Обширный зал тонул во тьме. Единственным источником света служили многочисленные голограммы, парящие в воздухе. На них транслировались ключевые зоны внутри Башни Роста, куда недавно вошли курсанты первого курса.
— Уже год прошел. Как быстро летит время.
Голограммы проецировались над столом, за которым сидели люди. В тишине, где каждый сосредоточенно вглядывался в мерцающие изображения, раздался ленивый, тягучий голос.
Это была Ли Суён, ответственный профессор класса Усу первого курса. Потирая кончики своих фиолетовых волнистых волос, она с явной неохотой потянулась, разминая затекшее тело.
— Кажется, только на днях было их первое вхождение в Башню.
— Для человека, который так говорит, вы совсем не изменились, — заметил кто-то.
— Обычные люди за год и не меняются.
Ли Суён поморщилась и потерла плечо, чувствуя, что скованность в мышцах так и не прошла.
— А сложность в этот раз не слишком ли завышена?
— Это результат оценки среднего уровня курсантов. В этом году он заметно вырос, поэтому мы скорректировали условия, — ответил Альберт.
Он не был новичком, но в этом году впервые стал ответственным профессором. Альберт уже более десяти лет курировал класс Когу и знал все тонкости процесса. Остальные профессора, слушавшие их разговор, согласно кивнули.
В последнее время начальный уровень курсантов действительно совершил резкий скачок. Эта тенденция наблюдалась несколько лет, но нынешний поток уже успели окрестить «золотым поколением» — одним из лучших в истории Сиёлама.
Первое вхождение в Башню для первокурсников всегда проходило на первом этаже. Это правило оставалось неизменным. Тема испытания — выживание. Место действия — бескрайний лес, кишащий монстрами. Пять дней в дикой чаще, имея при себе лишь основное оружие.
Во время прошлой Данж-практики подготовка разрешалась. Можно было брать с собой предметы для выживания и даже вещи, напрямую помогающие в бою. Тогда критерием оценки была не столько личная сила, сколько умение работать в команде. Даже самый могущественный сверхчеловек порой не может справиться в одиночку — такова была логика профессоров.
Но нынешнее испытание отличалось.
Их забросили в лес, оставив только основное оружие. Никакого снаряжения, никаких припасов. Пять дней полной изоляции и борьбы за жизнь. В окружении монстров и, что куда опаснее, в условиях жесткой конкуренции с другими курсантами.
Сложность была явно выше, чем на Данж-практике. И выше, чем в прошлом году. Но Ли Суён имела в виду не это.
— В прошлом году ведь был шестой ранг?
— Да, в прошлом году целью был альфа-экземпляр шестого ранга — «Глиняный истукан», — сверившись с данными, подтвердил Иханес, профессор класса Чхонмён.
На третий день пятидневного выживания в центре локации первого этажа Башни Роста всегда появляется особый монстр. За его уничтожение начисляется огромное количество баллов. Это своего рода стимул, заставляющий курсантов объединяться ради общей цели, несмотря на соперничество.
Так было и в прошлом году. Глиняный истукан — монстр шестого ранга. Как и следует из названия, это голем, чье тело состоит из земли, камней и переплетенных корней деревьев.
— В прошлом году... ха-ха. К удивлению всех, его одолел один-единственный курсант.
— Ли Джиюн из секты Тэсан? Это было громкое событие, я помню. Говорят, она просто забила его до смерти в рукопашной, — вставил кто-кто из присутствующих.
— Сокрушить голема, обладающего невероятной прочностью и регенерацией, в лобовой атаке... Когда я услышал об этом, просто не поверил своим ушам.
Шестой ранг Альфа. В классификации монстров с первого по восьмой ранг шестой находится ближе к низу списка. Глядя на сухие цифры, можно ошибочно принять его за слабого противника, но это опасное заблуждение.
Монстр шестого ранга — это обычно босс подземелья четвертого ранга. Нередки случаи, когда низкоранговые сверхлюди и солдаты, вошедшие в такое подземелье для зачистки, гибли в полном составе при столкновении с боссом. Для любого курсанта академии, каким бы талантливым он ни был, бросить вызов такому существу — огромный риск.
— Да, в прошлом году был шестой ранг. Но почему в этот раз...
Ли Суён указала на строчку в отчете:
[Целевой монстр: Паразитическая моль, 5-й ранг Альфа]
— Пятый ранг? Да еще и Альфа?
Сложность зашкаливала. Условия среды остались прежними, но ранг босса изменился.
— В прошлом году курсант в одиночку уничтожил шестой ранг, — напомнил Альберт.
— И что, это повод так задирать планку? То была наследница Тэсан, а здесь, как бы ни был высок средний уровень...
— В этом году среди первокурсников есть наследники Гэпхва и Чангэ. Если они объединятся с другими курсантами, это не будет невыполнимой задачей. К тому же, у курсантки Хон Ёнхва уже есть опыт одиночного уничтожения монстра пятого ранга, не так ли?
С этим доводом трудно было спорить. Ли Суён задумчиво кивнула, но тут же сменила тему, вспомнив кое-что еще.
— Это всё понятно. Но не слишком ли суровы условия для Ли Ха Юля?
При упоминании этого имени профессора, до этого хранившие молчание, оживились. Иханес переспросил:
— Суровы? На него не накладывали никаких особых ограничений.
— Я не об этом. Я о баллах, — Ли Суён щелкнула пальцами, и голограммы в воздухе развернулись, открывая новые данные.
[Особый набор: 1 000 баллов]
— Это слишком очевидно. Вы буквально вешаете на него мишень и говорите всем: «Убейте его».
— Кто мы такие, чтобы обсуждать волю Ректора?
Ли Суён поморщилась. «Воля Ректора». Она совершенно не понимала, чего он добивается.
Курсант особого набора. После его зачисления ходило множество слухов, но, судя по скорости его роста на тренировках и Данж-практике, в нем определенно видели потенциал. Потенциал — это хорошо, но зачем назначать за него такую награду еще до того, как он успел раскрыться?
Ли Суён на мгновение задумалась, а затем перевела взгляд на Лиану, профессора класса Ипчхун, к которому был приписан льготник. Она хотела узнать мнение той, кто непосредственно обучает Ли Ха Юля.
— ......
Обычно у профессора Лианы была безупречная репутация. Она всегда встречала коллег мягкой, доброй улыбкой. Но сейчас Лиана выглядела странно: она сидела с отсутствующим видом, уставившись в пустоту.
Она явно была не в себе. Ли Суён вспомнила нелепые слухи, которые недавно поползли среди курсантов. Якобы профессор Лиана обнюхивала и домогалась одного из учеников. Бред чистой воды. Скорее всего, те, кто распускает подобные сплетни, скоро горько об этом пожалеют.
Как бы то ни было, Лиана сейчас была не лучшим собеседником. Ли Суён с сомнением отвела взгляд и посмотрела на другого человека, присутствовавшего здесь, хотя тот и не был куратором первого курса.
Её выдавали острые золотистые глаза и мощная магическая аура, которую она пыталась скрыть, но в которой всё равно чувствовалась свирепость. Это была профессор Атра, ведущая профильные лекции у курсанта особого набора. Она присутствовала здесь как его наставница.
— Профессор Атра, а вы что думаете?
Ли Суён была с ней едва знакома — они лишь пару раз обменивались приветствиями на общих собраниях. Атра, подпиравшая подбородок рукой и не сводившая глаз с голограммы, бросила на неё мимолетный взгляд. Она слышала весь разговор и понимала, о чем её спрашивают.
— ......
Атра вспомнила последние недели. Её жизнь не была такой уж долгой, но это время оказалось невероятно насыщенным.
Первая встреча. Неудовлетворительные навыки и слабая скорость развития. А затем — стремительный, почти пугающий прогресс день ото дня. Таланты, раскрывающиеся в самых разных областях. Его прилежание, отсутствие попыток увильнуть от трудностей. И то, как он беспрекословно следовал за ней, словно полностью доверял, хотя наверняка во многом сомневался.
А потом... на Данж-практике...
— Угх... Бэээ-э!
Вспомнилось, как его тошнило от одного её вида.
Ненужное воспоминание. Атра плотно сжала губы. Подавив всплеск эмоций, она произнесла:
— Ну...
Оценивая средний уровень курсантов и зная возможности Ли Ха Юля, которого она тренировала лично, Атра сделала вывод:
— Он не даст себя в обиду.
Ли Ха Юль не был слабым звеном в этом испытании. Он уже стал сверхчеловеком, чьи силы начали пробуждаться в полную мощь.
***
В последнее время всё идет наперекосяк. Так было в прежнем мире, так продолжается и здесь. Мою жизнь всегда сопровождали неудачи — не настолько сокрушительные, чтобы впасть в полное отчаяние, но достаточно ядовитые, чтобы каждый раз ломать лестницу, по которой я пытался выбраться к свету.
— Фью-ю-у...
Ветер пронесся мимо, обдав меня странным холодом. Я невольно поежился и забился поглубже в свое укрытие.
Оказавшись внезапно беспомощным и слепым, я буквально на карачках нащупал это место. Это была низина, где нагроможденные друг на друга валуны образовали узкую щель, в которой можно было спрятаться.
Втиснувшись внутрь, я забросал лаз заранее припасенными крупными ветками. Несколько слоев такой маскировки должны обеспечить базовую скрытность. Если добавить к этому немного магии, получится сносное убежище.
«......»
Выровняв дыхание, я попытался активировать пространственное восприятие.
Тщетно.
Ничего не вышло. Способность лишь слабо пульсировала, словно придавленная огромным камнем. Я не мог развернуть её.
Пространственное восприятие, заменявшее мне глаза, исчезло. Смарт-часы, заменявшие мне голос, тоже отобрали. Сейчас на моем запястье были лишь экзаменационные часы, предназначенные исключительно для расчета баллов.
«И что мне теперь делать?»
Похоже, я провалился в самом начале.
Первое вхождение в Башню, первое испытание — как ни назови, суть одна. Это событие было словно специально создано, чтобы максимально усложнить жизнь «игроку».
Курсантам разрешено нападать друг на друга. Для тех, кто и так недолюбливал льготника, это идеальный шанс. Да и те, кто не испытывал ко мне вражды, наверняка захотят проверить меня на прочность из чистого любопытства.
К тому же, есть и практическая выгода.
Тысяча баллов за мою голову. Баллы, полученные в Башне, идут не только в зачет успеваемости, но и служат своего рода валютой. Их можно накопить и обменять на ценные предметы из каталога Сиёлама.
Уверен, за тысячу баллов можно получить немало полезного. Даже если этих очков не хватит на что-то грандиозное прямо сейчас, иметь такой запас в будущем — огромный плюс.
Наверняка сейчас толпы курсантов рыщут по лесу с горящими глазами, разыскивая меня.
«А-а...»
Я провел ладонью по лицу и тяжело вздохнул. От охватившей меня духоты и тесноты я поднял голову вверх.
Ничего. Тьма.
Зрение заблокировано. Но даже если бы пространственное восприятие работало, его радиус не позволил бы мне «увидеть» небо. А будь у меня обычные глаза, листва деревьев всё равно закрыла бы обзор.
Неба не было видно.
От безысходности голова сама собой опустилась вниз.

Комментарии

Загрузка...