Амира - возможно будущая жена/наложница гг
Я очутился внутри романа в жанре «романтическое фэнтези», который когда-то читал.
Если быть точным, я осилил едва ли половину, так что неизвестного в этом мире для меня осталось куда больше, чем знакомого.
— ...С ума сойти можно.
Самое нелепое даже не это, и не то, что я не стал клишированным главным героем или вторым мужским лидом.
Я не воплотился ни в могущественного эрцгерцога Севера, ни в адмирала Юга, ни в богатого купца Запада или маркграфа Востока.
Судьба забросила меня в тело едва достигшего совершеннолетия юноши из кочевого племени, обитающего на самом краю западных земель, в десятках тысяч миль от Империи.
Поначалу я даже сомневался, в «романтическое фэнтези» ли я вообще попал.
И эти сомнения терзали бы меня и дальше, если бы спустя месяц мне в руки не попало это чертово письмо с до боли знакомым названием.
[Послание от Союза Королевств Итеон. Плата за покровительство в этом месяце: 100 женщин племени Ибин и 80% урожая пшеницы этого года. Доставить без задержек.]
Союз Королевств Итеон.
Место, куда входит королевство Харнея — родина того самого принца-злодея, влюбленного в главную героиню.
Сборище отбросов, которых в середине сюжета, в ходе масштабнейшей арки, сотрет в порошок Империя.
— Кх...!
— Темур, сейчас как никогда важно сохранять рассудок и трезво оценивать ситуацию.
Мужчина по имени Бейк, передавший мне письмо от Союза, крепко сжал мои дрожащие плечи.
— Эти проклятые псы из Союза снова рыщут по всем шатрам, требуя женщин. В прошлом месяце они обобрали восточные племена, а теперь открыто нацелились на племя Ирин. Мы точно следующие.
— Это неизбежно! От соседних лордов уже прибывали гонцы!!
Орхан, до этого молча правивший наконечники стрел в углу шатра, резко вклинился в разговор.
— Угрожают, что если мы не выдадим баб и провизию в срок, они сотрут с лица земли все шестнадцать племен западной окраины, включая наших Ибин. Черт, в такое время нам бы всем вместе вскочить в седла и дать отпор, но...
Орхан со скрежетом стиснул зубы и с силой ударил кулаком по земле.
Затем, немного остыв, он тяжело вздохнул и небрежно откинул длинные волосы за спину.
— Ха-а... Из-за козней этих ублюдков каждый печется только о своей шкуре. Тошно смотреть на вождей, которые твердят, что им завтра есть нечего, и потому каждый сам за себя.
— И не говори. Если бы мы объединились, то вполне могли бы побороться... Впрочем, они это знают, потому и сеют раздор своими грязными методами.
— ...
Слушая голоса друзей, я молча смотрел на зажатое в руке письмо от Союза Королевств Итеон.
И думал.
Недочитанный, брошенный на середине роман.
Другие попаданцы в роскошных дворцах или поместьях герцогов элегантно попивают чай под восторженные вздохи знатных дам.
А я, лишившись всех благ современной цивилизации, угодил в тело кочевника, вынужденного изо дня в день вдыхать запах конского навоза.
В этой глуши нет ни смартфонов, ни интернета, ни горячей воды, а я еще и сюжет знаю лишь наполовину — от этой неопределенности выть хочется.
И в довершение всего на нас сыплются требования выдать рабов и угрозы уничтожить племя.
Стоило мне об этом подумать, как внутри вскипело нечто горячее и яростное.
Раздражение захлестнуло меня с головой, и челюсти сами собой плотно сомкнулись.
— Проклятье...
Не в силах сдержать гнев, я в мгновение ока скомкал письмо в кулаке.
Похоже, друзья были правы насчет потенциала этого тела — сила хватки не шла ни в какое сравнение с моей прошлой жизнью.
Бросив на землю измятый, высокомерный ультиматум аристократов, я медленно поднялся.
Взоры Бейка и Орхана тут же обратились ко мне, привлеченные моим резким движением.
— Ну ладно... Раз вы так, то и у меня найдутся для вас сюрпризы, чертовы аристократишки с опилками в головах.
— Т-Темур?
— Ты чего это вдруг?
Бейк и Орхан, явно опешившие от моей реакции, украдкой переглянулись.
Что ж, судя по их виду, раньше в подобных ситуациях этот парень просто смирялся... Но я так не могу.
Нет, я не стану.
Терзавшие меня сомнения и тоска по благам цивилизации мгновенно испарились.
Мне плевать, чем там закончится оригинальный роман.
Закрутит ли главная героиня роман с наследным принцем или великий герцог Севера спасет Империю — все эти блестящие подмостки находятся в десятках тысяч миль отсюда.
Если кто-то ломится в мой дом и пытается увести моих людей, я просто первым размозжу ему голову.
— Видимо, они решили превратить эти земли в свои декорации, чтобы изящно махать мечами и сиять аурой, но они крупно просчитались.
Я босой ногой наступил на валяющееся в пыли, жалкое письмо.
— Все равно я почти не помню оригинал. Я сам построю здесь настоящую империю и установлю порядок, который будет угоден мне.
— Декорации? Оригинал? О чем ты вообще несешь, Темур?!
Бейк, окончательно убедившись, что я веду себя не как обычно, позвал меня громче прежнего.
«С тобой та же история».
Парень с таким телосложением, способный одним ударом раскроить череп взрослому мужику, рассуждает о благоразумии?
Это никуда не годится.
А значит, пока не поздно, я сам поставлю его на правильный путь.
— Бейк.
— А, ч-что? Что такое, Темур?
Его зрачки испуганно расширились.
Видимо, подавленный моим напором, он замер на месте, не смея, как обычно, приобнять меня за плечи или отпустить шутку.
— Немедленно разошли письма вождям всех племен, с которыми у нашего племени Ибин сохранились хоть сколько-нибудь добрые отношения.
— Письма вождям? С чего вдруг...
— Передай им, что я, Темур, будущий вождь Ибин, хочу поговорить с ними лично. Пусть соберутся все до единого. А тем, кто откажется, скажи: их головы слетят от моей руки раньше, чем до них доберется Союз Королевств.
— Да что ты такое говоришь...
В шатре на мгновение повисла странная, тяжелая атмосфера.
Юноша, который всегда пекся о благополучии племени и с опаской оглядывался на лордов.
В одночасье превратился в вожака стаи голодных волков и начал раздавать приказы с соответствующим взглядом.
Орхан, вертя в руках упавшее древко стрелы, украдкой наблюдал за мной.
— Ладно, я понял. Сначала доложу вождю, а потом отправлю гонцов.
Бейк, какое-то время безмолвно изучавший мое лицо, наконец кивнул.
В его голосе все еще сквозило сомнение, но, похоже, он решил пока просто довериться другу.
Орхан, хоть и выглядел озадаченным, тоже поднялся и последовал за Бейком.
Перед тем как откинуть тяжелый кожаный полог у входа, они оба в последний раз обернулись.
В их глазах читалось желание проверить, не лишился ли я рассудка.
Но когда я, не проронив ни слова, положил руку на рукоять меча у пояса, они не посмели больше ни о чем спрашивать и поспешно вышли.
Оставшись в шатре один.
Я посмотрел на растоптанную спесь Союза Королевств и тихо прошептал:
— Того, кто первым предложил отправить это письмо, я лично растопчу копытами своего коня.
***
Четыре дня спустя.
Шатер из тончайшего шелка, в который по обычаю могли входить лишь вождь племени Ибин и его семья.
Сейчас в нем собрались те, кто получил дерзкий приказ о созыве от какого-то юнца, именующего себя будущим вождем Ибин.
Из восьми западных племен, с которыми мы обычно поддерживали связь, прибыли вожди целых пяти.
Касар из племени Ирин, Барс из Иян, Бейт из Ирун, Наян из Ичен и, наконец, Джебе из племени Икан.
На лицах каждого из них читалось снисхождение — мол, так и быть, пришли на зов мальчишки, — но, к их несчастью, меня было не обмануть.
«Они в куда большем отчаянии, чем я думал».
Впрочем, разве могло быть иначе?
Сидя в кожаном кресле на почетном месте, я обвел взглядом их лица.
Их мимика выдавала целый ворох противоречивых чувств, но все их можно было свести к одной фразе.
Приперты к стенке.
Да, именно так это и называлось.
А значит, пустые любезности им не нужны — важно лишь одно веское слово.
К счастью, память прежнего Темура о западных землях прекрасно дополнилась моими знаниями из прошлой жизни.
Будучи старшеклассником, я взахлеб изучал историю, зачитываясь подвигами великих завоевателей.
Знания о маневренной войне Монгольской империи и различных тактиках, которые я когда-то бережно записывал в тетрадь, сохранились почти в первозданном виде.
— Благодарю, что нашли время прийти, несмотря на вашу занятость.
Стоило мне произнести первое приветствие, как Барс из племени Иян тут же отозвался.
— Оставь вежливость. Я пришел лишь из уважения к твоему отцу, но твои слова о том, что моя голова слетит от твоей руки раньше, чем от рук Союза... Темур, я знаю тебя с пеленок, и должен сказать, ты стал на редкость заносчивым.
На эту колкость Барса некоторые вожди ответили горькими усмешками, выражая молчаливое согласие.
Я никак не отреагировал на их слова и просто бросил сухое полено в очаг, стоящий посреди шатра.
А затем заговорил — максимально серьезно и вкрадчиво.
— Это не пустые слова. Послезавтра нагрянут сборщики податей из Союза. Вы уже подготовили в достатке женщин и пшеницы, чтобы откупиться?
— ...
От моего прямолинейного вопроса маски напускного спокойствия на лицах вождей мгновенно осыпались.
Первым пришел в себя и взорвался Касар из племени Ирин.
Он с силой швырнул поднесенную ему чашу с чаем на землю и закричал:
— Темур! Да как ты смеешь так паясничать? Твое племя Ибин под прицелом точно так же, как и все остальные!
— Верно. Именно поэтому я и спрашиваю: как долго вы собираетесь позволять им обдирать вас до нитки?
— Что ты сказал?
— Племя Иян в прошлом месяце отдало триста лошадей и двадцать юных дев. Насколько я слышал, среди них была и младшая племянница вождя Барса.
— ...
Барс, до этого тихо наблюдавший за происходящим, не смог скрыть гнева, когда я задел его за живое.
Я перевел взгляд на Наяна из племени Ичен.
— Вождь Наян. Прошлой зимой вы отправили своих лучших воинов загонщиками на охоту лордов, и половина из них замерзла насмерть. А в качестве компенсации вам швырнули два мешка заплесневелой муки.
— Э-это...
Мускулы у морщинистых глаз Наяна задрожали.
Старый вождь плотно сжал губы и отвел взгляд, стараясь не смотреть на меня.
— И... вождь Бейт.
— Хватит! Замолчи!!
— Это было позапрошлым летом. Когда рыцари маркграфа Запада ради забавы ворвались в ваше племя... Мы все прекрасно помним, что случилось с вашей старшей дочерью, когда она попыталась сопротивляться их сапогам.
— Я же сказал тебе замолчать!!!
Не успел я договорить, как Бейт, на чьих руках вздулись вены, вскочил, готовый наброситься на меня в любую секунду.
Но я до конца сохранял невозмутимость, не выказывая ни капли страха.
Я продолжал безжалостно вытаскивать на свет их застарелые обиды, гноившиеся глубоко внутри.
Я не предлагал им дешевого сочувствия или утешения.
Я лишь раз за разом вскрывал нарывы той жестокой реальности, на которую они так старательно закрывали глаза.
Убедившись, что все маски сорваны, я продолжил:
— Вот цена мира, за который вы платили, склоняя головы, отдавая своих близких и позволяя обращаться с собой как со скотом. Жалкое существование однодневок, чьи шеи завтра же могут оказаться в рабских оковах.
— ...
В шатре не было слышно ничего, кроме тяжелого, прерывистого дыхания.
Кто-то сжимал кулаки так, что едва не трещали кости, а кто-то до побеления пальцев впился в собственные бедра.
Мне казалось, я физически слышу, как их разум мутится, а подавленный гнев достигает точки кипения.
И все же я договорил до конца.
— Пришло время показать этим напыщенным аристократам, что мы не дичь, а стая голодных волков.
И тогда это случилось.
Грох!
Бейт, источавший такую жажду крови, что казалось, он вот-вот разорвет меня на части, с грохотом ударил по столу и вскочил.
Его глаза налились кровью от лопнувших сосудов.
— Ладно, хорошо. Я понял, к чему ты клонишь. Понял, ради чего ты заставил нас вспомнить правду, от которой мы бежали.
— Неужели? Вы уверены, что осознали все до конца?
— Если мы продолжим в том же духе, то при жизни нас ждут лишь муки, а после смерти — проклятия потомков. Раз отступать больше некуда и закрывать глаза больше невозможно, нам остается только сражаться.
Бейт уставился на меня своими красными глазами и крепко сжал рукоять кривой сабли на поясе.
— Если это поможет мне заслужить хоть каплю прощения от дочери, которую до сих пор преследуют кошмары... Племя Ирун охотно пойдет за тобой.

Комментарии

Загрузка...