Карлос велел таксисту ехать к ближайшему казино. Водитель ответил, что на окраине есть только одно маленькое заведение, но Карлосу было всё равно — выиграть немного денег на крупные фишки ему бы хватило.
Дорога заняла всего пару минут, так что водителю особо негде было проявить себя: получив плату, он умчался прочь, подняв столбы пыли.
Это действительно оказалось небольшое казино в деревянном здании. Хозяин собирал плату за вход прямо у дверей. Внутри стояло всего два стола, но имелись и алкоголь, и прочие напитки — в общем, всего хватало. Стоило только распахнуть дверь, как в уши ударил смех и оживлённые разговоры.
— Текилу, я вообще-то мексиканец, — бросил Карлос хозяю, заплатив за вход.
За единственным занятым столом сидели люди, и Карлос, само собой, подсел к ним, сыграв несколько партий.
Ставки здесь делали совсем маленькие, да и игроки мастерами не выглядели.
Карлос выигрывал раз за разом, но отчего-то не чувствовал, что выигрывает много — всё это походило на баловство ради забавы.
Он сделал глоток, подержал текилу во рту, ощущая лёгкое онемение, и лишь потом медленно проглотил. Было бы лучше запить её апельсиновым соком, но для столь убогого места само наличие текилы уже казалось манной небесной.
— Последний раунд? — с усмешкой поинтересовался один из игроков в чёрном плаще.
Карлос кивнул: как он мог остаться доволен столь мизерным выигрышем?
Мужчина в плаще сдал карты. Карлос взглянул на расклад, бросил карты на стол и лишь пристально уставился на остальных.
Сидевший напротив Карлоса мужчина сдвинул на центр стола все свои фишки — похоже, его карты тоже были неплохи, — и процедил всего два слова:
— Ва-банк.
Карлос почувствовал, что азарт захлёстывает его. Да, именно так всё и должно быть. Он сделал ещё глоток.
Проигравший жаждет отыграться, победитель хочет сорвать ещё один куш.
Фишки росли в гору: в ход пошли перманентные ручки, карманные часы, роскошные автомобили и недвижимость. Те, кто не мог вынести риска, один за другим выходили из игры, и за столом остались только Карлос и человек в плаще.
Карлос не мог поддержать ставку — у него не было столько фишек, но если ставки останутся прежними, даже победа потеряет всякий смысл.
Он не мог проиграть.
Карлос достал нож, полоснул себя по ладони и уронил несколько капель крови прямо на ставку. Он ставил на кон самого себя — это был настоящий ва-банк.
Флеш-роял, пики. Старшая комбинация, которую никто не сможет побить.
Внезапно Карлос почувствовал неладное. Взглянув на карты, он застыл с окоченевшим лицом. Его дыхание сбилось, словно сломанные часы, а ноги затряслись в ритме секундной стрелки.
Это был обман, самый настоящий обман, а он ничего не заметил! Какое невероятное унижение — его карты подменили.
— Там воды текут рекой, как вино, и странники идут с песнопениями.
Человек в плаще неспешно процитировал строки, снял с головы чёрную шляпу и при тусклом свете ламп явил своё лицо. Под стать своим поступкам, оно было отмечено гнусными и ядовитыми зелёными глазами, а на губах играла издевательская ухмылка. В уголке его рта темнела родинка.
Карлос швырнул подмененные карты на стол. На них были напечатаны лишь простенькие карты Таро с изображением черепов.
— Что это значит? — он всё ещё пытался держать себя в руках и не хотел устраивать скандал прямо здесь.
Соперник не обратил на это внимания и просто перевернул свои карты. Пиковый флеш-роял — ровно та самая комбинация, что только что была у Карлоса на руках. Абсолютная, безоговорочная победа.
— Я выиграл, и мне достанутся все ставки, включая... твою жизнь, — неторопливо проговорил зеленоглазый.
— Ты шулер.
Карлос вовсе не считал, что не справится с обычным человеком, ему просто стало любопытно, как тот это проворачивал. Это казалось настолько... магическим, страннее даже самого существования демонов и Бога в этом мире.
— Нет, просто тебе выпали плохие карты. — Собеседник отвернулся, подпер рукой подбородок и, похоже, вовсе не против был поболтать с проигравшим.
— ...
Карлос молча посмотрел на раскиданную мазню вместо карт, а затем перевёл взгляд на противника.
— Плохие карты. Хотя вероятность и крайне мала, тебе просто не повезло. — Совершенно серьёзно нёс чушь тот человек.
Такого просто не могло быть.
— Раз ты не хочешь говорить,
я не собираюсь с тобой сюсюкаться.
Карлос решительно грохнул стакан о стол с такой силой, что по комнате разнёсся оглушительный грохот, а брызги алкоголя разлетелись в стороны.
Однако почти в тот же миг окружающая обстановка начала меняться.
Пространство пожирала темнота. Все те безмолвные зрители, сидевшие вокруг, оказались насквозь пронизаны и подвешены на чёрных щупальцах; та же участь постигла и хозяина казино. А в самом центре этой тьмы возвышался тот самый зеленоглазый человек.
Его лицо скрывала непостижимая тьма, по коже переливались золотые узоры, а пара изумрудных глаз излучала леденящий душу свет.
Щупальца извивались, удерживая мертвые изуродованные тела, с которых то и дело капали кровь и жир. Куда ни кинь взгляд — повсюду простирался ад из крови и мрака.
— Т-ты что за тварь?
Тело Карлоса била неконтролируемая дрожь. Что-то невыразимое давило на него; он уставился на противника, но уже не мог отвести взгляд — его чёрные глаза были прикованы к этому потустороннему воплощению.
— Я — лишь одно из бесчисленных воплощений Бога, я — мириады людей, я — константа и в то же время переменная, у меня нет начала и конца, а наша встреча — лишь одна из бесчисленных встреч. Можешь звать меня Диггер. Ну а ты? Демон чревоугодия и алчности?
— Ка... Карлос.
Черт подери, да он столкнулся с настоящим богом! Какой-то помешанный религиозный фанатик. Дерьмо собачье, он даже знает, кто я такой! Неужели мой путь к славе оборвётся, так и не успев начаться? Знал бы прикуп — ни за что бы сюда не зашёл. Блядь, блядь, блядь! — мысленно изрыгал проклятия Карлос.
— Не бойся, Карлос, всё это лишь призрачный сон. Тебе нужно лишь уяснить одно: ты проиграл мне. Проиграл не только свою жизнь, но и, что куда важнее, теперь ты будешь служить мне.
Карлос обнаружил, что потерял дар речи. Казалось, здесь всё подчинялось воле противника, а любая попытка высвободить свою область подавлялась невидимой силой.
— За то, что праотец евреев Авраам был верен Богу, Бог заключил с ним завет, пообещав его потомкам землю, где течет молоко и мед.
Ты ведь слышал о явном предназначении? Чтобы отыскать так называемую землю вод и вина, сюда прибывала волна за волной переселенцев, и из поколения в поколение люди продвигались на Запад.
Во имя Бога творился грабёж.
— Но так называемой Земли Обетованной не существует вовсе. Всё это — лишь боль, борьба и земная грязь, скрытые за грандиозной фальшью американской мечты.
Это необеспеченный пустой чек.
Слишком много болтает, мысленно выругался Карлос.
— Твоя задача — отыскать землю, где воды подобны вину.
Какого чёрта, это же чистой воды бред! Карлос начал паниковать.
— Не спеши, успокойся, Карлос. Тебе нужно лишь сделать так, чтобы мир... превратился в Землю Обетованную. Землю Обетованную от меня.
Щупальца пришли в бешенство, оплели человеческие оболочки и с невероятной силой раздавили их в кровавое месиво.
— Для почти оглохших ты должен кричать во весь голос; для тех, у кого слабое зрение, ты должен рисовать крупные, поражающие воображение фигуры.
Я хочу, чтобы ты судил всех заурядных людей. Я дарую тебе высшее право: отныне посредственности должны умереть.
Диггер щелкнул пальцами, и Карлос почувствовал, что снова может говорить, поэтому тут же принялся засыпать его вопросами:
— Какого чёрта, какая ещё смерть посредственностям? Откуда мне знать, кто зауряден? Ты что, хочешь, чтобы я перебил большую часть населения Земли? Черт, черт, черт, как такое вообще возможно?
— Боязнь — это храбрейший яд; голод — это алчность насыщения; разум — это безумнейшее предвзятое мнение. Всех прочих — убивай без разбору.
Что за загадки, чтоб ты сдох со своими ребусами! — подумалось Карлосу.
— Карлос, это не вопрос с вариантами ответа.
Диггер закрыл глаза. Щупальца исчезли, но темнота так и не рассеялась.
— Если ты не справишься, мы просто встретимся вновь. Ты уже заперт в круговороте сансары. Надеюсь, наша первая встреча станет последней.
Он растворился в сиянии.
Мрак отступил, и в комнату хлынул холодный утренний свет. На полу валялись омертвевшие ткани человеческих мышц, разложившиеся внутренности и почерневший от яда костный мозг.
— Черт подери, мало того что любитель загадок, так ещё и спонсора-ангела не дождёшься!
У Карлоса не осталось слов — лишь целый океан ругательств, высказать который он уже не мог. Он осушил остатки алкоголя на дне бокала и молча уставился в окно.
Впрочем, вряд ли молча — обуреваемый яростью, он переломал все стаканы, перевернул в комнате всё вверх дном и лишь после этого сбежал оттуда.

Комментарии

Загрузка...