— … Нет, серьёзно. Как вы приручили насекомое, которое в одиночку способно перебить сотни шершней?
На искренний вопрос ученика Ихан ответил лёгким пожатием плеч.
— Да никак. При первой встрече немного поговорили, во второй раз я подарил им зелье. Потом они сами начали приходить, а вскоре вообще построили гнездо в лесу рядом с моим домом.
— То есть вы вот так просто заполучили чемпиона мира среди пчёл?..
— Никого я не заполучал. Мы просто подружились.
— … А не наняли слуг?
— …
Бз-з-з.
Его новые умные друзья-пчёлы как раз принесли к месту, где он сидел, стакан воды.
Две пчелы без труда несли сосуд в десятки раз тяжелее собственного тела.
Увидев это, нетрудно было понять, откуда вокруг вида столько громких прозвищ.
— Кхм. Всё равно друзья.
В знак благодарности Ихан протянул слугам — нет, пчёлам — свёрток фруктов.
Бз-з-з!
Ого. Вот это восторг.
— Ф-фрукты?
— Они почти всё едят. Даже мясо. Но сладкие фрукты любят больше всего — ананасы, манго и всё такое. Гурманы, ничего не скажешь.
— … Вам это вообще не показалось странным?
— Духовные насекомые. Я решил, что для них нормально.
— …
— Лучше скажи, зачем пришёл без предупреждения.
Ихан наконец перестал возиться с новыми друзьями и раздражённо дёрнул подбородком, требуя перейти к делу.
Тон был откровенно холодным.
Деррик вздрогнул.
— И-инструктор, вы… сердитесь?
— С чего бы? Ну прогуливает незаконно занятия, таскается со своей девушкой — подумаешь, какое преступление.
— Значит, сердитесь…
— Не сержусь. Просто думаю, что ты неблагодарный ублюдок.
— … Это и называется «сердитесь».
Деррик опустил голову.
Говорят, человек лучше всех знает собственные грехи.
А ему было за что чувствовать себя виноватым — очень даже.
Но если всё-таки попытаться оправдаться…
— Я-я тоже был занят. Анализировал ситуацию по той полезной информации, которую вы дали, разбирался со злодеями из побочных глав, вместе с господином Роэном уничтожил ещё одного… И ещё…
— С девушкой гулял?
— …
— Уже даже не отрицаешь? В следующий раз придёшь и скажешь, что стал отцом.
— М-мы только недавно впервые за руки взялись…
— Так пока я тут вкалывал, ты реально занимался романтикой?
— …?!
Вот же грязный мир.
Все вокруг, кроме него, влюблялись и растили красивую любовь.
Обидно.
«Вот почему я не любил Рождество».
Хотя к Рождеству он хотя бы пытался относиться доброжелательно: всё-таки сезон заметно поднимал рождаемость страны.
А вот дни с числом четырнадцать, когда продажи шоколада и какао внезапно взлетали, Ихан ненавидел всей душой.
Под его остывшим, осуждающим взглядом Деррик поспешно попытался сменить тему.
— В-в общем, я не просто так пропускал ваши лекции! П-поверьте мне, инструктор…
— Да кому ты рассказываешь? Думаешь, я тебя не знаю? Ты приходишь ко мне либо когда тебе нужна помощь, либо когда хочешь что-то спросить. А просто так вообще не приходишь.
— …
— Вот. Я так и знал.
— … Я просто мусор…
Деррик немедленно уткнулся лбом в землю.
Продолжать оправдываться смысла не было: только ещё ярче подчеркнёт собственную неблагодарность.
«… А ведь парень пахал».
Ихан говорил жёстко, но уже заметил мозоли на руках ходячего окна статуса, шрамы и свежие повреждения по всему телу.
Сидеть без дела тот явно не успевал.
«Кажется, вместе с чернявым он развалил какую-то крупную торговую компанию?»
До Ихана дошли слухи, что Деррик объединился с Роэном и после тяжёлой схватки уничтожил крупный торговый дом.
Тот, к слову, служил одним из источников денег для еретической организации.
«Развалить мегакорпорацию… Могли бы и меня позвать».
Крупные торговые дома этого мира были не просто предприятиями.
По сути — мегакорпорации с огромным капиталом, собственными наёмниками и полноценными боевыми подразделениями.
А два курсанта взяли и уничтожили одну такую структуру.
Этим действительно можно было гордиться.
Ихан прекрасно понимал, насколько это серьёзное достижение.
Но пока сами ученики не расскажут, с кем и как дрались, хвалить их первым он не собирался.
«Засранцы. Нашли же, где проявлять деликатность».
Наверное, они просто знали, насколько Ихан в последнее время занят, и не хотели добавлять ему забот.
Он мысленно поворчал на их странную деликатность, но всё-таки улыбнулся.
Кажется, дети и правда немного выросли.
«… Старею, что ли».
Даже в носу слегка защипало.
Но сентиментальность продержалась недолго.
Потому что Деррик спросил:
— Инструктор… Вы ведь недавно встречались с главой дома Оффен?
— Мм?
— Я понимаю, вопрос странный, но… он… точно жив?
— …
— Н-не был там, например… з-зомби?
— … На упор.
— Что?
— Голову к земле, придурок.
— …
— Выполнять.
— В-выполняю!..
Назвать прекрасно живого человека зомби — Деррик действительно умел открыть рот в худший момент.
Ихан цокнул языком.
«Вот же. Даже когда хочется похвалить, сам не даёт».
Вот почему говорят, что язык — корень всех бед.
* * *
— То есть… изначально он должен был умереть?
— Д-да…
После примерно пятнадцати минут наказания, проведённых лбом в земле, Деррик сидел, потирая голову и едва не плача.
Ихан сделал вид, что ничего не заметил, и нахмурился.
— … Но он совершенно живой.
Перед глазами всплыл Илиад, которого он видел всего полдня назад.
Тот был не просто жив: весь в краске, по уши занят подготовкой новой книги.
И этот человек, оказывается, должен был…
— «Умереть полгода назад»… Хм. Ты точно не ошибся?
— Д-думаю, нет. Это я хорошо помню. Насколько мне известно, в оригинальной истории глава дома Оффен должен был скончаться примерно полгода назад.
— … Причина смерти?
— В-вы мне верите?
— Ты можешь нести чушь, но на пустом месте такое не выдумаешь.
— С-спасибо.
— Благодарности потом. Рассказывай.
— Д-да… В общем…
Деррик пояснил:
— Я, конечно, не видел саму сцену смерти. Но у Арно во втором году обучения есть одна реплика.
— Игровая реплика?
— Да. Кажется, это было в сцене, где второкурсник Арно с грустным видом случайно встречается с главной героиней и разговаривает с ней.
Он попытался воспроизвести текст по памяти:
— «Мой отец? Он скончался вскоре после того, как я поступил в академию. Его хроническая болезнь ухудшилась…»
— …
— После смерти отца Арно становится следующим главой дома, но передаёт должность Герцогу Меча. Сам же, чтобы набраться жизненного опыта, вступает в отряд наёмников, основанный Гарландом. Потом вместе с Кунтой становится вторым номером отряда и прославляется на континенте. Это одна из центральных линий [Героев побочных историй], то есть сайд-стори.
— … У игры ещё и побочные истории были?
— Наша студия вкладывала в неё очень много сил. Контента там правда огромное количество.
— …
— Инструктор?
— … Всё равно не сходится.
— Что? А, вы о том, как такая игра вообще могла появиться в Корее? Просто инвестор был очень серьёзный…
— Не про это. Илиад выглядел чертовски здоровым. Какая хроническая болезнь?
— …?
— Не было у него никакой болезни…
Ихан говорил не наугад.
Пусть он не врач, его чувства давно позволяли оценить состояние человеческого организма почти с одного взгляда.
Отличить здорового человека от больного — вообще не проблема.
И в этом смысле…
— Кроме ног, у него организм такой, что до глубокой старости доживёт без проблем.
Ихан был уверен.
Никакой хронической болезни у Илиада нет.
Значит…
— Либо ты неправильно помнишь, либо история каким-то образом изменилась.
— Изменилась?
— Мы с тобой разве мало уже вмешались?
— … Если точно, то в основном вмешивались лично вы…
— Цыц. Следи за ртом.
— …
Как бы нагло это ни звучало, Ихан прекрасно понимал: он уже изменил множество событий, которые «должны были произойти».
Даже взмах крыльев маленькой бабочки способен изменить будущее.
А Ихан не бабочка.
Он сам превратился в ураган и носился по миру, сметая всё подряд.
«Я ведь реально многое разнёс?»
Он начал загибать пальцы, вспоминая всё, что успел натворить за три года с момента, как стал рыцарем.
— Тех передал сестре, заклинателей всех перебил, торговцев рабами… Сколько я их там уничтожил?
— …
— Кхм. Неважная мелочь.
— … Чем вы вообще всё это время занимались?
— Старательно жил.
— … Если будете жить ещё старательнее, метеорит упадёт.
— Два года назад уже видел.
— …
— Вот его остановить было трудновато.
— … Да что за…
Деррик явно хотел вытрясти из него всю биографию, но Ихан уже снова думал о доме Оффен.
Если ходячее окно статуса говорит правду, то из-за одной огромной «бабочки» по имени Ихан что-то изменилось, и Илиад, который должен был умереть, теперь жив.
Это вроде бы замечательно.
Ихан должен радоваться.
Но…
«Что-то тут нечисто».
Он ещё раз мысленно подтвердил: хронической болезни у Илиада нет.
Однако игровой Арно сказал, что отец умер именно от неё.
Слишком явное несоответствие.
Ихан уже собирался задать ещё один вопрос.
— Кстати, та старуха…
Но договорить не успел.
Грохот!
— …?
Прямо во дворе его дома внезапно покатилось огромное тело.
— … Здоровяк?
— И-инструктор… К-Кунте… больно.
— …
Кунта был весь в ранах, тяжело дышал и явно страдал.
Но Ихан, не успев даже толком заволноваться, медленно перевёл взгляд на Деррика.
— … Ты, бог бедствий.
— Э-это теперь моя вина?!
— Ага.
— …
Почему-то Ихан пришёл к вполне «разумному» выводу: если бы сегодня Деррик не разевал рот, ничего бы не случилось.
— К-Кунте больно…
Кунта жалобно надулся: его, раненого иностранца вдали от родины, никто даже не спешил утешать.
Вот поэтому жизнь на чужбине и тяжела.

Комментарии

Загрузка...