Вскоре после того, как отец вернулся со своего наблюдательного пункта на веранде, входная дверь щелкнула. Шорканье пластиковых пакетов подсказало мне, что Кан Киён вернулся.
— Просто поставь это туда, Киён. Папа сам всё разберет. И то, что у тебя в руках, тоже отдай мне.
— Да Киён и так тащил всё самое тяжелое, у меня в сумках почти ничего нет. Иволь, ты уже приехал! Давно не виделись!
Я тут же вскочил на ноги и глубоко поклонился, пока мужчина и Кан Киён деловито перетаскивали пакеты и коробки с покупками на кухню.
— Сын, тебе нужно больше тренироваться. Ты такой худой по сравнению со своими братьями.
— Это просто мои хёны излишне огромные.
Кан Киён не оставлял без ответа ни одного замечания отца. Но это не было раздражением из-за плохого настроения. Он вел себя колюче, но наблюдать за тем, как он крутится прямо возле отца и отвечает на каждый вопрос, было одно удовольствие.
Нам Саджин ведь вел себя точно так же в сценах с Нам Чхольхёном... Мне не стоит воспринимать это как обычный подростковый бунт.
В каких-то семьях чувства выражали очень тепло и открыто, где-то общались как друзья, вечно подкалывая друг друга, а кто-то был более сдержанным. Я прочно зафиксировал в своей памяти мысль о том, что способы выражения у всех разные, но объём семейной любви далеко не всегда пропорционален тому, как его демонстрируют. Мне очень хотелось избежать ситуации, когда я буду вынужден сказать, что узнал о семейной любви только из дорам.
Или я ошибался? Если это нужно для роли, то, может, как раз и правильно учиться у дорам?
Мне искренне интересно, кто первым изрек фразу: «Учению нет конца». Если бы мне пришлось выбрать одно-единственное предложение, определяющее мою жизнь, я бы, пожалуй, выбрал именно его.
Интересно, встретила ли моя сестра новую семью?
Их поразительное сходство заставило меня задуматься о собственной семье. Мне стало любопытно, встретила ли она мать или отца, которые нежно заботились о ней, и какой дочерью она могла бы для них стать.
Учитывая её добрый и мягкий нрав, она могла бы походить на Чон Сонбина, но у моей сестры был острый язычок, так что, возможно, она была бы таким же ребенком, как Кан Киён.
В одном я мог быть уверен абсолютно точно.
В таком доме, как этот, она была бы окружена огромной любовью.
Это был дом, где привязанность сквозила в каждом, даже самом незначительном поступке.
Дом моей сестры, где бы он ни находился, вполне мог быть именно таким. Эта мысль заставила моё сердце забиться гораздо легче, пока я наблюдал за этой дружной парой отца и сына.
Я возвращался в общежитие от Кан Киёна с гораздо более четким видением роли. Мой сосед по комнате, Чхве Джехо, позже засвидетельствовал, что по мере чтения сценария мой характер испортился окончательно.
— Почему он должен зубрить свои реплики прямо перед моим носом?
Чхве Джехо возмущался по вполне понятной причине. Я с жадностью отыгрывал в одиночку роли Нам Ильхо, Нам Идына и Нам Сехён прямо внутри общежития spArk.
Последние несколько дней я практиковал метод «пересмотра нашего собственного контента», который мне посоветовали участники, и кое-что осознал. Мне не нужно было мучительно искать правильный тон. Секретный трюк, который я открыл, заключался в том, чтобы «пилить своих вымышленных братьев точно так же, как я пилю мемберов».
Если уж на то пошло, мне приходилось сдерживать себя, чтобы не стать еще более свирепым. Попытки создать себе серьезный и солидный имидж с самого начала были глупой затеей. Я едва не потратил кучу времени на совершенно бесполезное занятие.
Кан Киён был страшно возмущен и допытывался, почему этот персонаж полез из меня именно после того, как я съездил к нему в гости. Я попытался его успокоить, но это оказалось непросто, поэтому я перепоручил ликвидацию последствий Чон Сонбину. Как опытный лидер, Чон Сонбин зажал Кан Киёна в его комнате и окончательно вымотал парня разговорами.
— Неужели это всей подготовки, которая нам нужна...?
Пак Джуву прижал палец к уголку своего помятого сценария. Он таскал его с собой настолько часто, что тот пришел в ужасное состояние. Парень отмечал все характеристики персонажей от старших актеров ручками разных цветов. Множество полупрозрачных стикеров post-it, исписанных адлибами и подсказками, были расклеены по всем страницам.
Надо будет отдать его в переплет до начала съемок.
Я сам уже в третий раз сканировал и заново переплетал свой сценарий, потому что он постоянно пачкался от грима, воды и пота. У меня не нашлось бы оправданий, если бы мстительные духи сценария и принтера UtopiA пришли преследовать меня. Мне приходилось таскать сценарий, зажав под мышкой, на каждое мероприятие, словно искупая свои грехи.
— Мы сделали всю подготовку, какую только могли. В остальном нам просто нужно следовать указаниям на съемочной площадке.
Это был далеко не первый мой актерский опыт, но это был первый раз, когда мне требовалось «выразить персонажа, которого я не знал».
Мои коллеги по площадке были мне до боли знакомы, но результат, который мы должны были создать вместе, кардинально изменился — от мистического триллера до повседневного омнибуса. Это напоминало ощущения офисного клерка, которого перевели в рабочую группу для нового проекта, заставив заниматься чем-то совершенно иным вместе с людьми, которых он прекрасно знает.
В прошлом я бы точно ворчал по поводу сверхурочной работы, учитывая, что и так был занят до смерти. Я бы бормотал, чтобы они нашли кого-то получше, и отыскал бы десять тысяч причин, почему я не могу этого сделать.
Однако мой образ мыслей изменился без моего ведома. Я больше не находил это скучным или разочаровывающим.
Чувство нового вызова было непривычным. Я волновался, но не испытывал тревоги. Если я мог делать это под именем spArk, и если Спарклеры ждали этого, то меня устраивало абсолютно всё.
Границы того, от чего я получал удовольствие, начали стремительно расширяться.
Большинство видеопроектов снимались не в хронологическом порядке, чтобы сэкономить на производстве и упростить график. Временная шкала сдвигалась так, чтобы подстроиться под актеров и расписание съемок.
К примеру, Нам Саджин и семейство Нам впервые появляются в середине первой серии. Можно подумать, что все сцены первой серии будут отсняты в первый же день, но реальность была иной. Подобно студентам университета, которые впихивают все пары в определенные дни, актеры вроде Нам Саджина или исполнители других ролей второго плана снимали множество сцен за один присест всякий раз, когда оказывались на площадке.
Мой первый съемочный день был назначен позже фактического старта съемок. Это была моя первая официальная встреча с основным кастом со времен чтения сценария.
Перед сценой, где семья собирается за завтраком, я крутился возле господина Мо Ёнгю. Я планировал мгновенно сорваться с места, если ему захочется прогнать реплики или если ему что-то понадобится.
К счастью, он не стал игнорировать меня, пока я ждал, вытянув шею словно жираф.
— ......
— Да, господин!
— Разве я не говорил тебе не быть таким зажатым?
— Я и не был, господин!
— Я прямо слышу, как у тебя глаза бегают.
Он был добр даже к такому новичку, стоявшему настолько ниже его по статусу, что я не смел даже назвать себя его младшим коллегой. Мужчина спросил, каким персонажем мне видится Нам Саджин. Почувствовав себя так, словно у меня проверяют домашнее задание, я впервые за долгое время выступил с презентацией.
— На первый взгляд он кажется свирепым и резким, но я почувствовал, что на самом деле он несет в себе гораздо больше грусти или одиночества, чем обычный человек его возраста. В то время как бунтарские чувства по отношению к семье обычно расцветают в подростковом возрасте, мне кажется, что Нам Саджин, напротив, отчаянно хочет наладить более тесную связь со своими близкими теперь, когда он вступил в период полового созревания.
— Причина?
Старший актер не стал ни хвалить, ни критиковать меня. Он просто выслушал всё молча и задал следующий вопрос.
— Потому что ситуации, в которых он выражает такие эмоции, как гнев, побег из дома или драки, происходили именно тогда, когда он «чувствовал себя чужим в собственной семье». Если сфокусироваться на этом, он будет казаться более многогранным, если его гнев будет выражать разочарование от того, что отец и братья не замечают его вклада, а не просто злость из-за трудного возраста.
Я четко изложил причину, и мой прямой ответ, похоже, удовлетворил его. Вопросы продолжились.
— Если все роли будут многогранными, это может помешать восприятию картины зрителями. Чтобы контролировать динамику, кто-то должен оставаться простым и плоским для аудитории. Как ты думаешь, для Нам Саджина лучше быть многогранным или простым?
— Он является центральной фигурой в эпизодах, показывающих связь семейства Нам. В отличие от его троих братьев, его ключевым понятием является «семейная любовь», поэтому он обязан быть многогранным.
— Верно. Если бы ему не нужно было быть трехмерным, то не было бы никакого смысла вводить четырех братьев. Ты говоришь, что это должно быть «выражено» с актерской точки зрения. А что насчет тебя, Иволь? Сможешь ли ты это «выразить»?
— Я не уверен, что это то решение, которое я могу принять самостоятельно, не получив указаний от сценариста или режиссера.
— Я считаю, что у актеров тоже есть определенная доля влияния на это, но мнения расходятся, так что давай оставим эту тему. Если тебе нужно добавить эмоциональной выразительности для создания многогранного персонажа, что ты должен сделать?
— Я пойду и прямо сейчас спрошу у режиссера!
Мой ответ, к счастью, прошел его проверку. Он отпустил меня с легкой улыбкой, и я побежал к режиссеру. Тот с готовностью подтвердил идею о том, что «Нам Саджин — колючий подросток, который безумно любит свою семью, но делает вид, что это не так».
Вскоре камеры начали вращаться. Оказавшись среди грозных старших актеров, я...
— Да в каком бы ты ни был неадеквате, кто вообще путает строгую рубашку со школьной формой своего младшего брата?! И это ведь уже не в первый раз! Снимай! Живо верни! Верни мне мою рубашку!
— Ты уже столько чашек риса сожрал, а до сих пор не можешь найти свою собственную одежду? Ты что, вчера пропил все эти знания вместе с рисовым вином?
— Вы только посмотрите на этих двоих, как им весело. Этот чертов дом, меня уже тошнит от него.
...устроил полноценную истерику, ни капли не сдерживаясь. Я хмурил брови так сильно, словно они сложились в гармошку — настолько, что я не мог винить никого на площадке, если бы они усомнились в моем настоящем характере.
С такими темпами я стану единственным участником spArk, из-за которого разгорится скандал вокруг использования ботокса. Стоявший рядом со мной господин Гу Джахан выдал сомнительный комплимент, поинтересовавшись, не вселился ли в меня демон.
Длившиеся весь день съемки наконец завершились, когда на землю опустилась ночь. Меня отпустили с локации только после того, как были отсняты и дневные, и ночные сцены.
Весело попрощавшись со всеми, я открыл пассажирскую дверь машины. На сиденье покоилась стопка бумаг. Я часто изучал печатные предложения по расписанию, поскольку во время съемок или в перерывах смотреть в телефон было неудобно, и эти бумаги выглядели очень похоже.
— Тебе пришло много предложений об участии в шоу?
— Акции spArk сейчас взлетели слишком высоко.
Менеджер Даён ответил, перекладывая документы, чтобы я мог сесть.
Когда машина тронулась, я пробежался глазами по аккуратно составленному сводному листу на самом верху стопки. Среди знакомых названий программ мелькнуло одно имя, которое мне меньше всего хотелось бы видеть.
— Почему здесь написано «Шоу должно продолжаться»...?
«Шоу должно продолжаться», также известное как «SMG». Это было название, которое в последнее время то и дело шныряло в заголовках развлекательных новостей.
Увидев название нового выживательного шоу от NBC — продюсерской компании, стоявшей за IDC, — я буквально не поверил собственным глазам.

Комментарии

Загрузка...