— У нас... у нас не было выбора. Чтобы выжить, пришлось убивать девчонок ради пальцев. Сначала мы думали срезать их с трупов, но даос Собака требовал, чтобы их отрубали у живых, — дрожащим голосом рассказывал Краснорубашечник.
— И как долго это продолжается? — спросил я.
— Почти... почти год уже, — ответил он.
Девять пальцев каждые полмесяца — это девять человеческих жизней. Сколько же набежало за год?
— Надо же, какие вы шустрые. И до сих пор вас не поймали, — с усмешкой заметил я.
Краснорубашечник поспешил добавить: — Это все благодаря покровительству Старой Матери Красного Духа. Те девушки пожертвовали... пожертвовали своими пальцами ради спасения всех живых, это ведь великое... великое благодеяние, огромная заслуга...
— Да уж, заслуга огромная, — кивнул я.
Краснорубашечник обрадовался и продолжил: — Даос Собака говорил, что грядут смутные времена и великие бедствия, и только те, кто последует за Старой Матерью Красного Духа, смогут спастись.
Он покосился на четыре трупа на земле: — Этим четверым повезло, они совершили благое дело. Мы уже приготовили девять пальцев, но по дороге к Храму Речного Божества обнаружили, что один палец где-то потеряли.
— Мы жутко перепугались. К счастью, встретили эту семью. Спросили, сколько лет их дочери — девятнадцать, в самый раз! Вот мы и... и помогли им отправиться в путь.
— Помогли отправиться в путь, — я вдруг усмехнулся.
Краснорубашечник тревожно взглянул на меня: — Ну... для них это тоже великое благодеяние...
— А дальше что? — холодно прервал я его.
Краснорубашечник открыл было рот, пытаясь как-то оправдаться, но, увидев выражение моего лица, нехотя выдавил: — Когда мы отрубили палец той... той девке, наш старший брат сказал, что добру пропадать негоже, и... и они ее...
— Даос Собака сам приходит в Храм Речного Божества? — я не дал ему договорить.
— Этого... этого мы не знаем. Мы просто оставляли пальцы там и сразу уходили, — заикаясь, ответил Краснорубашечник.
— А где твои сообщники? — помолчав немного, спросил я.
— Они... они уже ушли к Храму Речного Божества, а я... я остался закапывать трупы... — ответил он.
— Сегодня последний срок? — я взглянул на небо.
— До... до завтрашнего дня нужно успеть, — пояснил Краснорубашечник.
Я кивнул, подошел к мертвой девушке и присел перед ней, держа зонт.
— Я... я помогу вам! — Краснорубашечник поспешно подполз ближе, в его голосе слышалась радость — видимо, он решил, что я собираюсь закопать тела.
Я приложил ладонь к лбу девушки. Несколько струек слабой темной энергии поднялись из-под земли, собрались в моей руке и проникли в ее лоб.
Сбор Духов!
В тот же миг, как я убрал руку, девушка резко села. В ее глазах не осталось зрачков — только белки.
Подползший Краснорубашечник в ужасе завопил и, панически перебирая конечностями, бросился наутек.
Но не успел он сделать и пары шагов, как бледная рука мертвой хваткой вцепилась в его левую ногу.
— Помогите, помогите...
Краснорубашечник обезумел от страха. Он отчаянно цеплялся за землю, оставляя глубокие борозды в грязи, и истошно орал, но все было тщетно — девушка неумолимо затащила его в яму.
— А-а-а!
Из ямы то и дело доносились жуткие крики.
Я сориентировался по сторонам, поправил зонт и продолжил свой путь.
По дороге дождь припустил еще сильнее, в небе загрохотал гром, а в тяжелых тучах начали вспыхивать молнии.
К счастью, гора оказалась невысокой. Спустившись с перевала, я увидел у подножия темные очертания какого-то поселения — похоже, это был городок.
Дождь лил как из ведра, словно в небе пробило огромную брешь. Ледяные потоки обрушивались на землю, поднимая белесый туман.
Я вошел в городок — здесь царила кромешная тьма. Ни единой живой души, ни одного огонька в окнах. Слышался лишь шум воды, бьющей по деревьям, каменной мостовой и крышам домов.
Мертвая тишина, даже собаки не лаяли.
В городке веяло могильным холодом, здесь было даже холоднее, чем на горе. Я заглянул в пару домов — все они были заброшены, причем люди съехали отсюда уже очень давно.
Я коснулся мокрой стены и лизнул палец — уровень энергии Инь в этом месте намного превышал норму. Если жить здесь постоянно, то даже без вмешательства злых духов можно тяжело заболеть.
Неудивительно, что городок опустел.
Когда я осматривал его с горы, фэншуй этого места показался мне вполне приличным. К тому же городок явно был старым, люди жили здесь поколениями, так что изначально эта земля не могла быть проклятой.
Очевидно, случилось какое-то внезапное событие, из-за которого баланс энергии Инь резко нарушился, превратив обитаемое место в мертвый заброшенный городок.
Дождь разошелся не на шутку, зонт уже не спасал. Я решил найти какое-нибудь укрытие, и, завернув за угол, вдруг заметил впереди, сквозь пелену ливня, тусклый огонек.
Я пошел на свет и наткнулся на заброшенное фабричное здание. Железные ворота были приоткрыты, и именно оттуда лился свет.
Заглянув внутрь, я удивился.
Внутри этого кирпичного цеха кипела жизнь. Под четырьмя яркими лампами стояли столы и стулья, за которыми сидели люди и шумно ужинали.
Судя по обстановке, заброшенную фабрику приспособили под придорожный трактир.
— Ох, какой ливень! Парень, заходи скорее! — крикнула женщина средних лет с полотенцем на голове. Она как раз несла большую миску с исходящим паром супом. Поставив ее на стол, она приветливо помахала мне рукой.
— Не думал, что найду здесь трактир, — с улыбкой сказал я, заходя внутрь и стряхивая воду с зонта.
— Садись скорее, выпей имбирного отвара, согрейся.
Хозяйка ловко налила мне пиалу горячего отвара.
Я огляделся. В углу сидела компания, заказавшая целый стол еды. Когда я вошел, они лишь мельком взглянули на меня.
Среди них было шестеро крепких мужчин. Их взгляды, когда они подняли головы, показались мне весьма хищными.
Вместе с ними за столом сидела женщина лет сорока в сером холщовом платье и черных матерчатых туфлях.
Пока остальные шумно ели и пили, она сидела неподвижно, лишь изредка поглядывая на лежащий рядом сверток. Ребенок был укутан так плотно, что невозможно было понять, мальчик это или девочка.
Я перевел взгляд на мужчину со шрамом на лбу. Эти шестеро в точности подходили под описание, которое дал Краснорубашечник. Должно быть, именно они везли пальцы в Храм Речного Божества.
Судя по времени, они еще не добрались до места — возможно, пережидали ливень в этом трактире, решив заодно поужинать.
Вот только про женщину в матерчатых туфлях и младенца Краснорубашечник ничего не говорил.
#

Комментарии

Загрузка...