Фан Цзе присел на корточки и принялся тщательно обыскивать Лю Дэгуя и двух его подручных. Он не пропустил ни одного кармана, заглянул даже под стельки обуви.
Фан Цзе присел на корточки и принялся тщательно обыскивать Лю Дэгуя и двух его подручных. Он не пропустил ни одного кармана, заглянул даже под стельки обуви.
Прижатый к мокрому песку Лю Дэгуй багровел от злости и сыпал ругательствами:
Прижатый к мокрому песку Лю Дэгуй багровел от злости и сыпал ругательствами:
— Да что ты там ищешь! Нет у меня больше ничего, пусто! Всё дочиста тебе только что отдал!
— Да что ты там ищешь! Нет у меня больше ничего, пусто! Всё дочиста тебе только что отдал!
Не обращая на его вопли никакого внимания, Фан Цзе рванул воротник одного из прихвостней, проверяя, не спрятано ли там чего. Убедившись, что карманы чисты, он без лишних слов стянул со всех троих кожаные ремни.
Не обращая на его вопли никакого внимания, Фан Цзе рванул воротник одного из прихвостней, проверяя, не спрятано ли там чего. Убедившись, что карманы чисты, он без лишних слов стянул со всех троих кожаные ремни.
— Эй, эй, эй, старший брат, полегче! У меня же геморрой! Не надо этого делать! — Взмолился Лю Дэгуй, испуганно прикрывая руками зад.
— Эй, эй, эй, старший брат, полегче! У меня же геморрой! Не надо этого делать! — Взмолился Лю Дэгуй, испуганно прикрывая руками зад.
Фан Цзе громко расхохотался:
Фан Цзе громко расхохотался:
— Ты о чём вообще подумал? На себя сначала в лужу посмотри, чудо ты гороховое. Даже если бы у меня и были такие наклонности, неужто ты думаешь, что я бы на тебя позарился?
— Ты о чём вообще подумал? На себя сначала в лужу посмотри, чудо ты гороховое. Даже если бы у меня и были такие наклонности, неужто ты думаешь, что я бы на тебя позарился?
— За... зачем тогда ремни забрал?
— За... зачем тогда ремни забрал?
— Поменьше болтай! Свяжу вас всех, чтоб под ногами не путались и глупостей не наделали!
— Поменьше болтай! Свяжу вас всех, чтоб под ногами не путались и глупостей не наделали!
— Не надо меня вязать! Я честно буду смирно сидеть! — Взвыл Лю Дэгуй, пока Фан Цзе тащил его за руку к дереву.
— Не надо меня вязать! Я честно буду смирно сидеть! — Взвыл Лю Дэгуй, пока Фан Цзе тащил его за руку к дереву.
Дважды обернув ремень вокруг ладони, Фан Цзе процедил с холодной усмешкой:
Дважды обернув ремень вокруг ладони, Фан Цзе процедил с холодной усмешкой:
— Ага, а как только я усну, ты мне голову камнем проломишь? Нет уж, для верности лучше посидите привязанными.
— Ага, а как только я усну, ты мне голову камнем проломишь? Нет уж, для верности лучше посидите привязанными.
Он собственноручно прикрутил троицу спина к спине к стволу толстой кокосовой пальмы. Стянул им руки ремнями в три оборота и затянул наглухо мёртвым узлом.
Он собственноручно прикрутил троицу спина к спине к стволу толстой кокосовой пальмы. Стянул им руки ремнями в три оборота и затянул наглухо мёртвым узлом.
Лю Дэгуй всё ещё пытался брыкаться, но Фан Цзе подобрал с земли увесистый голыш и бесцеремонно запихал ему в рот:
Лю Дэгуй всё ещё пытался брыкаться, но Фан Цзе подобрал с земли увесистый голыш и бесцеремонно запихал ему в рот:
— Побереги силы, утром накричишься. А сейчас – закрыли глаза и спать!
— Побереги силы, утром накричишься. А сейчас – закрыли глаза и спать!
Развернувшись к остальным выжившим, он зычно крикнул:
Развернувшись к остальным выжившим, он зычно крикнул:
— Мужчины и женщины спят раздельно! Никому без спросу не бродить, иначе пеняйте на себя!
— Мужчины и женщины спят раздельно! Никому без спросу не бродить, иначе пеняйте на себя!
Сжав в руке деревянное копьё, Фан Цзе устроился между двумя кострами, время от времени бросая бдительные взгляды на связанных пленников.
Сжав в руке деревянное копьё, Фан Цзе устроился между двумя кострами, время от времени бросая бдительные взгляды на связанных пленников.
Лю Дэгуй, уныло склонив голову к плечу, безучастно смотрел на пляшущие языки пламени.
Лю Дэгуй, уныло склонив голову к плечу, безучастно смотрел на пляшущие языки пламени.
Постепенно морской бриз утих, и над пляжем поплыл нестройный сонный храп.
Постепенно морской бриз утих, и над пляжем поплыл нестройный сонный храп.
Лишь мерный шум волн, разбивающихся о прибрежные скалы, да негромкий треск догорающих поленьев нарушали тишину опустившейся на остров ночи.
Лишь мерный шум волн, разбивающихся о прибрежные скалы, да негромкий треск догорающих поленьев нарушали тишину опустившейся на остров ночи.
На следующее утро едва забрезжил рассвет, как Фан Цзе проснулся от истошных криков Лю Дэгуя.
На следующее утро едва забрезжил рассвет, как Фан Цзе проснулся от истошных криков Лю Дэгуя.
— Су Дацян! Быстро развяжи меня! Мочиться хочу, невмоготу уже! — Орал во всё горло Лю Дэгуй, и его вопли резали утренний воздух над тихим пляжем.
— Су Дацян! Быстро развяжи меня! Мочиться хочу, невмоготу уже! — Орал во всё горло Лю Дэгуй, и его вопли резали утренний воздух над тихим пляжем.
Один из его подручных, сидевший рядом, густо покраснел от стыда, а его штанина потемнела и промокла насквозь – бедняга явно не дотерпел.
Один из его подручных, сидевший рядом, густо покраснел от стыда, а его штанина потемнела и промокла насквозь – бедняга явно не дотерпел.
Нахмурившись от отвращения, Фан Цзе подошёл к дереву и распустил кожаные ремни на их запястьях.
Нахмурившись от отвращения, Фан Цзе подошёл к дереву и распустил кожаные ремни на их запястьях.
Освобождая пленников, он не упустил случая пригрозить:
Освобождая пленников, он не упустил случая пригрозить:
— И без фокусов у меня. Вы отлично знаете, на что я способен. Ведите себя тихо.
— И без фокусов у меня. Вы отлично знаете, на что я способен. Ведите себя тихо.
Троица поспешно закивала и, спотыкаясь, гуськом припустила в сторону лесной чащи.
Троица поспешно закивала и, спотыкаясь, гуськом припустила в сторону лесной чащи.
Фан Цзе велел Су Дацяну присматривать за ними, а сам направился к месту, где отдыхали женщины.
Фан Цзе велел Су Дацяну присматривать за ними, а сам направился к месту, где отдыхали женщины.
Одежда на них уже высохла у костра, и они потихоньку приводили себя в порядок. На ветках деревьев покачивались от лёгкого ветра полупрозрачные капроновые колготки, а рядом сиротливо висело ярко-розовое нижнее бельё.
Одежда на них уже высохла у костра, и они потихоньку приводили себя в порядок. На ветках деревьев покачивались от лёгкого ветра полупрозрачные капроновые колготки, а рядом сиротливо висело ярко-розовое нижнее бельё.
Слегка смутившись, Фан Цзе отвёл глаза и перевёл взгляд на сестёр-близняшек.
Слегка смутившись, Фан Цзе отвёл глаза и перевёл взгляд на сестёр-близняшек.
Приболевшая девушка уже сидела, опираясь на ствол. Хотя её щёки всё ещё горели нездоровым румянцем, взгляд стал гораздо осмысленнее и яснее.
Приболевшая девушка уже сидела, опираясь на ствол. Хотя её щёки всё ещё горели нездоровым румянцем, взгляд стал гораздо осмысленнее и яснее.
Заметив приближение Фан Цзе, старшая сестра торопливо поднялась навстречу:
Заметив приближение Фан Цзе, старшая сестра торопливо поднялась навстречу:
— Огромное вам спасибо. Если бы не вы, моя сестра вряд ли бы дотянула до утра.
— Огромное вам спасибо. Если бы не вы, моя сестра вряд ли бы дотянула до утра.
Голос её звучал мягко, а в уголках глаз светилась искренняя благодарность. Даже несмотря на изнеможение и осунувшееся лицо, девушка выглядела удивительно миловидной.
Голос её звучал мягко, а в уголках глаз светилась искренняя благодарность. Даже несмотря на изнеможение и осунувшееся лицо, девушка выглядела удивительно миловидной.
— Меня зовут Вэнь Жучу, а это моя младшая сестра – Вэнь Жосюэ, — она помогла сестре подняться на ноги и несмело добавила:
— Меня зовут Вэнь Жучу, а это моя младшая сестра – Вэнь Жосюэ, — она помогла сестре подняться на ноги и несмело добавила:
— Извините, а можно спросить... не найдётся ли у вас ещё пара таблеток жаропонижающего? У неё всё ещё держится температура.
— Извините, а можно спросить... не найдётся ли у вас ещё пара таблеток жаропонижающего? У неё всё ещё держится температура.
Фан Цзе поскрёб затылок и в нерешительности заговорил:
Фан Цзе поскрёб затылок и в нерешительности заговорил:
— Лекарство-то я дать могу, но взамен мне кое-что нужно. Поделитесь со мной одной вещью?
— Лекарство-то я дать могу, но взамен мне кое-что нужно. Поделитесь со мной одной вещью?
Вэнь Жучу на мгновение растерялась и тихо спросила:
Вэнь Жучу на мгновение растерялась и тихо спросила:
— Что именно вам нужно? Говорите прямо. Если у нас это есть, мы с радостью обменяемся.
— Что именно вам нужно? Говорите прямо. Если у нас это есть, мы с радостью обменяемся.
Фан Цзе покосился на колыхавшееся на ветке розовое бельё и шумно сглотнул:
Фан Цзе покосился на колыхавшееся на ветке розовое бельё и шумно сглотнул:
— Вот то... бельё и колготки. Это ведь ваши вещи? Можете отдать их мне?
— Вот то... бельё и колготки. Это ведь ваши вещи? Можете отдать их мне?
Лицо Вэнь Жучу мгновенно вспыхнуло пунцовой краской. Она инстинктивно прижала руки к груди:
Лицо Вэнь Жучу мгновенно вспыхнуло пунцовой краской. Она инстинктивно прижала руки к груди:
— Вы... зачем вам это нужно?
— Вы... зачем вам это нужно?
Фан Цзе испуганно замахал руками, пытаясь объясниться:
Фан Цзе испуганно замахал руками, пытаясь объясниться:
— Нет-нет, не подумайте ничего плохого! Я вовсе не извращенец! Металлические косточки из женского бюстгальтера и капроновые колготки – отличный материал. Из них можно сделать полезные инструменты для выживания!
— Нет-нет, не подумайте ничего плохого! Я вовсе не извращенец! Металлические косточки из женского бюстгальтера и капроновые колготки – отличный материал. Из них можно сделать полезные инструменты для выживания!
Вэнь Жучу прикусила губу и прошептала едва слышно, словно писк комара:
Вэнь Жучу прикусила губу и прошептала едва слышно, словно писк комара:
— Но... то бельё принадлежит моей сестре, а у неё модель без косточек...
— Но... то бельё принадлежит моей сестре, а у неё модель без косточек...
В этот момент Вэнь Жосюэ тихонько потянула сестру за край одежды и что-то зашептала ей прямо на ухо.
В этот момент Вэнь Жосюэ тихонько потянула сестру за край одежды и что-то зашептала ей прямо на ухо.
Щёки Вэнь Жучу запылали ещё сильнее, краска залила даже шею. Колеблясь, она наконец повернулась к Фан Цзе спиной и запустила руку под одежду.
Щёки Вэнь Жучу запылали ещё сильнее, краска залила даже шею. Колеблясь, она наконец повернулась к Фан Цзе спиной и запустила руку под одежду.
Послышался тихий шорох ткани. Слегка дрожа всем телом, она развернулась и протянула ему кружевной бюстгальтер.
Послышался тихий шорох ткани. Слегка дрожа всем телом, она развернулась и протянула ему кружевной бюстгальтер.
— У... у меня модель с косточками... Забирайте.
— У... у меня модель с косточками... Забирайте.
Фан Цзе тоже почувствовал неловкость. Забирая вещь, он случайно коснулся её прохладных пальцев, и оба испуганно отдернули руки, словно от удара током.
Фан Цзе тоже почувствовал неловкость. Забирая вещь, он случайно коснулся её прохладных пальцев, и оба испуганно отдернули руки, словно от удара током.
— Спасибо. Мне нужны только металлические вставки. Если вам без этой вещи будет совсем неудобно, вы можете прийти ко мне на тот пляж через лес. Я верну её вам.
— Спасибо. Мне нужны только металлические вставки. Если вам без этой вещи будет совсем неудобно, вы можете прийти ко мне на тот пляж через лес. Я верну её вам.
— Нет, не нужно, оставьте себе.
— Нет, не нужно, оставьте себе.
Фан Цзе ещё раз поблагодарил девушек, протянул им жаропонижающее и, бережно свернув колготки с бельём, поспешил уйти.
Фан Цзе ещё раз поблагодарил девушек, протянул им жаропонижающее и, бережно свернув колготки с бельём, поспешил уйти.
Когда он вернулся к стоянке у костра, Лю Дэгуй со своими прихвостнями уже были там.
Когда он вернулся к стоянке у костра, Лю Дэгуй со своими прихвостнями уже были там.
На берегу мужчины деловито собирали сушняк и валежник, складывая его в кучу возле кострища.
На берегу мужчины деловито собирали сушняк и валежник, складывая его в кучу возле кострища.
Фан Цзе дружески похлопал Су Дацяна по плечу:
Фан Цзе дружески похлопал Су Дацяна по плечу:
— Мне пора возвращаться. Держитесь вместе, не давайте себя в обиду. Береги маму.
— Мне пора возвращаться. Держитесь вместе, не давайте себя в обиду. Береги маму.
С этими словами он покрепче перехватил топор и закинул на плечо мешок с добытыми припасами.
С этими словами он покрепче перехватил топор и закинул на плечо мешок с добытыми припасами.
Су Дацян поспешно удержал его за руку:
Су Дацян поспешно удержал его за руку:
— Слушай, друг, оставайся с нами! Вместе ведь легче выжить. Зачем тебе одному туда возвращаться?
— Слушай, друг, оставайся с нами! Вместе ведь легче выжить. Зачем тебе одному туда возвращаться?
Фан Цзе указал рукой в глубь непроходимого леса:
Фан Цзе указал рукой в глубь непроходимого леса:
— Мы без понятия, насколько велик этот остров, и этот пляж явно не единственный. Вдруг спасатели приплывут с моей стороны, а мы все тут засядем? Так мы только упустим время.
— Мы без понятия, насколько велик этот остров, и этот пляж явно не единственный. Вдруг спасатели приплывут с моей стороны, а мы все тут засядем? Так мы только упустим время.
Он присел и веточкой набросал на песке простую схему:
Он присел и веточкой набросал на песке простую схему:
— Мы разделимся и будем следить за двумя направлениями. Тот, кто первым увидит спасателей, сразу же сообщит остальным!
— Мы разделимся и будем следить за двумя направлениями. Тот, кто первым увидит спасателей, сразу же сообщит остальным!
Люди одобрительно закивали, соглашаясь с его доводами.
Люди одобрительно закивали, соглашаясь с его доводами.
— Что ж, твоя правда, в этом есть смысл. Сделаем как говоришь. Но как быть с этими тремя... — Су Дацян покосился на Лю Дэгуя и его людей, явно не доверяя им.
— Что ж, твоя правда, в этом есть смысл. Сделаем как говоришь. Но как быть с этими тремя... — Су Дацян покосился на Лю Дэгуя и его людей, явно не доверяя им.
Крепче сжав топорище, Фан Цзе сурово посмотрел прямо на присмиревшую троицу:
Крепче сжав топорище, Фан Цзе сурово посмотрел прямо на присмиревшую троицу:
— Слушайте меня внимательно! Мы все застряли на этом диком острове, и легко никому не будет. Чтобы выжить, нам нужно держаться вместе и помогать друг другу. И чтоб я больше не видел никаких попыток кого-то обидеть или обобрать!
— Слушайте меня внимательно! Мы все застряли на этом диком острове, и легко никому не будет. Чтобы выжить, нам нужно держаться вместе и помогать друг другу. И чтоб я больше не видел никаких попыток кого-то обидеть или обобрать!
Лю Дэгуй хотел было огрызнуться, но его взгляд упал на зловеще поблескивающее лезвие топора в руках Фан Цзе, и заготовленные слова застряли у него в горле.
Лю Дэгуй хотел было огрызнуться, но его взгляд упал на зловеще поблескивающее лезвие топора в руках Фан Цзе, и заготовленные слова застряли у него в горле.
Стоявшие рядом приспешники понуро опустили головы, боясь даже вздохнуть.
Стоявшие рядом приспешники понуро опустили головы, боясь даже вздохнуть.
Фан Цзе обвёл взглядом собравшихся и заговорил чуть мягче:
Фан Цзе обвёл взглядом собравшихся и заговорил чуть мягче:
— Только если мы будем едины, у нас появится шанс выбраться отсюда. Не тратьте силы на глупые склоки и грызню!
— Только если мы будем едины, у нас появится шанс выбраться отсюда. Не тратьте силы на глупые склоки и грызню!
Под грозным взглядом Фан Цзе Лю Дэгуй нехотя, но согласно кивнул:
Под грозным взглядом Фан Цзе Лю Дэгуй нехотя, но согласно кивнул:
— Да поняли мы всё, не переживай. Мы же в конце концов коллеги по работе, не первый год друг друга знаем. Нам ещё потом вместе трудиться, когда вернёмся. Больше никаких драк не будет.
— Да поняли мы всё, не переживай. Мы же в конце концов коллеги по работе, не первый год друг друга знаем. Нам ещё потом вместе трудиться, когда вернёмся. Больше никаких драк не будет.
Его спутники тут же поспешно закивали вслед за ним.
Его спутники тут же поспешно закивали вслед за ним.
Только после этого Фан Цзе опустил топор.
Только после этого Фан Цзе опустил топор.
Он помахал всем на прощание рукой и снова скрылся в тени густого леса.
Он помахал всем на прощание рукой и снова скрылся в тени густого леса.

Комментарии

Загрузка...