Арка первая
Прощание с тем мной, который был лишь довеском
После Золотой недели в классе было шумно, но в то же время чувствовалась какая-то апатия.
Некоторые называют это майской хандрой...
Меня зовут Маэсима Сатору, я второгодка старшей школы Такасаки с уклоном на подготовку к университету в префектуре Сайтама.
Именно "Маэсима", а не "Маэдзима".
Не хочу хвастаться, но я неплохо учусь и довольно спортивен.
При росте в 180 сантиметров я считаюсь высоким, а благодаря тому, что в прошлом занимался боксом, у меня подтянутое тело.
За внешностью я тоже слежу, так что, пожалуй, меня можно назвать симпатичным.
Но за всем этим стояли немалые усилия
— Йо, Сатору!
— Привет, Томоки.
Это Хара Томоки, один из немногих друзей, которых я завёл в старшей школе.
С каштановыми волосами и пирсингом он выглядит как типичный ловелас, но на самом деле его семья держит школу чайной церемонии. Он дружелюбный, и с ним легко общаться.
К тому же его младшая сестра — очень искренняя и милая девочка.
— Ну, как всё прошло? Перешёл на новый уровень со своей девушкой на Золотой неделе? А?
— Заткнись... Ничего такого не было.
— А? Но вы же хотя бы на свидание сходили, да?.. Погоди, ах... мои соболезнования.
Томоки осёкся и перевёл взгляд на передние парты.
Там три ученицы окружили сидящего за партой парня, смеясь и оживлённо болтая.
— Мистер Главный Герой сегодня снова вовсю красуется, да уж...
— Так всегда.
— Ха-а-а... Тебя это правда устраивает? Мисаки-тян ведь твоя девушка, разве нет?
— Она моя девушка, но ещё она подруга детства Юмы.
Да, этим ничем не примечательным парнем в окружении трёх красавиц был Курокава Юма.
А тремя девушками вокруг него были Акаи Рэй — красавица с мальчишеским характером, Аотаки Хонока — утончённая барышня из хорошей семьи, и Кияма Мисаки — жизнерадостная, популярная девушка, и по совместительству моя девушка.
Мисаки на мгновение повернулась ко мне, быстро улыбнулась и тут же снова переключилась на Курокаву.
— Смотрю, принцессы нашего класса и сегодня безраздельно преданы Господину Другу Детства...
— Так ведь всегда, разве нет? — с кривой усмешкой ответил я на язвительное замечание Томоки.
— "Так всегда"... да уж... Но знаешь, Сатору. Это уже стало твоей коронной фразой, но если ты считаешь подобное нормой, то дела твои совсем плохи, понимаешь? — произнёс Томоки с куда более серьёзным лицом, чем обычно.
— Что ты имеешь в виду под "дела плохи"?..
— Даже если сейчас ты не понимаешь, о чём я, придёт время - и поймёшь... И когда это случится, ты...
Динь-дон, дан-дон♪
Слова Томоки прервал школьный звонок.
──После этого на переменах мы с Томоки больше не возвращались к этой теме... А затем наступил большой перерыв на обед.
— Держи, Сатору-кун. Это твоё.
— А, да, спасибо, Мисаки.
Мисаки протянула мне сумку для ланча.
Вскоре после того, как мы начали встречаться, Мисаки стала готовить обеды и для меня.
— А это...
Я опустил взгляд на вторую сумку для ланча в её руках.
— А, да, это для Юмы. Он такой привередливый в еде, честно говоря, это так раздражает, правда? Ладно, увидимся позже!
Сказав это, Мисаки забрала свой обед и порцию Юмы, присоединившись к кружку вокруг него и двух других девушек.
Проводив её взглядом, я взял свой свёрток, тихо встал и вышел из класса через переднюю дверь.
Перед уходом я мельком успел разглядеть обед Юмы...
Там были помидорка черри, картофельный салат, два кусочка жареной курицы, жареная креветка и свинина с имбирём...── а поверх риса водорослями нори была выложена буква "Y".
Я поднялся на крышу...
В плохую погоду я ел в классе, но в солнечные дни всегда обедал здесь в одиночестве...
Я открыл бенто, приготовленное Мисаки.
Внутри лежали картофельное пюре, один кусочек жареной курицы, рыбная котлетка, замороженная мини-котлета для гамбургера и простой белый рис.
Так было всегда...
Ещё до того, как мы с Мисаки начали встречаться, она готовила и носила обеды Юме.
Можно сказать, меня просто добавили позже.
У меня не было претензий к содержимому... Сам факт того, что она готовила для меня, уже был поводом для огромной благодарности.
По крайней мере, так я думал.
Однако утренние слова Томоки назойливо крутились в голове...
Держа палочки в руке, я никак не мог заставить себя притронуться к еде.
И тут
— Эй, ты что, не будешь это есть?
На крыше, которую я считал безлюдной, меня кто-то окликнул.
Я повернулся на голос и увидел... Гото Куми, девушку из параллельного класса.
У неё были длинные чёрные волосы и острый, довольно холодный взгляд... Она была красива, но к ней никто не подходил.
За ней закрепилась репутация проблемной ученицы.
Гото опиралась локтями на перила крыши, откусывая по кусочку от булки.
— Эй, если не хочешь, отдай мне.
— А? Обед?
Гото с холодным взглядом указала на коробку с бенто.
Учитывая, что Мисаки потратила время и силы на готовку, я понимал, что поступаю ужасно.
И всё же я протянул коробку с обедом и палочки Гото.
— Спасибо.
Гото принялась быстро уплетать еду.
— М-м!
Взамен она ткнула мне в грудь булочку со сладкой бобовой пастой.
— Нет... мне не нужно...
— М-м!!
Не слушая возражений, она с силой прижала булочку к моей груди, продолжая поглощать обед.
Мне ничего не оставалось, кроме как надорвать упаковку и откусить кусочек.
Тесто оказалось чуть солоноватым на вкус.
С первого укуса до бобовой начинки я ещё не добрался.
Я откусил ещё раз.
На этот раз во рту разлился вкус кунжута и соли, за которым последовала сладость красных бобов.
— Ты чего плачешь?...
— А?
Я даже не заметил, как по моим щекам покатились слёзы.
— Спасибо за еду.
Гото сунула мне обратно опустевшую коробку из-под ланча.
Я посмотрел ей в лицо.
— Было вкусно.
— В-вот как...
Услышав мой ответ, Гото продолжила:
— Вкусно, да. Но совсем не чувствуется, что это готовили с желанием порадовать того, кто будет есть.
— Что ты имеешь в виду?
— Это похоже на то, как мама собирает обед для бедного папы.
Не понимая, о чём она, я растерянно заморгал.
— Ха-а-а... Я к тому, что этот обед словно собрали заодно, как довесок. Иными словами, это был отцовский обед, собранный по остаточному принципу, пока готовили для ребёнка.
Я не удержался и рассмеялся.
— Разве тут есть над чем смеяться? — Гото озадаченно нахмурила брови.
— Да, просто ты попала в самую точку.
— Хм. Ну, в любом случае это не моё дело.
С этими словами она снова облокотилась на перила и уставилась вдаль.
— Гото-сан, ты часто сюда приходишь?
— А я обязана отвечать?
— Могла бы и сказать в качестве благодарности за обед.
— Я вообще-то отдала тебе булочку с бобами.
Ну, не то чтобы это знание что-то изменило...
Я убрал пустую коробку в сумку, сунул обёртку от булочки в карман и повернулся, чтобы уйти с крыши.
— Когда на улице не холодно, я здесь довольно часто, — произнесла Гото-сан, глядя в небо и не оборачиваясь ко мне.
Не сказав ни слова, я закрыл дверь на крышу и ушёл...
— Спасибо, Мисаки. Было очень вкусно.
— Ага! На здоровье!
Возможно, из-за чувства вины я отвёл взгляд от Мисаки и направился к своему месту, но она поймала меня за руку.
— Эй, Сатору-кун! Завтра суббота, давай сходим в кино на тот фильм, на который у нас не получилось пойти в прошлый раз! И заодно пообедаем вместе!
— А, да, конечно. Во сколько встретимся?
— Хм-м... Давай в одиннадцать перед станцией!
— Понял.
Мисаки с улыбкой помахала мне рукой, когда я возвращался за свою парту.
Фильм, на который у нас не получилось пойти в прошлый раз...
Вот только пойти тогда не смогла именно Мисаки, а не я.
"Прости, Сатору-кун... Юма сказал, что никак не справится с домашкой на завтра без моей помощи".
Возможно, с того самого момента... Нет, возможно, с самого начала шестерёнки в наших с Мисаки отношениях крутились невпопад.

Комментарии

Загрузка...