Взгляд – ледяной, отстраненный, до отвращения холодный.
Так смотрят на копошащуюся в грязи чернь, на мерзкую личинку, притворившуюся живым существом.
— Руки прочь! — Заместитель Сун вскинул пистолет, целясь прямо в затылок Ци Е.
Тот, кого душили, оказался Ван Лэй из второго отряда внешней разведки, боец третьей ступени. Судорожно хватая ртом воздух, он вцеплялся побелевшими пальцами в запястье Ци Е, но из пережатого горла вырывался лишь хриплый, надсадный клекот.
— Ты рехнулся.
А под кожей на шее Ван Лэя вдруг вздулся бугорок.
Не один. Сразу десяток.
Мелкие и крупные вздутия змейками поползли от ключиц к самому подбородку, извиваясь под натянутой кожей так, словно в его плоти копошилось нечто чужеродное.
У окружающих перехватило дыхание.
— Какая дрянь... — выдохнул кто-то.
Ван Лэй и сам это почувствовал. Опустив глаза, он замер, с ужасом наблюдая, как плоть на горле ходит ходуном, вздымаясь зловещими волнами.
Зрачки сузились до точек.
— А-а-а-а-а! — Дикий, сорванный вопль разорвал мертвенную тишину руин.
Тело Ван Лэя выгнуло дугу, выворачивая суставы под немыслимыми углами. По сухим сочленениям пронесся жуткий сухой хруст, а кожу покрыла сеть грязно-фиолетовых прожилок, расползающихся ядовитым плющом.
Белки глаз заволокло мутной селедочной пеленой.
Он разинул рот, но вместо его собственного голоса оттуда вырвался пронзительный, нечеловеческий визг.
— Паразиты, — равнодушно бросил Ци Е. — Семя Искусителя уже полностью срослось с носителем.
Его пальцы чуть сжались.
Извивающиеся бугры на шее Ван Лэя лопнули синхронно, брызнув во все стороны зловонной серо-лиловой жижей. Из рваных ран выметнулись длинные, в палец толщиной, червеподобные твари, безумно извиваясь в воздухе.
Ци Е взмахнул свободной рукой, растопырив ладонь. На монстров обрушилась невидимая, сокрушительная давящая волна.
Черви даже пирикнуть не успели – в одно мгновение они обратились в серый пепел и растворились в ветре.
Тело Ван Лэя обмякло. Ци Е разжал пальцы, и боец безвольной куклой рухнул на землю. Жизнь в нем еще теплилась, но рассудок уже утонул во тьме.
На всё про всё ушло меньше пяти секунд.
Тишина. Могильная, звенящая тишина.
Люди инстинктивно пятились назад.
Чжао Мин побелевшими пальцами судорожно сжимал рукоять пистолета. Лю Фэн, плашмя лежа на земле, во все глаза таращился на спину Ци Е, и в глубине его расширенных зрачков плескался первобытный, обнаженный ужас.
О прочих пробужденных и говорить нечего – у двоих от страха подкосились колени.
Серебристоволосый юноша стоял неподвижно, всё так же невозмутимый. Он брезгливо скосил глаза на испачканные серо-лиловой жижей пальцы и чуть поморщился, словно отмеряя грязь.
Затем перевел взгляд на Линь Ин.
В серых омутах его глаз ледяная корка треснула и растаяла в одно мгновение.
— Ин-Ин, ты не испугалась?
Сердце Линь Ин колотилось где-то в районе горла, отбивая бешеный ритм.
Но на лицо она натянула самую мягкую, ласковую улыбку.
— Ну что ты, милый, ты всё сделал правильно.
Она быстро шагнула вперед, заслоняя Ци Е от застывших товарищей, и резко обратилась к Чжао Мину, выпаливая слова на одном дыхании:
— Командир Чжао, не паникуйте! Способности моего мужа связаны с ментальным резонансом, он чувствует духовное заражение.
Она указала на бесчувственного Ван Лэя.
— Этот человек был заражен тварью. Если бы не муж, и паразит полностью подчинил бы его волю, здесь бы не уцелел никто.
Дуло пистолета в руке Чжао Мина чуть качнулось.
Его мозг работал на пределе: взгляд метался от багрово-фиолетовых узоров на теле поверженного бойца к безмятежному лицу Ци Е.
Он ведь сам видел этих червей.
И видел, как действовал Ци Е – чисто, расчетливо, без малейших колебаний.
Будь этот парень врагом, стал бы он марать руки?
— Ты уверена? — Голос Чжао Мина сорвался на хрип.
— Паразиты Искусителя умеют притворяться людьми и отлеживаться в отрядах до поры до времени, пока не настанет час жатвы, — чеканила Линь Ин спокойным, почти учительским тоном.
На деле она и правда цитировала лор оригинальной книги.
— Мой муж способен обнаружить остаточные следы духовного заражения в любом живом организме.
Она обернулась к Ци Е, и во взгляде ее промелькнула безмолвная мольба:
— Милый, помоги проверить остальных, пожалуйста?
Ци Е посмотрел на нее, и в зеркале его пепельных глаз отразилось ее взволнованное лицо.
— Ты просишь помочь?
— Да, помоги им, — Линь Ин чуть сильнее надавила на слова, украдкой сжав его пальцы в замке. — Ради меня.
Ци Е опустил ресницы.
— Хорошо.
Его ответ прозвучал невесомо.
Он развернулся, и его пустой, равнодушный взгляд медленно скользнул по лицам выживших.
Это не был взгляд живого человека на себе подобных.
Так смотрят на витрину со стеклянными колбами, выискивая внутри мутную взвесь.
Шаг. Ци Е остановился.
Он замер перед женщиной-бойцом, сжавшейся в дальнем углу. Это была Лу Фан из второго отряда; на ее левом плече белела тугая повязка, а сама она испуганно дрожала, обхватив коленки руками.
— Эта, — Ци Е склонил голову набок. — Тоже заражена.
Лу Фан вскинула голову, лицо ее вмиг побелело как мел.
— Н-нет! Не я! Я чиста, я ничего не...
Голос ее дрожал и срывался на всхлипы. Опухшие глаза и страх в них делали ее похожей на самую обыкновенную, до смерти перепуганную жертву.
Но в приговоре Ци Е не было ни тени сомнения.
Линь Ин резким жестом остановила бойцов, уже рванувшихся вперед.
— Командир Чжао, возьмите ее под стражу, но не калечьте.
Чжао Мин помедлил секунду, до боли сжав челюсти, и коротко кивнул:
— Старый Чэнь, Сяо Чжоу, взять ее.
Два крепких бойца молниеносно шагнули вперед, заломив Лу Фан руки за спину.
— Пустите! Вы ошибаетесь! Я нормальная! Я чиста!
Она отчаянно забилась, но железная хватка не оставила ей шансов.
Линь Ин подошла вплотную и присела на корточки перед ней.
— Сестрица Лу, не бойся, — она заговорила неожиданно мягко. — Муж просто почувствовал сбой в ее системе. Мы обязательно что-нибудь придумаем, поможем тебе.
Она перевела взгляд на Ци Е и едва слышно шепнула:
— Эту дрянь можно вытащить из нее? Только так, чтобы она выжила.
Ци Е хладнокровно глянул на корчащуюся женщину.
— Паразит уже врос корнями в ее центральную нервную систему, — бросил он сухо. — Если вырвать его силой, она умрет.
Сердце Линь Ин рухнуло в пропасть.
— Других вариантов нет?
— Уничтожить первоисточник, — Ци Е поднял взгляд, глядя куда-то в темноту за периметр. — Сдохнет матка – подохнут и личинки.
— Матка... Искусительница собственной персоной?
— Да.
Линь Ин тут же поднялась на ноги и повернулась к Чжао Мину.
— Командир Чжао, свяжите ее и пока держите здесь. Тварь где-то рядом, стоит нам прикончить матку – и...
Договорить она не успела.
Ци Е резко дернул головой.
Его серебристые пряди взметнулись от внезапного порыва ветра, зрачки сузились до предельной точки, намертво впившись в чащобу руин на востоке.
Это почувствовали все.
Воздух вокруг стремительно холодал.
Тяжелый, приторно-сладкий смрад гниющих фруктов вдруг сделался вдесятеро гуще.
Из глубины мертвых кварталов донесся звук.
И не один.
Дотянулось сразу множество голосов.
Жуткое, фальшивое хоровое пение катилось волнами, словно издевка над самой гармонией звука.
В этих голосах угадывались человеческие ноты, но изуродованные до такой степени, что кровь стыла в жилах.
Лицо Чжао Мина исказилось окончательно.
— Тварь... Это он, Искуситель.
Ци Е повернулся, и в серых омутах его глаз на фоне сумерек заплясал леденящий душу свет.
Он выронил всего два слова:
— Идут.

Комментарии

Загрузка...