Только когда они вернулись в гостиницу и зашли в свой номер, Чэн Яо вдруг поняла, что Цянь Хэн все это время держал ее за руку. Через рукав пиджака его пальцы все еще крепко обхватывали ее запястье.
Только когда они вернулись в гостиницу и зашли в свой номер, Чэн Яо вдруг поняла, что Цянь Хэн все это время держал ее за руку. Через рукав пиджака его пальцы все еще крепко обхватывали ее запястье.
Хотя прямого контакта кожи не было, Чэн Яо все равно почувствовала, как по телу начала разливаться жара.
Хотя прямого контакта кожи не было, Чэн Яо все равно почувствовала, как по телу начала разливаться жара.
Но Цянь Хэн не сказал ни слова, а лишь молча потащил девушку в свой комнату.
Но Цянь Хэн не сказал ни слова, а лишь молча потащил девушку в свой комнату.
Тан Бин хоть и был мерзавцем, но оказался довольно щедрым, забронировав два номера для Цянь Хэна и Чэн Яо.
Тан Бин хоть и был мерзавцем, но оказался довольно щедрым, забронировав два номера для Цянь Хэна и Чэн Яо.
Все произошло так внезапно, что у Чэн Яо не было времени осознать это. Но теперь, оказавшись в гостиной номера Цянь Хэна, она внезапно почувствовала, как в груди зарождается тревожное волнение.
Все произошло так внезапно, что у Чэн Яо не было времени осознать это. Но теперь, оказавшись в гостиной номера Цянь Хэна, она внезапно почувствовала, как в груди зарождается тревожное волнение.
Она нервно сжала пальцы и, посмотрев на мужчину, тихо поблагодарила:
Она нервно сжала пальцы и, посмотрев на мужчину, тихо поблагодарила:
— Босс... Спасибо вам.
— Босс... Спасибо вам.
Но, увы, ее благодарность совершенно не обрадовала Цянь Хэна. Он ровно и неподвижно сидел на диване с безупречно прямой осанкой и совершенно бесстрастным лицом:
Но, увы, ее благодарность совершенно не обрадовала Цянь Хэна. Он ровно и неподвижно сидел на диване с безупречно прямой осанкой и совершенно бесстрастным лицом:
— Ты все еще относишься ко мне как к боссу?
— Ты все еще относишься ко мне как к боссу?
Чэн Яо была намного ошеломлена и некоторое время находилась в растерянности.
Чэн Яо была намного ошеломлена и некоторое время находилась в растерянности.
— Если бы я не спросил, ты вообще собиралась мне об этом рассказать? — Его голос оставался совершенно ровным. Но чем спокойнее он звучал, тем опаснее он казался ей. Точно как море перед бурей — чем тише и ровнее, тем более пугающим оно становится.
— Если бы я не спросил, ты вообще собиралась мне об этом рассказать? — Его голос оставался совершенно ровным. Но чем спокойнее он звучал, тем опаснее он казался ей. Точно как море перед бурей — чем тише и ровнее, тем более пугающим оно становится.
Девушка прикусила губу:
Девушка прикусила губу:
— Я боялась, что если скажу... это создаст вам проблемы. Я не знала...
— Я боялась, что если скажу... это создаст вам проблемы. Я не знала...
— Что ты не знала? — Цянь Хэн холодно взглянул на нее. — Ты теперь у нас самопожертвованием ради работы занялась? Почему ты не пришла ко мне сразу?
— Что ты не знала? — Цянь Хэн холодно взглянул на нее. — Ты теперь у нас самопожертвованием ради работы занялась? Почему ты не пришла ко мне сразу?
Чэн Яо почувствовала стыд:
Чэн Яо почувствовала стыд:
— Просто... раньше, на моей предыдущей работе, когда я была младшим юристом, часто ходила с наставником на деловые ужины. Конечно, не сталкивалась с такими откровенными мерзавцами, как Тан Бин, но приставания были. Пьяные клиенты были взрослыми мужчинами средних лет. Кто-то отпускал грязные шуточки, кто-то пытался приобнять или «случайно» задеть.
— Просто... раньше, на моей предыдущей работе, когда я была младшим юристом, часто ходила с наставником на деловые ужины. Конечно, не сталкивалась с такими откровенными мерзавцами, как Тан Бин, но приставания были. Пьяные клиенты были взрослыми мужчинами средних лет. Кто-то отпускал грязные шуточки, кто-то пытался приобнять или «случайно» задеть.
Чэн Яо тяжело вздохнула:
Чэн Яо тяжело вздохнула:
— Я тогда сразу сообщила об этом наставнику. А он лишь усмехнулся и сказал, чтобы я не обращала внимания, это все просто шутки. Как говорится: клиент всегда прав. Мы должны хорошо их обслуживать... — Девушка опустила голову. — Он сказал, что я должна просто потерпеть.
— Я тогда сразу сообщила об этом наставнику. А он лишь усмехнулся и сказал, чтобы я не обращала внимания, это все просто шутки. Как говорится: клиент всегда прав. Мы должны хорошо их обслуживать... — Девушка опустила голову. — Он сказал, что я должна просто потерпеть.
Чэн Яо сидела перед Цянь Хэном, сникшая и потерянная, будто щенок, которого только что обругали. Он почти мог представить, как это было, когда она впервые столкнулась с подобными вещами и в растерянности побежала к наставнику, надеясь на защиту. Но помощи не последовало. Как, стиснув зубы, она училась проглатывать обиду и терпеть грязные шуточки и липкие руки этих жирных, самодовольных мужчин.
Чэн Яо сидела перед Цянь Хэном, сникшая и потерянная, будто щенок, которого только что обругали. Он почти мог представить, как это было, когда она впервые столкнулась с подобными вещами и в растерянности побежала к наставнику, надеясь на защиту. Но помощи не последовало. Как, стиснув зубы, она училась проглатывать обиду и терпеть грязные шуточки и липкие руки этих жирных, самодовольных мужчин.
Подумав об этом, Цянь Хэн вдруг перехотел отчитывать ее.
Подумав об этом, Цянь Хэн вдруг перехотел отчитывать ее.
— Тебе не нужно терпеть.
— Тебе не нужно терпеть.
— Что?
— Что?
Цянь Хэн поджал губы:
Цянь Хэн поджал губы:
— Все эти правила, которым тебя учили... Забудь о них. Со мной они не работают, тебе больше не придется терпеть подобное отношение.
— Все эти правила, которым тебя учили... Забудь о них. Со мной они не работают, тебе больше не придется терпеть подобное отношение.
Он серьезно посмотрел на нее:
Он серьезно посмотрел на нее:
— Чэн Яо, сколько бы ни стоял перед тобой человек — миллионы, миллиарды, триллионы — если кто-то к тебе лезет... Бей. Прямо в лицо, даже не задумываясь.
— Чэн Яо, сколько бы ни стоял перед тобой человек — миллионы, миллиарды, триллионы — если кто-то к тебе лезет... Бей. Прямо в лицо, даже не задумываясь.
— А если я не смогу?
— А если я не смогу?
— Если не сможешь, зови меня. Я разберусь.
— Если не сможешь, зови меня. Я разберусь.
Лицо Цянь Хэна было невозмутимым, когда он сказал это. Точно так же, как если бы он обсуждал, какая сегодня погода за окном. Но Чэн Яо вдруг почувствовала, как внутри что-то сжалось.Будто что-то теплое и тихое зажглось в глубине души. Неизвестно почему, но чем более обычным казался Цянь Хэн, тем более притягательным он становился.
Лицо Цянь Хэна было невозмутимым, когда он сказал это. Точно так же, как если бы он обсуждал, какая сегодня погода за окном. Но Чэн Яо вдруг почувствовала, как внутри что-то сжалось.
Будто что-то теплое и тихое зажглось в глубине души. Неизвестно почему, но чем более обычным казался Цянь Хэн, тем более притягательным он становился.
Цянь Хэн даже не заметил, как продолжил учить Чэн Яо:
Цянь Хэн даже не заметил, как продолжил учить Чэн Яо:
— Кроме этих богатеев, которые считают, что их деньги дают им право на домогательства, ты еще столкнешься с другими кадрами. Например, с теми, кто воображает себя богом только потому, что оплатил твои услуги. Они уверены, что могут распоряжаться тобой, требуют, чтобы ты была на связи двадцать четыре часа в сутки, и возмущаются, если ты отвечаешь не через минуту. Не терпи и не потакай им.
— Кроме этих богатеев, которые считают, что их деньги дают им право на домогательства, ты еще столкнешься с другими кадрами. Например, с теми, кто воображает себя богом только потому, что оплатил твои услуги. Они уверены, что могут распоряжаться тобой, требуют, чтобы ты была на связи двадцать четыре часа в сутки, и возмущаются, если ты отвечаешь не через минуту. Не терпи и не потакай им.
Чэн Яо кивнула.
Чэн Яо кивнула.
— В работе юриста есть один плюс: ты не привязана к одному работодателю, как офисные сотрудники. Если клиент тебе не нравится, ты можешь отказаться с ним работать и при этом не останешься без работы. Поскольку рынок огромен, ты всегда найдешь других клиентов. — Цянь Хэн перевел взгляд прямо в ее глаза: — Все, что тебе нужно сделать — это отточить свою профессиональную компетентность. Тогда тебе никогда не придется зависеть от чьих-то капризов. Потому что это ты выбираешь клиентов, а не они тебя.
— В работе юриста есть один плюс: ты не привязана к одному работодателю, как офисные сотрудники. Если клиент тебе не нравится, ты можешь отказаться с ним работать и при этом не останешься без работы. Поскольку рынок огромен, ты всегда найдешь других клиентов. — Цянь Хэн перевел взгляд прямо в ее глаза: — Все, что тебе нужно сделать — это отточить свою профессиональную компетентность. Тогда тебе никогда не придется зависеть от чьих-то капризов. Потому что это ты выбираешь клиентов, а не они тебя.
Чэн Яо решительно кивнула:
Чэн Яо решительно кивнула:
— Угу!
— Угу!
— И еще... Перестать все время думать о том, как сохранить общий баланс. — Голос мужчины стал очень строгим. — Ты считаешь, что я, Цянь Хэн, настолько отчаян, что мне нужно, чтобы мои подчиненные жертвовали собой для удержания клиентов?
— И еще... Перестать все время думать о том, как сохранить общий баланс. — Голос мужчины стал очень строгим. — Ты считаешь, что я, Цянь Хэн, настолько отчаян, что мне нужно, чтобы мои подчиненные жертвовали собой для удержания клиентов?
Подсознательно Чэн Яо сразу же поспешила извиниться:
Подсознательно Чэн Яо сразу же поспешила извиниться:
— Извините. — Она немного смутилась. — Это была моя ошибка, я не все сделала правильно.
— Извините. — Она немного смутилась. — Это была моя ошибка, я не все сделала правильно.
— Дело не в том, что ты плохо справилась, а в том, что ты мне не доверяешь. — Цянь Хэн не собирался так легко отпускать Чэн Яо. Он резко затронул ее внутренние сомнения: — Ты думаешь, что я такой же, как твой предыдущий наставник, и что перед выбором между деньгами и гордостью подчиненного я выберу деньги.
— Дело не в том, что ты плохо справилась, а в том, что ты мне не доверяешь. — Цянь Хэн не собирался так легко отпускать Чэн Яо. Он резко затронул ее внутренние сомнения: — Ты думаешь, что я такой же, как твой предыдущий наставник, и что перед выбором между деньгами и гордостью подчиненного я выберу деньги.
После его слов Чэн Яо наконец осознала, что она раньше боялась рассказать ему, так как думала, что это поставит его в неловкое положение. Такой ее взгляд на ситуацию основывался на подсознательной уверенности, что Цянь Хэн будет переживать из-за суммы, фигурирующей в деле.
После его слов Чэн Яо наконец осознала, что она раньше боялась рассказать ему, так как думала, что это поставит его в неловкое положение. Такой ее взгляд на ситуацию основывался на подсознательной уверенности, что Цянь Хэн будет переживать из-за суммы, фигурирующей в деле.
— Достойный человек любит деньги, но только честным путем. Я, Цянь Хэн, не стану зарабатывать их таким способом.
— Достойный человек любит деньги, но только честным путем. Я, Цянь Хэн, не стану зарабатывать их таким способом.
— Спасибо. — Чэн Яо искренне поблагодарила его. — Но я оставила все доказательства, на самом деле, вам не обязательно было бить его. Можно было решить все через суд.
— Спасибо. — Чэн Яо искренне поблагодарила его. — Но я оставила все доказательства, на самом деле, вам не обязательно было бить его. Можно было решить все через суд.
— Ты сама юрист, — Цянь Хэн взглянул на нее, — даже если он серийный домогатель с доказанной виной, ты ведь знаешь, какое наказание ему грозит по закону? Потратишь кучу сил и времени на суд, раз за разом преодолевая отвращение, снова и снова вспоминая все, а в итоге Тан Бин получит лишь формальное наказание, которое не причинит ему никакого вреда.
— Ты сама юрист, — Цянь Хэн взглянул на нее, — даже если он серийный домогатель с доказанной виной, ты ведь знаешь, какое наказание ему грозит по закону? Потратишь кучу сил и времени на суд, раз за разом преодолевая отвращение, снова и снова вспоминая все, а в итоге Тан Бин получит лишь формальное наказание, которое не причинит ему никакого вреда.
— Это считается преступлением только в случае сексуальных домогательств, достигших уровня непристойного насилия. В его случае, с хорошими адвокатами, которых он сможет себе позволить... Как ты думаешь, какое будет решение суда? Сможет ли это утолить твою злость и обиду?
— Это считается преступлением только в случае сексуальных домогательств, достигших уровня непристойного насилия. В его случае, с хорошими адвокатами, которых он сможет себе позволить... Как ты думаешь, какое будет решение суда? Сможет ли это утолить твою злость и обиду?
Чэн Яо почувствовала, как ее лицо вспыхнуло. Ей стало стыдно и неловко. Она не доверилась Цянь Хэну с самого начала, но он, зная это, все равно помог ей. Да еще и таким удовлетворяющим способом восстановил справедливость.
Чэн Яо почувствовала, как ее лицо вспыхнуло. Ей стало стыдно и неловко. Она не доверилась Цянь Хэну с самого начала, но он, зная это, все равно помог ей. Да еще и таким удовлетворяющим способом восстановил справедливость.
— Чэн Яо, ты можешь мне доверять.
— Чэн Яо, ты можешь мне доверять.
Когда в ее душе царил хаос, Цянь Хэн вдруг наклонился ближе, посмотрел ей прямо в глаза и отчетливо произнес:
Когда в ее душе царил хаос, Цянь Хэн вдруг наклонился ближе, посмотрел ей прямо в глаза и отчетливо произнес:
— В любой ситуации, если случится нечто подобное, я всегда тебя защищу.
— В любой ситуации, если случится нечто подобное, я всегда тебя защищу.
Простые слова, безо всяких красивых оборотов, но Чэн Яо почувствовала, как что-то внутри нее дрогнуло. Словно тяжелая железная дверь, которую она так долго держала закрытой, вдруг с грохотом рухнула, не выдержав натиска.
Простые слова, безо всяких красивых оборотов, но Чэн Яо почувствовала, как что-то внутри нее дрогнуло. Словно тяжелая железная дверь, которую она так долго держала закрытой, вдруг с грохотом рухнула, не выдержав натиска.
Будто что-то проникло в самое мягкое место ее сердца, посеяло там семя, и оно начало прорастать.
Будто что-то проникло в самое мягкое место ее сердца, посеяло там семя, и оно начало прорастать.

Комментарии

Загрузка...