Акико прикрыла рот ладонью и тихо рассмеялась:
— Ты правда думаешь, что сможешь уйти? Не забывай, в комнате двое телохранителей, а за дверью ещё десяток. И ты — безоружен.
— Давай заключим пари. Если я спокойно выйду отсюда, ты больше не будешь меня преследовать и вернёшься к отцу сказать, что не хочешь выходить за меня замуж.
Акико покачала головой:
— Я не стану с тобой спорить, ты слишком хитёр.
Я внезапно поднял руку. Телохранители в комнате рефлекторно напряглись и потянулись к внутренним карманам пиджаков, готовясь выхватить оружие.
Я насмешливо улыбнулся:
— Не нервничайте, я просто хотел посмотреть время.
Охранники с досадой убрали руки и вытянулись по стойке смирно. Я закатал рукав, демонстрируя Ролекс, и помахал рукой перед их лицами, показывая, что в ней ничего нет. Телохранители смущённо опустили головы.
— Уже четыре часа, пора заканчивать.
Я подошёл к вешалке, снял пальто Лиши и помог ей одеться.
Акико сердито уставилась на меня:
— Не смей уходить!
Я приподнял бровь:
— Ты меня не остановишь.
Сказано — сделано. В мгновение ока я выхватил из кармана пальто Лиши спрятанный там миниатюрный пистолет и дважды нажал на спуск. Телохранители рухнули как подкошенные. Они получили дозу мощного транквилизатора и проснутся не раньше, чем через несколько часов. Никто и подумать не мог, что я спрячу оружие в одежде девочки.
Одновременно с выстрелами я левой рукой притянул Акико к себе. Глядя на лежащих охранников, я сжал её горло и заодно погладил по гладкому подбородку:
— Мы же так хорошо ладим, проводи меня до выхода. А иначе...
Акико впилась в меня взглядом:
— Ты не посмеешь!
Я победно усмехнулся:
— Твои охранники думают иначе.
Обернувшись к Лише, сидевшей на диване, я скомандовал:
— Лиша, иди за мной.
Девочка была явно растеряна, но послушно последовала за мной. Прикрываясь Акико, как живым щитом, я заставил остальных телохранителей замереть на месте — они могли лишь беспомощно наблюдать, как мы уходим.
Открыв дверь машины, я погладил Акико по волосам и втолкнул её на пассажирское сиденье:
— Веди. Мой пистолет не смертелен, но если схлопочешь пулю, будет очень больно! — я намеренно добавил в голос игривые японские интонации, отчего Акико заскрежетала зубами от ярости.
Проехав какое-то расстояние, я оглянулся: погони не было.
— Ты отличный водитель, — я ткнул дулом ей в затылок. — Тормози.
Акико с досадой вдарила по тормозам так резко, что я чуть не влетел в лобовое стекло. Её строптивость меня разозлила. Я распахнул дверцу и грубо вытолкнул её наружу: — Sayonara!
Я с грохотом захлопнул дверь, вдавил педаль газа в пол и умчался прочь.
— Папа, а кто эта женщина? — помолчав некоторое время, не выдержала Лиша.
— Моя знакомая, мы просто играли в игру. Когда вернёмся домой, не рассказывай маме о том, что было сегодня. Иначе я расскажу ей, что ты ела мороженое.
Лиша задумалась:
— Папа, ты врёшь. Они не твои друзья, они плохие люди.
Я притормозил и посмотрел на неё:
— Друзья они или враги — неважно. Лиша, ты можешь сохранить это в секрете?
Лиша лучезарно улыбнулась:
— Могу!
Я бросил машину на парковке и повёл Лишу домой за руку. Дождь уже кончился, небо и город прояснились. Лиша, сжимая в руках зелёный зонтик, прыгала через лужи, превращая отражения домов в воде в размытые пятна.
Увидев у дома тот самый, уже не принадлежащий мне, сверкающий угольно-чёрным блеском Мерседес, я почувствовал раздражение. Синь Юй, наверное, сейчас преспокойно смотрит телевизор!
Как только я вошёл, аппетитный аромат еды мгновенно развеял моё недовольство.
— Садитесь ужинать, — Синь Юй поставила на стол последние тарелки и сняла фартук. — Лиша, иди помой руки.
То, что я оказался в доме Синь Юй, было чистой случайностью.
— Тот, кто не держит слово, — не мой сын. Убирайся! И не возвращайся, пока не одумаешься.
Я до сих пор помню, как мой отец, покраснев от гнева, выставил меня за дверь. Рядом с ним стоял смущённый дядя Ватанабе. Тогда я решил уехать из Сан-Франциско, нашёл записную книжку Общества Зеленого Дракона и выписал адрес связного в Мюнхене. Я добрался до нужного места, но, к моему удивлению, дверь открыла молодая женщина.
— Я Линь Тянь, хочу остановиться здесь на какое-то время, — видя, что она молчит, я добавил: — Взаимопомощь соотечественников.
Это был девиз Общества, и я надеялся, что фраза сработает как пароль. Женщина посмотрела на меня странно — возможно, приняла за сумасшедшего, хотя мой вид не внушал таких опасений. Мы простояли в нерешительности несколько секунд, прежде чем она спросила:
— Только приехал в Германию и негде жить?
Я машинально кивнул. Она ещё раз внимательно оглядела меня и после долгой паузы произнесла:
— Оставайся, но за аренду придётся платить.
Аренда?! Я сразу понял: она не та, кого я искал. Наверное, связной переехал, или я ошибся адресом. В Мюнхене не так-то просто найти нужного человека. Я уже собирался уйти, но женщина улыбнулась, открывая дверь шире. Эта мимолётная улыбка заставила меня остаться. В конце концов, в ближайшее время я всё равно не хотел иметь ничего общего с отцом.
Теперь я думаю, что та фраза о взаимопомощи сослужила мне добрую службу.
Этой женщиной была Синь Юй. У неё была очаровательная дочка Лиша. Синь Юй была совсем молодой — одного возраста со мной, двадцать три года. А Лише уже четыре, что означало...
Я оборвал свои мысли. Я никогда не лез в чужую жизнь и не спрашивал о прошлом Лиши. Я всегда помнил, что я всего лишь жилец и могу уйти в любой момент. Синь Юй была особенной: она никогда не говорила о себе. Даже сейчас я не знаю её фамилии. Может, Лю? Звучит как падающая звезда — забавно.
Но сама она была совсем не забавной, даже немного холодной. Как и я, она не интересовалась чужими делами. Мы были как два параллельных рельса: находились близко, но никогда не соприкасались. Лиша была той самой шпалой, которая хоть как-то связывала нас друг с другом.
В конце концов отец не выдержал и перевёл на мой счёт крупную сумму денег, но я не собирался съезжать. Я просто снял часть средств и купил Мерседес. Синь Юй не возражала — ведь я продолжал платить за аренду, хотя мог бы легко купить собственный дом.
Месяц назад Лиша начала называть меня папой, потому что поняла: так она может на законных основаниях требовать, чтобы «папа» купил ей мороженое.
Так и сложилась эта странная, собранная на скорую руку «временная семья».

Комментарии

Загрузка...