Передний двор был тих. Подул прохладный ветерок, и с соседнего древнего дерева, кружась, опустился последний сухой лист.
— Что думаете? — Ло Цзиньъяо выпрямила спину, полная решимости, и нарушила молчание. — Есть какие-то предложения?
В глубине души она ощущала странное напряжение: она знала, что затеяла серьезное дело, и понимала, что легко не будет.
— Что думаю? Думаю, что лучше лечь спать, чем слушать эти небылицы, — Цин Юньцянь даже не стал язвить, ему было лень. — Старшая сестра, уходим.
Гу Цинхуань не сдвинулась с места сразу. Она мельком взглянула на Фэн Юйбая, затем перевела взгляд на Ло Цзиньъяо. Голос её звучал на редкость спокойно:
— А-Яо, мы не можем позволить себе нажить врагов среди других сект.
Сказав это, она подтолкнула Цин Юньцяня в сторону внутреннего двора.
— Раньше мы уже пытались сопротивляться, только... вышло ещё хуже, — Ян Цзыюй убрал в сторону одежду, которую шил. — Сяо Байбай, завтра утром я зайду к тебе, сниму мерки и сошью новое платье.
Он повернулся и ушел, оставив позади свой мощный, внушительный силуэт.
Фэн Юйбай стоял рядом с Ло Цзиньъяо, глядя, как девушка опустила голову, а её руки, сжатые в кулаки по бокам, слегка дрожали.
Неужели плачет? Скучно.
Он тоже решил вернуться, чтобы заняться медитацией и исцелением.
— Четвертый брат, седьмая сестра, девятый брат! Я знаю, сколько унижений и насмешек нам пришлось пережить за эти годы, знаю, что мы влачили жалкое существование. Но ничего страшного. Я покажу вам пример, я ни за что не отступлю! — Ло Цзиньъяо подняла голову, глядя в спины уходящих, и громко добавила: — Наша гора Лоцин лишилась защитного массива, десятилетиями каждый мог входить и выходить, когда вздумается, но с сегодняшнего дня — без приглашения вход воспрещен!
Покорность судьбе? Жалкое прозябание? Нет, это больше не про неё. Даже если останется последний вздох, она заставит собратьев, своих погибших родителей и старших учеников, да и весь мир увидеть её решимость и боевой дух — возродить секту и не сдаваться!
Трое идущих впереди на мгновение замешкались, но всё же молча продолжили путь.
Передний двор снова опустел, осталась лишь голая, безжизненная старая древесина.
Фэн Юйбай тоже повернулся, направляясь к комнате, которую для него отвела Ло Цзиньъяо. Однако, сделав лишь шаг, он почувствовал, как его схватили за воротник.
— Ученик, ты никуда не пойдешь, — Ло Цзиньъяо потащила его в сторону главных ворот. — Сегодня ночью нам предстоит много дел.
— Мои раны ещё не зажили, — процедил Фэн Юйбай сквозь зубы.
— Внутренние раны залечены пилюлями накопления духовной энергии, внешние — вылечены в пруду восстановления. Кто же знает твоё состояние лучше, чем твой учитель? — Ло Цзиньъяо прищурилась, её тон звучал угрожающе. — У учителя сейчас не самое лучшее настроение, к тому же я верю, что золото и палка — лучшие воспитатели.
Её свободная рука уже сжалась в кулак.
Фэн Юйбай с каменным лицом уставился на Ло Цзиньъяо. В душе он яростно затаил обиду: хорошо, очень хорошо. С тех пор как он начал себя помнить, его ещё никогда так не унижали. Какая-то девчонка на стадии построения фундамента смеет угрожать ему силой? Этот счет он обязательно сведет!
Но раз уж она собирается делать именно то, что он предлагал, он пока подыграет ей. Он уже предвкушал завтрашний день: интересно, сколько горя хлебнет эта девица, когда прославленные мастера праведных сект увидят её выходки!
— Пошли, нужно как следует укрепить телепортационный массив и главные ворота поместья! — Ло Цзиньъяо выглядела серьезной. — Завтра с самого утра наверняка найдутся те, кто не захочет подчиняться, и процентов девяносто из них полезут в драку. Ученик, момент сражения плечом к плечу с учителем настал так быстро. Ты готов получить побои?
Нет, не готов, не хочу, спасибо. Я хочу лишь смотреть, как бьют, унижают и мучают тебя, спасибо.
***
На следующее утро Ло Цзиньъяо, едва поспавшая меньше часа после ночных хлопот, встала ни свет ни заря. За пределами поместья гремели раскаты грома. Судя по звуку и мощным колебаниям духовной энергии, это был не природный гром — кто-то крушил ворота поместья Лоцин с помощью магии.
Ло Цзиньъяо пересекла весь двор, но не встретила ни души. Ян Цзыюй исчез, Цин Юньцяня и Гу Цинхуань тоже и след простыл. Только её младший ученик Фэн Юйбай, ныне известный как Бай Янь, с полным равнодушием смотрел на неё, ворвавшуюся в его комнату.
— Я отдыхаю, — сказал ученик. — Делайте что хотите.
— Ученик, учитель поручает тебе важное дело, — не терпящим возражений тоном сказала Ло Цзиньъяо, достала из кармана маленький пузырек, укусила палец и выдавила в него несколько капель крови. — Возьми это, иди к башне Люли, сними печать и принеси Небесный колокол с верхнего этажа. Быстрее.
Фэн Юйбай приподнял бровь. Эта дурочка действительно не дружит с головой? Он даже не сказал ей своего настоящего имени и происхождения, а она уже доверяет ему достать Небесный колокол — единственную ценность горы Лоцин?
— Как заберешь, иди к телепортационному массиву у ворот поместья, — быстро проговорила Ло Цзиньъяо. — Успех нашего плана зависит от того, как быстро ты принесешь колокол.
Она не заметила мимики своего ученика и, приподняв подол, выбежала вон.
Кто ломится в ворота? Ло Цзиньъяо и не сомневалась, что это Ху Цин и Чжу Минъюэ. А сегодня наверняка подоспели и те, кто искал Фэн Юйбая — у ворот сейчас творится полный хаос. Это её первое появление на людях после потери памяти, и это момент истины для её вчерашних громких слов. Нужно держаться уверенно!
Грохот! Только она добежала до входа, как ворота поместья разлетелись от удара золотого света.
Золотая аура в руках Чжу Минъюэ всё ещё искрилась. Он был в ярости, волосы его были утыканы бамбуковыми листьями, а рисунок луны на золотом халате был разодран когтями. Сразу за ним стоял Ху Цин. Выглядел он не так потрепанно, как Чжу Минъюэ, но лицо его было бледным, что говорило о больших затратах сил, а в глазах застыла такая ненависть, что он, казалось, был готов разорвать Ло Цзиньъяо на куски.
Они пол ночи сражались с золотым зверем, и победа далась им нелегко. А так как зверь долгое время был в заточении, его внутренняя пилюля потускнела, так что даже с учетом шкуры и прочего, добыча не стоила затраченных усилий.
У подножия ступеней стояло человек двадцать-тридцать, а у телепортационного массива то и дело вспыхивали белые огни — прибывали новые люди. Однако внутрь они пока не заходили: вокруг массива были расставлены примитивные ловушки и навалено всякого хлама, а поверх всего этого красовались транспаранты, написанные на старых белых простынях:
«Вход на гору — 10 серебряных с человека. За 20 серебряных — изысканный обед! Поместье Лоцин приветствует вас!»
«Поместье с радостью предоставит полную карту горы Лоцин. Всего за 5 духовных камней вы перестанете плутать и сможете свободно перемещаться!»
«Взлом печатей отнимает время? Хотите первыми найти Фэн Юйбая и убить великого демона? Хозяйка поместья Лоцин лично поможет вам решить проблемы! Всего за один свиток техники или магический артефакт вы пройдете без препятствий!»
Конечно, больше всего их смущало то, что два знаменитых золотых ядра — отшельник из Долины бабочек и мастер горы Минъюэ — явились крушить такой захудалый сектантский притон? Да просто взяли бы то, что приглянулось, и дело с концом. Все ведь знали, что Ло Цзиньъяо, лишившаяся родителей, защитного массива и Небесного колокола — просто трусиха, которая не дает сдачи, не огрызается и лишь улыбается, заискивая перед другими. К чему было устраивать такой переполох? Странно всё это!

Комментарии

Загрузка...