Как только пол провалился, я изо всех сил постарался выпрямить ноги вниз, надеясь приземлиться на них — всё лучше, чем упасть на спину или удариться головой. Меня сковал страх: я не знал, когда именно последует удар от падения. Стоит ли согнуть колени? Напрячь всё тело? В тот самый момент, когда я судорожно затаил дыхание, тело погрузилось в ледяную воду, и стало ясно, что внизу была вода. Раздался всплеск, я отчаянно замахал руками и ногами, вынырнул на поверхность и сразу поплыл к стене пещеры. Едва ухватившись за неё и выбравшись из воды, я услышал вокруг отовсюду самые разные крики.
Абсолютно ничего не было видно — только крики и стоны. Вокруг царила такая непроглядная тьма, что меня охватил липкий страх: неужели я ослеп? К счастью, вдалеке мелькнул свет телефона директора Ку, и я понял, что со зрением у меня всё в порядке. Я вытащил фонарик из рюкзака за спиной и проверил, работает ли он. Куда подевался фонарик, который я уронил в воду, было неизвестно, но тот, что был в рюкзаке, работал отлично, без каких-либо сбоев. Посветив туда, откуда доносились звуки, я увидел полный хаос.
Начальница Хон Хигён кричала, что умирает. Подойдя к ней, я узнал, что при падении она сильно ударилась пяткой и теперь не может ходить. На первый взгляд, никаких серьёзных повреждений ног или лодыжек не было, поэтому я велел ей посидеть спокойно на полу и усадил на ровное место. Осветив фонариком её ноги и икры, я не заметил никаких внешних травм. Я спросил помощницу Пэ Соён, сидевшую рядом на полу:
— Вы в порядке?
— Не в порядке.
— Понимаю. Я тоже не в порядке.
Я посветил фонариком на помощницу Пэ Соён: на первый взгляд видимых травм у неё не было, но выглядела она так, будто от пережитого шока совершенно потеряла рассудок. Переведя луч света в сторону, я заметил рядом альпинистские треккинговые ботинки и, осветив их владельца, увидел заместителя управляющего Ким Чондо. Его лицо было абсолютно белым от страха. Похоже, он упал в сидячем положении и так и завалился на спину. Из-за одежды разглядеть какие-либо внешние повреждения было трудно. А вот директор Ку Джихе жаловалась, что подвернула лодыжку.
— Когда приземлялась, лодыжка вывернулась.
Её нога действительно прямо на глазах начала опухать. Заметив, что Ку Джихе пытается снять обувь, я посоветовал ей пока не делать этого: если лодыжка сильно разбухнет, обуть её обратно уже не получится. Директор Ли Тэбон морщился от боли в колене, ворча, что при падении весь удар пришёлся на суставы. Прихрамывая, он уселся на твёрдый известняковый пол.
Единственным, кто в свете фонаря выглядел совершенно невредимым, оказался управляющий Ма Сонгон. Казалось, падение с трехметровой высоты вообще никак на нём не отразилось. Вот уж у сукиного сына удача!
Управляющий Ма заявил, мол, всё потому, что сотрудники совсем не занимаются спортом, и принялся рассуждать о том, что если бы заместитель директора Ким Чондо играл в гольф так же, как он, то после падения тоже остался бы цел и невредим. Это было похоже на человека, который на корпоративных посиделках, если не идут во второй заход в караоке, идёт в скрин-гольф и насильно заставляет сотрудников играть в гольф. Но всё же, если второй заход был скрин-гольфом, это было удачей. Меньше пили. Если он вдруг говорил, что хочется рамена, и вёл в какую-нибудь поча, или говорил, что хочется выдержанной рыбы, и вёл в саке-бар, приходилось пить огромное количество алкоголя.
— Начальник Сон?
— Я здесь.
Я направил луч фонаря туда, откуда доносился голос, и замер с приоткрытым ртом. Левое бедро начальника Сона Бёнджуна насквозь пронзал острый каменный выступ. Похоже, это был сталагмит, и выглядело всё так, будто этот каменный столб пророс прямо из его ноги. Я почти рефлекторно спросил его:
— Вы в порядке?
— Мы только что рухнули вниз, по-твоему, я могу быть в порядке? Ты головой думаешь, прежде чем задавать вопросы?
— Начальник, ваше бедро...
— А что с ним?
Лишь после этого начальник Сон опустил взгляд вниз и посмотрел на собственное бедро, пронзённое сталагмитом. Глаза Сон Бёнджуна полезли на лоб, и в них мгновенно отразился первобытный ужас. Видимо, до моего вопроса он даже не осознавал состояние собственного тела. Лицо начальника Сона, казалось, свело судорогой. Он задрожал и открыл рот:
— Кияааааа! Кияк! Кияаааа! Кияааа!
Он закричал так пронзительно, что его вопли напоминали визг какой-то экзотической птицы. В наступившей тишине пещеры его одинокие, безумные вопли неслись под сводами минут четыре-пять, пока наконец у него не кончились силы и голос не начал стихать. Никто не знал, что делать в такой ситуации. Остальные сотрудники просто замерли на месте, не в силах сдвинуться, и молча слушали этот надрывный визг. Поняв, что никто ничего предпринимать не собирается, начальник Сон сдавленно задыхаясь, прекратил орать и взмолился, обращаясь ко мне:
— Вытащи! Вытащи это отсюда! Вытащи эту штуку!
— А разве её можно просто так вытаскивать? Если выдернуть, не начнётся ли сильное кровотечение или кость окончательно не повредится?
— Т... тогда что же делать?!
В этой поганой ситуации я посветил фонарём на других, думая, есть ли среди работников нашего филиала кто-нибудь, кто мог бы предложить нестандартное медицинское решение, но сотрудники, попадающие в свет моего фонаря, отворачивались или делали вид, что не замечают. Начальница Хон Хигён жутко улыбалась, и я, боясь, что она приснится мне в кошмарах, сразу перевёл фонарь на другого.
— Сделайте же хоть что-нибудь! Пожалуйста! Управляющий! Управляющий! Управляющий Ма!
Не в силах справиться с подступающей паникой, начальник Сон принялся звать управляющего Ма Сонгона. Направив туда луч фонаря, я увидел, как управляющий Ма с недовольным лицом подошёл к раненому и, долго разглядывая его ногу, холодно бросил:
— И чего ты хочешь?
— Помогите же! Помогите!
— И как именно тебе помочь? Что мне по-твоему сделать?
— Помогите хоть чем-нибудь!
— Ты должен сначала придумать какое-то решение, а уже потом просить меня о помощи. Начальник Сон, ты же умный человек. Что я по-твоему могу сделать, если ты просто слепо просишь о помощи? Ну-ка встань.
— Как я тут встану?
На вопрос начальника Сон, чьё бедро было насквозь пронизано сталагмитом, управляющий Ма ответил совершенно невозмутимым тоном:
— Человек может подняться при любых невзгодах! А ну вставай!
— Не могу!
— Говорю тебе, можешь! Начальник Сон, ты сможешь!
— Да чёрт побери, не могу я!
— Почему у тебя такая слабая воля! Нельзя же жить сплошным негативом! Нужно жить с мыслью, что всё получится! Как можно заранее думать, что ничего не выйдет?!
Слушая речи управляющего Ма, можно было подумать, что от них с ума сойдёт даже тот, у кого ноги целы. Начальник Сон, видимо, почувствовал то же самое, потому что велел управляющему Ма катиться на все четыре стороны. Доведённый до отчаяния начальник принялся звать на помощь заместителя управляющего Ким Чондо, но тот и сам выглядел хуже некуда — судя по всему, при падении он неудачно приземлился на спину.
— У меня болят спина и поясница, я не могу пошевелиться.
— Насколько сильно болит?
— Откуда я знаю! Очень сильно!
Заместитель управляющего Ким раздражённо огрызнулся на мой вопрос. Затем, с трудом и очень медленно двигаясь, он ухватился за меня и кое-как поднялся на ноги. Глядя на него, мне жутко хотелось приложить его ещё раз, чтобы доломать ему поясницу, но я с трудом сдержался. Заместитель управляющего Ким стоял согнyвшись, не в силах распрямить спину, и кривился от боли. Подойдя к нему, директор Ли Тэбон внимательно осмотрел его и произнёс:
— Как ни смотри, у заместителя управляющего, похоже, грыжа межпозвоночного диска прорвалась.
— И что теперь делать? Ноги почти не слушаются. Всё так серьезно? Что за чёрт?
— Ну, к ортопеду надо идти. Сейчас всё равно на глаз не определишь.
Когда директор Ли Тэбон ответил с безразличным видом, заместитель управляющего Ким вспылил и сорвался на крик:
— Это же не твоя спина! Тебе легко говорить, потому что это чужая беда!
— Ваша спина — это не моя спина, так что само собой, что чужая.
— Ах ты сукин сын!
Заместитель управляющего Ким Чондо так и рвался наброситься на Ли Тэбона, который продолжал над ним подшучивать, но из-за больной спины сделать этого не мог. Творился полный бардак. Начальник Сон принимался выкрикивать имена всех окружающих подряд, умоляя о помощи, но чем они ему могли помочь. В конце концов, видимо, не осталось больше никого, кого он мог бы позвать, и он вцепился в меня.
— Менеджер Ын! Помоги мне! Умоляю, помоги!
— Я ничем не могу вам помочь. Моих умственных способностей на это явно не хватит.
Разве начальник Сон уже забыл, как совсем недавно язвил в мой адрес? К тому же у меня нет никаких медицинских знаний, так что я действительно ничего не мог поделать.
— Я же тебе раньше даже костюм купил!
Казалось, рано или поздно начальник Сон обязательно сказал бы что-то подобное. Черепаха когда-то говорила, что от мелких людей не стоит принимать подарки, — теперь я понимал почему. Разочаровываться в нём не стоит. Молча глянув на начальника Сона, я взял и просто выключил фонарик.
Почувствовав себя в темноте ещё более беспомощно, начальник Сон сперва бессвязно завопил, требуя помощи, но вскоре выбился из сил в кромешной тьме и замолк. Не включая фонарь, я ответил:
— Вы же сами говорили, что это подарок за помощь. Я даже не стал носить ту вещь, она так и лежит в шкафу. Как только вернусь, отдам обратно.
— Нет. Не надо возвращать эту дешёвую одежду. Просто помоги сейчас! Вытащи меня из этой ситуации! Я не могу умереть в таком месте!
— Я же не врач, как я вам помогу? Эту штуку нельзя просто так вытаскивать. Нам нужно просто сидеть тихо и ждать спасателей.
— Да откуда нам знать, когда прибудет спасательный отряд и прибудет ли вообще?!
Истошно вопя и брызгая слюной, начальник Сон перевёл мольбы на помощницу Пэ Соён. Направив луч фонаря в её сторону, я увидел, что помощница Пэ смотрит на пронзенного сталагмитом коллегу с таким видом, будто перед ней мерзкое насекомое. Видимо, начальник Сон успел изрядно испортить с ней отношения. В этот момент со стороны начальницы Хон послышался шорох — включив свет, я заметил, как она, волоча правую ногу по земле, ковыляет в нашу сторону.
— Начальник Сон. Ну давай, ударь меня! Ударь! Ну же, попробуй! Тебе весело? Это наказание за то, как ты ко мне относился!
По мере того как начальница Хон приближалась, волоча ноги по земле, начальник Сон принимался отчаянно орать, чтобы она убиралась прочь. Однако, видя, что Хон Хигён продолжает идти как ни в чём не бывало, перепуганный начальник Сон взмолился ко мне:
— Сделай так, чтобы начальница Хон не подходила сюда!
— Да вряд ли она причинит вам какой-то серьёзный вред.
— Я сказал, останови её! И... почему ты так на меня смотришь?!
Начальнику Сону явно не нравилось мое выражение лица — видимо, потому что я смотрел на него и начальницу Хон абсолютно безразличным взглядом.
— Даже не знаю, чью сторону принять. Вы оба для меня одинаковы.
— Чего? Эй! Ты должен быть на моей стороне! Если остановишь начальницу Хон, я в долгу не останусь! Деньгами отблагодарю! Менеджер Ын, я заплачу тебе, просто сделай то, что я говорю!
— Вы, наверное, другим людям тоже так говорили, и они делали, как вы сказали?
Волоча ноги по земле, начальница Хон Хигён в мгновение ока приблизилась к начальнику Сону и бросила:
— Менеджер Ын. Посвети на ногу начальника Сона.
Я направил луч фонаря на его ногу. Начальница Хон скривилась, с отвращением разглядывая жуткую рану, а затем произнесла:
— Впервые вижу, чтобы с человеческой ногой такое творилось.
— Моя нога тебе что, зрелище для развлечений?! — взвыл он.
— Ты ведь только что хотел меня ударить?
— Когда?
— Если бы это моя нога оказалась в таком жутком состоянии, ты бы точно ударил меня, ехидно ухмыляясь. Разве не так?
— Нет.
— Ещё как да!
В этот момент начальница Хон подобрала с пола кусок известняка — судя по всему, валявшийся неподалёку камень — и, не встречая никакого сопротивления со стороны парализованного от ужаса начальника Сона, принялась методично колотить им по его повреждённой ноге.
— Аа! Аа! Аа! Менеджер Ын! Останови эту сумасшедшую! Управляющий! Управляющий! Ааа! Управляющий!

Комментарии

Загрузка...