В самом центре Бальтазара мне отвели комнату, предназначенную лишь для самых высокопоставленных гостей. Иногда сама правительница приходила сюда отдохнуть.
Теперь она сидела на моей кровати, а я стоял перед ней и не знал, куда девать глаза.
— Кхм.
«И зачем было надевать такую тонкую ночную рубашку?»
— Рикардо, Мы были о тебе дурного мнения.
«И почему она будто нарочно приоткрыла грудь?»
— Если бы не ты, Мы сегодня потеряли бы рассудок.
— ...
— Что же ты стоишь? Сядь рядом.
Для начала стоило объяснить, что Апостол Чистоты действительно оказалась той самой девочкой, которую я когда-то спас.
[Кириэль, ур. 150]
[Класс: Апостол Чистоты]
* * *
Когда перед глазами возникло окно, я ударил раньше, чем успел подумать. После этого началась драка, в которой я оказался один против целой толпы.
— Ты... кто?
— Значит, всё-таки ты.
— А вы до сих пор... девственник?
То ли прежняя привязанность не позволила мне её убить, то ли Кириэль и правда стала настолько сильной.
Она увернулась от Калибурна и быстро покинула поле боя.
Мне же пришлось рубить хлынувших следом еретиков.
А потом я принял душ, вернулся в комнату — и обнаружил императрицу на своей кровати.
— Объясните, что здесь происходит.
— Что именно?
— К-как вы вообще вошли?
— Мы иногда спим в этой комнате, когда Нам надоедают собственные покои. Запасной ключ у Нас есть.
— Что?
— Так и есть.
Она сообщила о вторжении в чужую спальню без малейшего стыда. На мгновение мне даже показалось, будто неправа не она, а я.
С другой стороны, весь дворец действительно принадлежал ей.
— Но нельзя же без спроса врываться в комнату к мужчине!
Такой сюрприз был уже перебором.
— Весь Бальтазар — Наш дом. Нашим домом может стать и улица, и жилище любого подданного.
Я опустил глаза, тяжело вздохнул и снова посмотрел на неё.
— Это уже произвол.
— Таков уж Наш способ править. Привыкай.
— Хотя бы оделись приличнее.
— Мы нарочно выбрали эту одежду.
— ...
— Это Наша ночная рубашка.
Спорить с её упрямством было бесполезно. Я снял полотенце с головы и повесил на шею.
— Чаю налить?
— Есть что-нибудь достойное?
— Чай из мандрагоры.
— Тогда положи вдвое больше обычного.
Я не стал спорить с женщиной, окончательно подсевшей на мандрагору, и занялся чайником.
— Какой аромат.
— Я ещё не залил листья водой.
— Чёрт.
Я спрятал улыбку и наконец задал вопрос, который не давал мне покоя. Сначала она считала меня чёрт знает кем, а теперь заявилась среди ночи в таком виде.
— Так зачем вы пришли?
— ...
— Потому что я избил еретиков?
— А если Мы просто хотели увидеть твоё лицо?
— Не верю.
Я поставил на стол чашку с дымящимся чаем и покачал головой.
— Захотели бы полюбоваться — пришли бы днём, когда меня лучше видно. В вашем возрасте ночью зрение уже...
— Мы всё ещё в расцвете сил.
В её глазах появился опасный блеск, словно она собиралась доказать это немедленно. Я кашлянул и поспешил сменить тему.
— Т-так всё же, зачем вы здесь?
— ...
— Не похоже, что вы пришли без причины.
Эстель долго смотрела на меня.
— Мы хотим, чтобы Нас утешили.
«Мне послышалось?»
— Нас глубоко ранили.
— ...
— Мы давно не слышали слов, которые так больно бьют по сердцу. Наше душевное состояние крайне плачевно.
— ...
«Страшная женщина».
— Поэтому Мы пришли за утешением к тебе.
Она словно не замечала, насколько двусмысленно это звучит. Я отодвинулся подальше и попытался скрыть вспыхнувшие щёки.
— Скажите прямо, Ваше Величество.
— ...
— Даже я могу неправильно понять такие слова.
Эстель кивнула с лёгким сожалением, поднялась с кровати и пересела в кресло напротив.
— Мы хотим поговорить.
— Поговорить?
— Да. Рассказать то, чего не можем сказать никому в этой стране.
— Почему именно мне?
Она ответила без колебаний:
— Потому что ты сильнее всех.
— Вы забыли, как отлупили меня на поединке?
— Неужели ты думаешь, что Мы этого не заметили?
— ...
— Мы знаем, что тогда ты не сражался всерьёз.
— ...
— И давно следим за тем, как быстро растёт твоя сила.
— ...
— Однажды ты превзойдёшь Нас. Возможно, станешь таким чудовищем, что даже Нам будет страшно на тебя смотреть.
Она сделала короткую паузу.
— Поэтому Мы пришли не отталкивать тебя, а заранее подольститься.
— И ради этого собирались меня убить?
Эстель неловко дёрнула бровью и всё же кивнула.
— Мы боялись.
— ...
— Пока ещё могли до тебя дотянуться, Мы хотели остановить тебя и не подпускать ближе.
Во мне вскипела обида, и захотелось высказать всё, что я думаю.
Но взгляд сам собой скользнул к глубокому вырезу её рубашки, и сердиться почему-то сразу стало труднее.
«Нет, я простил её вовсе не поэтому».
Меня тронуло, что Эстель сама пришла и попыталась всё объяснить.
«Совершенно не поэтому».
— Если это поможет тебе перестать сердиться, Мы готовы сделать что угодно.
Обида исчезла без следа.
Я расплылся в улыбке и всё же предупредил:
— Ладно, всякое бывает. Но ещё раз устроите такое — стране конец.
После этого я посмотрел ей в глаза.
Теперь настала моя очередь слушать.
— Так что вы хотели рассказать?
— ...
— Я готов вас выслушать.
Эстель серьёзно кивнула.
— Сохранишь Нашу тайну?
— Если она не угрожает моим людям, унесу её с собой в могилу.
— В могилу... Красиво сказано.
Она слабо улыбнулась.
— На самом деле Мы...
— ...
— Мы...
Эстель никак не решалась продолжить. Я тихо выдохнул.
— Хотите сказать, что вы не человек?
— О-откуда ты знаешь?
— Догадался. Всё-таки вам уже около четырёхсот...
— Не употребляй выражение «вам уже».
— Хорошо. Вы прожили довольно много лет.
Она удовлетворённо кивнула.
— Ты прав. Мы не принадлежим к человеческому роду.
— ...
— Нам отпущен срок, немыслимый для обычного человека.
— И вы настолько древняя, что можете называть Лазурного короля ребёнком.
— Верно. Выходит, Нам пора записываться в старухи...
— Простите.
Мои поддёвки наконец сняли напряжение. Эстель устало рассмеялась.
— Знаешь, почему Бальтазар столько лет не открывал границы и не устанавливал отношений с другими странами?
— Разве не ради монополии на технологии?
— Нет.
Она покачала головой.
— Мы хотели защитить эту страну.
Эстель посмотрела в окно, словно пыталась увидеть там далёкое прошлое.
— Когда-то у Нас была дорогая подруга.
— Та, кого называли жрицей?
— Ты хорошо осведомлён.
— Мне рассказали.
Я вспомнил сведения, которые Шуэн принесла во время выборов председателя студенческого совета.
— Простолюдин! Пусть Шуэнгель и проиграла выборы, она всё равно раздобыла для простолюдина полезнейшие сведения!
— Какие?
— Никому не показывай! Королева Бальтазара... *Шёпот.*
Выслушав это, Эстель приподняла бровь.
— Твой осведомитель хорошо потрудился. О Бальтазаре почти не осталось письменных источников.
— Перед установлением отношений полезно изучить будущего партнёра.
— Нам нравится и твоя привычка всё вынюхивать.
Она медленно покрутила чашку, и чай пошёл по кругу.
— Жрица стала Нашей первой подругой. Именно она показала Нам мир.
— ...
— Когда Мы с ней встретились, Мы сами были ещё ребёнком.
У меня появился новый вопрос.
— Сейчас вы пользуетесь полиморфом?
— Что?
— Просто стало любопытно. В книгах пишут, что священные звери меняют облик с помощью магии.
Эстель покачала головой.
— Обычные драконы действительно так делают. Нам полиморф не нужен.
— ...
— Мы родились в таком облике. Эльфы сказали бы, что перед ними редкий мутант.
Вместо долгих объяснений она коснулась макушки.
*Щёлк.*
Из волос показался небольшой серый рог.
Я ожидал увидеть огромный драконий рог, достойный существа старше четырёхсот лет. Но он оказался маленьким и неожиданно милым.
— Мы давно никому его не показывали. Немного неловко.
— ...
— Мы родились от человека и дракона и с самого начала выглядели именно так.
— ...
— Из-за рога люди считали Нас демоном, хотя во всём остальном Мы были похожи на них.
— ...
— Впрочем, люди всё равно считают Нас чудовищем. Драконы считают так же.
Она говорила спокойно, но во взгляде проступила старая боль — забытая лишь настолько, чтобы с ней можно было жить.
— Не думаю.
Я мог принять почти всё, что она сказала. Но назвать её чудовищем не мог.
— Будь все чудовища такими красивыми, в мире давно не осталось бы ни одного чистокровного человека.
— Ч-что ты...
— Я плохо умею лгать.
— ...
— И рог у вас симпатичный.
— Что за чушь ты несёшь?!
Эстель замахала на раскрасневшееся лицо ладонью и шумно выдохнула.
— Ты ничего не понимаешь.
— ...
— Видишь Нас в истинном облике и совершенно не боишься.
— Я сужу о людях по внешности. Ха-ха.
— И поэтому избил Апостола Чистоты?
— Там другое.
Возразить было нечего. Я быстро перевёл разговор, пока она не припомнила ещё какую-нибудь мелочь и не перехватила инициативу окончательно.
— Расскажите лучше о жрице.
— О ней?
— Да. Как вы познакомились?
— История скучная.
— У меня не было родителей. Никто никогда не рассказывал мне сказок перед сном.
— Решил надавить на жалость?
Эстель усмехнулась.
— Хорошо. Раз уж Мы обещали говорить, расскажем. Мы и сами собирались начать именно с этого.
— Спасибо.
— Лучше покажем.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...