Слова Джона ударили Алека и остальных в самую уязвимую точку.
Душой они не хотели верить, что Харир, их коллега с десятилётним стажем, — предатель. Но что если?
Что если, как утверждал этот юноша, Харир и впрямь состоял в секте Вечного Мраза?
В столь критический момент кто мог ручаться за чью-то абсолютную преданность?
Их чувства в ту минуту очень напоминали состояние Розалинда, когда Рейя на неё напали.
На кону стояла безопасность их лорда, а потому они не могли позволить себе рисковать — даже ради ничтожно малого шанса!
И вот, после недолгой заминки, Ядри, старший из троих, шагнул вперёд.
— Мистер Джон, надеюсь, вы отвечаете за свои слова.
Капитан стражи Бёрч-Тауна пристально всматривался в лицо Джона, выговаривая каждое слово с предельной весомостью.
— Если то, что вы говорите, правда, клянусь своим мечом: о чём бы вы ни попросили, я не откажу!
Он не стал уточнять, что случится, окажись это ложью, но меч, которым дают кляту, с тем же успехом может снести голову.
Джон не стал ничего обещать. Он просто подхватил замерзшего, словно ледышка, Харира с крючковатого хвоста Большой Мими и поднял его.
— Чего же мы ждём? Пошли.
С этими словами он зашагал впереди, поднимаясь по ступеням Солнечной церкви.
Ся и Сина опустили щиты, фыркнули на Алека с остальными и послушно двинулись следом за Джоном, словно парочка самодовольных прихвостней.
Алек и Хэнк переглянулись, и в глазах каждого читалась тревога и напряжение.
Но дело зашло слишком далеко; отступать, не увидев развязки, было уже нельзя!
Им оставалось только идти следом!
Наверху бесшумно распахнулись высокие церковные двери. На пороге стоял жрец Ингрэм с фирменной мягкой улыбкой на лице. Рядом с ним застыл невозмутимый короткостриженый юный жрец.
Они, судя по всему, слышали поднятый на улице шум, но из-за нерушимой границы между верой и мирскими делами не могли переступить порог, чтобы вмешаться в спор.
Впрочем, если спорящие сами были за помощью, это был совсем другой разговор.
— Добро пожаловать в Солнечную церковь, господа.
Голос Ингрэма звучал ровно и внушительно, источая силу, исцеляющую саму душу.
Ся и Сина тут же сложили световые крылья и синхронно склонили головы в знак глубокого уважения.
— Благословения Дня, дедушка Ингрэм!
— Благословения Дня, сестрицы Ся и Сина.
Старший жрец кивнул в ответ, после чего перевёл взгляд на Джона и замерзшего Харира, которого тот держал в руке. В его глазах мелькнуло нечто странное.
— Позвольте узнать, зачем вы привели этого человека в храм моего Владыки, мистер Джон?
— Благословения Дня, жрец Ингрэм, монах Джулиан.
Джон опустил ношу на пол. Он слегка кивнул Ингрэму и стоявшему рядом молодому жрецу, после чего перешёл к делу.
— Этого человека зовут Харир. Он служит управляющим в особняке лорда Бёрча.
— Сегодня утром капитан Баск из деревни Ному поручил мне передать весть деревенскому старосте Риду в особняке лорда. Я предъявил капитанский жетон, но этот человек заявил, будто Рида на месте нет. После чего он обвинил меня в подделке жетона и шпионаже чтобы о чернить его.
— Я почуял неладное и заподозрил, что он может быть связан с сектой Вечного Мраза. А потому привел его сюда, чтобы правда открылась перед ликом Солнечного Бога Поао.
Ингрэм долгим взглядом посмотрел на Джона. Расспрашивать о подробностях он не стал, а вместо этого перевел взгляд на троицу из особняка лорда — лица у тех были мрачнее тучи, — и примирительно сказал.
— Господа, будьте спокойны. Под взором моего Владыки Поао никто не сможет солгать.
Как капитан стражи Бёрч-Тауна, Ядри был прекрасно знаком с Ингрэмом.
Он отвесил официальный поклон, заговорив искренне и серьезно.
— Жрец Ингрэм, мы верим Солнечному Богу и Его слугам. Но если всё обстоит иначе, чем утверждает Джон, мы просим не укрывать его.
— Разумеется.
Ингрэм кивнул. Он протянул руку, и луч золотого света упал прямо на Харира.
Священная энергия несла с собой исцеляющее тепло, быстро выжигая морозный яд, сковавший его тело.
К онемевшей половине тела мужчины возвращалась чувствительность. Под воздействием Священного Света ужасная рана на его лопатке, пронзённая скорпионьим хвостом, затягивалась и покрывалась коркой на зависть быстро.
Однако, избавившись от оков и боли, освобожденный Харир не выказал ни малейшего облегчения или благодарности.
— КХЭ-Э-Э! КХЭ-КХЭ-КХЭ-Э-Э!
Казалось, у него отнялись все силы, будто на плечи рухнул невидимый груз. Лицо его вмиг побелело еще сильнее, чем когда он был заморожен, а тело забилось в жутком приступе неконтролируемого кашля.
Он попытался подняться на ноги, но те превратились в вату. Наконец, глухо ухнув, он рухнул на колени перед холодным каменным полом. Голова его низко поникла, он не смел поднять глаз ни на кого из присутствующих, а тем более взглянуть на величественную статую божества в глубине храма.
При виде этой картины сердца Алека и двух других стражников сжались.
Но Джон не дал Хариру времени на передышку.
Он решительным шагом направился прямо к высокой, источающей слабое сияние величественной статуе Солнечного Бога Поао и остановился.
Затем он повернулся, и его взгляд, острый словно ледяной шип, вонзился в дрожащего на полу зала Харира.
— Говори. Почему ты назвал подделкой жетон капитана Баска, который я принес?
Этот вопрос бил прямо в цель, не оставляя лазеек для отступления.
И в ту самую секунду, когда голос Джона затих...
ВРЕМ-М-М!
Стоявшая позади него статуя Поао — до того молчаливая, строгая и излучавшая лишь мягкое, едва заметное свечение — вдруг вспыхнула ослепительным светом!
То не было резким, слепящим сиянием; это исходил теплый, священный золотой свет, пропитанный первозданным величием — словно задремавшее божество пробудилось от призыва к правде и справедливости!
В то же время в центре церковного купола гигантская Сокровищница-Жемчужина, символизирующая Солнце, словно вспыхнула изнутри, заливая всё вокруг еще более ярким и теплым светом!
Священное сияние покатилось по церкви осязаемой волной, мгновенно проникая в каждый уголок и наполняя морозный воздух живым теплом.
— Во имя нашего Владыки Поао!
Ся и Сина почти одновременно издали тихие возгласы изумления. Их лица выражали благоговейный трепет и восторг; они тут же опустились на одно колено, скрестили руки на груди и почтительно склонили головы.
Джулиан поспешил последовать их примеру и тоже опустился на колени.
Сам Ингрэм остался стоять, но глаза его расширились от изумления, и он слегка склонил голову в знак почтения перед Божеством.
Это внезапное божественное чудо повергло Алека, Хэнка и Ядри в абсолютный шок!
Они не были последователями Солнца, но знали: великая сила богов не является по первому зову.
И всё же Джон привлек внимание истинного бога всего одним вопросом?
Разве это не доказывало...
Они посмотрели на Харира, который стоял на коленях и дрожал под божественным светом словно осиновый лист. Последние крупицы надежды и сомнений в их сердцах безжалостно рассыпались в прах!
На руке Ядри, до боли сжавшей рукоять меча, вздулись вены. Его взгляд, прикованный к Хариру, полыхал яростью преданного человека и невыносимой болью.
У Алека отвисла челюсть, а мускулы на суровом лице одеревенели. На смену недавней ярости пришел первобытный ужас.
Хэнк же отвернулся в глубокой скорби и тяжело вздохнул.
Тем временем сам Джон, виновник всего этого балагана, тоже ошарашено замер.
«Слушай, шеф, я же просто одолжил твой храм задать парочку вопросов. Обязательно было устраивать такое представление?»
«Не подставляй меня так!»

Комментарии

Загрузка...