— Вы говорили, что не любите белый фарфор, — сказала Чэнь Цинъу, протягивая чашку сестре Ань. — Но я всё же решилась сделать эту. Посмотрите, может, она вам понравится.
— Вы говорили, что не любите белый фарфор, — сказала Чэнь Цинъу, протягивая чашку сестре Ань. — Но я всё же решилась сделать эту. Посмотрите, может, она вам понравится.
Сестра Ань взяла чашку, долго рассматривала, поворачивая то так, то этак.
Сестра Ань взяла чашку, долго рассматривала, поворачивая то так, то этак.
— Белый — но не плоский, — проговорила она наконец. — В нём есть глубина. Если присмотреться, здесь и сероватый оттенок, и пепельный... — её пальцы замерли. — А это пятнышко, серо-лиловое? Как оно получилось?
— Белый — но не плоский, — проговорила она наконец. — В нём есть глубина. Если присмотреться, здесь и сероватый оттенок, и пепельный... — её пальцы замерли. — А это пятнышко, серо-лиловое? Как оно получилось?
— Случайность, — улыбнулась Чэнь Цинъу. — Реакция природной золы из дровяной печи с глазурью. Такое бывает раз в сотню обжигов. Вам нравится?
— Случайность, — улыбнулась Чэнь Цинъу. — Реакция природной золы из дровяной печи с глазурью. Такое бывает раз в сотню обжигов. Вам нравится?
— Сначала показалась самой обычной, — призналась сестра Ань. — А потом увидела это пятно — и всё изменилось. Он как гениальный мазок, который превращает рисунок в шедевр. У неё тоже есть имя, конечно?
— Сначала показалась самой обычной, — призналась сестра Ань. — А потом увидела это пятно — и всё изменилось. Он как гениальный мазок, который превращает рисунок в шедевр. У неё тоже есть имя, конечно?
— «Словно след пролетающего гуся на снегу», — тихо ответила Чэнь Цинъу.
— «Словно след пролетающего гуся на снегу», — тихо ответила Чэнь Цинъу.
— Сама придумала? — Сестра Ань восхищённо покачала головой. — Потрясающе. Как тебе удалось найти такие точные слова?
— Сама придумала? — Сестра Ань восхищённо покачала головой. — Потрясающе. Как тебе удалось найти такие точные слова?
— Это... Мэн Фуюань придумал.
— Это... Мэн Фуюань придумал.
Она на мгновение запнулась. Почему-то назвать его «братом Юанем» при посторонних ей показалось неловким. Слишком личное, слишком интимное обращение для чужих ушей.
Она на мгновение запнулась. Почему-то назвать его «братом Юанем» при посторонних ей показалось неловким. Слишком личное, слишком интимное обращение для чужих ушей.
Сестра Ань перевела взгляд на Мэн Фуюаня и усмехнулась:
Сестра Ань перевела взгляд на Мэн Фуюаня и усмехнулась:
— А я думала, ты технарь. Оказывается, ещё и поэт.
— А я думала, ты технарь. Оказывается, ещё и поэт.
Мэн Фуюань даже бровью не повёл. Его лицо оставалось совершенно спокойным, невозмутимым — он словно не слышал её поддразнивания.
Мэн Фуюань даже бровью не повёл. Его лицо оставалось совершенно спокойным, невозмутимым — он словно не слышал её поддразнивания.
Чэнь Цинъу достала из футляра последний предмет — чайник. Чёрная глазурь на его боках переливалась тёмно-синим, глубоким, как море перед штормом.
Чэнь Цинъу достала из футляра последний предмет — чайник. Чёрная глазурь на его боках переливалась тёмно-синим, глубоким, как море перед штормом.
— А этот — «Разом выплеснутый морем кубок вод*», — сказала она.
— А этот — «Разом выплеснутый морем кубок вод*», — сказала она.
П.п.: *Строка из стихотворения Ли Хэ (790–816) «Сновиденье в небе» («梦天»):
П.п.: *Строка из стихотворения Ли Хэ (790–816) «Сновиденье в небе» («梦天»):
Взираю вдаль на Чжоучжоу — словно девять точек дыма,
Взираю вдаль на Чжоучжоу — словно девять точек дыма,
И море — будто чаша вод, разом выплеснутых.
И море — будто чаша вод, разом выплеснутых.
Сестра Ань провела пальцем по прохладной поверхности, затем обвела взглядом все шесть чашек, разные по форме: одна — как распустившийся цветок мальвы, другая — строгий цзяньчжань*, третья — изящная дворцовая пиала... И каждая — с собственной, неповторимой глазурью, скромной, но изменчивой, как облака или вода.
Сестра Ань провела пальцем по прохладной поверхности, затем обвела взглядом все шесть чашек, разные по форме: одна — как распустившийся цветок мальвы, другая — строгий цзяньчжань*, третья — изящная дворцовая пиала... И каждая — с собственной, неповторимой глазурью, скромной, но изменчивой, как облака или вода.
П.п.: *Цзяньчжань (建盏) — тип китайской керамики, производившийся в эпоху Сун (X–XIII вв.) в провинции Фуцзянь, район Цзяньян. Отличается тёмной, почти чёрной глазурью с характерными потёками и кристаллическими узорами: «заячий мех», «масляные пятна», «перья куропатки». Использовался преимущественно для чайных пиал в ритуале приготовления взбитого чая.
П.п.: *Цзяньчжань (建盏) — тип китайской керамики, производившийся в эпоху Сун (X–XIII вв.) в провинции Фуцзянь, район Цзяньян. Отличается тёмной, почти чёрной глазурью с характерными потёками и кристаллическими узорами: «заячий мех», «масляные пятна», «перья куропатки». Использовался преимущественно для чайных пиал в ритуале приготовления взбитого чая.
— Сестрица Цинъу, — выдохнула сестра Ань, — ты умеешь удивлять.
— Сестрица Цинъу, — выдохнула сестра Ань, — ты умеешь удивлять.
Она потрогала каждую чашку, взвесила на ладони, поднесла к свету. В её глазах читалось то редкое, почти детское восхищение, которое не подделать и не скрыть.
Она потрогала каждую чашку, взвесила на ладони, поднесла к свету. В её глазах читалось то редкое, почти детское восхищение, которое не подделать и не скрыть.
— Много сил на это ушло? — спросила она.
— Много сил на это ушло? — спросила она.
— Вполне терпимо, — Чэнь Цинъу улыбнулась. — Если вам нравится, значит, всё было не зря.
— Вполне терпимо, — Чэнь Цинъу улыбнулась. — Если вам нравится, значит, всё было не зря.
— Тогда давай сполоснём их, — решительно сказала сестра Ань. — Сегодня пьём чай только из этих чашек.
— Тогда давай сполоснём их, — решительно сказала сестра Ань. — Сегодня пьём чай только из этих чашек.
Она позвала официанта, велела осторожно промыть каждую. Когда их вернули, вода на печке как раз вскипела.
Она позвала официанта, велела осторожно промыть каждую. Когда их вернули, вода на печке как раз вскипела.
Сестра Ань открыла маленький чайный ящичек и, выдвигая отделения с заваркой, взглянула на Чэнь Цинъу:
Сестра Ань открыла маленький чайный ящичек и, выдвигая отделения с заваркой, взглянула на Чэнь Цинъу:
— Цинъу, как обычно? Красный чай?
— Цинъу, как обычно? Красный чай?
— Я хочу попробовать улун в «На границе ночь сгущает багрянец».
— Я хочу попробовать улун в «На границе ночь сгущает багрянец».
— В тёмной чашке? — удивилась сестра Ань. — Не боишься, что настой будет мутным?
— В тёмной чашке? — удивилась сестра Ань. — Не боишься, что настой будет мутным?
— Не знаю, — честно призналась Чэнь Цинъу. — Просто хочу попробовать.
— Не знаю, — честно призналась Чэнь Цинъу. — Просто хочу попробовать.
Сестра Ань, явно не из тех, кто строго следует ритуалу, с улыбкой кивнула и заварила для неё ароматный Фэнхуан Даньцун*.
Сестра Ань, явно не из тех, кто строго следует ритуалу, с улыбкой кивнула и заварила для неё ароматный Фэнхуан Даньцун*.
П.п.: *Фэнхуан Даньцун (凤凰单丛) — улун с гор Фэнхуан в провинции Гуандун. Букв. «Одиночный куст с Феникса» — название отражает происхождение от отдельных кустов с уникальным ароматом. Отличается сильным природным орнаментальным запахом: орхидея, мед, магнолия, корица и др. Сбор — один раз в год, весной. Технология включает длительное завяливание, многократное скручивание и обжиг углями. Славится долгим послевкусием и способностью выдерживать до 20 проливов. Считается одним из самых ароматных чаёв Китая.
П.п.: *Фэнхуан Даньцун (凤凰单丛) — улун с гор Фэнхуан в провинции Гуандун. Букв. «Одиночный куст с Феникса» — название отражает происхождение от отдельных кустов с уникальным ароматом. Отличается сильным природным орнаментальным запахом: орхидея, мед, магнолия, корица и др. Сбор — один раз в год, весной. Технология включает длительное завяливание, многократное скручивание и обжиг углями. Славится долгим послевкусием и способностью выдерживать до 20 проливов. Считается одним из самых ароматных чаёв Китая.
Затем она повернулась к Мэн Фуюаню:
Затем она повернулась к Мэн Фуюаню:
— А тебе, как всегда...
— А тебе, как всегда...
— Лунцзин*, — перебил он.
— Лунцзин*, — перебил он.
П.п.: *Лунцзин (龙井) — знаменитый китайский зелёный чай из Ханчжоу, провинция Чжэцзян. Название означает «Колодец Дракона». Относится к категории чаоцин (прожарка в котле). Листья плоские, широкие, ярко-зелёные, с характерным «жареным» ароматом и сладковато-ореховым вкусом. Сбор — ранней весной. Легенда связывает этот чай с императором Цяньлуном. В 2008 году технология обработки внесена в список нематериального культурного наследия Китая.
П.п.: *Лунцзин (龙井) — знаменитый китайский зелёный чай из Ханчжоу, провинция Чжэцзян. Название означает «Колодец Дракона». Относится к категории чаоцин (прожарка в котле). Листья плоские, широкие, ярко-зелёные, с характерным «жареным» ароматом и сладковато-ореховым вкусом. Сбор — ранней весной. Легенда связывает этот чай с императором Цяньлуном. В 2008 году технология обработки внесена в список нематериального культурного наследия Китая.
Чэнь Цинъу как раз поднесла к лицу тёмную чашку, вдыхая терпкий, цветочный аромат улуна, и на мгновение замерла.
Чэнь Цинъу как раз поднесла к лицу тёмную чашку, вдыхая терпкий, цветочный аромат улуна, и на мгновение замерла.
Может быть, ей показалось. Может быть, она слишком чувствительна сегодня. Но ей почудилось, что в его голосе прозвучало что-то похожее на желание скрыть правду.
Может быть, ей показалось. Может быть, она слишком чувствительна сегодня. Но ей почудилось, что в его голосе прозвучало что-то похожее на желание скрыть правду.
Она слышала, что он пьёт только «Туманную лазурь». Почему же он не хочет, чтобы она об этом знала?
Она слышала, что он пьёт только «Туманную лазурь». Почему же он не хочет, чтобы она об этом знала?
— Какую чашку возьмёшь? — спросила сестра Ань.
— Какую чашку возьмёшь? — спросила сестра Ань.
Взгляд Мэн Фуюаня на миг задержался на той, серо-белой, с лиловым пятнышком. «След пролетающего гуся на снегу». Всего секунда, но Чэнь Цинъу заметила.
Взгляд Мэн Фуюаня на миг задержался на той, серо-белой, с лиловым пятнышком. «След пролетающего гуся на снегу». Всего секунда, но Чэнь Цинъу заметила.
Он поднял руку и указал на другую:
Он поднял руку и указал на другую:
— «У постоялого двора зеленеет свежая ива».
— «У постоялого двора зеленеет свежая ива».
В серо-зелёной чашке заварили зелёный чай, и цвет настоя оказался именно таким, каким должен быть: прозрачно-зелёным, как та самая свежая ива после весеннего дождя.
В серо-зелёной чашке заварили зелёный чай, и цвет настоя оказался именно таким, каким должен быть: прозрачно-зелёным, как та самая свежая ива после весеннего дождя.
Сестра Ань взяла себе «След пролетающего гуся». В неё она налила пуэр* — тёмный, почти чёрный, с горьковатым, строгим вкусом.
Сестра Ань взяла себе «След пролетающего гуся». В неё она налила пуэр* — тёмный, почти чёрный, с горьковатым, строгим вкусом.
П.п.: *Пуэр (普洱茶) — постферментированный чай из провинции Юньнань. Производится из широколистного чайного дерева (Даечжун). Делится на два типа: шэн пуэр (сырой, естественное старение) и шу пуэр (готовый, ускоренное ферментирование «во дуй»). Прессуется в лепёшки, блины, кирпичи или чаши. Славится способностью к выдержке: с годами вкус становится мягче, а аромат — глубже. Традиционно считается «живым» чаем, который «дышит» и развивается. За пределами Китая его часто ошибочно называют «чёрным» чаем.
П.п.: *Пуэр (普洱茶) — постферментированный чай из провинции Юньнань. Производится из широколистного чайного дерева (Даечжун). Делится на два типа: шэн пуэр (сырой, естественное старение) и шу пуэр (готовый, ускоренное ферментирование «во дуй»). Прессуется в лепёшки, блины, кирпичи или чаши. Славится способностью к выдержке: с годами вкус становится мягче, а аромат — глубже. Традиционно считается «живым» чаем, который «дышит» и развивается. За пределами Китая его часто ошибочно называют «чёрным» чаем.

Комментарии

Загрузка...