Результат сильно огорчил Ту Яньвея. Те три команды до этого уже состязались и мерялись силами друг с другом, поэтому прекрасно знали возможности участников. Командиры трёх отрядов, посовещавшись, выкинули из команд семерых раненых, так что осталось ровно двадцать человек, как раз на два отряда! С ним самим они разговаривать даже не стали.
Семь отобранных адептов вышли из строя, причем трое из них сразу пересекли границу зоны отдыха, сдали жетоны и, поддерживая друг друга и шатаясь, поплелись вниз по горе...
Остальные четверо адептов подошли к Юэ Юйсинь и еще двум бойцам, ранее изгнанным из команды, сели рядом и принялись самостоятельно залечивать раны.
Ту Яньвею, не имевшему другого выбора, пришлось вернуться на прежнее место и остаться отдыхать в надежде, что в последнем отряде окажется побольше убитых и раненых — так он сможет получить хоть какую-то инициативу.
Под горячие и томительные ожидания отряда Ту Яньвея каменные ворота наконец-то с грохотом отворились, и оттуда показалась последняя группа.
Увидев этот отряд с худшей во всем испытании удачей, все мысленно подумали об одном и том же слове: «Катастрофа!»
До ужаса плачевная картина: среди всех участников целыми остались лишь четверо, причем каждый из них поддерживал раненого товарища. Из живых выбралось всего восемь человек, причем двое были тяжелоранены, а еще двое — легко.
Ту Яньвей при виде этого оживился. Плевать он хотел на мрачную и тяжелую атмосферу — он прямо-таки расхохотался, подошел к ним и заговорил:
— Ха-ха-ха! Наконец-то мы дождались ваш отряд! Похоже, чтобы продолжить путь через испытание, всем вам нужно присоединиться к моем отряду! Наша команда прорвалась сюда первой и столкнулась с наибольшим количеством — сразу восемью — демонических зверей. Но посмотрите сами: в нашем отряде до сих пор целы семеро бойцов, и каждый обладает немалой силой! Сейчас нам как раз не хватает троих толковых учеников...
Выражения лиц у участников этого самого несчастного отряда были самыми разными. Двое тяжелораненых адептов почувствовали лишь облегчение: всё равно они уже не смогут продолжить путь, а раз товарищи не будут обременены ими и смогут идти дальше, камень с их сердец наконец-то свалился.
Двое легкораненых бойцов помрачнели лицами, их словно пеплом присыпало. Раны у них были не слишком тяжелыми, они еще могли кое-как сражаться, но если они покинут этот отряд, какая другая команда их примет? На то, чтобы собрать ци, залечить раны и полностью восстановиться, уйдет по меньшей мере полдня. А через полдня уже наступит вечер, и кто станет их ждать? Кто захочет отправляться бросать вызов прыжку рыбы через драконьи врата под покровом ночи?
В самом этом отборе кроился подвох: стоило лишь подумать, что испытания закончатся только завтра на рассвете и ничего страшного, если выдвинуться чуть позже, как ты автоматически лишался права на прохождение. Ведь третий этап ночью одолеть невозможно...
Четверо же невредимых адептов с подозрением и настороженностью косились друг на друга. Их четверо, а тому отряду нужны лишь трое — кому-то одному неизбежно придется остаться!
Никому не хотелось успешно и без потерь преодолеть первый уровень лишь для того, чтобы оказаться брошенным здесь в ожидании следующих команд? Качество тех отрядов будет уже на уровень ниже, и о прохождении испытания нечего и говорить — трудно даже поручиться, удастся ли вообще живыми выбраться с нижнего этажа...
Двое тяжелораненых адептов сдали свои жетоны и спустились с горы, а двое легкораненых подошли и уселись рядом с теми бойцами, что все еще занимались лечением.
Оставшаяся четверка целых адептов переругалась между собой. Ради собственной выгоды они полностью отбросили тесные узы жизни и смерти, что связывали их всего мгновение назад. Только что они зависели друг от друга на волоске от гибели, а в следующую секунду уже выталкивали друг друга вон, бросаясь ядовитыми словами...
Обнаженная человеческая сущность предстала перед глазами всех присутствующих. Каждый вздыхал про себя, но каждый же думал: а как бы поступил он сам, столкнувшись с подобным на следующем этапе?
Сянь Тяньи с живым интересом наблюдал за этим зрелищем. Все эти люди не имели с ним ничего общего, а чужая жизнь или смерть его ни капли не волновали...
Кто бы мог подумать, что эта история коснется именно его! Зритель, наблюдавший за чужим представлением, сам мгновенно превращался в предмет чужих насмешек!
Те четверо, что ожесточенно спорили о том, кого же вышвырнуть вон, вдруг случайно заметили Сянь Тяньи.
Наблюдавшего за забавой Сянь Тяньи и одного из них тут же встретились взглядами. Узнав этого человека, Сянь Тяньи на мгновение замер: это оказался тот самый адепт, который на пятом подуровне первого этапа перехватил его проход к игральным костям, во втором тоннеле столкнулся с сильным противником, а выбравшись наружу, принялся оправдываться и делать вид, будто вовсе не знаком с Сянь Тяньи.
Тот адепт замер на секунду, в его глазах блеснула хитрая искорка, и он потащил продолжавших ругаться троих в сторону, то и дело поглядывая на Сянь Тяньи и тыча в его сторону пальцем...
Дунсюаньские Семигорья. Глава 52. Никого не бросать, от борьбы не отказываться
Заметив тайный сговор троих, Сянь Тяньи тут же насторожился: эти явно затевают что-то против него.
И действительно, пошептавшись, все четверо вместе направились к Ту Яньвею. Сянь Тяньи видел, как у Ту Яньвея меняется выражение лица, а сам он то и дело бросает на него крайне сложные взгляды...
Когда переговоры закончились, Ту Яньвей продолжал то и дело стирать со лба холодный пот, а в конце концов, скрепя сердце, направился прямо к Сянь Тяньи. Тот в ответ тоже поднялся на ноги.
Ту Яньвей увидел, что Сянь Тяньи встал и смотрит на него, и на душе у него стало еще тревожнее. Он только что узнал, что оказался втянут в азартную игру двух крупных фигур, и теперь метался между двух огней: прогнать Сянь Тяньи из отряда — значит подставить человека под удар, а оставить в команде — значит оказать ему помощь!
Ту Яньвей подошел к Сянь Тяньи, но замялся и забормотал что-то невнятное, совершенно не зная, что и сказать!
Сянь Тяньи вдруг стало смешно. Видя, как тот запинается и покрывается испариной, он нашел эту сцену крайне комичной.
— Ххе, раз уж старший соученик Ту Яньвей не знает, с чего начать, пожалуй, позвольте мне первому сказать пару слов, — улыбнулся Сянь Тяньи.
Ту Яньвей поспешно отозвался:
— Младший соученик Сянь, прошу, говори!
Сянь Тяньи откашлялся и громко произнес:
— Сегодня мне посчастливилось познакомиться со всеми вами, старшие соученики, особенно с теми членами отряда, с которыми мы вместе прошли через испытание жизнью и смертью. Я человек, ценящий верность и товарищество, и пусть мы одолели всего один этап, эту связь боевых товарищей я разорвать не могу!
Сердце Ту Яньвея бешено заколотилось, лицо исказилось от гримасы. Судя по этим словам, этот странный парень собирался присосаться к отряду и уходить не собирался! Если он сейчас выгонит его из команды, то окончательно подтвердит подозрения в том, что он намеренно подставил человека!
Пока Ту Яньвей горько сожалел, что позволил этому пареньку перехватить инициативу, Сянь Тяньи неожиданно сменил тон!
— Если мы преодолеем это испытание и перепрыгнем через драконьи врата, все мы станем единоверцами-соучениками! Узы боевых товарищей глубоки, но долг перед единой сектой еще важнее! Я тем более не могу бросить тех братьев и сестер, что находятся вон там — ведь они такие же мои соученики, мои плоть и кровь! И раз уж здесь как раз есть четверо друзей, готовых вместе со старшими соучениками продолжить путь, я могу со спокойной совестью отправиться к тем людям...
— Младший соученик Сянь, ты...
— Брат Сянь, что это за решение такое? Разве ты не понимаешь, что, покинув отряд, ты можешь вовсе не осилить это испытание?
— Братец! Подумай хорошенько!
— ...
Не знавшие всей подоплеки члены отряда были поражены и озадачены решением Сянь Тяньи. Тронутые его словами, они теперь искренне пытались удержать его.
Лишь Юэ Юйсинь молчала. Она испытывала к Сянь Тяньи абсолютное доверие — точно такое же, как тогда, когда его сослали на рудники. Раз младший братец Тянь принял такое решение, значит, на то были свои причины!
После первогго удивления в сердце Ту Яньвея хлынула дикая радость, но, видя, как его соратники изо всех сил портят ему всю малину, он больше не мог сдерживаться.
Он тут же громко завопил:
— Выслушав слова младшего братца Сяня, я даже устыдился! Если бы не этот отряд бойцов, я непременно последовал бы за ним! Что ж, желаю братцу успешно пройти испытание и перепрыгнуть через драконьи врата!
Вся эта речь сквозила такой фальшью и неискренностью, что это было заметно слепому. Люди невольно перевели взгляды на тех адептов, которых только что выгнали из команд, сравнивая моральный облик двоих: один проявил верность и искренние чувства, а другой оказался бессердечным и насквозь фальшивым.
Конечно, нашлись и те, кто, увидев знакомые лица среди той четверки и сопоставив недавние события, догадался об истинном положении дел. Они принялись вполголоса шептаться с соседями, и вскоре всем всё стало ясно. Про себя они подумали: «Этот Сянь Тяньи просто ищет предлог и отговорку, чтобы с позором не уйти из команды!»
Теперь уже никто не верил, что Сянь Тяньи покидает отряд по собственной воле, и тем более никто не верил, будто он намерен штурмовать испытание вместе с ранеными. Что же до его способности перепрыгнуть через драконьи врата, то в глазах окружающих это выглядело полнейшим бредом!
— На этом путь паренька и закончен, — авторитетно заявил один из адептов, который своими глазами видел, как Сянь Тяньи бросал кости при выборе тоннеля.
Сянь Тяньи не обращал внимания ни на смену обстановки на площадке, ни на приглушенный шепот толпы — всё это не имело к нему никакого отношения. Его решение не было спонтанным: стоило ему только догадаться о наличии скрытых уровней внутри этого этапа, как он начал просчитывать этот шаг. Просто Ту Яньвей как раз вовремя обратился к нему, предоставив отличную возможность пустить всё по течению!
Слова Ту Яньвея Сянь Тяньи посчитал пустой болтовней. Не став больше с ним любезничать, он легко усмехнулся, сложил руки в приветственном жесте и произнес:
— Уважаемые боевые товарищи! Младший уходит, если выпадет судьба — когда-нибудь снова станем товарищами!
С этими словами Сянь Тяньи повернулся и зашагал прочь. И в его удаляющейся спине никто из присутствующих не заметил ни тоски, ни одиночества.
Сянь Тяньи действительно направился к месту скопления раненых. Юэ Юйсинь улыбнулась: интуитивно она подумала — с чего бы это здешним раненым привлекать к себе Сянь Тяньи? Если говорить о тех, кого он знает, то, пожалуй, кроме нее самой, здесь никого и не было!
— Тяньи! Ты ведь ради меня, да? — Юэ Юйсинь поднялась на ноги и шагнула навстречу Сянь Тяньи.
У Сянь Тяньи в тот момент в голове крутились лишь мысли о том, как убедить остальных объединиться с ним в команду, поэтому вопрос Юэ Юйсинь он воспринял без задней мысли и прямо ответил:
— Верно! Ради тебя и этих раненых братьев!
Занимавшиеся восстановлением и лечением адепты, внезапно услышав, что кто-то во всеуслышание заявляет, будто пришел ради них, один за другим завершили медитацию и открыли глаза...
Увидев, что все исцеляющиеся уставились на него, Сянь Тяньи произнес:
— Вообще-то у меня была команда, но, увидев, как столько братьев оказались выброшены за борт, я почувствовал горечь в сердце. Перепрыгнем через врата — и мы все равные соученики; не перепрыгнем — всё равно останемся боевыми товарищами. Разве можно бросать раненых боевых товарищей в беде? Вот я и ушел из того отряда, чтобы присоединиться к вам. Я выведу вас из этого испытания, и мы вместе перепрыгнем через драконьи врата!
Все раненые бойцы только что лишились мест в своих командах. Они получили увечья ради общего дела, а в ответ получили лишь безжалостное изгнание, из-за чего их сердца переполняло негодование. Услышав слова Сянь Тяньи, они мгновенно прониклись к нему доверием, и на душе у каждого потеплело.
— Младший братец, ты прав! Раз ты смог бросить свой отряд ради нас в такой ситуации, это лучше любых слов говорит о твоем благородстве и искренности! Дай нам немного времени, всего через пару часов мы восстановим силы и тогда пойдем за тобой хоть на край света!
— Верно! Мы скоро оправимся, а настоящий боец готов отдать жизнь за того, кто его понимает!
— Братец! Гляжу я на тебя — ты не похож на безрассудного глупца. Раз ты пришел к нам, неужели у тебя уже есть верный план?
Видя, что все раненые выразили свою готовность, и услышав, наконец, вопрос по существу, Сянь Тяньи примирительно опустил руки, жестом призывая всех к тишине, и сказал:
— Этот старший брат совершенно прав: раз я решился сюда прийти, значит, у меня уже есть способ. Вам не нужно тратить время на лечение здесь — через несколько часов стемнеет, и какой тогда будет толк от прохождения этого этапа? Без видимых цепей и платформ прыжок через драконьи врата означает верную смерть!
Услышав это, раненые помрачнели лицами. Каждый из них уже задумывался над этой неразрешимой задачей, но уходить просто так им было страшно обидно. А теперь, услышав, что у Сянь Тяньи есть выход, они мгновенно приободрились.
Заметив, что все воодушевились и в упор уставились на него, Сянь Тяньи продолжил:
— Сейчас нас восемь раненых плюс младшая соученица Юэ Юйсинь и я — как раз набирается десятка. У меня лишь одно условие: кто бы в дальнейшем ни получил ранение, мы никого не бросаем и не сдаемся! Даже если человек погибнет, мы обязаны вынести его тело и предать земле как положено. Сможете ли вы выполнить это?
— Сможем! — в один голос рявкнули все.
— А верите ли вы мне? — спросил Сянь Тяньи.
— Верим! — снова закричали они.
Громкие крики с этой стороны заставили остальные отряды, кто отдыхал, кто корректировал тактику, а кто просто болтал, удивленно повернуть головы. В мыслях у каждого пронеслось: «Этот чудак действительно нигде не может сидеть спокойно! Что он на этот раз удумать решил?..»
— Отлично! Раз вы дали слово — верьте мне и следуйте за мной без колебаний! — Сянь Тяньи бросил на землю игральные кости...
Потрясенные члены остальных отрядов лишились дар речи! Этот малый опять принялся бросать кости! Неужели он хочет заставить толпу раненых слепо испытывать удачу?!
— Да вы издеваетесь! Чудак снова достал кости! Он что, собрался вдвоем с парой зверей драться стенка на стенку?
— Точно-точно! Как только этот тип бросает кости, его удача бьет через край! А чужакам лучше и не соваться — не то счастливый проход вмиг превратится в смертельную ловушку...
— Верно! Я же помню, на первом этапе пятеро полезли в занятый им тоннель — все до единого угодили в ловушку, да так, что ему даже кости бросать не пришлось, остальные тоннели были свободны...
— Эй, народ, не горячитесь! Я лично проходил через тоннель, который он выбирал броском костей, — там такой кошмар был! Куда страшнее любого противника, с которым я когда-либо сталкивался...
Пока толпа горячо дискутировала, на стороне Сянь Тяньи люди тоже были охвачены воодушевлением. Настроенные на решительную борьбу, они чувствовали, будто раны на их телах разом перестали болеть!
На земле выпали белая грань и единица, причем тоннель под номером один находился совсем рядом с группой раненых. Впрочем, удивляться тут было нечему — скорее всего, духовное восприятие старика Жэня исследовало именно этот ближайший коридор лучше всего!
Сянь Тяньи подобрал с земли кости, мгновенно очутился перед каменными воротами первого тоннеля, обернулся и махнул рукой:
— Шанс прямо перед нами! Кто не хочет упустить возможность перепрыгнуть через драконьи врата — за мной!
Некоторые раненые поначалу еще сомневались: одно дело — бросаться красивыми словами, и совсем другое — когда дело доходит до реальной опасности, ведь воспоминания об их прошлых провалах еще были свежи в памяти...
Но стоило им услышать фразу Сянь Тяньи о возможности преодолеть драконьи врата, как все они поднялись на ноги!
Оставаться здесь и дальше действительно было бессмысленно: даже если раны полностью заживут, путь к вратам для них закрыт навсегда.
— К черту всё! Рискнем!
— Была не была! Хуже смерти не будет!
— Не верю я, что младший братец погубит нас ценой собственной жизни! А если так... что ж, пусть лучше я умру вместе с ними!
Следом за Юэ Юйсинь, первой подскочившей к Сянь Тяньи, поднялись и остальные раненые. Перед тем как войти, они дружно бросили прощальный взгляд на свои прежние отряды...
Раздался грохот, и каменные ворота захлопнулись!
В зоне отдыха воцарилась мертвая тишина. Там остались лишь те, кто обладал целыми телами, да выпавшие от удивления глаза зевак!
— Кто-нибудь может объяснить, что значил этот их последний взгляд?
— Какой еще смысл! Нас, мать вашу, только что презрительно обоссали!
— Да уж! Нас презрела толпа калек!
— А ну встали все! Живо за испытание! Я должен своими глазами увидеть, сумеет ли этот отряд инвалидов выйти живым с этого этажа!
— Идем! Мы тоже идем! Неужели мы хуже какого-то сброда раненых?
Уход отряда Сянь Тяньи подстегнул остальные команды, вызвав новую волну штурма испытаний...
Что же до Сянь Тяньи и его людей, то каменные ворота вновь привели их в довольно узкий тоннель. Все они уже прошли через первый уровень, а потому знали: стоит миновать этот проход, как они окажутся на просторной арене, охраняемой демоническими зверями.
Сянь Тяньи не стал спешить вести людей вперед, а приказал Юэ Юйсинь занять позицию впереди для дозора.
Дунсюаньские Семигорья. Глава 53. Целебные пилюли
— Раз вы поверили мне, я вас не разочарую! У меня есть десяток пилюль, переданных мне моим родом — они невероятно ценны и обладают чудодейственным эффектом при лечении ран! Изначально я берег их на случай собственной гибели, но ради боевых товарищей мне ничего не жалко!
С этими словами Сянь Тяньи извлек из-за пазухи нефритовую склянку, которая на вид казалась куда больше, чем ожидали окружающие.
Сянь Тяньи вытащил пробку, с трудом выковырнул оттуда круглую пилюлю и протянул ее ближайшему раненому бойцу.
Тот услышал, что пилюля семейная, драгоценная, и поспешно взял ее обеими руками, после чего принялся внимательно разглядывать.
Пилюля имела золотистый оттенок, поверхность ее была шероховатой и бугристой, в руке она казалась слегка маслянистой, а пахла... пахла слабым ароматом мяса...
Буквально за мгновение Сянь Тяньи раздал пилюли всем раненым. Потрясите он склянку — там осталось еще две штуки. Он повернулся и бросил:
— Сестрица Юйсинь! Не хочешь оставить одну пилюлю на крайний случай?
Юэ Юйсинь с тех самых пор, как Сянь Тяньи открыто признался, что пришел ради нее, ходила с сияющей улыбкой. Что же до слов парня о том, что он спасает и остальных раненых, то она считала это лишь прикрытием!
Видя, с каким вниманием Сянь Тяньи отнесся к ней и сейчас, она и вовсе расцвела от счастья. Ей даже показалось, что он раздал по пилюле каждому лишь для того, чтобы под этим предлогом в конце предложить пилюлю ей!
Залившаяся румянцем Юэ Юйсинь кивнула, приняла из рук Сянь Тяньи маслянистый шарик и с трепетом спрятала его за отворот рукава...
Повернувшись обратно, Сянь Тяньи увидел, что остальные бойцы по-прежнему хмуро изучают выданные пилюли, и поторопил их:
— Ну что вы застыли, глотайте уже! Давайте покончим с ранами и примемся за дело!
Услышав это, люди робко отправили пилюли в рот. Однако вопреки ожиданиям во рту те не растаяли.
Оглядевшись вокруг, можно было заметить, как все до единого усердно жуют. Наконец один из них не выдержал:
— Братец! А почему это на вкус как мясная тефтелька?
— Точно! И правда тефтеля! — поддакнул другой раненый.
Сянь Тяньи уже собрался было выдать серьезное и солидное объяснение, как вдруг один из бойцов — судя по всему, лет одиннадцати-двенадцати — жуя на ходу, авторитетно заявил:
— Да что вы понимаете?! Я слышал от одного дальнего кузена, что укрепляющие кости пилюли секты Скрытого Неба служат ресурсом для культивации учеников этапа Закаливания Костей, их выдают всего по несколько штук на человека в месяц! И делают их из растертых в порошок костей демонических зверей высокого ранга, смешанных с кучей целебных трав! Чего ж тут странного, если целебные пилюли замешаны на мясе демонических зверей с добавлением трав и смахивают на тефтельки?
Сянь Тяньи молча кинул бесстрастный взгляд, хотя в душе уже покатывался со смеху.
Какие к черту пилюли?! Это были обыкновенные мясные тефтельки! Когда Сянь Тяньи приволок в род пещерного медведя, из шкуры нашили немало внутренних доспехов, а из мяса накрутили тефтелей. А чтобы раны у товарищей зажили наверняка, Сянь Тяньи специально попросил старика Жэня влить в них каплю духовной воды.
Объяснение же юного адепта прозвучало настолько убедительно, что, не будь Сянь Тяньи создателем этого блюда, он бы и сам поверил...
Услышав такое объяснение, все закивали. Впрочем, нашелся еще один сомневающийся боец, который робко пробормотал:
— Боюсь я только, что эти пилюли предки братца хранили слишком долго, как бы не испортились...
При этих словах у остальных раненых едва не свело желудки от тошноты, и они чуть не вырвали...
Но в этот самый момент кто-то из бойцов громогласно завопил:
— Божественная пилюля! И впрямь чудесное средство!
С этими словами он рухнул на колени, скрестив ноги, и тут же начал собирать ци, направляя силу лекарства к своим ранам.
Увидев такое, остальные поспешно подавили подступающую к горлу тошноту и запихнули тефтели обратно в рот. А один из тех, кто среагировал слишком быстро и успел выплюнуть кусок на землю, торопливо подобрал крошки и запихнул их обратно...
Чуть не вызвав новую волну рвотных позывов у окружающих...
В мгновение ока, словно по щелчку пальцев, раненые один за другим вскочили с земли. Перерезанные меридианы в их телах срослись заново, став даже прочнее прежнего, а плоть и кожа восстановились так идеально, что не осталось даже шрамов!
Окончательно исцелившись, все бросились благодарить Сянь Тяньи. Сыпались привычные любезности: мол, в будущем отблагодарю щедро; век не забуду; а если потребуется — пойду за тобой хоть в огонь и в воду... И так далее в том же духе.
К этому моменту отряд Сянь Тяньи можно было назвать полноценным десятком с максимальным боевым потенциалом.
— Ладно, довольно пустых слов! Просто помните о нашем уговоре! А теперь давайте посмотрим, скольких четырехлезвийных демонических волков мы встретим на этом уровне... — бросил Сянь Тяньи и зашагал вглубь коридора.
Юэ Юйсинь, увидев, как Сянь Тяньи сотворил настоящее чудо, превратив команду калек в боеспособный отряд на пике сил, а затем глядя на его лихую и уверенную спину, буквально застыла с лицом безумной фанатки.
— Отец!

Комментарии

Загрузка...