Ло Синьюэ, спасая котёнка, попала под машину и перенеслась в другой мир.
В тот момент она выходила из кинотеатра с парнем после сеанса «Убить Билла»; перед глазами всё ещё стояла кровавая картина, и она сразу заметила чёрного котёнка, лежащего посреди дороги.
Ночной сеанс, на улице почти никого, кот к тому же чёрный, но Ло Синьюэ, привыкшая иметь дело с животными, мгновенно его заприметила.
─ Да он же сдох, на что он тебе сдался? ─ проговорил парень, не отрывая глаз от шашлычной через дорогу.
Повар там готовил устрицы: ловким движением ножа вскрывал раковину, доставая сочный, жирный моллюск, обваливал в картофельной муке и обжаривал, а затем поливал кипящим свиным жиром, отчего по улице разносился дразнящий аромат.
Ло Синьюэ бросила взгляд на парня и увидела в его глазах животный голод.
Она глубоко покаялась в душе: «И как я могла запасть на такое ничтожество?»
─ Я не допущу, чтобы она умерла во второй раз. ─ холодно произнесла Ло Синьюэ и, не колеблясь, сняла куртку, чтобы завернуть в неё котёнка.
В этот момент машина напротив вдруг перестроилась на другую полосу.
Ло Синьюэ с котёнком на руках взлетела в воздух.
Последняя мысль в её голове: «Знала бы, что так выйдет, прихватила бы это животное с собой как подушку безопасности».
*
Ло Синьюэ разбудил чей-то отчаянный крик.
Она вздрогнула, решив, что её последняя молитва всё-таки была услышана.
Открыв глаза, она увидела человека в белых одеждах, которого удерживали несколько грубых мужчин; его грудь была разорвана, а шаман с разрисованным лицом, держа нож в одной руке, вонзал его в сердце пленника, в то время как другой рукой подставлял нефритовую чашу, чтобы собрать кровь.
Алая кровь заструилась вниз.
Сердце Ло Синьюэ пронзила острая боль, и она, шагнув вперёд, с размаху пнула шамана, опрокинув его на землю.
─ Вы что творите?!
Чжэнь Шаньшань, которая до этого развалилась в кресле, ожидая результатов сделки, пришла в ярость. Её плоть, свисавшая слоями, напоминала разрезанный лавовый торт, одежда была увешана всевозможными блестящими безделушками. Она двигалась с трудом, хрипло дыша, но сила в руках у неё была немалая.
Поняв, что сделка срывается, она внезапно швырнула чашку, бывшую у неё в руке.
Ло Синьюэ оценила траекторию полёта чашки: если она уклонится, та непременно попадёт в человека в белом, поэтому она, не раздумывая, заслонила его собой.
Чашка ударила её в спину; тупая боль.
Мужчина в белом, до этого мужественно сносивший боль, внезапно замер, глядя на Ло Синьюэ с удивлением и недоверием.
─ Ло Синьюэ, ты сама привела Цинъяня, чтобы продать мне кровь из его сердца, что ты теперь устраиваешь? ─ завопила Чжэнь Шаньшань.
Голова Ло Синьюэ закружилась от удара, и перед глазами промелькнули бесчисленные образы.
Мир, где правят женщины · Мир зверей · Континент Цзюгай
Ло Синьюэ была изгнана из семьи, так как её Духовное обиталище было всего лишь жалкой Сферой связующей нити второго ранга.
Сослана в приграничный городишко Суйе.
Не прошло и полугода, как деньги были растрачены, и она оказалась в ещё более глухой деревне Цзяньцин.
Свирепая и жестокая, она постоянно избивала и оскорбляла своих мужей-зверей. Уже довела до побега двоих.
А сегодня и вовсе принудила мужа-зверя Цинъяня продать кровь из своего сердца.
Продайся эта кровь сегодня, и уровень чёрной ауры всех мужей-зверей достиг бы 100%, что означало бы для Ло Синьюэ верную гибель.
Все прежние побои и унижения можно было бы списать на домашнее насилие.
Но кровь из сердца для Цинъяня – это его первоисточник силы, её потеря приведёт к необратимым внутренним повреждениям.
А муж-зверь, лишённый боевой мощи, в этом мире обречён на смерть.
Ло Синьюэ постучала себя по груди, успокаивая: «Судьба даёт тебе ужасное начало не просто так. Она хочет, чтобы ты боролась всю свою жизнь и вырвала победу из лап поражения».
─ Я передумала, я не продаю, нельзя, что ли! ─ Ло Синьюэ притворилась разъярённой и, оттолкнув мужчин, всё ещё державших Цинъяня, мягко спросила: ─ Ты в порядке? Пойдём, я отведу тебя домой.
Цинъянь всё ещё не пришёл в себя от изумления и продолжал смотреть на неё, не моргая. На его белых одеждах виднелись пятна крови, взгляд был полон печали, обиды, слабости и надломленности. Его аристократичные черты лица казались ещё более хрупкими из-за этой горестной эмоции. В голове у Ло Синьюэ вдруг всплыла фраза: «Мой нежный, беспомощный супруг...»
Чжэнь Шаньшань возмутилась такой наглости. Покачиваясь, словно маленькая гора, она приблизилась: ─ Ты говоришь «не продаю», и всё? Решила поиграть со мной?!
Цинъянь происходил из императорского клана Цинцю, от рождения имел девять хвостов, и кровь из его сердца была чрезвычайно полезна для совершенствования. В этих глухих местах, где обитали в основном свирепые звери и простые смертные, девятихвостый лис был чем-то из области легенд и мифов. Чжэнь Шаньшань, конечно, не могла упустить такой шанс, о котором раньше не смела и мечтать.
Ло Синьюэ, глядя на Чжэнь Шаньшань, которая была в несколько раз крупнее её, почувствовала, как у неё пересохло в горле, но всё же выдавила: ─ Я же не брала у тебя денег.
─ Хм, я уж думала, ты стала храбрее, а ты просто решила поднять цену. ─ Чжэнь Шаньшань усмехнулась и бросила к ногам Ло Синьюэ увесистый кошель с монетами. ─ А теперь можешь убираться.
Ло Синьюэ даже не взглянула на кошель у своих ног. ─ Если ты хочешь сегодня причинить ему вред, тебе придётся перешагнуть через мой труп.
─ Ты!..
Не только Чжэнь Шаньшань, но и все вокруг остолбенели.
─ Самка защищает своей жизнью самца? Такого не бывает!
─ Говорили, эта Ло Синьюэ только и делает, что издевается над своими мужьями-зверями?
─ Может, это у них домашняя ссора? Решила припугнуть своего зверя, разыграла спектакль, а как до ножа дошло, так сразу и пожалела?
Ло Синьюэ дёрнула уголком рта. Фантазия у публики просто отличная.
Чжэнь Шаньшань задумчиво перевела взгляд.
Ло Синьюэ поспешно сказала: ─ Не забывай, что убийство самки – тяжкое преступление. К тому же моя фамилия сама за себя говорит, и ты не смеешь меня оскорблять. Хорошенько подумай, прежде чем что-то сделать.
Чжэнь Шаньшань действительно изменилась в лице.
Ло Синьюэ поняла, что ей удалось временно запугать соперницу, и поспешила помочь Цинъяню подняться и уйти.
Она не заметила, что взгляд Цинъяня всё это время изучающе следил за ней.
Ло Синьюэ, желая поскорее убраться, пока Чжэнь Шаньшань не передумала, изо всех сил старалась держать спину прямой, поддерживая Цинъяня. Цинъянь хоть и был худощав, но всё же взрослый мужчина, и Ло Синьюэ, с её тщедушным телосложением, пришлось приложить поистине нечеловеческие усилия.
Наконец добравшись до дома, Ло Синьюэ сразу же закрыла дверь. Она опустила Цинъяня и, обессиленная, села прямо на пол, тяжело дыша.
Отдышавшись, Ло Синьюэ бросилась осматривать рану Цинъяня. Его белоснежные одежды спереди были уже полностью пропитаны кровью.
─ Я посмотрю твою рану, потерпи немного.
У Ло Синьюэ была зеркальная сенсорная эмпатия, то есть сопереживающая боль. Когда она видела, как кто-то ранен или истекает кровью, зеркальные нейроны в её мозгу автоматически активировались, и она физически ощущала ту же боль. Это было не просто сочувствие, а реальное физическое ощущение. Сейчас она успокаивала Цинъяня, но сама уже побледнела, и руки, когда она расстёгивала его одежду, дрожали.
Ло Синьюэ, закусив губу, осторожно осмотрела рану. Её взгляд был прикован к ране Цинъяня, и она не замечала, что он всё это время внимательно наблюдал за ней. Его глаза прошли путь от первоначального шока и неверия до сомнения, а теперь в них читались изумление и волнение. Глаза, которые не просили пощады, когда из него брали кровь, сейчас покраснели и наполнились слезами.
Ло Синьюэ подняла голову и взглянула на Цинъяня, решив, что он плачет от боли. ─ Потерпи, я сейчас вылечу тебя, ─ мягко сказала она.
Следуя мысленным указаниям системы, Ло Синьюэ сложила пальцы в магический жест и направила духовную энергию в рану. Зелёное сияние заструилось из её пальцев и вошло в повреждённое место Цинъяня.
В глазах Цинъяня вспыхнула ещё более сильная волна изумления.
Ло Синьюэ почувствовала, как что-то внутри неё внезапно вырвали, будто во время того похода к священной горе Кайлаш, когда их застала буря с градом и тело резко потеряло тепло, а затем его пронзили тысячи мелких игл. Она невольно покачнулась и застонала.
─ Хозяин, ты только что перенеслась, твоя энергия нестабильна! Если ты будешь так использовать духовную силу, организм не выдержит! ─ испуганно закричала система.
Ло Синьюэ, глядя на постепенно заживающую рану Цинъяня, пробормотала: ─ Ещё немного, почти всё.
─ Хозяин, мужья-звери очень сильные, с ними ничего не случится! Прекращай скорее, я же не хочу исчезнуть в первый же рабочий день!
Проклятая эмпатическая боль... Она действительно не могла оставить без внимания эти глаза, полные слёз и надломленности.
─ Всё, ещё чуть-чуть. ─ Наконец последняя царапина исчезла. Нервы Ло Синьюэ ослабли, перед глазами потемнело, и она покачнулась.
Цинъянь поспешно протянул руки, чтобы подхватить её. Ло Синьюэ, собрав последние силы, прошептала: ─ Всё в порядке, просто энергия закончилась. ─ Брови Цинъяня нахмурились, когда он посмотрел на женщину в своих объятиях. Она сама на грани, а всё ещё пытается его успокоить!
В этот момент дверь с грохотом распахнулась от удара ногой.

Комментарии

Загрузка...