Мэдиэн помахала на прощание госпоже Мэгги. Проводив её взглядом, пока та не скрылась за углом, девочка повернулась к старшему брату. Её глаза сияли от восторга и нетерпения:
— Лингер, ты знаешь, что мне только что рассказала госпожа Мэгги?
Лингер, разумеется, покачал головой, и Мэдиэн радостно защебетала:
— Она говорит, что другие церкви в городе Линвелл, не желая подчиняться требованиям «Религиозного указа», объединились и создали Ассоциацию религиозной взаимопомощи Линвелла! Они уже провели несколько демонстраций с участием верующих и привлекли к себе столько внимания, что, по слухам, переполошилась даже городская мэрия. Чтобы поскорее уладить конфликт, городские власти решили выступить посредниками в переговорах между ними и Городским приходским комитетом, надеясь найти разумное решение. Лингер, может, нам тоже к ним присоединиться?
— Исключено, — отказал Лингер без секундного колебания. Но, заметив разочарование сестры, он смягчил тон и добавил другое объяснение:
— Я уже пообещал господину Лоннингу, что закрою церковь после этого Семидневного ритуала. Человек не должен нарушать своё слово, Мэдиэн. Этому учит нас и сама Богиня.
«И почему эта ваша Богиня изъясняется как дешёвый сборник банальных истин?» – мысленно съязвила Алиса, у которой от непрерывной работы нещадно ломило руки.
Мэдиэн предвидела подобный ответ, поэтому не слишком расстроилась, а решила зайти с другой стороны:
— Ладно, можно и не вступать. Но если их переговоры увенчаются успехом и Городским приходским комитет согласится смягчить ограничения «Религиозного указа», нам ведь не обязательно будет закрывать церковь?
Она рассуждала вполне прагматично и даже не надеялась на полную отмену «Религиозного указа» – для неё и простое послабление уже стало бы прекрасной новостью.
Лингер промолчал. Лишь спустя мгновение он тихонько кивнул:
— Если всё сложится именно так, мы, разумеется, продолжим службу. В конце концов...
— ...в конце концов, это ведь церковь, которую оставил нам отец! — Перебила его Мэдиэн. Её изумрудно-зелёные глаза восторженно заблестели. Было очевидно, что она возлагает на эти переговоры огромные надежды – должно быть, верила в силу единства. Если все храмы в городе Линвелл объединятся, они станут силой, с которой Городскому приходскому комитету придётся считаться.
Алисе же вся эта ситуация казалась сомнительной. Дело дошло до официальных переговоров, а брат с сестрой из церкви Небесного Сердца впервые слышат о каком-то союзе взаимопомощи, да ещё и от случайной соседки. Это было как-то...
— Госпожа Мэгги ещё сказала, что все новости и подробности о переговорах пишут в свежих газетах, — воскликнула Мэдиэн. — Лингер, я побегу, попрошу у кого-нибудь почитать!
Не успел брат ответить, как девочка пулей вылетела из молельного зала. Лингер знал, что она не уйдёт далеко, поэтому послушно проводил её взглядом. В их доме газет, конечно же, не держали – Лингер вообще не имел привычки следить за прессой. Именно поэтому Мэдиэн когда-то умудрилась несколько месяцев скрывать от него официальное уведомление, просто припрятав присланную копию дополнительных положений «Религиозного указа».
— И ты за ней не побежишь? — Поинтересовалась Алиса, растянувшись на алтаре.
Лингер молча качнул головой, ушёл на кухню и вернулся со шваброй. Он принялся молча оттирать истоптанный, грязный пол. Алиса недовольно проворчала:
— И зачем только было мыть его раньше? Теперь вся работа насмарку.
«Как будто это ты тут убираешься», – подумал Лингер.
Он даже не удостоил её ответом, продолжая методично возить шваброй. Однако Алиса не из тех, кто долго молчит. Она тут же нашла новую тему для разговора:
— Слушай, а как думаешь, у этой их ассоциации получится договориться с Городским приходским комитетом? Если они преуспеют, ты ведь просто выедешь за чужой счёт? Палец о палец не ударил, а все блага получишь на блюдечке?
Хотя Лингер не совсем понял её странные выражения, по тону было ясно, что ничего лестного они не значат. Ополаскивая швабру в ведре, он мельком взглянул на Алису и ледяным тоном процедил сквозь зубы:
— Не получится.
— Это ещё почему? — Полюбопытствовала Алиса.
Ответ Лингера был предельно простым и лаконичным:
— Потому что даже вместе они не сравнятся по силе с Объединением Церквей.
Ассоциация религиозной взаимопомощи Линвелла – это союз, и Объединение Церквей – тоже союз. Но разве можно сравнивать кучку муравьёв с великанами? Даже сильнейшие муравьи из этого гнезда были вынуждены бросить свои дома и теперь скитаются по всему континенту, дрожа от страха. На что же надеются остальные, ещё более слабые и беззащитные?
— Пф, — Алиса скривила губы. — Неужели это Объединение Церквей настолько могущественно?
Лингер слегка нахмурился:
— Разве Мэдиэн тебе не рассказывала?
— Рассказывала, конечно. Но как-то размыто, без конкретики.
Способность свергать правительства целых стран звучит грозно, но без реальных примеров не производит впечатления. Алиса, гениальная красавица-игрок с Земли двадцать восьмого века, повидала немало и не привыкла верить на слово туманным слухам.
Лингер на секунду задумался, а затем произнёс:
— Входящая в состав Объединения Церквей Багряная Церковь содержит более чем трёхсоттысячную армию Священного воинства. Они развязали уже три Колониальные войны на Восточном континенте, и эти кампании продолжаются по сей день. Командующая этим Священным воинством, Святой владыка Фафрона, одновременно занимает пост министра Военного министерства Королевства и является главнокомандующим Объединенной армией колониальной войны Восточного континента. Она наделена полномочиями единолично распоряжаться сухопутными, морскими и воздушными силами.
— ... — Алиса вытаращила глаза, которые теперь напоминали две круглые лампочки.
Но на этом Лингер не остановился:
— Обитель Ночи – богатейшая церковь в Объединении. Их активы включают немыслимые объёмы наличных денег, антиквариата, земель, акций, ценных бумаг и недвижимости. Никто не может даже приблизительно назвать размеры их состояния. Они полностью спонсировали предыдущие три Колониальные войны, а имеющихся у них военных облигаций, по слухам, хватит на покупку целой страны. Кроме того, Проект Уроборос, призванный объединить транспортную систему всего Западного континента, также полностью финансируется Обителью Ночи.
— ... — у Алисы мелко задрожали коленки.
Решив окончательно прояснить картину, Лингер добавил:
— Суд Инквизиции тоже располагает собственной армией, хотя она и не показывается на публике, оставаясь в глубокой тени. Инквизиторы тесно сотрудничают с правительствами большинства стран, обладая практически неограниченной судебной и исполнительной властью. Говорят, они могут тайно выносить приговоры и приводить их в исполнение вообще без какого-либо суда. Пусть это и слухи, но дыма без огня не бывает. Именно они занимаются арестами служителей тех церквей, что нарушили «Религиозный указ»...
— Стоп, стоп, стоп, хватит! — Взмолилась побледневшая Алиса, торопливо прерывая его. — Я поняла, поняла, насколько они крутые.
«Ты уверена, что действительно поняла?» – скептически посмотрел на неё Лингер, но развивать тему не стал.
Он вовсе не пытался её запугать. Столь подробный рассказ преследовал лишь одну цель: дать Алисе понять истинное положение вещей, чтобы в следующий раз, когда она решит ввязаться в очередную авантюру Мэдиэн, она сначала хорошенько подумала головой.
— Теперь-то я тебя понимаю, — сокрушённо вздохнула девушка. — Паршивая игра без намёка на баланс, разработчикам давно пора её понерфить.
Лингер проигнорировал её реплику и продолжил уборку.
Алиса притихла. Лежа на алтаре, она молча наблюдала, как сосредоточенно трудится юноша. Он мыл пол с поразительным упорством, не пропуская ни единой щели в самых труднодоступных углах. Было ли это проявлением его педантичного характера? Возможно. Но девушке хотелось верить, что за этим крылось нечто большее – его глубокая привязанность к этому месту.
Он берёг эту церковь всей душой, и всё же это никак не мешало его твёрдому намерению закрыть её.
— Лингер, — вдруг позвала Алиса. — А тебе самому не грустно?
Священник ответил, не оборачиваясь:
— С чего бы?
— Ну как же. Те люди, прослышав о закрытии церкви Небесного Сердца, вроде бы расстроились. Но ты ведь понимаешь, что грустили они вовсе не из-за самого храма? Проще говоря, они не верят в твою Богиню.
— Ты кое-что путаешь, — отозвался Лингер. — То, что эти люди не являются верующими, ещё не означает, будто у Богини нет последователей. В противном случае на какие средства, по-твоему, я содержу Мэдиэн?
— Но если бы ты приложил чуть больше усилий, они бы ими стали! — Убеждённо заявила Алиса. — Ты ведь раздаёшь им еду, они в ней нуждаются и наверняка тебе благодарны. Если бы ты проповедовал в такой момент, им было бы гораздо проще принять твою веру. А ты даже имя Богини почти не упоминаешь. Твоя служба больше похожа не на миссионерство, а на выполнение какой-то рутинной работы. С таким серьёзным и угрюмым видом прихожан не завоюешь.
Немного помолчав, она добавила:
— Так что, мне кажется, в их равнодушии к судьбе церкви Небесного Сердца есть и твоя вина. Ты просто не дал им почувствовать себя частью чего-то большего.
Удивительно, но в её словах действительно крылось здравое зерно. Лингер с крайним изумлением воззрился на девушку – с таким удивлением смотрят разве что на человека, внезапно свалившегося с ясного неба.
Впрочем, любые эмоции, кроме абсолютного равнодушия, гостили на его лице недолго. Он быстро вернул себе прежний бесстрастный вид и неторопливо произнёс:
— Господин Янко любил повторять: обрести утешение – значит обрести веру. Я дал им утешение, а уж куда они обратят свою веру – не моё дело. Если они не желают связывать её с этим местом, это лишь доказывает, что учение Богини не принесло им утешения. Вот и всё.
— И всё-таки... — попыталась возразить Алиса.
Лингер пристально посмотрел на неё и с нажимом повторил:
— Вот и всё.
Девушка сочла за благо промолчать.
Пока они препирались, Лингер закончил уборку и уже собирался унести швабру на кухню. В этот момент Алиса вдруг кое-что вспомнила и крикнула ему в спину:
— Ой, у меня тут назрел ещё один вопрос! Вы ведь с Мэдиэн брат и сестра, верно? Почему тогда ты никогда не называешь господина Янко отцом?
За прошедшие дни она ни разу не слышала от него этого слова. Неужели... они не родные?
В глазах Алисы разгорелось неистовое любопытство. Лингер на секунду замер. Спустя мгновение его тихий, глуховатый голос донёсся сквозь полосу тусклого света:
— Когда будешь с Мэдиэн, присматривай за госпожой Мэгги. Не подпускай её слишком близко и не верь ни единому её слову.
С последним словом его силуэт скрылся в тёмном переходе, ведущем на кухню.
Алиса осталась стоять на месте, растерянно моргая. Это он так... тему перевёл?
Но всё-таки, почему нужно остерегаться госпожи Мэгги?
Неужели она злодейка?!

Комментарии

Загрузка...