Ленивый гадатель и падение Ордена — Глава 38 читать онлайн

Линь Синцы вернулась в усадьбу только под утро, когда небо на востоке уже подернулось бледной предрассветной синевой.

Линь Аньфэн, чьи годы уже давали о себе знать, так и не дождался дочери и ушел отдыхать. В главном зале ее встречала лишь Линь Тянь — верная управительница усадьбы.

Завидев тонкий силуэт девушки, Линь Тянь облегченно вздохнула. Пусть даже рядом с барышней неотлучно находился такой выдающийся мастер, как Шан Сюньхуань, в последнее время в Цинханчэне творилось неладное. Город наводнил самый сомнительный сброд, и каждый ночной уход Линь Синцы заставлял управительницу изнывать от тревоги.

После безвременной кончины прежней госпожи Линь Тянь растила девочку как собственную дочь. И пускай сама она оставалась лишь прислугой, всякий раз, глядя на Линь Синцы, женщина невольно возвращалась мыслями в те далекие годы, когда они с покойной госпожой были молоды. Той давно уже не было в живых, и юная барышня оставалась для Линь Тянь едва ли не единственным утешением в этой жизни.

Линь Синцы сняла вуаль и ласково улыбнулась женщине.

— Тётушка Тянь, я вернулась!

Линь Тянь с нежностью погладила девушку по голове, хотя в ее голосе прозвучало легкое укоряющее недовольство:

— Чтобы это было в последний раз. Пропасть на всю ночь — где это видано? Что за непотребство для благородной барышни?

— Да я же с самого детства из Цинханчэна никуда не уезжала, тут мне каждый закоулок знаком, — беззаботно отмахнулась Линь Синцы. — К тому же со мной был дядюшка Шан. Что со мной может случиться?

Линь Тянь слегка нахмурилась и покачала головой:

— И все же сейчас лучше поостеречься. До меня доходят тревожные слухи. В Цинханчэн сейчас стекается всякий сброд со всего света. Твое положение обязывает быть осторожной.

Линь Синцы капризно надула губы:

— Неужели в городе найдется кто-то, кто сможет одолеть дядюшку Шана?

Прежде чем управительница успела ответить, шедший следом Шан Сюньхуань недовольно проворчал:

— Ну уж нет, девочка, даже не начинай. Если бы тот парень вчера не побрезговал крайними мерами, тебя бы сейчас тут точно не было.

Линь Синцы отчаянно замигала, подавая Шан Сюньхуаню знаки замолчать. Но ее почтенный телохранитель — то ли действительно проглядел ее знаки, то ли сделал это умышленно — преспокойно выложил все до конца.

Линь Тянь мгновенно переменилась в лице. Она строго уставилась на воспитанницу:

— Вчера тебе грозила опасность?

— Вовсе нет, — поспешила заверить ее Линь Синцы, ухватив женщину за руку. Помедлив мгновение, она нехотя добавила: — Тот человек... кажется, он мой родственник. Какой-то старший в роду.

Услышав это, Линь Тянь не только не успокоилась, но нахмурилась еще сильнее:

— Старший в роду?

Линь Аньфэн был примаком — вошел в семью Линь в качестве зятя, сменив фамилию. Родом он происходил из захудалого клана Тань, что обитал на континенте Цанлань, однако все связи с ними оборвались еще много лет назад. Перед тем как выдать за него Линь Хунъюань, старый господин Линь специально посылал Линь Тянь на Цанлань разузнать о его прошлом. Выяснилось, что всё семейство Тань из шести душ — обычные простолюдины, торговавшие лепешками у Трех озер. Линь Тянь тогда лично привезла им сотню золотых ланей, и за прошедшие полтора десятка лет эта родня давно затерялась на задворках мира, окончательно канув в безвестность.

Что же касается самого рода Линь, то они пустили корни в Цинханчэне много поколений назад, но ветвь давно уже держалась на единственных наследниках. Не будь это так, семейное дело никогда не перешло бы к безродному чужаку Линь Аньфэну.

Откуда у Линь Синцы при такой родословной мог взяться неведомый доселе покровитель из старшего поколения?

Линь Тянь перевела взгляд с лица девушки на стоящего позади телохранителя:

— Рассказывай, что произошло.

Шан Сюньхуань пожал плечами:

— Глубокой ночью, в третьем часу, у южной стены. Какой-то пришелец в маске прорывался через городские ворота. Силен невероятно. Я не сумел уберечь девчонку, он взял ее в заложницы. Впрочем, вреда не причинил и вскоре ушел восвояси.

Строго говоря, Шан Сюньхуань был лишь наемником на службе у семьи Линь. Он искренне привязался к юной Синцы, однако его положение обязывало к честности перед нанимателями, а потому покрывать девчонку он не собирался. Что посчитал нужным, то и выложил без утайки.

Линь Тянь посмотрела на него, и взгляд ее сделался ледяным:

— Господин позволял барышне покидать усадьбу лишь потому, что полагался на твою защиту. А ты допустил, чтобы она оказалась на волосок от гибели. Я непременно доложу об этом главе семейства.

— Валяй, докладывай, — усмехнулся Шан Сюньхуань. — Мне эта служба цепного пса и без того до чертиков надоела. Давно пора сматывать удочки.

— Ну хватит вам, — уныло вздохнула Линь Синцы. — Со мной же все в порядке. Тётушка, прошу, не говори ничего отцу, а то он опять примется читать нотации.

— Барышня, вы уже взрослая девица, а ведете себя...

Не дав управительнице договорить, Линь Синцы схватила ее за руку и потащила вглубь дома:

— Тётушка Тянь, идем скорее, мне нужно спросить тебя кое о чем с глазу на глаз.

Они миновали главный зал. Линь Синцы не решилась идти к спальням — по пути пришлось бы проходить мимо комнат отца, и тот мог проснуться. Вместо этого она увлекла Линь Тянь в боковой флигель, жестом приказала слугам удалиться и лишь тогда усадила женщину рядом, крепко сжав ее ладони.

Линь Тянь растерянно посмотрела на нее:

— Что на тебя нашло, дитя?

— Тётушка Тянь, скажи мне правду, — Линь Синцы заглянула ей в глаза, силясь восстановить в памяти образ ночного незнакомца. — У моей матушки в молодости... не было соперницы? Или, точнее, соперника?

— Соперника? — опешила Линь Тянь и удивленно моргнула. — Твой отец в молодые годы не блистал ни красотой, ни знатностью. Старый господин приблизил его исключительно за цепкий купеческий ум и деловую хватку. Не припомню, чтобы хоть одна благородная девица заглядывалась на него.

— Да при чем тут девицы! — с досадой отмахнулась Линь Синцы. — Я спрашиваю про мужчину. Был ли у моей матери соперник-мужчина?

Линь Тянь долго молчала, пристально разглядывая девушку.

— Может, мне все-таки позвать господина Цао? Пусть осмотрит тебя, не повредилась ли ты умом от испуга.

— Я совершенно здорова!

Линь Синцы раздосадованно вздохнула:

— Тот человек в маске, что удерживал меня вчера... Он сказал, что близко знал мою матушку. Ему было известно даже о ее слабом сердце. Когда я спросила, не был ли он маминым другом, он ответил... что они были соперниками.

Чем дольше Линь Тянь слушала, тем нелепее ей казались эти речи:

— Чушь какая-то. Твой отец всегда отличался строгим нравом, женщин сторонился, что уж говорить о муж... муж...

Экономка, с малых лет преданно служившая Линь Хунъюань, вдруг осеклась на полуслове. Ее лицо медленно вытянулось от крайнего изумления, а в глазах отразился подлинный шок:

— Неужели это...

— Кто? Ну же, кто это? — Линь Синцы подалась вперед, ловя каждое ее слово. Для нее, золотой канарейки, шестнадцать лет томившейся в роскошной клетке усадьбы, подобная тайна была величайшим приключением в жизни.

Линь Тянь впервые в жизни проигнорировала нетерпение барышни. Застыв на месте, она потрясенно шептала себе под нос:

— Быть того не может... Ведь он ушел на север, в область Сюэмин, и бесследно сгинул там девять лет назад...

Линь Синцы нетерпеливо затеребила ее за рукав, капризно канюча:

— Ну тётушка Тянь, скажи мне, о ком ты подумала? Кто он такой?

— Спасение... — Линь Тянь резко встрепенулась. Взглянув на воспитанницу, она расплылась в счастливой улыбке, в которой теплилась безумная надежда. — Если этот человек действительно вернулся и согласится помочь, то твоя судьба, дитя... ты сможешь спастись!

Линь Синцы замерла, ошеломленная услышанным:

— Моя... судьба?

Судьба... Ей ли не знать, что участь старшей барышни семьи Линь и единственной дочери Линь Аньфэна никогда ей не принадлежала. Вся ее жизнь была расписана наперед чужой волей. Ее отчаянная попытка сблизиться с Чжун Каном была лишь жалкой попыткой выторговать себе хоть каплю свободы, пускай сама она прекрасно понимала, насколько ничтожны были шансы на успех.

Чжун Кан не смел прикоснуться к ней, страшился даже оставаться с ней наедине в одной комнате. Старший сын главы области прекрасно понимал истинные намерения Линь Синцы. Он знал, что барышня не питает к нему никаких чувств, а лишь пытается использовать его в качестве живого щита против собственного отца.

Признаться, сама Линь Синцы уже давно смирилась и опустила руки. В Цинханчэне не было человека могущественнее Линь Аньфэна — пред ним пасовал даже сам глава области Чжун Вэнь. И если уж столь грозный человек вознамерился полностью подчинить себе ее жизнь, то имело ли значение, будет она бороться или безропотно примет свою долю?

Но теперь... Тётушка Тянь, чье лицо сияло от невесть откуда взявшейся радости, утверждала обратное. Неужели ее судьбу действительно можно изменить?

— Твой отец ни в коем случае не должен узнать об этом, — Линь Тянь глубоко вздохнула, собираясь с духом, словно принимая самое важное решение в жизни. — Сама ни о чем не беспокойся и веди себя как обычно. Я сама разыщу его.

Линь Тянь прикрыла глаза, отдаваясь во власть нахлынувших воспоминаний. Тот памятный год, когда они встретились... Юная госпожа в шелках с развевающимися темными локонами и он — оборванец в домотканой рубахе, с простым железным мечом на поясе. Случайное столкновение на дороге, мимолетный взгляд — так завязалось их знакомство. С тех пор минуло много лет, и Линь Хунъюань часто с горькой усмешкой вздыхала, вспоминая прошлое. Она сокрушалась, что тот человек был готов утопить Цинханчэн в крови ради нее, в одиночку прорубить путь сквозь целую армию, тогда как она сама не нашла в себе смелости перечить воле отца. Стоило ли удивляться, что всю свою жизнь госпожа без памяти любила этого простого, неотесанного чужака из глуши Тайвэй?

— Если вчера это действительно был он, он ни за что не оставит тебя в беде, — прошептала Линь Тянь.

Она медленно перевела дыхание и добавила с твердой уверенностью:

— Людей, способных заставить твоего отца склонить голову, в поднебесной единицы. И он — один из них.

Комментарии