Клиф подошел к мальчику, брошенному в стороне, и посмотрел на него с высокомерным отвращением. Лица ребенка уже было не разглядеть — перед ним лежал лишь сплошной кровавый комок живого мяса.
Священник Клиф тихо и уверенно произнес магическое заклинание. Свет мгновенно собрался вокруг мужчины, и перед ним возник меч, сотканный из лучей. Протянув руку, он небрежно ухватился за рукоять:
— Клинок Света, стань несокрушимым мечом! Именем Бога Света, уничтожь всю тьму и скверну, что еще таятся в этом мире!
— Что ты хочешь сделать?
Клиф обернулся и увидел, что человек, стоящий на коленях, вцепился в подол его одежды. В его голубых глазах сгустилась непроглядная мгла.
— Исо, я ведь помогаю тебе, — Клиф усмехнулся. Он прищурил покрытые морщинами глаза, и его тон стал мягким. — Раз уж тебе приглянулся этот грешный род, ты ведь не сможешь спокойно смотреть на его страдания. Я помогу тебе избавить его от мук.
— Ты собираешься его убить? — Сяо Лань широко раскрыл глаза и прошептал это, словно сам не веря в услышанное.
Клиф не успел среагировать, как перед глазами сверкнул холодный блеск — острие кинжала метнулось прямо в него. Священник в испуге отпрянул, но Сяо Лань уже вскочил, сжимая в правой руке оружие. Он действовал без промедления, каждый выпад был нацелен в жизненно важные точки. Клиф, охваченный удивлением и паникой, едва успевал уворачиваться — ситуация вышла из-под контроля.
Свист кинжала пронесся мимо уха священника, но тот успел крепко перехватить правую руку Сяо Ланя. Мужчина вытаращил глаза, глядя на Сяо Ланя в упор с предельной яростью:
— Исо Лансор! Ты сошел с ума?!
Волосы Сяо Ланя яростно метались в воздухе, а в его темных глазах застыло отчаяние, смешанное с непоколебимой решимостью.
У Клифа перехватило дыхание. Он понял: парень не шутит, он действительно хочет его убить!
— Думаешь, тебе это удастся? — взревел Клиф и небрежно применил магию света начального ранга — Световой шар.
Сяо Лань отлетел в сторону и с глухим стуком врезался в стену. Его внутренности словно содрогнулись от мощного удара, и он в приступе боли выплюнул полный рот крови.
— Господин священник, что-то случилось?! — за дверью послышались торопливые шаги.
— Всем вон! Без моего приказа не сметь приближаться! — в ярости крикнул Клиф.
— Слушаемся! — звуки за дверью стихли, и вновь воцарилась мертвая тишина.
— Ха, ты готов убить меня ради какого-то грешного рода? — Клиф рассмеялся от злости. Он шаг за шагом приближался к Сяо Ланю, его взгляд был полон ледяного давления, в нем читалась не просто ярость, а жажда убийства. — Кто я такой? Я епископ Святого Престола! Я оказал тебе милость, позволив остаться рядом, а ты не только не благодарен, но и готов убить меня из-за грязного раба? Чем этот грешный род тебя опоил?
Клиф схватил Сяо Ланя за волосы и с силой дернул вверх. Сверкнуло лезвие кинжала, и Клиф другой рукой намертво вцепился в запястье Сяо Ланя, пытаясь сломать ему кости. Даже сейчас, в такой ситуации, тот не оставлял попыток нанести удар!
— Думаешь, у тебя получится? С теми крохами, что ты выучил у Аоци? Или с магией среднего ранга, украденной у грешного рода? Это ничто! Убить тебя для меня проще простого, а ты даже не мечтай! — Клиф в ярости уставился на Сяо Ланя, на его шее вздулись вены. Он следил за кинжалом, нацеленным в сердце. — Не зли меня больше! Иначе я заставлю тебя и этот грешный род превратиться в пепел!
— Я не позволю, — тихо прошептал Сяо Лань.
В тишине прозвучал его едва различимый голос. Он все еще опускал голову, и Клиф видел лишь его слегка приоткрытые губы.
— Что ты сказал? — Клиф прищурился, решив, что парень наконец раскаялся и молит о пощаде.
— Я сказал, что ты собираешься его убить...
Сяо Лань поднял голову. Его лицо, прежде выразительное, теперь стало холодным и безжизненным. Ни гнева, ни боли, ни печали. Ярко-синие глаза превратились в бездонный омут, в мертвую воду, способную поглотить все живое — воды ада.
— Я не позволю.
В глазах обоих вспыхнуло пламя. Зрачки Клифа сузились, когда он почувствовал острую боль в сердце. В шоке он медленно опустил взгляд и увидел, что кинжал, охваченный яростным огнем, превратился в длинный меч. Оружие, которое секунду назад было в футе от груди, теперь пронзило его насквозь, разорвав бьющееся сердце.
Клиф широко открыл глаза, наблюдая, как Сяо Лань с силой выдергивает клинок. Брызнула кровь, окрасив бледное, изможденное лицо Сяо Ланя в пугающий алый цвет, но выражение его лица оставалось невозмутимым. Он безмолвно смотрел, как Клиф, до последнего мгновения не сводивший с него остекленевших глаз, медленно оседает на пол.
Сяо Лань смотрел на кровь на мече и на мертвого человека, но в душе его царило онемение. Он не чувствовал ровным счетом ничего — будто прежняя боль и крушение надежд достигли предела, отняв способность чувствовать.
Но когда он, сжимая кинжал, на котором погасло магическое пламя, посмотрел на лежащего в луже крови мальчика, сердце пронзила невыносимая, неописуемая мука — словно это его самого пронзили мечом.
Он медленно подошел к ребенку. Каждый шаг, мягкий звук шагов по ковру отдавался тяжелым ударом в груди. Столько мучений, столько страданий — он не должен был через это проходить. И Хэ Мо, и Ярман — Сяо Лань хотел, чтобы они были в безопасности.
Если бы я убил его раньше, разве случилось бы это? Не только с Ярманом, но и с самим Сяо Ланем. Не было бы этой боли, этой печали, этого безумия, этой роковой связи.
Что ж, теперь уже поздно. Он сам убьет его, прекратит эти страдания и отправится в следующий мир. Когда все закончится, Сяо Лань обязан будет забыть обо всем.
Его ноги ступили в кровь Ярмана. Он медленно опустился на корточки, его правая рука с кинжалом дрожала. Левой рукой он осторожно убрал с лица ребенка слипшиеся от крови пряди волос, желая в последний раз взглянуть на него.
— Господин...
Рука Исо застыла.
— Господин Исо?
Голос ребенка был едва слышен, в нем почти не осталось жизни. Сяо Лань задрожал, его горло перехватило, он хотел ответить, но не мог выдавить ни звука.
Мальчик пытался приподняться, опираясь на залитые кровью руки — на пальцах не осталось ногтей, лишь кровавое месиво. Он что-то нащупал, и вдруг, осознав произошедшее, его тело судорожно выгнулось.
— Это... глаза, которые любит господин.
Исо видел сквозь пелену слез, как эти окровавленные руки бережно держат глазное яблоко.
— Любимых глаз господина больше нет, — мальчик плакал, его тонкое, израненное тело содрогалось в предсмертной агонии. — Вы... пожалуйста, не бросайте меня, хорошо?
Сяо Лань не обернулся, он словно утратил дар речи. Предчувствуя, что его сейчас оставят, мальчик отчаянно дрожал.
— Я могу их вставить! Я могу! — кричал он из последних сил, пытаясь вложить глаз обратно в пустую глазницу.
— Хватит, — хрипло произнес Сяо Лань, роняя кинжал. Его руки дрожали, когда он осторожно прижал окровавленного мальчика к себе. — Я не бросаю тебя.
Сяо Лань помнил ощущение, когда обнимал Ярмана прежде — помнил, как его тело было теплым, как сияли его глаза. Но сейчас он чувствовал лишь холод плоти, алая кровь пропитывала его одежду, запах железа бил в нос, а на прекрасном лице ребенка остались лишь кровавые раны — в них больше не было тех розовых глаз.
Слезы Сяо Ланя вновь хлынули из глаз. Не в силах вынести сердечную боль, он уткнулся лицом в окровавленное плечо ребенка и глухо зарыдал.
Дверь приоткрылась, а затем медленно распахнулась.
— Исо... — София застыла, глядя на Сяо Ланя. Комната была наполнена запахом крови. Она перевела взгляд на мертвого Клифа и в шоке расширила глаза. Она пробралась в поместье Клифа через тайный ход семьи Лансор, чтобы убедиться, что с Сяо Ланем все в порядке, но кто бы мог подумать, что она увидит такое? — Ты... ты убил его?
София судорожно вздохнула и поспешила войти, закрыв за собой дверь.
— Исо, ты сошел с ума?! Ты убил его! Ты понимаешь, что он был будущим епископом Святого Престола? И ты позволил ему умереть в особняке Лансор! Если это раскроется, не только ты, но и вся наша семья... — София старалась говорить тише, но не могла скрыть ужаса и гнева. Она подошла к Сяо Ланю и резко оттянула одну из его рук, обнимавших Ярмана.
София оцепенела. Она увидела, что Сяо Лань весь в крови, и это кровь Ярмана. Ребенок был так страшно изувечен, что София на миг забыла, как дышать. Когда мальчик поднял голову, она увидела пустые глазницы на залитом кровью лице — зрелище, от которого кровь стыла в жилах.
София прикрыла рот рукой и отступила, а затем заметила у своих ног кровавое глазное яблоко. Ее сердце дрогнуло. Она перевела взгляд на пустые, остекленевшие глаза Сяо Ланя — он выглядел так, будто лишился души.
Весь гнев и паника в одно мгновение сменились бессильной, бесконечной скорбью. София обессиленно опустилась на колени, ее глаза покраснели, голос охрип от рыданий:
— Как... как они могли так поступить...
— Все в порядке, — тихо сказал Сяо Лань, поглаживая ребенка по волосам и прижимаясь щекой к его холодному, залитому кровью лицу. — Я вступил в сговор с грешным родом, намеренно вызвал бедствие, погубил генерала Сугэфэя и пытался захватить имущество семьи Лансор, но был разоблачен священником Клифом. Испугавшись разоблачения, я жестоко убил его.
— Я знаю, что это не так! Я знаю! — София, заливаясь слезами, вцепилась в его руку.
— После того как мой заговор раскрылся, семья Лансор, ничего не подозревая, ради стабильности империи, достоинства императорской семьи и Святого Престола, ради чести рода, решила очистить ряды от предателя и казнить Исо Лансора вместе с грешным родом.
София яростно замотала головой, не в силах справиться с паникой:
— Но ты же наследник семьи Лансор!
— Я? — Сяо Лань слабо усмехнулся. — Всего лишь временный громоотвод. Сын Сугэфэя в конце концов будет поддержан всеми и поведет семью Лансор к новым вершинам.
Сяо Лань повернулся к Софии, и на его губах появилась улыбка, лишенная всяких чувств:
— Это хороший финал, София.
София застыла. Слезы катились по ее щекам, а ледяной, пустой взгляд Сяо Ланя заставлял ее собственную кровь стыть в жилах. Нет, все не должно было закончиться так трагично!
— Я не сбегу. Убив священника, я отвечу за это своей жизнью. Я знаю, что моя никчемная жизнь не стоит жизни священника, но это все, что у меня есть.
Сяо Лань подобрал кинжал, левой рукой продолжая поддерживать тело Ярмана.
— Этого ребенка я тоже заберу с собой.
Тело Ярмана слегка вздрогнуло, мальчик медленно обнял Сяо Ланя за спину, прижимаясь крепче.
— Не бойся, больше не будет больно, — прошептал Сяо Лань с нежностью и заботой.
Где-то в глубине памяти всплыл другой голос, наложившийся на его собственный. Сяо Лань вспомнил, как Хэ Мо когда-то давно улыбался ему в огне. Он помнил, что тогда говорил те же слова:
— Я заберу тебя домой.
Сяо Лань крепко сжал кинжал, острое окровавленное лезвие уперлось в спину мальчика, прямо напротив сердца. Ребенок дрожал, но не сопротивлялся и не издавал ни звука. Лишь его израненные руки, словно не чувствуя боли, впились в Сяо Ланя, желая впитать его кровь и плоть в свою жизнь.
— Кто просил тебя умирать! Кто просил вас умирать! — София не выдержала. Она вскочила, оттолкнула Сяо Ланя и с размаху влепила ему пощечину. — Приди в себя! Я не позволяла тебе умирать! Никто не просил вас умирать! Это не ваша вина, почему вы должны нести это бремя!
София рыдала, понизив голос:
— Уходи! Уходите! Я что-нибудь придумаю!
Сяо Лань замер. Он не мог думать, лишь продолжал прижимать ребенка к груди.
— Это пространственный свиток, он позволит вам обоим уйти, — София глубоко вздохнула, вытерла слезы и приняла решение. В ее глазах вспыхнул огонек решимости. На ее пальце блеснуло кольцо, в руке появился свиток. — Он перенесет вас в безопасное место, просто оставайтесь там. С этим я разберусь! Обязательно!
София сняла с шеи цепочку с деревянным кольцом и надела его на мизинец Сяо Ланя.
— Исо, ты должен выжить! Запомни, я не знаю никакого сына Сугэфэя, я знаю только тебя! Ты — наследник семьи Лансор! — София крепко схватила его за плечи, глядя прямо в глаза. — И ты мой брат!
Она разорвала свиток. Из него вырвались магические волны, активируя запечатанный внутри массив передачи. София подбросила свиток над ними, и сложный магический круг окутал их ослепительным белым светом.
Когда София открыла глаза, их уже не было.
Она достала из своего пространственного кольца длинный меч, повернулась к телу Клифа, и в ее глазах смешались боль и холод. Она подошла к трупу и начала вонзать в него меч, раз за разом, словно выплескивая гнев, позволяя крови брызгать на себя.
Наконец она опустилась на колени. В ее взгляде под завесой фиолетовых волос читалась пугающая решимость.
— Я ни о чем не жалею.
***
Холод. Это было единственное, что чувствовал Сяо Лань.
Он ошарашенно смотрел на бескрайние снега. Ледяной ветер со снегом заставил его тело невольно дрожать. Мысли Сяо Ланя постепенно прояснились: он огляделся, вспоминая слова Софии. Его перенесли в заснеженные горы?
В руке он все еще сжимал окровавленный кинжал, а кровь на теле ребенка впитывалась в снег. Сяо Лань чувствовал, как сильно Ярман прижимается к нему. Вспомнив слезы Софии, он почувствовал, как его решимость пошатнулась.
Стоит ли умирать?
— Ярман, ты хочешь жить? — тихо спросил Сяо Лань, перекладывая ответ на него.
— Хочу, — ответил израненный ребенок.
Одно слово, но полное решимости.
Сяо Лань вздрогнул и медленно разжал пальцы, отпуская кинжал. Он думал, что Ярман выберет смерть, ведь Сяо Лань видел в нем другого Хэ Мо. Тот никогда не хотел жить, и его финальный выбор был отчаянным — сгореть вместе с ним в огне.
Но Ярман выбрал жизнь. С такой твердостью, что это поразило Сяо Ланя. Впрочем, может, дело не в них, а в том, что в прошлом мире он был духом обиды, а сейчас — живой Исо Лансор.
Что ж. Раз ты хочешь жить — живи.
Сяо Лань достал из пространственного кольца целебные зелья. Те, что оставила мать Исо, были редчайшими и драгоценными. Кровавые раны Ярмана начали быстро затягиваться, но шрамы, оставшиеся на его теле, причиняли Сяо Ланю боль. Он боялся даже представить, через какие пытки прошел мальчик в руках Лока.
На груди Ярмана осталось клеймо — знак Грешного рода. Словно насмешка: как бы ты ни менял цвет волос, как бы ни назывался, как бы ни был защищен — ты навсегда останешься лишь низким, грязным рабом.
Сяо Лань смотрел на этот знак с ледяным взглядом. Он никогда никого так не ненавидел. Теперь же он ненавидел по-настоящему — так, что хотел заставить виновника сполна заплатить за все муки Ярмана, а в конце — убить его своими руками.
Только сейчас Сяо Лань вспомнил, что убил священника Клифа. Убийство — то, о чем он раньше даже помыслить боялся, теперь стало реальностью. Он убил человека мечом. И в его сердце не было ни капли раскаяния. Сяо Лань почувствовал, что с ним что-то не так — словно что-то в глубине его души начало искривляться.
Он опустил глаза и накинул на мальчика меховой плащ. Клиф погиб в особняке Лансор, и Сяо Лань понимал, что это серьезно, но раз София сказала, что решит проблему, ему оставалось лишь верить ей. Однако он не понимал, почему она выбрала именно это ледяное место. Неужели знала, что он владеет магией огня, и не даст ему замерзнуть?

Комментарии

Загрузка...