Глава 65

«Нельзя... Нельзя просить! Артефакт для практика — это средство спасения жизни, вещь глубоко личная. Выпрашивать чужое оружие крайне недопустимо!» — твердила себе Бай Ци.Видя, что девчушка держится из последних сил, Гу Чи поменял позу, "случайно" подвинув пистолет еще на пару дюймов к ее сапожкам.Бай Ци опять покосилась на артефакт и с усилием перевела взгляд на огонь.Гу Чи поменял позу в третий раз.Бай Ци вновь затаила дыхание.Гу Чи поерзал в четвертый раз.Бай Ци слегка закусила губу, не в силах оторвать взор от таинственного оружия.И когда Гу Чи в пятый раз со вздохом поменял положение ног, нервы девушки окончательно сдали.«Брат Гу так легкомысленно относится к своему артефакту... пинает его ногами, точно деревяшку... Быть может, эта вещь не представляет для него особой ценности?» — промелькнула у нее в голове спасительная мысль. — «Раз так, то один-единственный вопросик ведь ничего не испортит?»Для истинного мастера-артефактора невиданный ранее предмет являлся величайшим соблазном — все равно что свежая рыбина для голодного кота.— Брат Гу... — порозовев до самых кончиков ушей, еле слышно прошептала Бай Ци. — А... могу я взглянуть на него?Гу Чи мгновенно сцапал пистолет с земли и прижал к груди:— Ну уж нет! Это мое сокровище!Сиграно было так убедительно, что Бай Ци обомлела.«И вправду нельзя...» — с горечью думала девушка, испытывая глубокое разочарование и уже собираясь принести свои извинения за бестактность.Но тут Гу Чи тягостно вздохнул и с драматичным видом произнес:— Эх, ладно... Пусть это и ценнейшее сокровище, но разве сравнится оно с прекрасной улыбкой девы Бай Ци? Коли дева Бай Ци так желает, бери, рассматривай.С этими словами Гу Чи ловким движением отсоединил магазин и протянул рукоять пистолета девушке.Бай Ци не сразу решилась протянуть руку. Ее сердце заколотилось где-то у самой горловины платья, а щеки вспыхнули еще ярче. В ее юной головке спутались мысли: «Что значат эти слова про улыбку?..» Однако Гу Чи не дал ей времени на раздумья.— Не возьмешь — сейчас же спрячу обратно! — пригрозил он.Бай Ци испуганно выхватила оружие:— Спасибо, брат Гу!«Он доверил мне свое личное оружие! Брат Гу — поистине благороднейший человек!» — ликовала в душе девушка.Однако не успела она рассмотреть даже спусковую скобу, как над ее ухом вновь раздался бархатный голос Гу Чи:— Дева Бай Ци...Она подняла глаза:— Да, брат Гу?— Как думаешь, ведь общение между людьми должно строиться на взаимности и равенстве? Взаимное уважение, обмен любезностями... Разве не так?Бай Ци послушно кивнула:— Разумеется! Если тебе сделали подарок или оказали услугу, следует ответить тем же. Нельзя пользоваться чужой добротой.Гу Чи тепло улыбнулся:— Вот и я о том же. Ты посмотрела мое сокровище... Не справедливо ли будет, если и ты покажешь мне свое?Бай Ци застыла:— ...«Дело плохо... Кажется, меня обвели вокруг пальца!» — опомнилась девушка. Если бы брат Гу заговорил об этом заранее, она ни за что не взяла бы этот проклятый серебряный предмет! Но теперь, продержав его в руках столько времени, отдавать его обратно было поздно.Все прежние восхищения испарились в миг. Брат Гу вовсе не был хорошим!Бай Ци закусила губку и едва слышно пролепетала:— Брат Гу... у меня нет никаких сокровищ...Гу Чи ласково успокоил ее:— Ничего страшного. Книги тоже сойдут.Бай Ци онемела.Эти свитки и книги дал ей сам наставник! Хотя они и не содержали великих тайн мироздания, передавать их в чужие руки, тем паче людям не из Секты Праведного Солнца, строго запрещалось. Но отказаться сейчас Бай Ци просто не могла. Ей дали подержать бесценный артефакт, а она пожалеет пару бумашонок?Впервые в жизни неискушенная девица узнала, насколько суров и коварен этот бренный мир.Брат Гу был настоящим змеем-искусителем!Не имея сил возразить, Бай Ци с сокрушенным видом полезла в свою сумку, достала стопку древних книг и обеими руками протянула их Гу Чи:— Брат Гу... только аккуратнее, прошу вас, не порвите листочки.— Будь спокойна, я буду предельно нежен, — с довольной ухмылкой забрал фолианты Гу Чи.Хотя от разыгранной сценки он испытывал легкое удовольствие, у него не было цели обидеть девчонку. Если бы она уперлась насмерть, ему пришлось бы прибегнуть к технике гипноза. А уж глухой ночью, в тёмном лесу, с одинокой юной девой... гипноз выглядел бы совсем неприглядно.Мечты и мысли — вещь сугубо личная, и без крайней необходимости Гу Чи предпочитал не вторгаться в чужое сознание. Это был вопрос его внутренних принципов.Он раскрыл самый верхний свиток с надписью «Техника Сердца Праведного Солнца».Не успел он прочесть и единой строчки, как перед глазами вспыхнуло ярко-зеленое свечение.Получен временный навык: Техника Сердца Праведного Солнца (Духовный ранг)[Активирован режим медитации: Ваша культивация будет автоматически расти со временем. Также возможен рост за счет духовных камней.][Текущий ранг: Смертный ранг]Гу Чи обомлел: «...»Он всего лишь открыл обложку, а система уже зачла освоение? Да еще и пассивная прокачка включилась?Это казалось абсолютным абсурдом, но в то же время имело свою железную логику. У игроков было всего три года, странно было бы заставлять их реально заучивать даосские трактаты десятилетиями.Впрочем, если так, то всю стратегию прохождения следовало пересмотреть. Если раскачаться до Ранга Небесного Обитателя, быть может, получится победить и без постоянного растрачивания Даосской Рифмы?Не успел Гу Чи углубиться в эти мысли, как со стороны поляны раздался оглушительный треск. Чья-то тень с бешеной скоростью пролетела сквозь кусты.Ба-ам!Лин Аньпин спиной врезался в вековой дуб. Из его рта брызнула алая кровь, а мощный ствол дерева со стоном переломился пополам.— Старший брат Лин! — испуганно вскрикнула Бай Ци и бросилась к окровавленному юноше.Остальные трое учеников тоже со всех ног бежали назад, покрытые глубокими рваными ранами. Выглядели они плачевно.В следующую секунду Гу Чи ощутил, как воздух вокруг застрял ледяной иглой. По лесу пронесся могильный холод. Подняв голову, он увидел, что ночное небо затянуло жуткое, темно-фиолетовое марево. Вокруг них, словно перевернутая пила, соткался плотный туманный барьер, запечатавший выходы.

«Нельзя... Нельзя просить! Артефакт для практика — это средство спасения жизни, вещь глубоко личная. Выпрашивать чужое оружие крайне недопустимо!» — твердила себе Бай Ци.

Видя, что девчушка держится из последних сил, Гу Чи поменял позу, "случайно" подвинув пистолет еще на пару дюймов к ее сапожкам.

Бай Ци опять покосилась на артефакт и с усилием перевела взгляд на огонь.

Гу Чи поменял позу в третий раз.

Бай Ци вновь затаила дыхание.

Гу Чи поерзал в четвертый раз.

Бай Ци слегка закусила губу, не в силах оторвать взор от таинственного оружия.

И когда Гу Чи в пятый раз со вздохом поменял положение ног, нервы девушки окончательно сдали.

«Брат Гу так легкомысленно относится к своему артефакту... пинает его ногами, точно деревяшку... Быть может, эта вещь не представляет для него особой ценности?» — промелькнула у нее в голове спасительная мысль. — «Раз так, то один-единственный вопросик ведь ничего не испортит?»

Для истинного мастера-артефактора невиданный ранее предмет являлся величайшим соблазном — все равно что свежая рыбина для голодного кота.

— Брат Гу... — порозовев до самых кончиков ушей, еле слышно прошептала Бай Ци. — А... могу я взглянуть на него?

Гу Чи мгновенно сцапал пистолет с земли и прижал к груди:

— Ну уж нет! Это мое сокровище!

Сиграно было так убедительно, что Бай Ци обомлела.

«И вправду нельзя...» — с горечью думала девушка, испытывая глубокое разочарование и уже собираясь принести свои извинения за бестактность.

Но тут Гу Чи тягостно вздохнул и с драматичным видом произнес:

— Эх, ладно... Пусть это и ценнейшее сокровище, но разве сравнится оно с прекрасной улыбкой девы Бай Ци? Коли дева Бай Ци так желает, бери, рассматривай.

С этими словами Гу Чи ловким движением отсоединил магазин и протянул рукоять пистолета девушке.

Бай Ци не сразу решилась протянуть руку. Ее сердце заколотилось где-то у самой горловины платья, а щеки вспыхнули еще ярче. В ее юной головке спутались мысли: «Что значат эти слова про улыбку?..» Однако Гу Чи не дал ей времени на раздумья.

— Не возьмешь — сейчас же спрячу обратно! — пригрозил он.

Бай Ци испуганно выхватила оружие:

— Спасибо, брат Гу!

«Он доверил мне свое личное оружие! Брат Гу — поистине благороднейший человек!» — ликовала в душе девушка.

Однако не успела она рассмотреть даже спусковую скобу, как над ее ухом вновь раздался бархатный голос Гу Чи:

— Дева Бай Ци...

Она подняла глаза:

— Да, брат Гу?

— Как думаешь, ведь общение между людьми должно строиться на взаимности и равенстве? Взаимное уважение, обмен любезностями... Разве не так?

Бай Ци послушно кивнула:

— Разумеется! Если тебе сделали подарок или оказали услугу, следует ответить тем же. Нельзя пользоваться чужой добротой.

Гу Чи тепло улыбнулся:

— Вот и я о том же. Ты посмотрела мое сокровище... Не справедливо ли будет, если и ты покажешь мне свое?

Бай Ци застыла:

— ...

«Дело плохо... Кажется, меня обвели вокруг пальца!» — опомнилась девушка. Если бы брат Гу заговорил об этом заранее, она ни за что не взяла бы этот проклятый серебряный предмет! Но теперь, продержав его в руках столько времени, отдавать его обратно было поздно.

Все прежние восхищения испарились в миг. Брат Гу вовсе не был хорошим!

Бай Ци закусила губку и едва слышно пролепетала:

— Брат Гу... у меня нет никаких сокровищ...

Гу Чи ласково успокоил ее:

— Ничего страшного. Книги тоже сойдут.

Бай Ци онемела.

Эти свитки и книги дал ей сам наставник! Хотя они и не содержали великих тайн мироздания, передавать их в чужие руки, тем паче людям не из Секты Праведного Солнца, строго запрещалось. Но отказаться сейчас Бай Ци просто не могла. Ей дали подержать бесценный артефакт, а она пожалеет пару бумашонок?

Впервые в жизни неискушенная девица узнала, насколько суров и коварен этот бренный мир.

Брат Гу был настоящим змеем-искусителем!

Не имея сил возразить, Бай Ци с сокрушенным видом полезла в свою сумку, достала стопку древних книг и обеими руками протянула их Гу Чи:

— Брат Гу... только аккуратнее, прошу вас, не порвите листочки.

— Будь спокойна, я буду предельно нежен, — с довольной ухмылкой забрал фолианты Гу Чи.

Хотя от разыгранной сценки он испытывал легкое удовольствие, у него не было цели обидеть девчонку. Если бы она уперлась насмерть, ему пришлось бы прибегнуть к технике гипноза. А уж глухой ночью, в тёмном лесу, с одинокой юной девой... гипноз выглядел бы совсем неприглядно.

Мечты и мысли — вещь сугубо личная, и без крайней необходимости Гу Чи предпочитал не вторгаться в чужое сознание. Это был вопрос его внутренних принципов.

Он раскрыл самый верхний свиток с надписью «Техника Сердца Праведного Солнца».

Не успел он прочесть и единой строчки, как перед глазами вспыхнуло ярко-зеленое свечение.

Получен временный навык: Техника Сердца Праведного Солнца (Духовный ранг)[Активирован режим медитации: Ваша культивация будет автоматически расти со временем. Также возможен рост за счет духовных камней.][Текущий ранг: Смертный ранг]

Гу Чи обомлел: «...»

Он всего лишь открыл обложку, а система уже зачла освоение? Да еще и пассивная прокачка включилась?

Это казалось абсолютным абсурдом, но в то же время имело свою железную логику. У игроков было всего три года, странно было бы заставлять их реально заучивать даосские трактаты десятилетиями.

Впрочем, если так, то всю стратегию прохождения следовало пересмотреть. Если раскачаться до Ранга Небесного Обитателя, быть может, получится победить и без постоянного растрачивания Даосской Рифмы?

Не успел Гу Чи углубиться в эти мысли, как со стороны поляны раздался оглушительный треск. Чья-то тень с бешеной скоростью пролетела сквозь кусты.

Ба-ам!

Лин Аньпин спиной врезался в вековой дуб. Из его рта брызнула алая кровь, а мощный ствол дерева со стоном переломился пополам.

— Старший брат Лин! — испуганно вскрикнула Бай Ци и бросилась к окровавленному юноше.

Остальные трое учеников тоже со всех ног бежали назад, покрытые глубокими рваными ранами. Выглядели они плачевно.

В следующую секунду Гу Чи ощутил, как воздух вокруг застрял ледяной иглой. По лесу пронесся могильный холод. Подняв голову, он увидел, что ночное небо затянуло жуткое, темно-фиолетовое марево. Вокруг них, словно перевернутая пила, соткался плотный туманный барьер, запечатавший выходы.