**От лица Софии**
В день финала.
Расставшись с Кенто-куном и остальными, я дожидалась кое-кого на стадионе.
Честно говоря, так внезапно связываться со мной вчера...
Она ведь уже говорила, что собирается прийти, и если уж хотела пригласить меня, могла бы сделать это прямо тогда...
Хоть я так и ворчала про себя, но не могла избавиться от внутреннего трепета. Всё-таки я впервые собиралась смотреть матч с тем, кого, пожалуй, могла бы назвать подругой.
— А, Ширакава-сан, вот ты где...
Пока я стояла на оговорённом месте встречи, ко мне обратилась девушка с яркими фиолетовыми волосами и расслабленной манерой держаться.
Это была та, кого я ждала, — Риндо-сан.
— Доброе утро. Спасибо, что проделала такой путь.
Пусть я и знала, что на самом деле она пришла ради Кенто-куна, она всё равно собиралась болеть за нас, так что я встретила её тепло.
— Угу... школа организовала для нас автобус, так что это здорово помогло... Но, эм... ты правда уверена, что хочешь сидеть со мной?..
Хоть Риндо-сан сама меня и пригласила, сейчас она смотрела на меня с тревогой.
Возможно, дело в том, что раньше я всегда держала окружающих на расстоянии. Кажется, она переживала о том, как я к ней отношусь на самом деле.
— Не стану же я теперь ни с того ни с сего заявлять, что передумала. Я искренне рада, что ты пришла нас поддержать.
— Дело не в этом... Просто если тебя увидят со мной, люди могут начать говорить странные вещи и о тебе...
А-а, так вот она о чём.
Ну, это правда. Кажется, сейчас её положение в школе довольно шаткое...
Причиной тому послужило отчисление Шигуразаки-сан и дисциплинарное отстранение самой Риндо-сан за нападки на меня.
Видимо, поскольку Шигуразака-сан вела себя высокомерно и доставляла всем проблемы, после её ухода некоторые ученики осмелели и начали травить оставшихся членов её группы. В том числе и Риндо-сан.
Я слышала, что Кенто-кун вмешался — то ли увидев это сам, то ли узнав от кого-то — и велел им прекратить. После этого травля вроде бы утихла, но сомневаюсь, что общая настороженность по отношению к ней сильно изменилась.
— На самом деле, тебе наоборот лучше держаться ко мне поближе. Остальные ученики, скорее всего, решат, что мы помирились, а видя, как я по-доброму к тебе отношусь, могут и задуматься: возможно, ты не так уж и виновата. Что Шигуразака-сан тебя просто заставляла.
Редко когда обидчик и его жертва так хорошо ладят на публике.
Намеренно демонстрируя дружелюбие, я могу обернуть ситуацию в её пользу и помочь восстановить её репутацию.
А самое главное — ни один ученик в нашей школе не посмеет и пальцем тронуть ту, с кем открыто дружу я, «Одинокий Цветок», верно?
— Почему ты так много для меня делаешь?..
Судя по всему, она решила, что я делаю это исключительно ради неё. Она посмотрела на меня снизу вверх, слегка округлив глаза, и, казалось, искренне обрадовалась.
И хотя строить такие глазки другой девушке было бессмысленно... мне это даже понравилось.
— Мы сегодня вместе смотрим матч, так что я просто подумала: «Почему бы не сесть рядом». Вот и всё. Я нахожусь здесь не ради тебя, так что не надумывай лишнего.
Для меня это просто просмотр матча с подругой. Ну, или с той, кто может ею стать.
В этом нет никакого скрытого мотива, так что она мне ничем не обязана.
— Понятно... спасибо...
— Не нужно меня благодарить... В любом случае, я уже заняла нам места, так что пойдём.
Я направилась к местам, которые заняла до её прихода.
Но, возможно, из-за того, что все знали, что я обычно там сижу, даже без моего присутствия места рядом, спереди и сзади оказались странным образом пусты.
Со стороны это могло выглядеть так, будто меня бойкотируют или что-то вроде того...
— В каком-то смысле это даже удобно...
— Не заставляй себя говорить такое. Мне от этого только грустнее становится...
Ну, пока Кенто-кун рядом, мне этого достаточно.
...Но в последнее время мне хочется чуточку большего.
И Надешико-сэмпай тоже... да.
Если бы только она перестала дразнить меня в ванной, я была бы действительно рада проводить с ней время. Я хочу общаться с Миуми-сан, с Риндо-сан... Я начала думать, что и с ними проводить время тоже весело.
Вот почему... я хочу, чтобы эти люди оставались рядом со мной.
— Кстати, насчёт учёбы Миуми-сан...
— Эй, не возражаете, если я сяду здесь?
Как раз когда я собиралась поблагодарить Риндо-сан за помощь Миуми-сан с уроками, сзади внезапно раздался голос.
Этот голос... я его уже где-то слышала.
Точно. Это та самая девушка, которая вчера заступилась за Кенто-куна.
Я обернулась.
Там стояла она. Та же самая девушка в низко надвинутом капюшоне, что и вчера.
— Я не возражаю, но...
И узор на одежде у неё точно такой же...
Неужели она носит одно и то же два дня подряд?
— Спасибо! Только чтобы ты знала: узор-то такой же, но это не та самая одежда, что была на мне вчера, ясно? Она мне так нравится, что я купила сразу несколько.
Неужели это было так явно написано у меня на лице? Она бросилась всё объяснять, хотя я не произнесла ни слова.
Вчера Кенто-кун оказался в центре внимания, и поскольку я находилась рядом с ним, она, должно быть, меня запомнила.
Она кажется такой весёлой и энергичной... так почему же она так прячет лицо?
И к тому же, она вот так запросто со мной заговорила?..
— Так запросто разговаривать с Ширакавой-сан... Вы точно не из нашей школы, верно?..
— Риндо-сан, это звучит немного грубо по отношению ко мне.
— Ой..!
Я думала ровно о том же, но, даже если она не вкладывала в это злого умысла, вслух это прозвучало резковато.
Хотя я прекрасно понимаю, что это правда, так что и поспорить особо не могу...
— Сегодня здесь столько людей, да? Впрочем, это логично — в конце концов, нас ждёт великая битва двух звёзд... Ну, если быть точной, то четырёх, верно?
Девушка в капюшоне обращалась ко мне так, словно мы давно были подругами.
Я видела, что Риндо-сан и другие ученики Сэйдзё, пришедшие нас поддержать, были искренне удивлены её смелостью.
На самом деле, они смотрели на неё с чем-то сродни благоговению, словно она совершила какой-то подвиг.
Одно это ясно давало понять, насколько неприступной я кажусь окружающим.
Да уж, я и сама это прекрасно осознаю.
— Что ты имеешь в виду под «четырьмя»?..
— О, давай без формальностей, хорошо? Мы ведь ровесницы. Просто зови меня Каэде, София-тян.
— ...
А? Кто она вообще такая?
Почему она ведёт себя так фамильярно?
Мы ведь впервые вообще разговариваем лицом к лицу, разве нет?
— Мы только познакомились, так что это чересчур...
— Аха-ха, ну ты и строгая! Но, возвращаясь к твоему вопросу... людям и правда интересно, как далеко смогут зайти «Трио новичков» Сэйдзё — Курогане-кун, Кенто-кун и Каннаги-кун — против Ядзимы-сана. Смотри, тут даже статья есть с заголовком: «Вундеркинд Коё против Трио новичков Сэйдзё».
Хоть я и ответила довольно холодно, Каэде-сан, похоже, это ничуть не смутило. Она лишь с улыбкой показала мне экран своего телефона.
И правда, там была такая статья.
А на самом видном месте красовалось вчерашнее фото, на котором Кенто-кун и Ядзима-сан пожимают друг другу руки.
Значит, к этому матчу и впрямь приковано столько внимания.
Но больше всего меня сейчас зацепило то, как именно она его назвала.
Она назвала Кенто-куна по имени!
Эта девушка тоже положила глаз на Кенто-куна?!
Так вот почему она вчера за него заступилась?!
Как человек, который категорически не желает внезапного появления новых соперниц, я, разумеется, встревожилась из-за очередной девицы, нацелившейся на Кенто-куна.
Причём эта вела себя куда более напористо, чем кто-либо из тех, кого я встречала раньше. Мне даже стало страшно, что она может сблизиться с Кенто-куном в мгновение ока.
— Ширакава-сан, кто эта девушка?..
Судя по всему, Риндо-сан подумала о том же самом и спросила меня вполголоса.
— Сама бы хотела знать...
Потому что я видела её впервые в жизни.
— Кстати, интересно, почему Курогане-кун не в стартовом составе?
Пока мы пребывали в растерянности, Каэде-сан перевела взгляд на электронное табло и с любопытством спросила меня.
Услышав её вопрос, Риндо-сан удивлённо ахнула.
Должно быть, она начала искать меня, как только вошла на стадион, а когда мы встретились, так заговорилась, что, вероятно, ещё даже не взглянула на табло.
Люди вокруг тоже начали растерянно перешёптываться, один за другим замечая, что Курогане-куна нет в старте.
Среди нарастающего гула я твёрдо посмотрела в её скрытые в тени капюшона глаза и медленно произнесла:
— Не могу сказать.
Конечно, отсутствие Курогане-куна в старте было частью нашей стратегии, и я ни за что не стала бы раскрывать её посторонним.
И уж тем более той, чьей истинной личности даже не знала.
— Понятно. Жаль.
Сказала Каэде-сан, хотя на самом деле совершенно не выглядела разочарованной.
Вероятно, с самого начала знала, что я не отвечу.
Да и по поводу отсутствия Курогане-куна в стартовом составе — пусть ей и было любопытно, удивлённой она не казалась.
Значит ли это, что она допускала вероятность того, что Курогане-кун не выйдет в старте, даже в матче, где всё решает одно очко?..
Нет, учитывая, насколько смелой и беззаботной она кажется, вероятно, она просто не задумывается о таких вещах слишком глубоко.
К такому выводу я в итоге пришла.
Но затем...
— Задумка примерно такая, верно? Нас ждёт напряжённая игра до первого очка, но если бы Курогане-кун вышел в старте и выкладывался на полную с самого начала, к финальным иннингам его скорость и контроль заметно бы просели. С другой стороны, выпускать релиф-питчера против Коё в концовке матча — слишком рискованно. Поэтому они поменяли подход: намеренно выпустили в старте второкурсника, который вчера был в отличной форме, в надежде передать игру Курогане-куну без пропущенных ранов. Коё, скорее всего, готовились к тому, что в старте выйдет Курогане-кун, поэтому они будут спешить набрать очки против стартового питчера, пока его не заменили. К тому же, если удастся ввести Курогане-куна в игру при сухом счёте, то, как бы ни складывался матч до этого, Коё покажется, что Сэйдзё диктует темп, а это даст Сэйдзё психологическое преимущество в поздних иннингах. Это агрессивная стратегия, демонстрирующая абсолютное доверие к ведению игры Кенто-куном, не так ли?
Внезапно Каэде-сан пустилась в долгие объяснения своей собственной теории, а затем посмотрела прямо на меня с хитрой улыбкой и оценивающим взглядом.
Она была... почти во всём права.
Дело было не столько в том, что второкурсник был «в отличной форме», сколько в том, что он по своей природе уверенно начинает игры — но в остальном её догадка почти слово в слово совпадала с тем, что объяснял нам тренер на собрании.
Эта стратегия строилась на предположении, что в дуэли питчеров, где важно каждое очко, противник будет ожидать выхода Курогане-куна в старте. Обманывая их ожидания, мы сбиваем им ритм, а с Кенто-куном на позиции кэтчера сможем сдержать их без пропущенных ранов по крайней мере один полный круг отбивающих.
Это был план с расчётом на поздние иннинги — именно потому, что мы играли против элитного питчера, у которого невероятно сложно вырвать даже одно очко.
Чтобы вот так чётко всё просчитать... кто вообще такая эта девушка?
— Мой ответ не изменился. Я не могу тебе сказать.
Хоть в душе я и была поражена, но улыбнулась и твёрдо пресекла её расспросы.
Я не знала её намерений, но уж точно не собиралась так легко раздавать информацию.
Я не имела права делать ничего такого, что могло бы помешать Кенто-куну и остальным, кто сейчас выкладывался на полную.
— Хе-хе, а ты довольно осторожная, да? Ну ладно. Сомневаюсь, что эта стратегия сработала бы против нас.
Вторую половину фразы она намеренно пробормотала себе под нос, но ровно так, чтобы я это услышала.
И на её губах снова заиграла эта дерзкая ухмылка.
Да уж, эта девушка явно пришла сюда не просто поболеть.
Возможно, позволить ей сесть рядом со мной было ошибкой.
...Пока я настороженно приглядывала за Каэде-сан, матч начался. Сэйдзё играли в защите первыми.
Обстановка должна была быть невероятно напряжённой — матч, в котором нельзя отдавать ни единого рана, — но сэмпай-второкурсник, вышедший в старте, чётко и уверенно вывел в аут первых трёх отбивающих одного за другим.
— Хе-хе... Наверное, он впервые играет на такой большой сцене, перед такой огромной толпой, но всё равно спокоен и собран. И не скажешь, что он первогодка...
Моя соседка весело хмыкнула, но я её проигнорировала.
Настала очередь Сэйдзё выходить на биту.
Как обычно, заиграл духовой оркестр, а члены бейсбольного клуба, не попавшие в основной состав, начали танцевать и громко скандировать кричалки.
Поскольку это был финал, на кону которого стояла путёвка на Косиэн, многие ученики нашей школы пришли поддержать нас, и когда Каннаги-кун направился к зоне отбивающего, раздались громкие ободряющие крики.
Девушки-чирлидеры из числа добровольцев, собравшиеся специально для этого случая, тоже танцевали изо всех сил.
— Ещё только первый иннинг, а энергетика уже невероятная...
— Ну, это же финал. Если мы выиграем, то практически гарантируем себе место на Косиэне. К тому же сегодня здесь куда больше людей, чем обычно...
Даже на турнире префектуры в Окаяме у нас никогда не было столько болельщиков.
Полагаю, матч, на кону которого стоит путёвка на Косиэн, и впрямь привлекает массу внимания.
Для Каннаги-куна, обожающего яркие моменты, такая атмосфера просто идеальна для поднятия боевого духа.
Я очень надеялась, что на этой волне он сможет выбить хит, но...
— Не может быть... страйк-аут после пустого взмаха?..
Каннаги-куна, как и пробормотала Риндо-сан, вывели в аут непривычно быстро и легко.
Давненько я не видела, чтобы он так махал впустую.
— Если бы подачи Ядзимы-сана было так легко отбить, с ним бы никто не мучился. Это только начало, так что пока не о чем переживать.
Каэде-сан, видимо, заметив тревогу Риндо-сан, неожиданно решила её приободрить.
Может, она всё-таки не такой уж и плохой человек?..
Но затем второго отбивающего, сэмпая-второкурсника, и третьего, Курогане-куна, тоже быстро вывели в аут одного за другим.
Видя, как тяжело приходится Каннаги-куну и Курогане-куну — тем, кто обычно стабильно приносит хиты, — я окончательно осознала: этот матч совершенно не похож ни на один из тех, что мы играли раньше.
— С точки зрения Ядзимы-сана, бьющие прямо перед Кенто-куном ни в коем случае не должны добраться до базы. Разумеется, он выложится на полную, чтобы их остановить — точно так же, как и против самого Кенто-куна. Если Сэйдзё хотят забить пораньше, нижней части линейки, против которой он обычно экономит силы, придётся здорово постараться.
— ...Ты, похоже, довольно много знаешь о Ядзиме-сане?
Её всезнающий тон немного раздражал, так что я поймала себя на том, что обратилась к ней напрямую.
— Ну, он же суперзвезда. Многие о нём знают, верно?
Она лишь с улыбкой прикинулась дурочкой.
Но я имела в виду вовсе не это, и, уверена, она прекрасно всё понимала...
— Что думаешь об этом матче, София-тян?
Пока я сверлила её подозрительным взглядом, Каэде-сан вдруг переменилась в лице: её выражение стало серьёзным, и она снова посмотрела на меня испытывающим взглядом.
— Что я думаю?.. Полагаю, всё решит одно очко.
— Да, у обеих команд есть элитные школьные питчеры... ну, один из них ещё не подавал, но в любом случае счёт будет минимальным. Отбивать подачи Ядзимы-сана не просто тяжело — почти невозможно выбить даже один хит, не говоря уже о заработанном ране. Но именно поэтому я и хочу увидеть, как Кенто-кун собирается его раскусить.
Глядя на снова улыбающуюся Каэде-сан, я подумала:
«Да уж, она определённо фанатка Кенто-куна...»
— Знаешь, бейсбол — это командная игра...
— Хех, знаю. Но одно могу сказать точно: Кенто-кун — единственный, у кого есть реальный шанс отвоевать очко у Ядзимы-сана.
— ...Ты и правда в него веришь.
— Это просто объективная оценка. Ядзима-сан наверняка думает так же; возможно, именно поэтому он и приходил вчера повидаться с Кенто-куном.
Только теперь я вспомнила, что Курогане-кун говорил нечто похожее: Ядзима-сан обращает на Кенто-куна куда больше внимания, чем кажется самому Кенто-куну.
Ну, Кенто-кун выбил три хоум-рана за одну игру и стабильно показывал результаты в других матчах, так что повышенное внимание вполне естественно...
— Даже клин-ап Коё — их знаменитого слаггера — только что заставили выбить граунд-аут. Конечно, если не пропускать раны, то не проиграешь, но в бейсболе невозможно победить, если не набираешь очки. И теперь, когда их клин-ап так легко вывели в аут, линейка Коё наверняка испытывает колоссальное давление.
Каэде-сан продолжала болтать со мной в своей привычной манере.
Понятия не имею, почему она ведёт себя так фамильярно, но, судя по её словам, она всё же болеет за Сэйдзё.
Хотя, если она фанатка Кенто-куна, в этом есть смысл...
— Сэмпаи-второкурсники, кажется, в отличной форме, да?..
Возможно, из-за того, что Каэде-сан постоянно ко мне обращалась, Риндо-сан не решалась вставить ни слова. Наконец она осторожно подала голос, словно проверяя моё настроение.
— Да, я тоже так думаю. В любом случае, не нужно сдерживаться. Разговаривай со мной как обычно.
— О-ох... хорошо...
Я постаралась улыбнуться как можно теплее, и Риндо-сан застенчиво кивнула. При этом она выглядела искренне счастливой, так что я рада, что попыталась.
— Питчер и правда отлично справляется, но причина, по которой он так легко подавляет мощную линейку Коё — даже с учётом их напряжения, — в основном кроется в ведении игры Кенто-куном, тебе так не кажется~?
Встряла Каэде-сан, очевидно подслушавшая наш разговор.
Как будто я и сама этого не знала.
— Он только что вывел в аут пятого и шестого бьющих всё с тем же питчером... Насколько же тщательно они изучили линейку Коё?..
Подумав, что она снова обращается ко мне, я повернулась — но Каэде-сан, приставив руку ко рту, напряжённо смотрела на поле, с головой погружённая в свои мысли.
Похоже, она просто бормотала себе под нос.
— Очередь Ширакавы-сана!..
— Знаю.
Волнение стоявшей по другую сторону Риндо-сан было очевидным и по-своему трогательным, пока я спокойно ждала, когда из громкоговорителей прозвучит знакомая фамилия.
— Отбивает четвёртым, кэтчер, Ширакава-кун.
В тот момент, когда это объявление эхом разнеслось по стадиону, толпа взорвалась громоподобными овациями.
В особенности — пронзительными девичьими визгами.
Оглушительных визгов — почти переходящих в истошное «Кья-я-я-я!» — было так много, что я почувствовала себя на редкость противоречиво.
Здесь определённо было гораздо больше девчонок, чем вчера.
— Что ж, вот и долгожданный первый выход на биту.
Моя соседка продолжала бормотать себе под нос с прежним самодовольным видом, но, честно говоря, все вокруг думали ровно о том же, даже не произнося этого вслух.
— Постарайся, Кенто-кун...
С другой стороны Риндо-сан молитвенно сцепила руки, неотрывно глядя на поле. Но на фоне сидящей рядом Каэде-сан она почему-то казалась ещё милее, чем обычно.
Эта девушка и правда из тех, кто проигрывает исключительно из-за собственного имиджа...
Пока весь стадион затаил дыхание в предвкушении, дуэль между Кенто-куном и Ядзимой-саном началась.
Каждая подача, которую Ядзима-сан бросал Кенто-куну, была кручёной — с резким, непредсказуемым изломом траектории.
И это были не просто броски, уходящие за пределы страйк-зоны. Он смешивал их с подачами, едва цепляющими край зоны, или теми, что начинались снаружи, а затем ныряли обратно. В результате счёт для Кенто-куна быстро дошёл до двух страйков.
Однако с этого момента Кенто-кун ушёл в глухую оборону, отбивая в фол одну подачу за другой — те самые, что балансировали на тончайшей грани между болом и страйком.
— Невероятно, Кенто-кун! Он держится в игре на одних фолах!
Наблюдая за этой битвой, Риндо-сан восхищённо ахнула.
Однако...
— Он просто пытается зацепить мяч. С такими взмахами он не сможет выбить хит.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...