Троица застыла на месте, в растерянности переглядываясь.
В эту эпоху, когда атеизм потерпел полный крах, в народе как грибы после дождя плодились всевозможные религиозные объединения. Среди них хватало и злых сект, ловивших рыбу в мутной воде, поэтому по всему миру против подобных культов вели беспощадную войну.
Божественное чудо, явленное Шэнь Юем, уже породило новую веру — не только в Японии, но и далеко за её пределами.
— Но откуда у них эти чёрные ветви? — глядя на то, как они медленно извиваются, с сомнением проговорил Шэнь Юй.
Отряд быстрого реагирования Токио оперативно взял ситуацию под контроль: всех присутствующих сектантов увели на допрос, прихватив, разумеется, и сами ветви.
После такой неожиданной встречи троим было уже не до прогулок. Они поднялись на вертолётную площадку на крыше отеля и сели в спецборт, направлявшийся на базу «Белый день».
Вильям сидел рядом с Шэнь Юем. Руки его едва заметно подрагивали: как-никак, он только что застрелил больше десятка человек, которые, возможно, были всего лишь обычными верующими.
Шэнь Юю не было дела до душевных терзаний Вильяма — его собственное состояние оставляло желать лучшего.
Влияние Кужуна на его разум всё углублялось. Шэнь Юй уже мог совершенно спокойно смотреть в лицо смерти, хотя, строго говоря, это было не смирение, а идущая из самых глубин души безысходность.
А значит, столкнись он впредь с любой смертельной угрозой, он, скорее всего, даже не попытается сопротивляться.
И это грозило тем, что в роковой момент он попросту не сумеет активировать свою способность когнитивного искажения.
«Какой во всём этом смысл?»
— Быть может, ни в чём вообще нет смысла, — не сдержавшись, тихо обронил Шэнь Юй.
Вильям, до сих пор молча сидевший с понурой головой, вдруг повернулся и уставился на Шэнь Юя немигающим взглядом.
— Природа дхарм изначально пуста, нет в ней ни ухода, ни прихода, — ни с того ни с сего произнёс он на чистом китайском.
Шэнь Юй неподдельно изумился: эти слова были взяты из «Сутры Шурангамы» и утверждали истину о том, что всё сущее исполнено пустоты.
Все вещи возникают лишь из стечения причин и кармических связей, не имея под собой неизменной сути или вечной основы, а потому их подлинная природа — абсолютное небытие.
— И в этом ты тоже разбираешься? — покосился на него Шэнь Юй.
Вильям ничего не ответил, лишь перевёл взгляд мимо Шэнь Юя за иллюминатор — в непроглядно-чёрную ночную тьму.
Когда Шэнь Юй вернулся в свою комнату на базе, по арктическому времени было уже два часа ночи. Он собирался проглядеть новости на планшете и лечь спать.
В этот момент на экране всплыло сообщение от теологического советника группы, профессора Росса. Открыв его, Шэнь Юй увидел отчёт о ночном происшествии в Токио.
Из документа следовало, что задержанные причисляли себя к секте под названием «Святое собрание Тёмного Цветения». В Японии их насчитывалось уже несколько сотен человек, а окружили они троицу исключительно ради паломничества.
Проект «Белый день» строго хранил в тайне личности членов святилища: стоило сведениям просочиться наружу, как вокруг каждого, кто явил божественное чудо, по всему миру неизбежно возник бы культ поклонения, и события вышли бы из-под всякого контроля.
Стоит только представить, как каждый человек, слепо уверовав в собственного бога, готов отдать абсолютно всё ради своей веры, и станет ясно — мир неминуемо погрузится в пучину бесконечного хаоса и раздоров.
Что же до утечки данных самого Шэнь Юя, показания сектантов сошлись в одном: они в один голос утверждали, будто господь лично поведал им об этом. Из-за этого расследование зашло в глухой тупик.
«Культ личности...» — Шэнь Юю стало даже смешно: он ведь не мог по своей воле управлять чёрными ветвями — те прорастали будто бы совершенно случайно.
В первый день Шэнь Юю пришлось нелегко. Пусть он и применил когнитивное искажение к Хоуку и командиру отряда очищения, камеры наблюдения уже успели зафиксировать всё происходившее в изоляторе.
Поэтому почти весь день он потратил на поиски тех, кто мог просмотреть записи, и перекраивал их восприятие.
Равнодушие к смерти вовсе не означало, что Шэнь Юй был лишен страха.
Но что способно напугать человека в состоянии умеренной депрессии? Лишь перспектива погрузиться в неё ещё глубже.
И больше всего на свете Шэнь Юй боялся изгнания в открытый космос — один на один с бесконечной тьмой.
Покончив с делами, Шэнь Юй пришёл в конференц-зал Седьмой группы, где уже не осталось свободных мест.
Здесь должно было начаться совещание по двенадцатой исследовательской операции Проекта «Белый день».
Исполнитель Седьмой группы Проекта «Белый день» Хоук стоял на трибуне, обводя зал тяжёлым взглядом.
— В связи с исчезновением точки привязки B17 исследование этого сектора прекращено, — объявил он.
Именно через «якорь» B17, располагавшийся в горных районах китайской провинции Юньнань, Шэнь Юй совершил свою первую вылазку. Однако после той операции в секторе возникли магнитные аномалии, и проход в мир богов через B17 закрылся.
Дело вполне обычное: точки привязки возникали и исчезали совершенно хаотично, иначе в мир богов мог бы попасть кто угодно.
Присутствующие выслушали это без особого интереса, ожидая продолжения.
— Целью нынешней операции станет якорь B29, находящийся на сторожевом посту у границы Сербии, — произнёс Хоук, выводя изображение на большой экран.
Сторожевой пост располагался на сербско-хорватской границе. На экране высветились его точные координаты на Динарском хребте: вокруг высились крутые скалы, но сотрудники Проекта «Белый день» уже взяли территорию под контроль, натянув сигнальные ленты и выставив вооруженное оцепление.
Сам сторожевой пост оказался крошечным — обычное одноэтажное строение, смахивающее на наблюдательный пункт.
— А теперь я озвучу задачи операции, — Хоук сделал паузу, напустив на себя суровый вид. — Первое: исследовать сектор мира богов за точкой B29, зафиксировать параметры среды — гравитацию, давление, рельеф местности и возможное присутствие материальных божеств. Второе: всем участникам оттачивать применение божественной силы; способности, не несущие угрозы, разрешено опробовать на физической реальности.
— Третье, — Хоук посмотрел на задние ряды, где сидели Шэнь Юй, Рина и Вильям, — вести непрерывное наблюдение за состоянием Шэнь Юя. Ах да, и за Вильямом тоже. И последнее: обнаружить координаты храма и немедленно вернуться, как только раздастся звон колокола.
Зал встретил приказ без малейшего волнения, по рядам прокатился лишь негромкий шепоток: задание было рутинным до оскомины.
Что же до третьего пункта, то все не сговариваясь решили попросту закрыть на него глаза.
Когда совещание подошло к концу, Шэнь Юя окликнула психолог-аналитик группы, Кейтлин.
— Господин Шэнь Юй, это флуоксетин, — Кейтлин, одетая в белый халат, достала из кармана коробочку с препаратом и устремила на него взгляд синих глаз. — Он отлично снимает подавленность, имеет незначительные побочные эффекты и к тому же наладит ваш сон.
Шэнь Юй находился в тисках умеренной депрессии, и если пустить всё на самотёк, болезнь грозила перерасти в тяжёлую форму с высоким риском суицида.
Депрессия никогда не бывает однообразной: хотя для умеренной стадии и характерно стойкое уныние, каждый переносит её по-своему.
У некоторых симптомы могут заметно обостряться или затихать в определённые часы суток.
— Огромное спасибо, мисс Кейтлин, я буду принимать его строго по часам, — отозвался Шэнь Юй, позволив голосу разума взять верх, и принял из её рук лекарство.
Кейтлин удовлетворённо кивнула и развернулась, чтобы уйти.
Шэнь Юй посмотрел на коробочку в ладони: с этим средством он по крайней мере не останется безучастным, столкнувшись со смертельной угрозой.
Транспортник Проекта «Белый день» приземлился у подножия Динарского хребта под хмурым, потемневшим небом.
Облачённые в защитные костюмы члены святилища двинулись к гребню, где находился якорь B29. Порывы горного ветра с шелестом трепали ткань защитных костюмов, а дозиметры непрерывно щелкали вдоль всей дороги.
В пятистах метрах от сторожевого поста сопровождающий персонал тыла остановился. Шэнь Юй, Рина и Вильям шли в самой середине отряда. Шедший во главе член святилища распахнул железную дверь сторожевого поста, на миг опешил и переступил порог.
Снаружи казалось, будто внутри царит непроницаемый чёрный мрак: тусклый свет проникал в помещение от силы на метр.
Остальные потянулись следом. Едва Шэнь Юй перешагнул через порог, вой ветра мгновенно стих, а шедшая впереди Рина словно растворилась во тьме — он не видел даже её силуэта.
Шэнь Юй заставил себя идти вперёд. Ощущение было точь-в-точь как во время первой вылазки в мир богов: движение вслепую сквозь темноту, пока чувства почти полностью не угаснут.
Но на этот раз всё было иначе. Шэнь Юй внезапно осознал, что путь чересчур затянулся. Ноги словно одеревенели и больше не подчинялись ему, сами по себе продолжая шагать в неизвестность.
(Конец главы)

Комментарии

Загрузка...