Огромный актовый зал академии Шишио хоть и терялся в тени системы «Квалия» и редко о нём вспоминали, всё же был одной из тех многочисленных школьных построек, какие и полагаются обычному учебному заведению. Поскольку в этой школе всё решали Игры, нужда собирать всех учеников в подобном месте возникала нечасто. И всё же его возвели на случай тех редких моментов, когда без этого было не обойтись. Например, перед длинными каникулами, когда проводили общие собрания, или когда школу посещала какая-нибудь знаменитость, или когда крупная компания устраивала презентацию... ну или, конечно, когда внезапно объявлялись выборы в студсовет. Игра Антиутопии завершилась менее чем за две недели, и последние десять кандидатов стояли на сцене, выставляя себя напоказ под раздражёнными и завистливыми взглядами остальных. Среди них были—
— В итоге я так и дотянул до самого этого момента...
— Должно быть, это судьба, дорогой брат. И мне спокойнее, когда вы рядом.
— И Асато ещё раньше меня вышел из Игры... Хитрый ублюдок.
— ...Я постараюсь.
Гурен, как обычно, выглядел мрачным, а Карен льнула к нему сбоку. Мидзуха же помахала рукой в темноту перед собой. Глядя сверху на десятерых участников — и в особенности на эту троицу, — Сироодзи Тоя тихо пробормотал:
— Асато, значит, нет. Проклятый своевольный младший братец. Видимо, он терпеть не может действовать по моему приказу.
— Он продержался до тех пор, пока не осталось совсем немного людей, а затем сам выбыл. Полагаю, сделал это нарочно, чтобы не оказаться в студсовете, — объяснила за спиной Тои Митакэбара Сидзука, просматривая записи в аккаунте Асато. — Что любопытно, несмотря на то что он ваш младший брат, у нас нет почти никаких данных о его Играх. Похоже, он довольно популярен среди девушек, но это объясняется скорее его внешностью и дружелюбным характером. Нам также не попадалось ни одного ученика, который, кажется, его боялся бы—
— Потому что он всегда отлично умел управляться с людской натурой. Даже поступив в эту школу, он ни разу не выиграл и не проиграл ни одной Игры. Со всеми поддерживает ровные отношения. Не знаю, что он там замышляет, но если уж собирается пойти против меня, то лучше бы сделал это поскорее. До чего же скучный малый.
Как и всегда, Сироодзи Тое было просто скучно. Ему до смерти надоела эта пресная школьная жизнь, в которой он восседал на своём троне и никто не осмеливался бросить ему вызов.
— Мне невыносимо скучно, Сидзука. Почему вы и остальные из студсовета просто наслаждаетесь своими местами, даже не пытаясь замахнуться выше? Вы ведь можете напасть на меня в любой момент.
Разумеется, сама эта логика была изначально порочна. Так рассуждает не человек, а дикий зверь. Словно чудовище, бродящее то по ледяной тундре, то по раскалённой саванне, Тоя жил по законам дикой природы. Но Сидзука была иной.
— Прошу, не говорите глупостей. Я была бы просто дурой, если бы осмелилась бросить вам вызов.
— Выть на солнце и тщиться стащить его с неба — вот подлинная суть Игр. Игра, пропитанная кровью и потрохами, приносит величайшее наслаждение, а вы отворачиваетесь от неё. Почему бы тебе не взять пример со своей старшей сестры?
— !
Эта самая старшая сестра всё ещё стояла на сцене, рассеянно глядя куда-то вдаль с таким видом, будто в голове у неё вообще пусто. Но слова Тои вошли Сидзуке в грудь, точно острое лезвие. Она прищурилась и повторила:
— Прошу, не говорите глупостей. Что она зашла так далеко, целиком моя вина. Простите.
— А мне вовсе не мешает. Наблюдать за вашей семейкой весьма занятно. Это хоть немного разгоняет мою скуку.
Существует ритуал под названием «кодоку», при котором ядовитых насекомых запирают в тёмном месте и вынуждают убивать друг друга, если они хотят выйти живыми. Всего лишь оккультный обряд, не имеющий ни научного доказательства, ни исследовательской ценности. И всё же последнее выжившее насекомое становится живым смертельным ядом, сгущённой сущностью, воплощающей всю ядовитость этой академии, — и в конце концов попадает в студсовет академии Шишио. Именно в этом и заключалась идея выборов.
— А затем на величайшей сцене, приготовленной для нас, я сожру это насекомое. И в тот миг моя скука наконец будет исцелена, а жизнь вновь станет мне в радость... Ах, едва могу дождаться.
— ...Я приложу все силы, чтобы это стало возможным.
— Ты свободна. В конце концов, ты тоже одно из этих ядовитых насекомых. Но что же будет? Сожрёшь свою старшую сестру или сама погибнешь от её руки? А может, вы прикончите друг друга одновременно?
И тут Сироодзи Тоя словно что-то вспомнил.
— Кстати, вы уже нашли дилера?
— Да. Я думала попросить одного из преподавателей, который уже много лет работал дилером. А что такое?
— Забудь. Карты буду раздавать я.
— Ч-что?! В-вы... лично?! — глаза Сидзуки распахнулись от потрясения.
Однако самого Тою это, похоже, нисколько не занимало.
— Не волнуйся, у меня нет ни малейшего намерения вмешиваться в твою Игру. Я буду раздавать карты так же бесстрастно, как машина. Просто хочу наблюдать за происходящим как можно ближе.
— ...Значит, дело не только в том, чтобы заполнить пустующее место в студсовете?
— Разумеется, — оскалился Тоя и заявил: — Финальный этап выборов, Отборочная Игра, существует лишь затем, чтобы подать мне пир достойный моего присутствия — и достойного противника.
— Как прикажете, — Сидзука отсалютовала и развернулась, чтобы уйти, а Тоя проводил её уже совсем иным взглядом.
— Я был бы признателен, если бы ты меня развлекла... но по силам ли тебе это, Сидзука?
Его холодные слова не достигли Сидзуки и утонули в шуме актового зала.
На сцене крупнейшего актового зала академии Шишио стоял игорный стол. Благодаря AR-полю системы «Квалия» он был выведен прямо на сцену, и весь окружающий мир превратился в казино. Передовые технологии вроде этой позволяли превратить простые и старомодные игры в высшую форму развлечения. И сейчас там выстроились десять кандидатов, готовых сражаться. А бесчисленные ученики в зале наблюдали за этим, затаив дыхание.
— ...Вот это зрелище. Кровь так и закипает.
Когда Тоя появился в роли дилера, весь зал взорвался потрясённым рёвом. Он снял школьный пиджак и переоделся в костюм крупье. Чтобы полностью исключить возможность жульничества, все рукава и карманы у него были наглухо зашиты, но из-за этого наряд, наоборот, слишком бросался в глаза, чтобы считаться по-настоящему нейтральным. Рядом с ним стояла Токито Мими в костюме девушки-кролика, а рот её закрывала серебряная маска, чтобы она не могла вымолвить ни слова. Её можно было назвать разве что наблюдателем этого действа — а то и талисманом. Под взглядами всех присутствующих Сидзука сохраняла достоинство, а её решимость тихо горела, словно пламя.
— Финальный раунд выборов в студсовет пройдёт в формате прямого поединка со мной. Первый, кто сумеет победить меня, будет удостоен чести войти в наши ряды. Итак, начнём Игру «Фальшивый покер»!
Сидзука разделила участников на две пятёрки, встала между ними и объявила это. Зал уже больше не был обычным актовым помещением — теперь он напоминал казино где-нибудь в Вегасе. И в то же время — поле боя этой школы.
— Правила просты. Все здесь знают, как играют в покер.
Под лучами прожектора её красный хвост сиял, как рубин.
— Точнее, мы будем играть в дро-покер: каждый собирает комбинацию из пяти карт, и побеждает тот, чья рука сильнее. Однако вы не обязаны открывать все свои карты.
До вскрытия рук дилер раздаёт карты, затем проводится обмен, делаются ставки, и лишь после этого игроки открывают комбинации.
— Вы можете объявить свою комбинацию, оставив любое число карт рубашкой вверх. Лгите сколько угодно, блефуйте сколько угодно. Блеф, обман противника и победа, вырванная у него из рук, — вот ключ к успеху!
Станет ли вашей комбинацией ложь — или правда? А может, вы замаскируете правду под ложь?
— Однако победа, держащаяся лишь на одной лжи, не имеет смысла. Поэтому всем участникам будет дарован абсолютный меч, рассекающий ложь. У вас есть право потребовать «Суд».
Меч суда, рассекающий ложь. Если игрок сумеет раскрыть ложь соперника, лжец получит штраф. Если же лжи не было, штраф понесёт тот, кто потребовал Суд.
— Если ложная комбинация будет объявлена и раскрыта, победитель определяется по истинной руке. Разумеется, штрафы и сам результат игры рассматриваются отдельно. Более подробные правила изложены в ваших ученических справочниках. А если возражений нет — принимайте Игру.
Все десять участников достали свои устройства и подтвердили правила.
«Сейчас будут объяснены правила Игры “Фальшивый покер”. Матчи проводятся в формате дуэлей. Используется колода из 52 карт без джокеров. Каждый игрок начинает со 100 фишек. Участник выбывает, если у него заканчиваются фишки либо если он сам объявляет о поражении. Кроме того, при открытии собственной руки и определении её силы вы не обязаны показывать все свои карты. Вы можете объявить комбинацию, оставив часть карт рубашкой вверх. Однако в этом случае другой игрок получает право потребовать Суд. И если карты в руке противника окажутся не теми, что он объявил, потребовавший Суд забирает у него десять фишек. Однако если Суд окажется ошибочным и карты совпадут с заявленными, десять фишек теряет тот, кто потребовал Суд. Ставка за каждый матч составляет 5 фишек, и эта ставка обязательна всякий раз. Если вы пасуете, все поставленные фишки переходят сопернику. Если у вас остаётся меньше пяти фишек, вы дисквалифицируетесь».
Иными словами, на каждый матч нужно ставить минимум пять фишек. Значит, это будет медленная Игра, в которой запас соперника будут объедать понемногу. После того как механический голос закончил объяснение правил, на экранах появился выбор.
«Вам предлагается принять участие в финальной Игре выборов в студсовет — “Фальшивый покер”. Подтвердить участие?»
Гурен какое-то время смотрел на эти слова, чувствуя на себе холодные взгляды со всех сторон.
Все они... точно голодные звери...
Не считая Гурена, Карен и Мидзухи, все остальные участники были переполнены жаждой, верили в собственную победу и молча уставились в правила. Никто не соглашался сразу. Никто не был настолько глуп, чтобы броситься в схватку, сперва как следует не оценив обстановку. И всё же, поскольку сюда отобрали сильнейших—
Все они были просто наркоманами, опьянёнными победой.
Гурен хотел оставить изнаночный мир в прошлом. Он вроде бы и правда отбросил свою прежнюю жизнь и тот путь, которым шёл. И всё же снова стоял здесь — и от одной нелепости этого его начинало мутить. Порядок матчей определялся тем, кто быстрее подтвердит участие. Поэтому все внимательно присматривались друг к другу, пока несколько опьянённых собственной силой не шагнули вперёд. И в конце концов остались только Гурен, Карен и Мидзуха.
— Простите меня, дорогой брат, за то, что я вновь поддалась собственному упрямству.
— О чём ты, Карен?
Карен выгнула спину и прошептала что-то Гурену на ухо. В её глазах было что-то непривычное — словно её терзала какая-то тревога.
— Очень вероятно, что вам не по душе, когда я участвую в Играх вроде этой.
— ...Да. Скорее всего.
Перед ним словно вновь стоял он сам из прошлого. Он не мог забыть ту боль, будто ему прострелили грудь насквозь. Однако Карен лишь слабо улыбнулась.
— Может, именно поэтому вы заботитесь только о Мидзухе-сан, а меня оставляете в стороне...
— Нет, дело вовсе не в этом. Наоборот, сейчас хороший момент, так что скажу прямо. Я помогаю ей потому, что она сама, по собственной воле решила участвовать в этой Игре. А раз так, у меня нет права указывать ей, что делать.
— ...Но я ведь так же серьёзна, как и она?
— Нас обоих втянули в это с самого рождения. У нас не было выбора, и карты с костями оказались у нас в руках раньше, чем мы толком начали соображать. Поэтому я хотя бы хотел дать тебе возможность самой выбрать, куда направить свою жизнь.
И именно ради этого Гурен сражался. Все эти пять лет он оставался непобеждённым, игнорируя собственное израненное сердце и выживая на поле боя, по которому шёл. Только ради того, чтобы дать Карен выбор.
— Но если ты сама решишь играть в Игры по собственной воле, я не стану тебя останавливать. Не смогу остановить. Я не хочу тащить тебя по другому пути лишь потому, что сам не смог его выбрать.
Мысль о том, что его младшая сестра пойдёт дорогой, отличной от его собственной, наполняла его печалью, и всё же—
— Так что я останусь здесь и буду смотреть на тебя. Покажи мне свою силу. Покажи, создана ли ты для того, чтобы стать Игроком, как я. Если ты вложишь в это всё и именно этого хочешь, тогда мне этого достаточно.
— Хорошо... Большое спасибо, дорогой брат, — Карен вежливо поклонилась и подтвердила участие на своём устройстве.
Гурен проводил взглядом её спину, когда она пошла в сторону этого казино отчаяния, а затем перевёл взгляд на устройство в своей руке. Он всё ещё колебался.
— ...Немного завидно.
— Мидзуха? Ты тоже пока не подтвердила?
— Хотела... но просто не смогла отвести взгляд. Это было... вдохновляюще.
Конечно, Гурену даже не нужно было спрашивать, о чём именно она говорит. Связь, что существовала между ним и Карен, их желание счастья друг для друга — именно этому она завидовала.
— Мы брат и сестра. Для нас это естественно. Даже если наши пути однажды разойдутся.
— Я...сно. Значит, я и правда...
В её расширившихся глазах вспыхнул отблеск зависти. Карен уже сидела за столом и терпеливо ждала начала Игры, Сидзука наблюдала за участниками, а Гурен продолжал следить за происходящим — Мидзуха же посмотрела на себя и прижала ладони к груди.
— Я так завидую... иметь такую младшую сестру.
— Я ею горжусь, да. И надеюсь, что скоро ты тоже сможешь сказать это о своей сестре.
— ...
Мидзуха ничего не ответила. Гурен так и не понял, какие чувства дремлют у неё в глазах. В то же время, должно быть, Карен услышала их разговор, потому что повернулась к ним.
— Я буду сражаться ради дорогого брата. Я сокрушу всех, кто встанет у него на пути, и приведу его в студсовет. Всё ради того, чтобы он оказался на вершине этой школы — там, где ему и место. Иной причины у меня нет.
— Как жалко это слышать. За этими выборами наблюдает сам президент студсовета, — с насмешкой отозвалась Сидзука, скрестив руки и глядя на Карен сверху вниз. — Вы не знаете своего места, не знаете собственной цены, не понимаете, как устроен мир, — глупые брат и сестра. Вам меня не одолеть. А президент студсовета стоит далеко за пределами даже моей силы...!
— По-моему, довольно жалко, что вам приходится прикрываться чужим именем, чтобы нас запугать, — прямо ответил Гурен, и в глазах Сидзуки тут же вспыхнул огонь.
— Не забудьте этих слов потом. Но сначала вы должны принять участие. Или что, собираетесь потом сбежать?
— ...Клянусь...
Но прежде чем Гурен успел нажать кнопку, раздалось объявление:
«Приглашение на финальный этап выборов в студсовет — “Фальшивый покер” — Митакэбара Мидзуха — согласие подтверждено».
Мидзуха улыбнулась выражением, какого Гурен прежде у неё не видел.
— Я пойду первой, ладно?
— ...Давай.
Она легко крутанулась, мелькнув мини-юбкой, и пошла к этому казино. Проводив её взглядом, Гурен двинулся следом.
— Итак, начнём. Те, кто подтвердил участие раньше, получат право первыми сразиться с Сидзукой, и тот, кто победит её, войдёт в студсовет. Кто успел первым — тот и берёт всё, остальным не достанется ничего, — гордо объявил Сироодзи Тоя, осматривая десятерых участников.
В его руках играли карты, которые он собирался раздавать. Почти божественное искусство. Все пятьдесят две карты текли сквозь его пальцы, словно вода. А затем он ухмыльнулся, точно лев, заметивший добычу.
— Да начнётся Игра!
С его словами занавес поднялся.

Комментарии

Загрузка...