Глава 30

[Имя в документах: Джейсон Меган (Jason Meghan)][Пол: мужской][Возраст: тридцать три года][Краткое наименование должности: пассажир Станции Девяти Миров; активные сектора No 41, 51, 55, 57, 58][Подробные сведения о сотруднике: господин Меган родом из Румынии, владеет английским и французским языками, родной язык – банатский диалект румынского.]Оборотная сторона удостоверения была испещрена мелкими примечаниями.[Многие годы, проведенные в поездках, сделали характер господина Мегана довольно странным. Шесть лет назад он в качестве переводчика сопровождал штурмовой отряд на Гору Красных Звезд (Red Stars Hill), после чего его психическое состояние стало неуклонно ухудшаться.][В конечном итоге он не смог пройти сертификацию на статус «старшего пассажира» (VIP).][Беда не приходит одна: где тонко, там и рвется.][Три года назад служительница господина Мегана по срочному распоряжению была направлена на ликвидацию астральной катастрофы. К несчастью, она бесследно исчезла в подземном мире.][Мы назначили господину Мегану другого служителя, его земляка, в надежде, что это поможет ему поскорее избавиться от ночных кошмаров и внутренних демонов.][По сей день он продолжает разведывательные поездки в знакомых ему секторах, устраняя неисправности в работе Станции.][Здравствуйте, пассажир. Если вы нашли это удостоверение, не беспокойтесь: перед вами опытный, заслуживающий доверия старший коллега. Однако ему требуется личное пространство, чтобы уберечь свое хрупкое и ранимое сердце.]В просторном и светлом номере карантинного отеля на диване сидел господин Меган.Он с нескрываемым отвращением пялился в телевизор.В этом захолустном городке по местному ТВ не ловили даже международные каналы.В огромном отеле, приспособленном под нужды карантина, едва ли нашелся бы хоть один человек, способный понять его английский, густо сдобренный румынским диалектом.Меган чувствовал себя так, словно оказался на необитаемом острове – эдакий Робинзон Крузо, подхвативший тропическую лихорадку.Редкие медицинские работники в защитных костюмах, приходившие брать мазок из горла для ПЦР-теста, были для него кем-то вроде «Пятниц».Сжимая в руке удостоверение пассажира, он воспользовался зажигалкой, стянутой из курилки. Под шумный и бодрый звук телепередачи он поднес огонек к пластику.Сидя перед кофейным столиком в своем номере, он совершал этот священный ритуал, принося клятвы и бормоча на родном языке невнятные фразы.— Я стану охотником, я не желаю мириться с этим, — шептал он. — ...Не желаю всю жизнь быть серой посредственностью.— Целых тринадцать лет! Мои товарищи, с которыми я начинал, ушли в гораздо более глубокие и далекие сектора. На ежегодных встречах старых друзей я чувствую себя последним клоуном.— Служительницы, что делила со мной все тяготы, больше нет рядом.— Мне не стать ни «старшим пассажиром», ни вооруженным сотрудником. Скучная бумажная работа не удержит такого волка, как я! Я не позволю себе остаться никем.— Статус охотника станет новой страницей в поэме жизни Джейсона Мегана.Он поднялся, глядя на полыхающее в руках удостоверение. Это было его прошлое, которое должно было сгореть дотла в этом очищающем огне.— Меган, ты переродился! Меган, ты переродился!Он вскинул голову, и в его глазах отразилось яростное пламя.— Найди первую жертву, схвати её! Вцепись ему в глотку, забери дневник и Панацею – и тогда ты по-настоящему оживешь!Языки пламени лизали полимерную карточку, источая едкий, удушливый дым.Господин Меган вдыхал этот тошнотворный запах гари, и ему чудилось, будто это запах крови новорожденного в родильном зале.Его взгляд светился фанатичным восторгом...... Который тут же погас.Дым активировал пожарную сигнализацию, и на его пылающий энтузиазм обрушился холодный душ.Струи воды брызнули из потолочных распылителей, сработала автоматика отключения электричества. Свет в комнате погас, телевизор мгновенно замолк – система безопасности предотвращала короткое замыкание.Лишь полуденный солнечный свет, пробивавшийся сквозь окно, пятнал ковровое покрытие.Господин Меган провел рукой по мокрому лицу и взъерошил волосы. В его покрасневших глазах вспыхнула слепая ярость.— Сука!— Проклятье! Черт, черт, черт! Твою мать!— Да что же мне так не везет, мать вашу!Он ткнул пальцем в стоявший на столе обед...— Тушеная морковь с рисом – то, что он ненавидел больше всего на свете.— Терпеть не могу эту жратву!Затем он схватил бутылку с полки мини-бара.— «Восточный лист»? Чудесный китайский чай?! Ненавижу это пойло!За дверью завыла сирена пожарной тревоги.И без того натянутые нервы господина Мегана окончательно сдали.— Ненавижу этот город! Как же я его ненавижу!Он в истерике принялся рвать на себе одежду, словно зверь, запертый в клетке.— Сюэмин! Будь ты проклят! Какого черта я приперся в эту дыру, чтобы поймать тебя?! Здесь даже пушку не купить!Как и говорил господин Меган, он превратился в волка, готового перегрызть глотку любому.Охранник и переводчица за дверью общими усилиями выбили замок.Всего за несколько секунд.Меган успел вытереть лицо, взял свои эмоции под контроль и, сжимая в руке «Восточный лист», уселся на диван.Он отвинтил крышку, делая вид, что смакует смесь воды из противопожарной системы и «чудесного китайского чая». На его лице застыла вежливая улыбка, хотя голос заметно дрожал – то ли от напряжения, то ли от возбуждения, то ли от страха перед охраной.На английском он вежливо поприветствовал вошедших:— Прошу прощения... Я всего лишь хотел закурить и случайно устроил этот беспорядок. Я всё оплачу.Охранник отправился разбираться с сигнализацией.Девушка-переводчица в защитной маске бегло ответила ему на английском:— Господин Меган, вы всё еще на карантине, курить запрещено. Это отель для медицинского персонала, пожалуйста, соблюдайте правила.Меган тут же спросил:— Могу я позвонить в консульство?— Ближайшее консульство в столице провинции, это больше двухсот километров отсюда, — отрезала девушка. — Если вам нужна помощь, дождитесь окончания изоляции.Меган не унимался:— А можно мне приготовить другую еду?— Вам уже трижды меняли меню, и вам всё не нравится. В нашем маленьком городке только такие продукты, здесь правда не готовят блюда вашей родины.— Тогда не могли бы вы... выпустить меня? У меня есть деньги, очень много денег. Если поможете, я подкуплю вашего начальника и переведу вам долю. Три миллиона хватит? Пять миллионов?— Я эти сказки уже в сводках о телефонном мошенничестве слышала, так что забудьте, — фыркнула переводчица. — Профилактика эпидемии – дело государственной важности. Советую вам скачать приложение и почитать советы по борьбе с мошенниками, прежде чем предлагать такое.— Я правда не собираюсь бежать! — затараторил Меган. — Просто помогите мне один раз, я выйду подышать воздухом и вернусь через три дня. Нет! Через два! Да мне и пары часов хватит...— Без вариантов. — Переводчица закатила глаза под маской. — Вы сегодня уже шесть раз пытались в окно вылезти. Ребята из охраны вас как мягкую игрушку из автомата вылавливали – едва приземлялись, тут же тащили обратно. Тот бородач – хитрый жук, неужели вы думали, что я поверю в вашу чушь? Вас специально на двадцать седьмой этаж перевели и окна заперли, так что даже не думайте прыгать. У нас тут карантинный отель, а не крематорий.— Тогда не могли бы вы прислать мне... — Меган решил торговаться до последнего и выбрал запасной вариант: — ...Прислать мне какие-нибудь фильмы на видео?Он жалко указал на телевизор.— Или подписку оплатите... многие фильмы у вас заблокированы.— Ладно, — буркнула девушка.Когда охрана уладила вопрос с сигнализацией, в номер вошла уборщица.Она быстро навела порядок, несколько раз смерив бородатого иностранца взглядом, полным презрения, и поспешила уйти, словно опасаясь заразиться от него чумой.Когда люди ушли, хищный, волчий блеск в глазах Мегана так и не вернулся.На диван накинули чистый чехол. Меган стянул мокрую одежду, рухнул на подушки и какое-то время тихонько всхлипывал, превратившись в жалкого, скулящего щенка.Наконец он выпрямился, взял пульт и принялся подбадривать себя:— Меган... соберись! Соберись, Меган!Он включил телевизор и выбрал сериал «Побег», чтобы вернуть нужный настрой.— Да, я должен, как этот главный герой, выбраться отсюда.Он посмотрел на глубокую миску с новой порцией еды и пробормотал:— Кто-то когда-то выбрался из самой страшной тюрьмы мира с помощью одной лишь ложки. Я тоже смогу. Я крутой парень! У меня железная воля...К сожалению, к обеду прилагались только палочки, ложки не было.Господин Меган решил сменить программу.Он выбрал марафон: «Форрест Гамп», «В погоне за счастьем», «Хатико», а на десерт – все части «Гарри Поттера».Когда на экране появилось лицо Тома Хэнкса и зазвучала «Forrest Gump Suite», он смутно вспомнил времена, когда Джейсон Меган еще не был тертым пассажиром и прятался в гараже со своей служительницей, чтобы посмотреть кино.Меган заранее приготовил гору салфеток. Он громко сморкался и утирал слезы. Снова взяв нелюбимую еду, он попытался научиться управляться палочками.Он чувствовал себя таким же неуклюжим, как тот ребенок на экране, как сам Гамп.Он ел, смотрел, плакал и думал.О том, какими суровыми и грозными были эти «охотники на броненосцев». Ветераны-охотники могли не только справляться с тяготами, которые подбрасывала жизнь, но и с легкостью перешагивать через них ради своей добычи.Быть плохим парнем – трудно. Стать суперзвездой в криминальном мире – еще труднее. А охотиться на пассажира без оружия, без союзников, не зная языка и местных обычаев, да еще и с «красным кодом» в приложении здоровья – задача почти невыполнимая.Когда Форрест Гамп на экране побежал, господин Меган, с рисинками на губах и жирными пятнами в бороде, издал полный ярости и досады вопль:— Беги, Гамп! Беги!Он кричал, размахивая палочками и сжимая миску, словно обрел новый смысл жизни.Он взглянул на свое отражение в ростовом зеркале – дикарь Робинзон в одних боксерах. И прорычал жизни прямо в лицо:— Беги, Форрест Гамп! Беги!Глядя, как на экране рушатся оковы и герой мчится всё быстрее, он... в ту же секунду...Джейсон Меган скосил глаза на окно.Двадцать семь этажей уже не казались ему непреодолимым препятствием.Он подошел к окну в одних трусах и принялся внимательно изучать стальные защелки и шестигранные болты на раме.Для него они были словно скобы на ногах Гампа – казалось, стоит Мегану сделать шаг, и они разлетятся в щепки.Вдалеке его звал терминал аэропорта.Он слышал рокот двигателей рулящих самолетов, похожий на крики чаек.Он чувствовал это – как жизнь вливается в топливные баки лайнеров по трубам насосов. Эта неописуемая мощь в сочетании с музыкой из фильма довела его до экстаза.Но едва он собрался перейти к делу – взломать замок, спуститься по стене и побежать навстречу новой жизни, – как на площади перед терминалом затормозил автобус, и из него высыпало десятка полтора пассажиров.Годы приключений в подземном мире наделили господина Мегана необычайным духовным чутьем.В то мгновение поры на его теле сузились, глаза остекленели, и он замер, словно пораженный молнией.Дыхание перехватило, кровь в жилах замедлилась, мышцы и суставы сковала невидимая ржавчина.Подстегнутое чутьем сердце забилось в судорогах, шею словно сжали две огромные ладони, и лицо Мегана стало смертельно бледным.Он тут же присел, прижавшись спиной к стене и вцепившись ладонями в обои, будто боясь, что его заметят. В его глазах застыл первобытный ужас.Нервы были натянуты до предела, а солнечный свет, падающий из окна над головой, казался нестерпимо ярким.Он не мог заставить себя взглянуть на того человека – на того знакомого парня, чье фото он изучал бесчисленное количество раз за последние дни.Того холодного, мрачного мужчину. Того худощавого, невысокого мужчину.Того, кто только что вернулся из своей первой поездки и кто, по мнению господина Мегана, должен был быть беззащитной добычей, подобной новорожденному младенцу.На этого Цзян Сюэмина.На площади у терминала.Брат Ци заранее заказала билеты.Сюэмин вел сестру за руку, обсуждая планы на будущее.— Тебе осталось меньше года до выпуска. Куда хочешь поступать?Байлу задумчиво ответила:— Хочу в академию художеств! В Китайскую или в Центральную, ну или в Цинхуа. У меня отличные баллы по общеобразовательным предметам. Брат, с твоей помощью у меня точно всё получится!Сюэмин с озадаченным видом повернул голову, глядя на комплекс зданий к востоку от аэропорта.Только что он почувствовал это – странный всплеск духовного чутья, будто кто-то пристально следит за ним. Ощущение возникло на миг и тут же исчезло.Впрочем, в его жизни такое случалось нередко.Вчера ночью брат Ци тоже внезапно «залагала» и тайком подкралась к его кровати – чувство было похожее.Он не придал этому значения. Услышав о хороших успехах сестры в учебе, он искренне обрадовался.— Буду ждать хороших новостей. В какой университет поступишь, в тот город мы и переедем. Буду жить рядом и заботиться о тебе.Меган ждал. Ждал, пока тело снова подчинится его воле.Минуты через полторы галлюцинация страха, порожденная его собственным мозгом, отступила.Как старый пассажир, он во многом полагался на это запредельное чутье, помогавшее ему избегать опасностей в подземном мире.Обливаясь холодным потом, он всё же сохранял упрямую гордость, прикидывая варианты.Он не позволит Сюэмину стать его внутренним демоном, преградой на пути новой звезды криминального мира.Он быстро убедил себя: план по похищению Сюэмина нужно отложить недельки на две. И вовсе не из страха – просто ему еще четырнадцать дней на карантине сидеть.Затем он снова уселся перед диваном.Кино продолжалось.Жизнь продолжалась.

[Имя в документах: Джейсон Меган (Jason Meghan)]

[Пол: мужской]

[Возраст: тридцать три года]

[Краткое наименование должности: пассажир Станции Девяти Миров; активные сектора No 41, 51, 55, 57, 58]

[Подробные сведения о сотруднике: господин Меган родом из Румынии, владеет английским и французским языками, родной язык – банатский диалект румынского.]

Оборотная сторона удостоверения была испещрена мелкими примечаниями.

[Многие годы, проведенные в поездках, сделали характер господина Мегана довольно странным. Шесть лет назад он в качестве переводчика сопровождал штурмовой отряд на Гору Красных Звезд (Red Stars Hill), после чего его психическое состояние стало неуклонно ухудшаться.]

[В конечном итоге он не смог пройти сертификацию на статус «старшего пассажира» (VIP).]

[Беда не приходит одна: где тонко, там и рвется.]

[Три года назад служительница господина Мегана по срочному распоряжению была направлена на ликвидацию астральной катастрофы. К несчастью, она бесследно исчезла в подземном мире.]

[Мы назначили господину Мегану другого служителя, его земляка, в надежде, что это поможет ему поскорее избавиться от ночных кошмаров и внутренних демонов.]

[По сей день он продолжает разведывательные поездки в знакомых ему секторах, устраняя неисправности в работе Станции.]

[Здравствуйте, пассажир. Если вы нашли это удостоверение, не беспокойтесь: перед вами опытный, заслуживающий доверия старший коллега. Однако ему требуется личное пространство, чтобы уберечь свое хрупкое и ранимое сердце.]

В просторном и светлом номере карантинного отеля на диване сидел господин Меган.

Он с нескрываемым отвращением пялился в телевизор.

В этом захолустном городке по местному ТВ не ловили даже международные каналы.

В огромном отеле, приспособленном под нужды карантина, едва ли нашелся бы хоть один человек, способный понять его английский, густо сдобренный румынским диалектом.

Меган чувствовал себя так, словно оказался на необитаемом острове – эдакий Робинзон Крузо, подхвативший тропическую лихорадку.

Редкие медицинские работники в защитных костюмах, приходившие брать мазок из горла для ПЦР-теста, были для него кем-то вроде «Пятниц».

Сжимая в руке удостоверение пассажира, он воспользовался зажигалкой, стянутой из курилки. Под шумный и бодрый звук телепередачи он поднес огонек к пластику.

Сидя перед кофейным столиком в своем номере, он совершал этот священный ритуал, принося клятвы и бормоча на родном языке невнятные фразы.

— Я стану охотником, я не желаю мириться с этим, — шептал он. — ...Не желаю всю жизнь быть серой посредственностью.

— Целых тринадцать лет! Мои товарищи, с которыми я начинал, ушли в гораздо более глубокие и далекие сектора. На ежегодных встречах старых друзей я чувствую себя последним клоуном.

— Служительницы, что делила со мной все тяготы, больше нет рядом.

— Мне не стать ни «старшим пассажиром», ни вооруженным сотрудником. Скучная бумажная работа не удержит такого волка, как я! Я не позволю себе остаться никем.

— Статус охотника станет новой страницей в поэме жизни Джейсона Мегана.

Он поднялся, глядя на полыхающее в руках удостоверение. Это было его прошлое, которое должно было сгореть дотла в этом очищающем огне.

— Меган, ты переродился! Меган, ты переродился!

Он вскинул голову, и в его глазах отразилось яростное пламя.

— Найди первую жертву, схвати её! Вцепись ему в глотку, забери дневник и Панацею – и тогда ты по-настоящему оживешь!

Языки пламени лизали полимерную карточку, источая едкий, удушливый дым.

Господин Меган вдыхал этот тошнотворный запах гари, и ему чудилось, будто это запах крови новорожденного в родильном зале.

Его взгляд светился фанатичным восторгом...

... Который тут же погас.

Дым активировал пожарную сигнализацию, и на его пылающий энтузиазм обрушился холодный душ.

Струи воды брызнули из потолочных распылителей, сработала автоматика отключения электричества. Свет в комнате погас, телевизор мгновенно замолк – система безопасности предотвращала короткое замыкание.

Лишь полуденный солнечный свет, пробивавшийся сквозь окно, пятнал ковровое покрытие.

Господин Меган провел рукой по мокрому лицу и взъерошил волосы. В его покрасневших глазах вспыхнула слепая ярость.

— Сука!

— Проклятье! Черт, черт, черт! Твою мать!

— Да что же мне так не везет, мать вашу!

Он ткнул пальцем в стоявший на столе обед...

— Тушеная морковь с рисом – то, что он ненавидел больше всего на свете.

— Терпеть не могу эту жратву!

Затем он схватил бутылку с полки мини-бара.

— «Восточный лист»? Чудесный китайский чай?! Ненавижу это пойло!

За дверью завыла сирена пожарной тревоги.

И без того натянутые нервы господина Мегана окончательно сдали.

— Ненавижу этот город! Как же я его ненавижу!

Он в истерике принялся рвать на себе одежду, словно зверь, запертый в клетке.

— Сюэмин! Будь ты проклят! Какого черта я приперся в эту дыру, чтобы поймать тебя?! Здесь даже пушку не купить!

Как и говорил господин Меган, он превратился в волка, готового перегрызть глотку любому.

Охранник и переводчица за дверью общими усилиями выбили замок.

Всего за несколько секунд.

Меган успел вытереть лицо, взял свои эмоции под контроль и, сжимая в руке «Восточный лист», уселся на диван.

Он отвинтил крышку, делая вид, что смакует смесь воды из противопожарной системы и «чудесного китайского чая». На его лице застыла вежливая улыбка, хотя голос заметно дрожал – то ли от напряжения, то ли от возбуждения, то ли от страха перед охраной.

На английском он вежливо поприветствовал вошедших:

— Прошу прощения... Я всего лишь хотел закурить и случайно устроил этот беспорядок. Я всё оплачу.

Охранник отправился разбираться с сигнализацией.

Девушка-переводчица в защитной маске бегло ответила ему на английском:

— Господин Меган, вы всё еще на карантине, курить запрещено. Это отель для медицинского персонала, пожалуйста, соблюдайте правила.

Меган тут же спросил:

— Могу я позвонить в консульство?

— Ближайшее консульство в столице провинции, это больше двухсот километров отсюда, — отрезала девушка. — Если вам нужна помощь, дождитесь окончания изоляции.

Меган не унимался:

— А можно мне приготовить другую еду?

— Вам уже трижды меняли меню, и вам всё не нравится. В нашем маленьком городке только такие продукты, здесь правда не готовят блюда вашей родины.

— Тогда не могли бы вы... выпустить меня? У меня есть деньги, очень много денег. Если поможете, я подкуплю вашего начальника и переведу вам долю. Три миллиона хватит? Пять миллионов?

— Я эти сказки уже в сводках о телефонном мошенничестве слышала, так что забудьте, — фыркнула переводчица. — Профилактика эпидемии – дело государственной важности. Советую вам скачать приложение и почитать советы по борьбе с мошенниками, прежде чем предлагать такое.

— Я правда не собираюсь бежать! — затараторил Меган. — Просто помогите мне один раз, я выйду подышать воздухом и вернусь через три дня. Нет! Через два! Да мне и пары часов хватит...

— Без вариантов. — Переводчица закатила глаза под маской. — Вы сегодня уже шесть раз пытались в окно вылезти. Ребята из охраны вас как мягкую игрушку из автомата вылавливали – едва приземлялись, тут же тащили обратно. Тот бородач – хитрый жук, неужели вы думали, что я поверю в вашу чушь? Вас специально на двадцать седьмой этаж перевели и окна заперли, так что даже не думайте прыгать. У нас тут карантинный отель, а не крематорий.

— Тогда не могли бы вы прислать мне... — Меган решил торговаться до последнего и выбрал запасной вариант: — ...Прислать мне какие-нибудь фильмы на видео?

Он жалко указал на телевизор.

— Или подписку оплатите... многие фильмы у вас заблокированы.

— Ладно, — буркнула девушка.

Когда охрана уладила вопрос с сигнализацией, в номер вошла уборщица.

Она быстро навела порядок, несколько раз смерив бородатого иностранца взглядом, полным презрения, и поспешила уйти, словно опасаясь заразиться от него чумой.

Когда люди ушли, хищный, волчий блеск в глазах Мегана так и не вернулся.

На диван накинули чистый чехол. Меган стянул мокрую одежду, рухнул на подушки и какое-то время тихонько всхлипывал, превратившись в жалкого, скулящего щенка.

Наконец он выпрямился, взял пульт и принялся подбадривать себя:

— Меган... соберись! Соберись, Меган!

Он включил телевизор и выбрал сериал «Побег», чтобы вернуть нужный настрой.

— Да, я должен, как этот главный герой, выбраться отсюда.

Он посмотрел на глубокую миску с новой порцией еды и пробормотал:

— Кто-то когда-то выбрался из самой страшной тюрьмы мира с помощью одной лишь ложки. Я тоже смогу. Я крутой парень! У меня железная воля...

К сожалению, к обеду прилагались только палочки, ложки не было.

Господин Меган решил сменить программу.

Он выбрал марафон: «Форрест Гамп», «В погоне за счастьем», «Хатико», а на десерт – все части «Гарри Поттера».

Когда на экране появилось лицо Тома Хэнкса и зазвучала «Forrest Gump Suite», он смутно вспомнил времена, когда Джейсон Меган еще не был тертым пассажиром и прятался в гараже со своей служительницей, чтобы посмотреть кино.

Меган заранее приготовил гору салфеток. Он громко сморкался и утирал слезы. Снова взяв нелюбимую еду, он попытался научиться управляться палочками.

Он чувствовал себя таким же неуклюжим, как тот ребенок на экране, как сам Гамп.

Он ел, смотрел, плакал и думал.

О том, какими суровыми и грозными были эти «охотники на броненосцев». Ветераны-охотники могли не только справляться с тяготами, которые подбрасывала жизнь, но и с легкостью перешагивать через них ради своей добычи.

Быть плохим парнем – трудно. Стать суперзвездой в криминальном мире – еще труднее. А охотиться на пассажира без оружия, без союзников, не зная языка и местных обычаев, да еще и с «красным кодом» в приложении здоровья – задача почти невыполнимая.

Когда Форрест Гамп на экране побежал, господин Меган, с рисинками на губах и жирными пятнами в бороде, издал полный ярости и досады вопль:

— Беги, Гамп! Беги!

Он кричал, размахивая палочками и сжимая миску, словно обрел новый смысл жизни.

Он взглянул на свое отражение в ростовом зеркале – дикарь Робинзон в одних боксерах. И прорычал жизни прямо в лицо:

— Беги, Форрест Гамп! Беги!

Глядя, как на экране рушатся оковы и герой мчится всё быстрее, он... в ту же секунду...

Джейсон Меган скосил глаза на окно.

Двадцать семь этажей уже не казались ему непреодолимым препятствием.

Он подошел к окну в одних трусах и принялся внимательно изучать стальные защелки и шестигранные болты на раме.

Для него они были словно скобы на ногах Гампа – казалось, стоит Мегану сделать шаг, и они разлетятся в щепки.

Вдалеке его звал терминал аэропорта.

Он слышал рокот двигателей рулящих самолетов, похожий на крики чаек.

Он чувствовал это – как жизнь вливается в топливные баки лайнеров по трубам насосов. Эта неописуемая мощь в сочетании с музыкой из фильма довела его до экстаза.

Но едва он собрался перейти к делу – взломать замок, спуститься по стене и побежать навстречу новой жизни, – как на площади перед терминалом затормозил автобус, и из него высыпало десятка полтора пассажиров.

Годы приключений в подземном мире наделили господина Мегана необычайным духовным чутьем.

В то мгновение поры на его теле сузились, глаза остекленели, и он замер, словно пораженный молнией.

Дыхание перехватило, кровь в жилах замедлилась, мышцы и суставы сковала невидимая ржавчина.

Подстегнутое чутьем сердце забилось в судорогах, шею словно сжали две огромные ладони, и лицо Мегана стало смертельно бледным.

Он тут же присел, прижавшись спиной к стене и вцепившись ладонями в обои, будто боясь, что его заметят. В его глазах застыл первобытный ужас.

Нервы были натянуты до предела, а солнечный свет, падающий из окна над головой, казался нестерпимо ярким.

Он не мог заставить себя взглянуть на того человека – на того знакомого парня, чье фото он изучал бесчисленное количество раз за последние дни.

Того холодного, мрачного мужчину. Того худощавого, невысокого мужчину.

Того, кто только что вернулся из своей первой поездки и кто, по мнению господина Мегана, должен был быть беззащитной добычей, подобной новорожденному младенцу.

На этого Цзян Сюэмина.

На площади у терминала.

Брат Ци заранее заказала билеты.

Сюэмин вел сестру за руку, обсуждая планы на будущее.

— Тебе осталось меньше года до выпуска. Куда хочешь поступать?

Байлу задумчиво ответила:

— Хочу в академию художеств! В Китайскую или в Центральную, ну или в Цинхуа. У меня отличные баллы по общеобразовательным предметам. Брат, с твоей помощью у меня точно всё получится!

Сюэмин с озадаченным видом повернул голову, глядя на комплекс зданий к востоку от аэропорта.

Только что он почувствовал это – странный всплеск духовного чутья, будто кто-то пристально следит за ним. Ощущение возникло на миг и тут же исчезло.

Впрочем, в его жизни такое случалось нередко.

Вчера ночью брат Ци тоже внезапно «залагала» и тайком подкралась к его кровати – чувство было похожее.

Он не придал этому значения. Услышав о хороших успехах сестры в учебе, он искренне обрадовался.

— Буду ждать хороших новостей. В какой университет поступишь, в тот город мы и переедем. Буду жить рядом и заботиться о тебе.

Меган ждал. Ждал, пока тело снова подчинится его воле.

Минуты через полторы галлюцинация страха, порожденная его собственным мозгом, отступила.

Как старый пассажир, он во многом полагался на это запредельное чутье, помогавшее ему избегать опасностей в подземном мире.

Обливаясь холодным потом, он всё же сохранял упрямую гордость, прикидывая варианты.

Он не позволит Сюэмину стать его внутренним демоном, преградой на пути новой звезды криминального мира.

Он быстро убедил себя: план по похищению Сюэмина нужно отложить недельки на две. И вовсе не из страха – просто ему еще четырнадцать дней на карантине сидеть.

Затем он снова уселся перед диваном.

Кино продолжалось.

Жизнь продолжалась.