Дезмонд Дарбаб.
Один из пяти великих магов Империи и глава Дома Дезмонд, соперничающего с самой Магической Башней.
Свитки, магические орудия, артефакты... Будучи главой Дома Дезмонд, поставлявшего тридцать процентов всех магических товаров в Империи, он также приходился отцом Оливии — дельцом, чьё предприятие раскинуло свои щупальца в самых разных сферах: от политики и дипломатии до промышленности.
В романе Дарбаб выступал в роли злодея.
Он ставил выгоду выше справедливости.
Хитрый человек, предпочитавший уродливое выживание праведной жертве.
В те дни, когда Империи угрожали еретики, он проявил себя и как мстительный человек, заслуживший гнев кронпринца фразой: «Когда вы сторонились нас как семьи, использующей чёрную магию, вам было плевать, а теперь вам понадобилась наша помощь? Какая ирония».
Прежде всего, он был тем, кто безумно любил свою дочь Оливию.
— Оливия дала пощёчину кронпринцу? Оливия не пострадала?
— Оливия садится на диету?.. Немедленно позовите лучших врачей Империи. Она наверняка подхватила какую-то тяжёлую болезнь.
Он был главой семьи, настолько преданным своим близким, что аристократы открыто называли его помешанным на дочери.
Он обожал дочь, так похожую на него самого.
В глазах Дарбаба капризная (?) дочурка выглядела куда милее его холодного сына.
Именно поэтому в сюжете романа Дарбаб люто ненавидел Михаила и Юрию.
Я помню, что читатели критиковали его за эту слепую ненависть к Михаилу и Юрии, которые в первоисточнике довели Оливию до гибели.
Пусть в конце он и встретил жалкую смерть, связавшись с чёрной магией ради спасения рушащегося рода, лично мне этот персонаж нравился.
Его человечная сторона казалась мне трогательной.
Хотя судьба Дарбаба круто изменилась с того момента, как юная леди осталась жива, он всё равно оставался одним из самых искренних людей, встреченных мною на страницах романа.
Так или иначе, Дарбаб, которого я помнил, был хорошим человеком.
Холодным с чужаками, но тёплым со своими. Человеком, дорожащим семьей. Главой дома, обладающим чисто человеческими слабостями и готовым защищать своих близких ценой чужих жизней.
Таким я помнил главу Дома Дезмонд и отца Оливии.
Разумеется.
Моя связь с ним оборвалась в тот самый момент, когда юная леди воспользовалась чёрной магией.
***
Время словно замерло.
Я собирался его разыскать, но никак не ожидал встретить так скоро.
Столкнувшись лицом к лицу с главой дома, с которым, как я думал, мы больше никогда не увидимся, я застыл на месте, как вкопанный.
— Давно не виделись, Рикардо.
— ...Г... Глава?
Я торопливо согнулся в поклоне, выказывая должное уважение.
— Приветствую великого главу Дома Дезмонд.
— Хватит. К чему эти формальности.
Дарбаб скупо махнул рукой. Отмахнувшись от церемоний, которые явно не любил, он заговорил спокойным тоном:
— Прошло почти два года. Ты так возмужал, что я едва тебя узнал.
— Вы мне льстите.
— Всё такой же скромник. Ну... как ты поживал?
Как ты поживал.
Вопрос простой, но ответить на него оказалось не так-то легко. Что мне было сказать человеку, будучи изгнанным из семьи?
Натворив столько бед, я никак не мог с дежурной улыбкой заявить, что у меня всё отлично.
— Ну...
Словно прочитав мои мысли, глава мягко улыбнулся, давая понять, что мне не стоит тяготиться этим.
— Можешь говорить свободно. Мне ведь тоже любопытно, как вы все устраивались на новом месте.
— ...Благодаря вашей милости, мы жили неплохо.
— Какая уж тут милость. Семья же отреклась от вас.
С горькой усмешкой пробормотал Дарбаб.
— Ты никак не мог поживать хорошо...
И впрямь, от нас отказались. То, что юная леди практиковала чёрную магию, было слишком серьёзной угрозой, способной погубить весь род.
Семьи, завидовавшие Дезмондам.
Императорская семья, начавшая сдерживать растущее влияние дома. И даже Магическая Башня, стремившаяся подмять под себя бизнес магических орудий.
Когда все жадно следили за каждым шагом Дезмонда, разразился скандал с участием юной леди. И тогда Дарбаб принял решение отсечь лишнее.
Лучший выбор.
Единственный выбор, доступный главе дома.
Я не считал это несправедливым.
На его месте я поступил бы точно так же.
Однако изгнанная юная леди горько оплакивала этот факт.
Пока она была без сознания, Дарбаб тогда бросил мне ледяные слова:
— Ты же понимаешь, что в случившемся с Оливией есть и твоя вина?
— Понимаю. Я покорно приму любое ваше наказание.
— Я позволил тебе занять место дворецкого Оливии лишь затем, чтобы ты приглядывал за ней. Чтобы уберечь её от неверного пути.
— ...
— Пусть были кандидаты с куда более блестящим образованием и опытом, я выбрал тебя исключительно по этой причине.
— ...
— И во что всё это вылилось?
— Прошу прощения.
— Я намерен отправить Оливию в монастырь, как только она окрепнет. Так что... забудь о том, чтобы когда-нибудь снова переступить порог Дома Дезмонд, и возвращайся в академию. По крайней мере, оплату твоего обучения я беру на себя.
— Глава...
— Мне хочется разорвать вас обоих на куски. Замолчи.
— Я — дворецкий, служащий юной леди.
— Какое это имеет значение? Когда результат у нас перед глазами...
— И всё же, я считаю своим долгом оставаться дворецким. Если вы запретите мне следовать за ней, я буду ночевать под стенами монастыря.
— Ты рехнулся?
— Нет. Я в полном рассудке.
Всё началось с моего упрямства и знания будущего.
Моя ответственность за противостояние решению главы отсечь хвост ради спасения репутации вылилась в холодное равнодушие семьи и огромные штрафы за использование чёрной магии.
Я прекрасно это сознавал.
И поскольку это было решение главы, мы лишь горько усмехнулись друг другу, не говоря больше ни слова.
Тогда Дарбаб был страшно разъярён, да и старший брат Оливии едва не схватил меня за грудки от злости.
Так юная леди оказалась отвергнута собственной семьей.
Горькая усмешка Дарбаба заставила меня тревожно заерзать. Ведь вина лежала на мне.
После короткой паузы Дарбаб задал вопрос:
— Я слышал слухи. Вы расплатились с долгами?
— Да.
— ...Я на это не рассчитывал.
— Простите?
— Ничего.
Тихо пробормотав это, Дарбаб перевёл взгляд на сидевшую рядом юную леди. Не в силах смириться с закрытием шоколадной лавки, хранящей столько воспоминаний, она смотрела на мир пустым, омраченным тоской взглядом.
— Юная леди!..
— Цель нашего путешествия пропала...
— Возьмите себя в руки. Юная леди... глава пришёл!..
— Моя любимая лавка... Дядя-пекарь обещал угостить меня в следующий раз. Держи своё слово!
Душа юной леди покинула её тело.
Дарбаб посмотрел на спину сидевшей в инвалидном кресле девушки и нахмурился.
— Эта женщина...
Выказав неприятные эмоции, Дарбаб...
Я думал, ему неприятно видеть её в таком состоянии, но он выдал нечто совершенно неожиданное:
— Она твоя девушка?
— Простите?
— Я-то думал, между вами и впрямь пробежала искра. Я что, ошибся?
— ?
Дарбаб, сделавший собственные выводы у себя в голове, горько улыбнулся и разочарованно вздохнул.
— Ну, ты в том возрасте, когда пора бы завести подружку. Я могу понять... Хотя всё равно обидно. Разве что подбросить кому-нибудь деньжат втайне, чтобы вы расстались?
— Понятия не имею, о чём вы.
— Та женщина.
Дарбаб кивнул на инвалидное кресло.
— Разве она тебе не девушка?
— Нет.
Твёрдо ответил я.
— Вот как.
Бледное лицо Дарбаба вновь порозовело.
Я решил, что представлю погруженную в скорбь по шоколадке юную леди чуть позже, а пока сосредоточился на разговоре с Дарбабом.
Даже представь я её сейчас, всё равно не нашлось бы подходящих слов. Раз уж на мне лежала обязанность защищать юную леди, случись Дарбаб в гневе сорваться, мне бы пришлось встать на её защиту, чего хотелось избежать.
Требовалось подобрать правильные слова.
Нужно было выиграть время, смягчить сердце главы, чтобы они с юной леди могли спокойно поговорить.
С тяжелым сердцем я подбросил новую тему для беседы:
— Какими судьбами здесь, глава?
— А.
Дарбаб поднял бумажный пакет в руке.
— Я тут вспомнил об Оливии. Вот и заглянул по пути. Думал, вдруг лавка всё еще открыта.
— Понимаю.
— Держи. Оливия ведь так любила это место... Мне совестно было бы возвращаться с пустыми руками, так что я прикупил сладостей в лавке по соседству.
Дарбаб достал из пакета шоколадную булочку-ракушку и протянул мне:
— Хочешь попробовать?
— Благодарю, я не голоден. Я уже завтракал.
— Какая жалость. Очень вкусный хлеб.
Дарбаб был непривычно мягок.
Честно говоря, я ожидал, что при встрече со мной он разразится проклятиями. Спросит, о чём я думал, заявляясь в подобные места. Я был уверен, что при первом же взгляде на моё лицо услышу шквал упрёков.
Тогда он был так зол, а его заявление о том, что он больше никогда нас не увидит, так чётко засело в памяти, что нынешнее мягкое поведение Дарбаба казалось мне лучом надежды.
И потому я рискнул задать вопрос.
Любопытство пересилило.
— Глава.
Глава, жующий булочку, поднял на меня глаза. Манера есть так, что вокруг рта оставались крошки, до боли напоминала кое-кого из наших знакомых.
— В чём дело? Надумал всё-таки перекусить?
— Нет. Меня кое-что интересует...
— Интересует?
Дарбаб сунул недоеденную булку обратно в пакет и кивнул, разрешая задать вопрос.
— Спрашивай.
— Вы нас совсем не ненавидите?
— Хм?
— Разве из-за нас Дом не оказался на краю пропасти? Изгнание и всё прочее...
Дарбаб кивнул, не пытаясь возражать.
— Было дело.
«Было дело?»
Дарбаб ответил совсем не так, как я ожидадал.
— Я как раз собирался навестить вас в ближайшее время. Обсудить кое-какие планы на будущее.
— Что вы имеете в виду...
— Ты спросил, не держу ли я зла? ...Верно. Я даже подумывал вычеркнуть Оливию из семейного реестра за то, что она навлекла на Дом такую беду, едва не стоившую нам гибели...
— Я видел кое-что странное...
Дарбаб с тоской посмотрел в небо.
— Говорят, против собственных детей родители бессильны.
Сложным взглядом посмотрел на меня Дарбаб.
— Как там Оливия?
Едва этот вопрос, полный отцовской тревоги, сорвался с его губ...
Юная леди, до того погруженная в собственные мысли, развернула колеса коляски и уставилась вперёд.
— Рикардо. Раз уж всё так обернулось, давай откроем лавку... А?
Юная леди только сейчас заметила стоявшего перед ней отца.
Её глаза мгновенно округлились.
— О... те...
В дрожащем голосе юной леди прозвучал взрыв подавляемых эмоций.
— От... ец!
— Оли... вия?!
— Па... па?!
В мгновение ока. Человек передо мной исчез с такой скоростью, что я не успел даже моргнуть. Дарбаб сорвался с места молнией.
Когда я пришёл в себя.
— Ииик!!
— Ууух!
Перед моими глазами разворачивалась трогательная сцена воссоединения отца и дочери.
Если подумать.
Дарбаб ведь...
Я совершенно забыл, что он был законченным дочурником.
— С чего это ты так исхудала?!
— Меня морил голодом Рикардо!
— Ах ты, паршивец!
— ...
К столь долгожданному воссоединению отца и дочери мне было трудновато привыкнуть.

Комментарии

Загрузка...