтевшими и испещренными трещинами стенами. Подъезды — тусклые, тесные и покрытые толстым слоем пыли. Назвать это жилым комплексом язык не поворачивался, скорее — трущобы на краю города.
Сюй Яньчан обмолвился, что адрес ему пробили младшие братья: квартира 635 в жилом комплексе Улань на окраине города. Тогда он не придал этому особого значения, но, проверив телефон по дороге, выяснил, что этот комплекс забросили уже больше десяти лет назад после череды убийств. Кто бы мог подумать, что здесь до сих пор кто-то живёт.
Болтая о том о сём, мы быстро поднялись на шестой этаж и пошли вдоль дверей: 630, 631...
— 635 здесь, — окликнул меня Сюй Яньчан.
Я подошёл ближе и увидел тёмно-красную деревянную дверь с отчетливым узором древесины, на которой черным маркером были выведены цифры 635. От долгих лет краска на деревянной двери потрескалась и облупилась, и прикосновение к ней оставляло ощущение мелкой шероховатости.
— Тук-тук-тук!
— Есть кто дома?
Я постучал, но, не дождавшись ответа изнутри, повторил вопрос.
— Кто там?
Спустя мгновение из квартиры донесся мужской голос — хриплый, с ледяным металлическим отзвуком и ноткой безысходной тоски.
— Вы кто?
Дверь приоткрылась, и на порог вышел мужчина: на верх у него была наброшена серая вязаная кофта, а ноги оставались босыми. У него были растрёпанные длинные волосы, пепельно-серая борода, глубоко запавшие глазницы и болезненно-желтое лицо без единой капли крови. На осунувшемся лице резко выделялись две скулы, похожие на маленькие холмы.
— Здравствуйте, дядя! Меня зовут Му Фэн, я одноклассник Япин, у меня есть пара вопросов, хотел бы посоветоваться с ней.
Говоря это, я заглянул в комнату. Внутри царила спартанская обстановка: лишь самый необходимый скарб да широкая кровать. Единственной ценной вещью во всей комнате был старый компьютер на подоконнике, а из щели приоткрытой двери на ветру тянуло тошнотворным запахом с примесью чего-то звериного.
Похоже, мои догадки подтвердились: в Хэ Япин вселился дух лисы, ведь этот резкий запах не спутать ни с чем — так пахнет именно лисица.
— Её нет дома.
Сухо бросил мужчина и попытался закрыть дверь. Я поспешно ухватился за косяк и виновато произнёс:
— Дядя, мы правда по очень важном делу, не могли бы вы сказать, куда она ушла?
— Да уж будьте добры, дядя, подскажите, пожалуйста!
Сюй Яньчан подсуетился и тут же протянул ему сигарету.
— А!
Мужчина моргнул, а затем внезапно широко распахнул глаза и молниеносно вытянул руку, мёртвой хваткой вцепившись в запястье Сюй Яньчана. Его налитые кровью глаза уставились на него в упор, словно он собирался разорвать его на части.

Комментарии

Загрузка...