— Это... — Андреа во все глаза уставилась на восемь величественных крыльев за спиной Медеса и испуганно выдохнула: — Это что... ангел?..
Пускай эволюционеров душ среди людей насчитывалось немного — к тому же их ряды редели после каждого кровопролитного боя, — всё же встречались бойцы, чьи навыки давали им крылья на короткое время. Некоторые способности даже не позволяли летать, а лишь взвинчивали Ловкость и общую скорость либо помогали безопасно спланировать при падении с огромной высоты.
У самого Анджело имелся навык «Крылья надежды», даривший пару серебристых перьев. С ними он мог свободно рассекать небеса в течение 4 часов, получая приятную прибавку к Ловкости, но время восстановления умения составляло 15 дней, так что он пользовался им лишь в крайних случаях и никогда — ради показухи.
Однако существа перед ними — все до единого с крыльями — парили в небесах с полнейшим равнодушием. К тому же крылья явно состояли не из магии или маны; каждый нутром чувствовал, что они частью тел и состоят из записей, прямо как вся вселенская жизнь.
Драконьи крылья, крылья феникса, ангельские, похожие на крылья падших ангелов или демонов, кожистые крылья летучих мышей и, наконец, нечто напоминающее конечности какой-то кошмарной химеры.
Американской элите не составило труда сообразить, что перед ними предстали невероятно жуткие создания — вероятно, те самые легенды, которым до прихода Записи Душ поклонялись слабые люди.
— Вот это просто великолепно, я вам говорю!
Мощный голос Короля Драконов привлек внимание групп Бай Цзэминя и Анджело. Заметив злобную ухмылку на лице Лун Тяня, обращенную к Бай Цзэминю, все они испытали самые разные чувства.
— Мало того, что ты застрял на низшей ступени 2-го Порядка, так еще и твое человеческое тело до отвращения слабо... и при этом ты смеешь угрожать всем нам?! — Лун Тянь залился надменным хохотом. Он покачал головой и хлопнул в ладоши так громко, что вдалеке среди туч громыхнула молния. — Должен признать, большая часть моего гнева к тебе только что испарилась... Да ты же просто клоун!
К удивлению некоторых Высших Существ, Николай, ненавидевший Лун Тяня до мозга костей, холодно бросил: — Если мы решили оставить тебя в живых — это величайшее благословение... но неужели ты думаешь, что после сказанного мы просто утремся и уйдем? Мелюзга, мы еще посмотрим, кто из нас потеряет сон, а кто... очень скоро.
— Какая наглость, — Шангуань Бин Сюэ сделала шаг вперед, и в ее ледяных глазах блеснуло убийственное намерение.
Однако спутницу остановил спокойный взгляд Бай Цзэминя и едва заметный жест.
Хотя она замерла, взор по-прежнему был прикован к Лун Тяню и Николаю, то и дело переключаясь с одного на другого. Жажда убийства пылала так ярко, будто девушка столкнулась с двумя заклятыми врагами.
Это немного озадачило Бай Цзэминя: раньше, стоило кому-то оскорбить его, спутница злилась, но подобную бурю ярости она показывала впервые.
— Кусок мусора 100-го уровня, не знающий своего места, — Лун Тянь презрительно фыркнул и повернулся уходить, бросив через плечо: — Очень скоро до тебя дойдут новости, человечишка. Ты горько пожалеешь о своих словах и поступках, даю слово.
Бай Цзэминь молча смотрел вслед обидчикам. Впрочем, холодный блеск в глазах говорил куда красноречивее любой речи о смертельной ненависти.
По правде говоря, Лун Тянь собирался подождать окончания битвы, чтобы завербовать Девятиглавого Бессмертного Дракона. Как только тот возвысился бы до Высшего Существа, дракон планировал тайком прикончить новичка, поглотить записи и, возможно, постичь хотя бы крупицу тайны, позволявшей монстру регенерировать после любых ран практически мгновенно.
Увы, Лун Тянь никак не ожидал, что какой-то 100-й уровень перекроет дорогу к вершинам, которых некогда достигала Богиня Возрождения.
Ярость переполняла настолько, что монарх боялся взорваться в любой момент, прихлопнув человека на месте и спровоцировав собственный крах. Поэтому решил сперва немного остыть.
— Подожди.
Дракон уже собирался уходить, как из-за спины донесся голос, который он меньше всего хотел услышать.
Лун Тянь оглянулся через плечо и злобно бросил: — Чего тебе?
— Спрашиваешь, чего мне? — Люцифер засунул мизинец в ухо, покрутил им, вытащил, посмотрел на чистейший кончик пальца, сдул оттуда несуществующую пылинку и лениво протянул: — Пари ты проиграл. Выкладывай обещанное.
Пари? Николай, Медес, Салазар, Летар и остальные, совсем не понимавшие происходящего, растерянно переглянулись, а затем уставились на Лун Тяня, сгорая от любопытства.
Лишь Огненная Скорбь и Вечный Феникс смотрели на происходящее иначе. Первая — с легкой жаждой убийства и едва сдерживаемым презрением во взгляде, вторая — с чуть заметным намеком на насмешку в вечно равнодушных сияющих зрачках.
Лун Тянь глубоко вздохнул, повернулся к Люциферу и после секундного молчания процедил сквозь зубы: — Тебе прямо сейчас? Сам же знаешь, от него нет никакой пользы, и еще долго не будет.
— Моя душа не рухнет из-за какого-то Осколка Тверди, спасибо за заботу, — Люцифер протянул правую руку, словно вымогая медную монету, и жестко отрезал: — Ты ставил на победу дракона, я — свой навык «Манипуляция тьмой» на победу человека. Ты проиграл. Выкладывай Осколок Тверди Богини Возрождения. Живо.
Фрагмент Небесного свода Богини Возрождения?! В небе раздалось несколько вздохов.
— Только не говори мне... — зрачки Гавриила сузились от ужаса, когда он в шоке уставился на Люцифера.
Лишь Медес покачал головой и горько усмехнулся, сообразив, что Люцифер явно откуда-то всё разузнал. Тот поставил на победу человека над драконом вопреки естественной разнице в силе и огромной пропасти в уровнях именно потому, что знал о возможности реинкарнации Сириуса.
Лун Тянь ни о чем не подозревал и потому проиграл по чистой глупости.
Николай с такой силой сжал кулаки, что вокруг зазмеились крошечные трещины в пространстве. Красные глаза стали еще багровее при виде Бога Драконов, будто берсерк жаждал разорвать обидчика на куски, но на этот раз нападать не стал.
В схватке один на один Николай отлично понимал: одолеть Лун Тяня ему вряд ли светит, а прикончить и вовсе нереально. К тому же сражаться в атмосфере Нижнего Мира — затея самоубийственная. Тот неизбежно рухнул бы под ударами мощи, и тогда Запись Душ стерла бы обоих в порошок.
Лун Тянь скривился так, будто только что навернул килограммов семь свежего свиного навоза. И все же легкий укол в глубине души, безжалостно напоминавший о кабальных узах Духовного Контракта, не оставил иного выбора, кроме как подчиниться требованию Люцифера.
Наблюдая, как тусклая изумрудно-зеленая искра медленно отделяется от груди Лун Тяня и плывет к Люциферу, остальные Высшие Существа хранили молчание. На их лицах читались разные эмоции, но в глубине каждого взгляда проступало нечто общее.
Даже Бай Цзэминь едва заметно сжал кулаки, провожая взглядом небольшой камень в форме сердца.
Этот Осколок Тверди он видел уже во второй раз — впервые с подобными божественными реликвиями познакомила Лилит. Разумеется, на реликвию Лилит землянин не претендовал, но не испытывать глухой зависти к добыче Люцифера просто не мог. Лилит была возлюбленной, а Люцифер мало того что чужак, так еще и гарантированный враг в будущем.
Увы, оставалось лишь наблюдать со стороны.
Оглядев крошечный камень, чей запас энергии явно иссяк, Люцифер довольно кивнул и позволил капле крови упасть на гладкую поверхность. Бесхозный Осколок Тверди мгновенно признал нового хозяина и ослепительной вспышкой растаял внутри.
По ведомой лишь Гавриилу и Огненной Скорби причине Люцифер вдруг покосился на Медеса. Они молча переглядывались пару секунд, после чего Медес тяжело вздохнул и покачал головой.
— Гавриил, полетели на другой континент. Там есть кое-кто занятный, — бросил Медес, вспыхнув ослепительно-белым светом и растворяясь в воздухе.
Гавриил перевел взгляд с Люцифера на Огненную Скорбь, затем на Бай Цзэминя, мягко улыбнулся и тоже исчез.
Остальные безмолвно переваривали увиденное. Большинство сходилось в одном: заполучив вторую жизнь, Люцифер без малейших сомнений станет сильнейшим лидером во всей восьмерке.
Пускай Осколок Тверди Богини Возрождения не давал прямой боевой мощи, его скрытый эффект был способен буквально перекроить расстановку сил во всей вселенной.
— Хм, — Николай холодно фыркнул. Тело целиком окутал кроваво-красный кокон, который тут же рассыпался мириадами искр.
Он исчез без единого следа присутствия.
— Уже три, — тихо бросил Бай Цзэминь.
Среди завывания ледяного ветра слова отчетливо услышали все.
— Три? — Вечный Феникс окинула его недоумевающим взглядом.
— Три фракции Высших Существ проигнорировали мое предупреждение, — невозмутимо отчеканил лидер землян. Переведя взор на Вечного Феникса, Люцифера, Летара и Салазара, он добавил: — Глава Царства Бога Драконов и предводитель Небесного Войска прямым темстом заявили о вмешательстве в дела моего мира. А лидер Бессмертной Кровавой Жажды хоть и не сказал ни слова, но явно неравнодушен к Манипуляции кровью, так что его позиция мне кристально ясна.
— Понятия не имею, откуда тебе известны названия наших фракций, но ты... всерьез решил бросить вызов сразу трем сторонам?! — Салазар расхохотался и ударил кулаком по воздуху. Шагнув вперед сквозь затягивающийся пространственный разлом, владыка зомби бросил напоследок: — Ты безумец, человек... но из тебя получится прекрасное пополнение для нашей расы.
— Четыре, — кивнул Бай Цзэминь, не сводя спокойного взгляда с развороченной земли.
Группа Анджело смотрела на него с растерянным недоумением, до конца не врубаясь в масштаб происходящего. А вот Наньгун Линсинь и Кан Лань покрылись холодным потом: они уже усвоили — стоит Лидеру назвать очередную цифру, как к списку врагов добавляется новая кошмарная тварь.
Драконы, зомби, вампиры и даже сам Бог со своими ангелами.
— Будь мои предки живы, они бы меня ремнем отходили за новости о том, что их дочь решила воевать с подобными существами, — хохотнув, покачала головой Кан Лань.
Чэнь Хэ о Высших Существах ведать не ведал, поскольку во время того самого инцидента с явлением Лилит и откровениями об устройстве вселенной находился на задании в Америке.
Для девочки в целом не существовало никого сильнее отца. По мнению Бай Шилин, любимому родителю стоило лишь пару раз замахнуться — и все пернатые твари мигом остались бы без перьев, просто он был слишком добр и решил их отпустить.
Узнай Бай Цзэминь или кто-то еще, о чем рассуждает кроха, они бы наверняка уставились на нее во все глаза, не зная, плакать им или смеяться.
Если не считать наивную Бай Шилин, среди присутствующих лишь трое сохраняли ледяное спокойствие, прекрасно сознавая, что в недалеком будущем им придется сойтись в бою с героями библейских и древних легенд.
Одной была Малышка Снежинка, второй — Шангуань Бин Сюэ, только что осознавшая всю глубину своих чувств к тому, кто шагнул бы следом даже в пасть смерти.
Третьей же, к всеобщему удивлению, оказалась Фэн Тянь У. Она молча стояла за спиной Бай Цзэминя с полностью отрешенным, невозмутимым лицом, и в ее глазах не было ни тени сомнений, колебаний или страха.
Встретившись взглядом с девушкой, Вечный Феникс загадочно прищурилась.
Вообще-то птица и раньше обращала внимание на Фэн Тянь У, но из-за расстояния и безумного круговорота событий не придавала значения возникавшим предчувствиям. Однако теперь, когда волшебница стояла прямо перед ней, всё встало на свои места.
Огромная благодарность всем читателям, отправляющим подарки и поддерживающим новеллу ценными Золотыми Билетами! Надеюсь, мы и впредь будем держать марку <3

Комментарии

Загрузка...