Цзян Лохань неверяще смотрела на сообщения в группе. Внутри вдруг шевельнулось дурное предчувствие.
Она мысленно перебрала все три года старшей школы. Бай Мо бегал только за ней, с остальными девчонками общался чисто по-дружески. С Су Вань — тем более. Ледяная отличница и балбес-двоечник обитали в разных мирах, между ними просто не могло быть ничего общего.
Нахмурившись, Цзян Лохань всё же открыла личку с Су Вань.
«Сяо Вань, куда ты пропала после обеда?»
«Я хотела позвать тебя в библиотеку, но на выходе из ресторана тебя уже след простыл».
Ответ прилетел быстрее, чем от Бай Мо. В наушниках пискнуло:
«В зал игровых автоматов! Было очень весело!»
У Цзян Лохань болезненно кольнуло в груди. Дрожащими пальцами она набрала:
«Вместе с Бай Мо?»
Она всё ещё цеплялась за крохотную надежду. Увы, реальность оказалась безжалостной.
«Ага».
Цзян Лохань вдруг почувствовала себя брошенной. В голове шумело, мысли крутились вокруг одного и того же: «Неужели один отказ — и это действительно конец?..»
За три года она привыкла, что Бай Мо всегда маячит за спиной. А теперь... кажется, она его потеряла.
Она не стала продолжать переписку. Закрыла чат, открыла Qzone и снова нашла тот пост. Су Вань ответила на комментарий Бай Мо.
Всего два слова.
«А ты угадай».
Из нескольких десятков сообщений она ответила только ему. Это говорило само за себя.
«Ну уж нет!»
В глазах Цзян Лохань блеснула решимость.
«Придурок, я обязательно тебя верну!»
***
Сам Бай Мо, разумеется, ни о чём не подозревал. Он давно дрых без задних ног, и ничто не могло помешать ему выспаться.
Утро выдалось солнечным. Выйдя из спальни, Бай Мо обнаружил, что на диване в гостиной кто-то спит. Диван заметно просел под весом гостя, и оставалось только посочувствовать пружинам.
— Сяо Мо, уже проснулся?
Шаги Бай Мо разбудили спящего ещё до того, как он подошёл ближе.
— Дядя? Ты чего не лёг в гостевой? — дома была свободная комната, где обычно останавливались родственники.
Хэ Цун с измождённым видом сел и потёр виски.
— Выпей воды. — Бай Мо налил стакан и протянул ему.
Хэ Цун не стал отказываться и сделал большой глоток. Вода оказалась идеальной температуры.
— Думал, почитаю ещё немного документы, и не заметил, как вырубился, — вздохнул он, беря с журнального столика телефон. — Ого, уже десять! Всё, мне пора лететь на фабрику.
Глаза у дяди покраснели, лицо осунулось и пожелтело. Выглядел он паршиво.
— Сяо Мо, я побежал. Держи, дядя тебе на карманные расходы выделит! — Уже поднимаясь, Хэ Цун привычным жестом вытащил из бумажника две стоюаневые купюры.
Весь Хэ Цун был в этом. Без особого образования, зато Бай Мо любил как родного.
— Лаоцзю, отдохнул бы ещё, — Бай Мо взял деньги. Он знал характер дяди: откажешься — обидится.
Но его состояние внушало тревогу. Если он сейчас сляжет от переутомления, станет только хуже. Хэ Цун выдавил кривую улыбку.
— Ничего! Отцу скажешь, что я ушёл. И так в последнее время слишком его нагрузил.
Накинув куртку, Хэ Цун выскочил за дверь. Видимо, спросонья голова ещё не варила, потому что папку с документами он забыл на столике. Бай Мо и не думал его останавливать: пока проблема не решится, дядя всё равно никого слушать не станет.
Он без церемоний вскрыл оставленную папку. По мере чтения брови Бай Мо сходились всё ближе к переносице. Полчаса спустя он закрыл последнюю страницу, и ему стало ясно, отчего дядя так почернел. На его месте любой бы взвыл.
Предательство от человека, которому доверял, бьёт больнее любых финансовых потерь.
Бай Мо подошёл к окну и прикурил сигарету. Сделав пару затяжек, он стряхнул пепел по ветру.
Судя по бумагам, дядю загнали в глухой угол. Цепочка финансирования разорвана, до зарплаты осталась неделя. Помимо денег для рабочих, горят выплаты поставщикам за материалы и платежи по банковским кредитам. Дыра в бюджете перевалила за миллион юаней. Если не закрыть её, фабрике, в которую дядя вложил всю душу, конец.
Но был и шанс выкарабкаться. На складах мёртвым грузом лежало больше шестидесяти тысяч единиц готовой одежды. Стоит найти покупателя — и кризис миновал. Вот только кому сбросишь партию в шестьдесят тысяч штук? Тем более, именно этот сток и стал причиной катастрофы. При себестоимости в двадцать юаней за вещь, в этих шмотках заморожено больше миллиона!
— Изучил? Что скажешь?
Бай Синсюэ уже проснулся. В пижаме он сел на диван и притянул к себе папку. Выглядел Лао Бай не лучше Хэ Цуна — тоже полночи не спал.
— Дядю явно подставили. Но зачем? — Бай Мо не улавливал мотива.
Из документов вырисовывалась классическая схема. Пару месяцев назад общий знакомый свёл дядю с новым заказчиком. Партия была пустяковой — несколько тысяч штук. Но клиент оказался щедрым, перевёл деньги сразу после подписания договора. Хэ Цун любил работать с прямыми и открытыми людьми, так что они быстро сдружились.
Затем последовали новые заказы, всё крупнее и крупнее, пока не превысили мощности фабрики. Хэ Цун не собирался упускать жирную рыбу, тем более клиент намекал на ещё большие объёмы. Ради этого дядя взял кредиты, закупил новое оборудование и расширил цеха. Поначалу он осторожничал, держал расходы под контролем, чтобы в случае чего не уйти на дно. Но партнёр исправно закидывал всё более крупные заказы и платил как часы.
Бдительность Хэ Цуна уснула.
А в прошлом месяце прилетел заказ сразу на сто тысяч курток. Хэ Цун был на седьмом небе: прибыль с одной этой партии перекрывала его прежний годовой доход. Правда, возникла заминка: клиент согласился внести лишь десять процентов аванса, остальное обещал отдать частями. Хэ Цун поколебался, но вспомнил прошлую идеальную историю платежей и согласился.
Когда подошёл срок сдачи первой партии, клиент заявил, что бухгалтер заболел, деньги задерживаются, и товар пока забирать не надо. Хэ Цун почуял неладное, сбавил темпы производства, но было поздно. Вскоре партнёр просто испарился, перестал брать трубку.
К тому моменту на складе скопилось пятьдесят тысяч готовых вещей. Все оборотные средства ушли на закупку сырья и модернизацию. Фабрика была заложена. Ради этого огромного заказа Хэ Цун отказывался от всех остальных клиентов. Если он не получит эти деньги — это конец.
Именно это и не давало Бай Мо покоя. Дяде конец — это понятно. Но ведь сбежавший партнёр тоже ничего не получил!
Бай Мо нахмурился и посмотрел на отца:
— Грязная конкуренция?
Лао Бай кивнул:
— Прямых доказательств нет, но есть одна деталь. Зарубежный спортивный бренд Kappa ищет фабрику-партнёра в нашем городе. Их представители приезжали к твоему дяде, им всё понравилось.
— Kappa, значит... — протянул Бай Мо.
В 2004 году этот бренд был на пике популярности. Это потом они не уловили смену трендов, провалили репозиционирование и скатились на дно. Но прямо сейчас контракт с ними для любой фабрики Ханьцзяна — это билет в высшую лигу.
— Ты думаешь, кто-то специально организовал кассовый разрыв, чтобы вынудить Лаоцзю обанкротиться? А потом перекупить фабрику за копейки, убрать конкурента и забрать контракт?
— Скорее всего, — подтвердил отец. — Только человек из индустрии мог так легко сбыть те первые тестовые партии, которыми прикармливали Хэ Цуна.
Бизнес — это война, и ради прибыли в ход идут любые средства. Бай Мо ничуть не удивился. В прошлой жизни он и не из таких ям выбирался.
— Лао Бай, выходит, если мы распродадим склад и вернём деньги в оборот, вся их схема развалится?
— Да. Но сказать проще, чем сделать.
Бай Мо потянулся. В его глазах мелькнул азарт. Не успел он насладиться спокойной жизнью после перерождения, как снова приходится нырять в корпоративные интриги.
— Позвони дяде. Скажи, что я помогу ему вытащить деньги.

Комментарии

Загрузка...