Словно что-то почувствовав, Ло Синьюэ подняла голову.
Цзелань грубоватым голосом попытался скрыть смущение: ─ Пошли давай, искать детенышей кабана.
Ло Синьюэ с сожалением отвела взгляд и послушно последовала за ним.
Игривая охота в самом начале притупила бдительность Ло Синьюэ, и лишь когда мать-дикая свинья нанесла Цзеланю ранение, она горько пожалела об этом.
Ярящаяся самка, защищающая свое потомство, оказалась куда страшнее любого самца.
Когда они попытались утащить детенышей, дикая свинья понеслась на них, словно локомотив, издавая грохочущий звук.
Длинные жесткие щетинки на ее спине стояли дыбом, напоминая копья воинов в боевом строю.
Закрыв собой Ло Синьюэ, Цзелань получил глубокую рваную рану, протянувшуюся от плеча до самого запястья.
Чтобы дать Ло Синьюэ время отойти в безопасное место, он вступил с разъяренным зверем в ближний бой.
На такой дистанции воздушные лезвия применить было нельзя, и Ло Синьюэ исходила отчаянным беспокойством.
К счастью, спустя пару столкновений Цзелань сумел точным движением вонзить кинжал прямо в глазницу зверя.
Ло Синьюэ немедленно подскочила и применила целебную способность, исцеляя его рану.
Теплой волной разлилось по телу исцеление, словно ласковый ветерок пронесся над лугом.
Ему подсознательно хотелось сказать, что пустяковая царапина не стоит внимания, но в то же время тянуло упиваться этим ощущением.
─ Эм? Кажется, что-то не так, – склонив голову набок, Ло Синьюэ попыталась пристальнее прислушаться к течению духовной энергии.
Цзелань резко отдернул руку: ─ Все хорошо, госпожа-жена, пойдем скорее домой.
─ Маленький Ваньвань, скажи, почему мне кажется, что с телом Цзеланя что-то неладное? – не добившись ответа от самого воина, Ло Синьюэ обратилась к системе.
─ Я всё понял, хост. Думал, наследный принц будет целовать до умопомрачения, а оказалось, что ленивая рыбка выдала замуж за евнуха, – с серьезным видом олененок Ваньвань потер копытцем несуществующую слезинку.
─ Ты и впрямь пропитался атмосферой Синей Звезды насквозь. Лучше бы почаще выбирался побегать на природу, а то сидишь целыми днями в сети – для мозга вредно.
─ Разве я не хотел побольше узнать о родных местах хозяйки, чтобы лучше служить ей? Разве я не прав? – Глаза олененка заволокла пелена влаги, казалось, стоило Ло Синьюэ произнести слово «неправ», как слезы градом хлынули бы из них.
─ Прав, прав, прав.
Обратная дорога.
Улов оказался настолько обильным, что Ло Синьюэ на мгновение засомневалась, не воспользоваться ли Кольцом Глубин.
Но после долгих колебаний решила обойтись без него. Хорошие вещи нужно держать в тайне, к тому же у Цзеланя шкура толстая, а шерсть у него сероватая – должно быть, ничего страшного не случится.
Цзелань, не ведавший о бурных душевных терзаниях Ло Синьюэ, очень ловко перетащил всю поклажу на себе, чем вызвал у нее легкое, едва заметное укольчик совести.
Потому в тот вечер на ужин все отведали (приготовленный Ло Синьюэ специально для Цзеланя, хотя вслух она об этом не упоминала) восхитительный суп из курицы с кодонопсисом и астрагалом.
Курицу сначала опустили в холодную воду, довели до кипения, ошпарили и промыли, после чего добавили кусок вяленого мяса, нарезанный ломтиками кодонопсис и астрагал и поставили вариться на медленном огне в холодной воде. Из приправ нашелся лишь местный пряный имбирь.
Аромат вяленого мяса отличался от вкуса курятины, но при совместной варке бульон получался куда насыщеннее.
Кодонопсис Ло Синьюэ обнаружила на затененной стороне скалы: там всего два куста росло, один, с цельными корнями, она посадила во дворе. Изначально планировалось пересадить оба, но вспомнив о раненом Цзелане, она решила пустить один в дело.
Кодонопсис восполняет Ци и питает кровь, что лучше всего помогало при истощении от потери крови.
А вот астрагала удалось викопать побольше: это растение снимает отеки и стимулирует регенерацию тканей, что для зверолювов, которые вечно ходили сплошь в мелких и крупных ранах, подходило просто идеально.
Как же вовремя пришлись ее навыки ветеринара.
Спасибо всем учителям, которые в годы учебы надрывали голоса, заставляя ее зубрить материал.
Ло Синьюэ лично налила пиалу супа и поставила перед Цзеланем; к счастью, на этот раз обошлось без подозрений в отравлении.
Также она приготовила печеную рыбу. Учитывая дневные ранения Цзеланя, его порцию сделали отдельно: без острого перца, лука-скороды и прочих тяжелых пряностей, с минимумом масла, запекая на медленном огне и присыпая лишь капелькой измельченных листьев сапожниковии для вкуса.
Несмотря на это, тот самый вредина, который заявлял, будто рыба невкусная, в одиночку умял целую тушку. Судя по тому, как хрустящая корочка с треском ломалась на его зубах, можно было представить, насколько довольным остался этот волк.
Припомнив, как днем у него проступили волчьи уши, Ло Синьюэ то и дело поглядывала на него, надеясь заметить хвост, но увы, ничего не увидела.
Оставшуюся рыбу Ло Синьюэ замариновала.
Разделка, потрошение, промывка, сушка.
Полости и снаружи, и изнутри щедро натерла солью, переложила слоями нарезанного лука-скороды.
Сложив все в таз, на следующее утро она перевернула рыбу: с одной стороны, чтобы соль пропитала мясо, с другой – для естественного процесса ферментации.
Глядя на оставшуюся курицу и мясо дикой свиньи, Ло Синьюэ невольно вздохнула. В здешних краях из-за жары все, что не съедалось за день, приходилось превращать в вяленое или сушеное мясо, иначе оно портилось.
Вот бы изобрести холодильник, чтобы свежее мясо всегда было под рукой.
─ Ты говоришь об ледяном погребе для хранения еды? – проявивший чуткость Цинъянь услышал ее вздох и поинтересовался причиной.
Получив утвердительный ответ, Цинъянь молча перевел взгляд на Цзинье.
Ло Синьюэ не понимала, о чем они переглядываются, но затем увидела, как Цзинье с бесстрастным лицом направился к погребу. Стены помещения покрылись причудливыми морозными узорами – слой за слоем, и вскоре превратились в толстое ледяное покрытие.
Ло Синьюэ вспомнила холодильник из детдомовского детства: со временем в нем вырастала толстая ледяная шапка, и директор назначал день, когда все съедали запасы, а потом дружно сковыривали лед. В ее собственном жилье тоже стоял холодильник, но, вероятно, благодаря прогрессу технологий, наледи там не образовывалось. И вот теперь, столкнувшись с этим вновь, она ощутила, как детские воспоминания о таких важных, казалось бы, событиях блеснули драгоценными крупицами.
─ Цзинье, ты просто чудо, – искренне восхитилась Ло Синьюэ. Получался целый морозильник, и теперь можно было не переживать за сохранность припасов.
Цзинье ничего не ответил и по-прежнему с мрачным видом удалился.
─ У Цзинье стихия льда. Если у моей хозяйки возникнут еще какие-то пожелания, обращайся к нам, мы всё исполним, – мягко произнес Цинъянь.
─ Да как же... – Ло Синьюэ тут же прикусила язык. Чего тут спрашивать – почему они раньше не пользовались столь потрясающими способностями? Разумеется, потому, что прежняя владелица им опротивела, и они пальцем о палец не ударили бы ради нее.
Раз дело обстояло так, Ло Синьюэ решила больше не церемониться. Она велела мужчинам смастерить несколько многоярусных полок, аккуратно расставила их вдоль стен в ледяном погребе, а затем разложила мясо по категориям.
При разделке той самой дикой свиньи Ло Синьюэ помнила про свой будущий лук и наказала зверолювам добыть задние сухожилия и длинные спинные сухожилия по обе стороны позвоночника кабана, тщательно очистить их от жира, натянуть и зафиксировать. Отрезанные днем ветки дикой шелковицы тоже закрепили в натянутом виде и оставили сушиться в тени на сквозняке.
─ Хост, ты бы могла просто воздействовать ветром, чтобы все высохло мгновенно, зачем сидеть и ждать три-пять дней? – олененок Ваньвань принялся грызть волосы Ло Синьюэ. Девушка уже хотела было отмахнуться, но подумала, что бедняжка и так лишена травы, питаясь виртуальным воздухом, так что пусть балуется.
─ Разве так можно было?! – Глаза Ло Синьюэ засияли, она тут же провела эксперимент, и результат не заставил себя ждать.
─ Ох, завтра утром я уже смогу потренироваться в стрельбе, – мастерив лук и стрелы, бормотала Ло Синьюэ. – У них есть такие сокровища, а они и не знали, как ими пользоваться. Ваньвань, дай-ка мне подробную инструкцию, мне нужно основательно во всем разобраться.
─ Какая же ты работяга.
Ло Синьюэ: ̇— ̇ ? ─ Разве я не примерная молодежь?
Олененок Ваньвань: (′???‵)
Закончив со всем этим, она выделила небольшой клочок земли во дворе и посадила лекарственные травы.
Следующим пунктом в грандиозном плане значилось одомашнивание диких зверей.
─ Цинъянь, сможете построить небольшой загон снаружи забора нашего двора?
Ло Синьюэ не желала держать кур, баранов и свиней прямо во дворе. Ей нравилось трапезничать под открытым небом по утрам, она планировала посадить там декоративное деревце, а если поселить всю эту живность под боком, то о шуме и специфических ароматах даже думать не хотелось.
К счастью, их усадьба стояла с краю: слева обитали соседи Шан Сяомань, а справа простирался пустующий участок земли, где вполне можно было соорудить загон, лишь бы не потребовалось платить земельный налог и оформлять свидетельство о праве собственности.
Слова Цинъяня быстро рассеяли ее опасения: в деревне Цзяньцин земли было предостаточно, простора хватало на всех.
Втроем мужчины в мгновение ока сложили каменный дворик, пристроили плетеную калитку из хвороста – и дело было сделано.
Внутри загон разделили изгородями по видам животных.
Птицам подрезали крылья, а Ло Синьюэ соорудила из сухой осоки несколько гнезд для кладки яиц – и готово.
С овцами тоже не возникло хлопот: изгородь из упругих прутьев караганы оказалась прочной, Ло Синьюэ даже подергала для проверки – баранам оттуда не выбраться.
Сложнее всего обстояло дело с дикими кабанами: пусть они и детеныши, но их острые клычки – отнюдь не шутка. Человечеству потребовались тысячелетия селекции, чтобы превратить дикого вепря в домашнюю свинью; как же в кратчайшие сроки обезвредить эту живую бомбу?
Скрестив руки на груди, Ло Синьюэ уставилась на поросят и задумалась.
Трое мужчин стояли чуть позади, молча, не мешая хозяйке, просто ожидая ее решения.
─ Придумала! – Ло Синьюэ щелкнула пальцами в воздухе. – Оскорбить его!
Все трое мужчин синхронно вздрогнули, а их глаза округлились до предела.
Кого оскорбить?

Комментарии

Загрузка...