Цянь Ли принял решение и устремил взгляд на Технику Разделяющих Световых Мечей Призрачной Тени.
Эта техника требовала выковать летающий меч особым способом, а затем при помощи тайного искусства поместить его в тело и постепенно напитывать собственной эссенцией крови.
Она состояла из трех уровней. При полном освоении было достаточно лишь одного взмаха пальцем, чтобы меч выстрелил подобно лучу света. Скорость его была столь велика, что ее с трудом улавливало даже духовное восприятие, а срубить кому-то голову не составляло большего труда, чем достать вещь из собственного кармана.
Цянь Ли ценил именно эту скорость, но у него имелся свой собственный замысел: он собирался спрятать этот летающий меч прямо в ступнях.
Тогда в случае опасности меч можно было призвать по одному лишь мысленному повелению, и он со свистом рассекал бы воздух — поистине смертоносное средство для спасения жизни!
Приняв решение, Цянь Ли отправился на рыночную площадь внутри секты, купил кое-какие вспомогательные материалы и вернулся в пещеру культивации, чтобы приступить к ковке.
В качестве основного материала он выбрал пустотное золото — сокровище, которое удавалось намыть из пустотной почвы: на сотню тонн в лучшем случае приходилась всего одна крупица.
Эта пустотная почва представляла собой землю, пропитанную силой пространства, и обычно залегала неподалеку от секретных царств.
Особая духовная трава, выращенная на пустотной почве, обладала определенной пространственной силой, и если выковать из нее предмет, он приобретал бы способность к хранению вещей.
Большинство мешочков хранения изготавливалось именно таким образом, и прежний хозяин тела когда-то создал один для себя.
Хотя в руке Цянь Ли находилось всего десять крупиц, он уже много дней напитывал их в огненной тыкве.
Судя по его опыту, кусок обычного черного железа, выдержанный в огненной тыкве в течение суток, мог напрямую превратиться в столетнее черное железо, а для векового требовался целый месяц выдержки.
Черное железо разного возраста обладало явными отличительными чертами, и пустотное золото в его руке, судя по воспоминаниям, тоже претерпело два заметных изменения.
Прежде оно сияло золотом, но теперь приобрело некоторую прозрачность, напоминая гладкую стеклянную глазурь.
Он просматривал древние манускрипты, но нигде не нашел записей об изменениях такого пустотного золота. Интуиция же подсказывала ему, что эта вещь необычайна, и если он начнет расспрашивать людей, то, пожалуй, навлечет на себя незаслуженную беду.
Достав еще два куска тысячелетнего черного железа и разбудив подземный огонь жилы, Цянь Ли приступил к плавке.
Используя черное железо в качестве формы, а пустотное золото — в качестве ядра, он по ходу дела продолжал подкармливать заготовку эссенцией крови. Все шло гладко, но прямо в момент финального слияния произошел сбой.
Заготовка меча из черного железа непрерывно вибрировала и издавала звенящие звуки, казалось, готовая разрушиться в любую секунду.
Лицо Цянь Ли изменилось: неужели она не выдержала заключенного внутри ядра? Неужели пустотное золото, взлелеянное им самим, стало настолько устрашающим?
К счастью, за годы занятия кузнечным ремелом он накопил немалый опыт, и Цянь Ли, сжав сердце от боли, тут же достал кусок черного железа размером с кулак.
Этот кусок черго железа он вынашивал более десяти месяцев, планируя дождаться, пока в нем накопится десятитысячелетний возраст, и только после этого выковать из него магическое сокровище.
Кто знает, возможно, благодаря превосходному качеству ему удалось бы потягаться даже с артефактом культиватора стадии Формирования Ядра.
Сотворив несколько заклинательных печатей, Цянь Ли отбросил посторонние мысли и сосредоточился на ковке.
На сей раз никаких происшествий больше не случилось, и меч был успешно выкован.
Два однофутовых меча из белого серебра с едва заметным стеклянным отливом непрерывно звенели, словно празднуя радость своего рождения.
Ощутив исходившие от них колебания духовной энергии, Цянь Ли соучастливо улыбнулся на своем уставшем лице: по мощи они уже не уступали магическому оружию высшего качества.
Единственным сожалением было то, что оба меча получились несколько коротковатыми.
Изначально, по его расчетам, двух кусков тысячелетнего черного железа должно было хватить ровно на два трехфутовых длинных меча.
Однако из-за того, что в процессе пришлось сменить кусок черного железа, длина клинка составила всего один фут.
Для кинжала это было бы еще куда ни шло, но рукоять на конце оставалась мечевой. К счастью, на управление полетом меча это никак не влияло, на него даже можно было встать в самый раз, вот только выглядело все это крайне странно — при первом же удобном случае требовалось все перековать заново.
— Пусть вашим именем будет Призрачная Тень.
Выбрав название и проведя ритуал закалки эссенцией крови, Цянь Ли уже собирался закрыть глаза и погрузиться в медитацию, как вдруг до его слуха донеслись шесть раскатов колокольного звона.
Это звучало сокровище секты — Громовой Колокол, который обычно созывал учеников только в случае чрезвычайно важных событий.
Мысленно прикинув время, он понял, что прошло ровно десять дней. Должно быть, глава секты собирался созвать культиваторов, отправляющихся в Секретное Царство Толстой Почвы.
Проглотив пилюлю, восполняющую жизненную силу и энергию, Цянь Ли покинул свое жилище и полетел в сторону Зала Управления.
Хотя ему не терпелось испытать только что выкованные летающие мечи, из-за обилия посторонних глаз Цянь Ли пришлось отказаться от этой затеи.
Когда он прибыл к Залу Управления, на площади уже собралась тысяча учеников, причем все они были отборными элитными бойцами.
Отыскав укромный уголок и опустившись на землю, Цянь Ли в ожидании начал оглядываться по сторонам.
Разумеется, Ли Руюй отсутствовал: если он не ошибался, тот уже сбежал.
Он также заметил, что кто-то еще кого-то выискивает. Этот человек не был ему незнаком — это был старший брат погибшего от его руки соученика Тана, Тан Фэнъя.
Уж не его ли он ищет?
Цянь Ли мысленно восстановил детали того дня и, убедившись, что не оставил никаких улик, наконец успокоился.
Станет ли он устраивать смуту на глазах у главы секты?
Подождав еще немного, из Зала Управления вышла Оуян, чья грация оставалась неизменной на протяжении двух веков, а в прошлом ее прославляли как первую женщину-мечника царства Ци.
— Сейчас секта обнаружила превосходное секретное царство, земля которого повсеместно усеяна духовными материалами, и некоторые из них приводят в трепет даже меня.
Глядя на оживившихся учеников, Оуян легко улыбнулась и продолжила:
— Однако это секретное царство имеет немало ограничений. В настоящий момент требуются тридцать учеников стадии Закладки Основы и триста учеников не ниже седьмой ступени Очищения Ци. Желающие могут подняться на Ладью Ветряного Хождения.
Огромная летающая ладья длиной в сто чжанов стремительно вылетела из-за горизонта и появилась в поле зрения толпы.
Цянь Ли остолбенел: он никак не ожидал, что все произойдет так быстро, но, к счастью, всё его имущество было при нем.
Когда ладья причалила, с нее сошли несколько учеников: среди них были как радостные лица, так и те, чей вид излучал горькую досаду.
Понаблюдав с мгновение, Цянь Ли вспомнил, что большинство этих людей выжили в прошлом походе в Секретное Царство Толстой Почвы.
Неужели им заранее сообщили о необходимости подняться на этот корабль? А как же он сам?
В голове промелькнула добрая улыбка второго старшего соученика, и Цянь Ли испытал легкий шок: раз человек так сильно ему доверяет, значит, нужно подать пример остальным.
Не раздумывая ни секунды, он задействовал технику передвижения на полную мощность и первым ступил на палубу летающей ладьи.
— Ха-ха, я ведь не ошибся в тебе! Приходи, приходи, братец уже приготовил для младшего отличную комнату!
На палубе бок о бок стояли два человека. Одним из них оказался второй старший соученик, чье лицо сияло улыбкой еще ярче, чем десять дней назад.
Судя по всему, за эти дни он одержал убедительную победу в противостоянии со старейшиной Мо.
Старейшина Мо...
Мысленно размышляя об этом, Цянь Ли перевел взгляд на второго спутника и тут же узнал Мо Чжангуна — человека, который некогда перекрыл ему путь к бессмертию, а ныне восседал в сане старейшины.
Тот неподвижно стоял с лицом цвета печени, явно омраченный какими-то неприятными заботами последних дней.
Стоило их взглядам встретиться, как в глазах последнего мелькнул холодный блеск. Духовное восприятие тут же зафиксировало Цянь Ли, а мощная аура стадии Формирования Ядра обрушилась на него, не сдерживаемая больше ничем. От тяжелейшего давления у парня перехватило дыхание, и он едва не рухнул на колени.
Если культиватор начальной ступени Закладки Основы испытывал столь тяжкое давление, то что говорить об учениках стадии Очищения Ци, с большим трудом забравшихся на Ладью Ветряного Хождения, — те сразу же извергли полный рот крови и повалились на палубу.
Даже если они не получили тяжелых увечий, на их восстановление наверняка уйдет не один месяц.
Некоторые ученики застыли с гневной скорбью на лицах, чувствуя, как ускользает из рук готовая вот-вот свалиться удача.
Впрочем, те, кого принудили силой, не опечалились, а напротив, обрадовались, а самые сообразительные даже выдавили из себя еще по паре глотков старой крови.
— Старейшина Мо, что это значит?
Второй старший соученик заступил дорогу Цянь Ли, прищурив глаза в улыбке.
Давление культиватора на пике Закладки Основы выросло перед ними подобно стене: хотя оно не могло напрямую противостоять старейшине Мо, его вполне хватало, чтобы защитить ладью.
— Настроение испортилось, в культивации возникли изъяны.
Бросив эту сухую фразу, старейшина Мо взмахнул рукавом и удалился, оставив после себя лишь разгром на палубе.
В глазах Цянь Ли бушевало пламя гнева, смешанное с горечью из-за собственного ничтожного уровня культивации.
Будь у него сила, разве стал бы он терпеть подобное унижение? Он просто снес бы голову этому старому хрычу одним ударом меча!
— Искренность младшего сородича вызывает восхищение, должно быть, на пути самосовершенствования его ждет великая благодать и долголетие, равное небесам!
В тот самый момент, когда второй старший соученик убрал духовное давление, голос старейшины Мо вонзился в его барабанные перепонки, словно забитый молотком гвоздь.
Цянь Ли почувствовал, как органы чувств постепенно отказывают, в ушах зазвенело, в голове закололо тысячами игл, сознание начало меркнуть, а тело помимо его воли завалилось набок.
В ушах звучал лишь смутный, доносящийся издалека голос второго старшего соученика, звавшего его: Младший соученик...

Комментарии

Загрузка...