Чжао Чанци позвал двоих парней, и вместе они отвели Ду Янь в медпункт.
Врач в медпункте бегло осмотрел её, сделал укол, а на лице его застыло тяжёлое выражение. Порывшись в интернете в поисках информации, он тут же вызвал скорую помощь.
Когда карета скорой помощи прибыла, врач окинул взглядом троих ребят:
— Кто из вас с ней ближе всех?
Все трое покачали головами — они были друг другу не более чем прохожими.
— Кто-то должен поехать с ней в больницу. Да, и лучше бы захватить немного денег.
Те двое парней тут же перевели взгляд на Чжао Чанци. Трагически вздохнув, Чжао Чанци бросил на них пару взглядов:
— Ладно, я поеду.
На его банковской карте хранилась его заначка — деньги на карманные расходы, которые он копил с самого детства. Сначала он всё сомневался, то ли ещё немного подождать и купить гитару, то ли прямо сейчас собрать себе компьютер, но теперь придётся сделать доброе дело.
Скорая приехала быстро. Врач мельком осмотрел девушку, погрузил её на нощилки, и Чжао Чанци тоже запрыгнул в машину. По дороге он слышал, как фельдшер куда-то звонила и сыпала профессиональными терминами: Чжао Чанци не понимал ни слова, но догадывался, что всё очень серьезно.
— Возможно, это лейкемия, — произнёс голос в наушнике.
Сердце Чжао Чанци ёкнуло. Он вдруг понял, что его первая мысль была донельзя эгоистичной, но в то же время до боли реалистичной:
— И сколько же на это потребуется денег?
— В экстренном отделении выйдет не слишком дорого. Самым дорогим будет сам процесс лечения.
Чжао Чанци опустил голову и взглянул на университетскую красавицу. На фотографиях в сети она выглядела потрясающе, но вживую — пожалуй, не настолько эффектно, как он себе воображал. Впрочем, она всё равно была симпатичнее Сунь Цяньцянь. Какая жалость, с давних времен красавиц преследует злой рок.
Поразмыслив немного, Чжао Чанци позвонил их куратору и ввёл его в курс дела, попросив как можно скорее связаться с её родными. Разумеется, под предлогом сопровождения больной он заодно отпросился с занятий на весь второй половине дня.
Когда Чжао Чанци добрался до больницы, куратор перезвонил сам и спросил:
— Что говорят врачи?
— Её только что отвезли на обследование, — Чжао Чанци не осмелился сказать, что это может быть лейкемия.
— Как только будут готовы результаты анализов, сразу же позвони мне. Родные Ду Янь как раз ждут вестей, чтобы купить билеты.
— Чего тут вообще ждать? — Чжао Чанци ещё не до конца уловил суть.
— Если это пустяковая болячка... то они не поедут, — витиевато выразился куратор. — Условия в её семье... довольно тяжёлые.
Почему неизлечимыми болезнями болеют одни бедняки? Что это за хреновый мир... Чжао Чанци почувствовал глухое раздражение. Но на этом всё и закончилось.
Через полчаса к нему подошёл врач и сообщил:
— Ей нужно госпитализироваться и пройти более глубокое обследование, займёт это примерно два-три дня.
Чжао Чанци спросил:
— Это может быть лейкемия?
Врач посмотрел на него:
— Я могу лишь сказать, что такая вероятность есть. Точный диагноз зависит от результатов обследований. Вы связались с родственниками пациентки?
— Они живут очень далеко, наверное, смогут приехать не сразу.
— Деньги с собой взял?
— Взял...
— Тогда внеси предварительную плату за лечение.
— Кстати, когда пациентка придёт в себя?
— Должна скоро проснуться.
— Тогда... могу ли я сначала подождать...
— Вы незнакомы с пациенткой? — Врачи повидали всякое на своём веку, так что он быстро всё понял.
— Из одного университета, но мы даже не разговаривали.
Когда он вошёл в палату, Ду Янь уже очнулась и сидела, уткнувшись в телефон. Услышав шаги вошедшего Чжао Чанци, Ду Янь спрятала телефон, взглянула на него и улыбнулась — улыбнулась очень красиво:
— Это ты?
— Ты меня знаешь?
— Тот парень, который пару дней назад играл на гитаре, — кивнула Ду Янь. — Текст песни был неплох.
Затем она спросила:
— Это ты привёз меня в больницу?
— Ага. — Чжао Чанци хотел заговорить о больничных расходах, но почувствовал, что ему как-то неловко об этом говорить.
— Сколько ты заплатил?
— Ещё нисколько, — торопливо ответил Чжао Чанци. — Врач только что велел мне оплатить госпитализацию и обследования, вот я и заглянул узнать, как ты.
Лицо Ду Янь слегка помрачнело:
— Не мог бы ты сначала заплатить за меня? Я верну тебе деньги, как только выпишутся.
— О, ладно, — машинально ответил Чжао Чанци, а затем добавил: — Твои родные всё ещё ждут новостей, может, позвонишь им?
Стоя в очереди к кассе, Чжао Чанци вдруг заметил, что Ду Янь уже спустилась вниз. Подойдя к нему, она сказала:
— Помоги мне оформить выписку.
— Куда это годится? Тебе сейчас нужен отдых!
— Подумаешь, лейкемия... Здесь всё равно сидеть ждать результатов, лучше уж вернуться назад, — Ду Янь держалась так безразлично, словно говорила о совершенно постороннем человеке. — Считай, что оказал мне услугу, я подожду тебя здесь.
С этими словами она молча опустилась на стоявшее поблизости кресло.
Похоже, она уже сама всё погуглила — Чжао Чанци тоже заглядывал в интернет: многие симптомы лейкемии слишком очевидны, да к тому же в больнице уже сделали общий анализ крови, а стоило заглянуть в сеть и сверить показатели, как всё становилось ясно.
Впереди оставалось еще несколько человек, и время от времени Чжао Чанци поворачивал голову, чтобы взглянуть на неё. Ду Янь всё это время сидела погруженная в себя, в её глазах не было ни искорки жизни, и казалось, будто она — всего лишь изваяние из белого нефрита.
Для выписки всё равно требовалось согласие врача; выйдя из кабинета, доктор побеседовал с Ду Янь с глазу на глаз и в конце концов дал добро.
Всю дорогу обратно на такси они проехали молча, и голос в наушнике тоже не подавал признаков жизни. Единственное — водитель в шутку назвал их парочкой, но ни один из них не смог выдавить из себя и улыбки. Что-то тяжёлое, нет, множество тяжёлых вещей давило им на души, превращая то, что должно было легко вздыматься рябью, в стоячую, мёртвую воду.
Выйдя из машины, Ду Янь собиралась идти в общежитие, но Чжао Чанци настоял на том, чтобы проводить её. По дороге он пытался её утешить:
— Давай всё-таки дождёмся результатов, может, это обычная анемия.
Ду Янь ничего не ответила. Дойдя до места, где она потеряла сознание, она огляделась по сторонам:
— А где мой велосипед? Куда вы его поставили?
— Велосипед... — Чжао Чанци действительно не обратил внимания, ведь тогда его волновало лишь то, как поскорее найти помощь. — Я оставил его прямо здесь...
— Ты его не пристегнул?
Чжао Чанци приоткрыл рот:
— Не пристегнул.
Хотя велосипеды в университете крали, пожалуй, реже, чем за его пределами, это всё равно была зона повышенного риска. У самого Чжао Чанци на первом курсе увели два велосипеда. Если не пристегнуть транспорт, то его, не говоря уже о профессиональных ворах, мог укатить любой прохожий.
На лице Ду Янь проступила явная злость — она злилась вовсе не на Чжао Чанци, но сдержалась и лишь яростно топнула ногой.
Он довёл её прямо до входа в женское общежитие. Уходя, Ду Янь спросила, сколько всего он потратил, и они обменялись номерами телефонов.
Вернувшись в общежитие, Чжао Чанци перелопатил в интернете кучу материалов о лейкемии, и чем больше он читал, тем сильнее леденело его сердце. Болезнь эта заключалась не только в деньгах: во многом всё зависело от удачи и личной воли человека к жизни. Во многих тематических ветках люди писали, что если уж выиграл в такую лотерею, то до того, как болезнь перейдёт в тяжёлую стадию, самоубийство, пожалуй, лучший выход. Жаль только, что в стране запрещена эвтаназия.
— Ваши пять часов на сегодня подошли к концу, — раздался голос в наушнике. — До завтра.
— Ты не мог бы со мной поболтать? — спросил Чжао Чанци.
— Если это касается болезней и жизни, — ответил голос, — думаю, в этом нет необходимости.
— Ты ведь сам заставил меня выполнить это задание, из-за чего я вляпался в такую историю, — возмутился Чжао Чанци. — Почему ты такой...
Чжао Чанци вдруг замер. С каких это пор он начал воспринимать собеседника как живого человека? Судя по его изначальному впечатлению, этот голос должен был оказаться всего лишь отладочной экспериментальной программой.

Комментарии

Загрузка...