Четвертая арка.
От лица Кудзэ Рио:
На тарелках, которые мы унесли на кухню, не осталось ничего, кроме тонкого следа соуса от бифштексов. Собираясь поставить свою стопку в раковину, Серина опустила взгляд и на мгновение засмотрелась на верхнюю тарелку.
Поняв, что из неё ел Айба-кун, я молча забрала её у подруги. Сeрина посмотрела на меня, её лицо смягчилось в застенчивой улыбке, и она поставила сверху тарелку Кохару-тян.
— Они оба съели всё до последнего кусочка. А ведь сегодня ты даже сливочные крокеты приготовила совсем сама, от начала и до конца, Сeрина.
— Да. Когда они потеряли форму, я уж и не знала, что делать... но я так рада, что всё получилось вкусно. Это всё благодаря вашей помощи.
Даже сказав это, Сeрина продолжала светиться от радости. Они с Кохару-тян уже даже договорились, что приготовят в следующий раз. Я так долго тренировалась вместе с ней и сейчас была счастлива разделить эту радость от того, что всем пришлась по вкусу её стряпня.
На краю столешницы всё ещё лежали её кулинарные записи, убранные в прозрачный пакетик. Вытерев руки, Сeрина взяла его. Сквозь плёнку виднелся помятый листок, исписанный мелким почерком — пропорции ингредиентов и памятки, которые она добавляла в процессе.
Иногда она присылала мне фотографии блюд, приготовленных дома. Когда я давала советы по поводу прожарки или соуса, она отвечала, что её домашним тоже очень понравилось.
Сeрина хотела не просто научиться готовить строго по рецепту. Она с нетерпением ждала дня, когда сможет угостить Айбу-куна тем, что сделала сама. Я знала, как много это для неё значит, с того самого момента, как она впервые попросила меня потренироваться с ней, и сегодня её чувства наконец-то достигли самого Айбы-куна.
— Рио, такие тарелки подойдут? На маленькие вроде бы удобнее ставить стаканы.
Котоха окликнула меня, и я взяла у неё тарелки, которые она достала из шкафчика. Миу вытащила из холодильника фрукты и сливки, а Сeрина, отложив свои записи в сторону, принялась расставлять в ряд стаканы, вымытые нами ранее.
На десерт мы решили сделать небольшие парфе. Пока мы укладывали слоями заранее нарезанные фрукты и сливки, сквозь прозрачное стекло проступало всё больше ярких красок.
Глядя, как Миу добавляет последний ломтик, Сeрина радостно воскликнула: "Этот тоже такой милый!"
Мы предложили Рэон-сан, помогавшей убирать со стола, присоединиться к нам на десерт, и она с улыбкой кивнула. Оставив остальную уборку на потом, мы поставили семь стаканов с парфе на тарелки, взяли их и направились в гостиную.
Сeрина заглянула в гостиную первой и позвала их двоих:
— Наоки-кун, Кохару. У вас ещё найдётся местечко для сладкого?
Сидевшие за столом обернулись к нам. Стоило Кохару-тян увидеть парфе у нас в руках, как её лицо мгновенно просияло.
— Ещё и десерт?! Я думала, что наелась до отвала, но как только его увидела, сразу захотелось!
— Я тоже не откажусь. Вы даже десерт для нас приготовили.
— Как хорошо. Порции небольшие, так что ешьте не спеша. К тому же мы сегодня хотим вам кое-что подарить.
Услышав слова Сeрины, Кохару-тян переглянулась с Айбой-куном. Миу поставила принесённый из комнаты бумажный пакет рядом со своим стулом и помогла Котохе перенести оставшиеся тарелки. Когда мы тоже расселись по местам, Сeрина положила ложечку возле руки Айбы-куна.
Мы усадили Рэон-сан вместе с нами и придвинули к себе чашки с послеобеденным чаем. Шторы уже были задёрнуты. Гостиную наполнил весёлый голос Кохару-тян, перемежающийся с тихим звоном ложечек о стекло.
◇◇◇
Когда мы почти закончили с десертом, Миу достала из бумажного пакета два упакованных подарка и передала по одному мне и Сeрине.
Внутри лежали носовые платки, которые мы вчетвером выбирали вместе. Для Айбы-куна — глубокого тёмно-синего цвета в тонкую белую клетку, а для Кохару-тян — из ткани натурального оттенка, расшитой крошечными зелёными листочками. Я слышала, что Кохару-тян любит гулять там, где много зелени, поэтому, найдя платок с такой вышивкой, показала его девочкам, чтобы узнать, понравится ли он ей.
Я протянула свёрток Кохару-тян. Сeрина, сжимая в руке второй подарок, повернулась к сидевшему рядом Айбе-куну.
— Мы выбирали их все вчетвером. Будем очень рады, если вы станете ими пользоваться.
— ...Наоки-кун, вот, держи. Нам всем очень хотелось выразить тебе свою благодарность.
Принимая подарок от Сeрины, Айба-кун выглядел слегка удивлённым и переводил взгляд со свёртка в руках на наши лица. Кохару-тян бережно положила свой на колени, спросила, можно ли его открыть, и аккуратно развязала завязку.
Когда Айба-кун опустил свёрток себе на колени, Сeрина сказала: "Давай я открою".
Дождавшись его кивка, она сняла завязку, развернула тёмно-синий платок и бережно вложила его в левую руку юноши.
Кохару-тян провела пальцем по вышитым листочкам. Айба-кун тоже опустил взгляд на свой платок, а затем улыбнулся нам. Мы вчетвером так долго сомневались и выбирали, но теперь, когда оба держали наши подарки в руках, моё нетерпеливое желание поскорее вручить их наконец-то улеглось.
— Значит, вы выбирали их все вместе? Спасибо. Я буду беречь его.
Кохару-тян ещё раз поблагодарила нас и убрала сложенный платок обратно в упаковку. Подождав, пока они закончат, Котоха открыла пакет, который принесла с собой.
Внутри оказались две узкие коробочки с прозрачными крышками. В каждой лежало по одному искусственному цветку в виде бледно-жёлтой герберы, чей стебель с зелёными листьями был закреплён ленточкой на картонной подложке. Вокруг оставалось достаточно свободного места, чтобы лепестки из слоёв тонкой ткани не задевали крышку или стенки.
— Я часто рассказываю бабушке о Сeрине и девочках. Когда я сказала ей, что мы собираемся отблагодарить вас двоих, она дала мне эти цветы, чтобы я передала их вам. Она была так счастлива, что Сeрина не пострадала. ...Примете ли вы небольшую благодарность и от моей бабушки тоже?
Когда Котоха по очереди протянула им коробочки, Айба-кун положил свой платок поверх упаковки и левой рукой принял подарок. Кохару-тян взяла свой обеими руками, и, когда оба попросили обязательно передать спасибо её бабушке, Котоха кивнула. Затем она с улыбкой повернулась к Сeрине.
— ...В прошлом году цветок, за которым я ухаживала в школе, завял. Я думала, никто и внимания не обратил, но Сeрина видела, как сильно я им дорожила. Она даже поняла, как мне было грустно, когда он погиб... И это сделало меня такой счастливой.
Сeрина слегка смутилась, а Котоха снова перевела взгляд на Айбу-куна и Кохару-тян.
— ...П-простите. Нахлынули воспоминания, и я немного увлеклась. Сeрина для меня - по-настоящему дорогая подруга.
Её слова воскресили в памяти картину того, как в день пожара Котоха пыталась в одиночку вбежать обратно в здание. Даже когда её схватили за руку, она кричала, что пойдёт искать Сeрину. Я до сих пор отчётливо это помнила.
— Вот почему... огромное вам спасибо за то, что спасли Сeрину.
Миу тоже посмотрела на Сeрину.
— Сeрина видела меня с самых разных сторон. Я далеко не всегда лишь беззаботно смеялась... но, несмотря ни на что, она неизменно оставалась моей подругой.
Когда Сeрина взглянула на неё, Миу слабо улыбнулась. Затем она повернулась к Айбе-куну, встретилась с ним глазами и спустя мгновение улыбнулась снова.
— Я собираюсь дружить с Сeриной даже тогда, когда мы станем совсем старенькими бабушками. Так что мне очень нужно, чтобы она ещё долго-долго была рядом. ...Айба-кун, большое тебе спасибо за спасение Сeрины.
Слушая их обеих, я тоже посмотрела на сидевшую рядом со мной Сeрину.
Встречаться в школе, возвращаться домой вчетвером вместе с Миу и Котохой — я и не заметила, как всё это стало чем-то само собой разумеющимся...
— С тех пор как мы начали общаться с тобой и девочками, Сeрина, я полюбила думать о завтрашнем дне. О чём мы будем болтать в школе, куда пойдём на следующих выходных... Мы ещё даже сегодняшний день проводим вместе, а я уже думаю о том, что будет дальше.
Котоха и Миу тоже смотрели на меня. Обычно говорить им троим подобные вещи было бы неловко, и я бы наверняка свела всё в шутку. Но сегодня мне хотелось, чтобы Сeрина — и Айба-кун — выслушали меня всерьёз, без всяких отшучиваний.
— Я хочу, чтобы таких дней в нашей жизни было как можно больше. Благодаря тому, что Айба-кун спас Сeрину, у нас есть это "сегодня" и мы можем говорить о будущем. ...Мне очень хотелось ещё раз как следует сказать это вслух. Айба-кун, огромное тебе спасибо.
Сидевшая рядом Сeрина сжала губы и кивнула. Я кивнула ей в ответ, а затем повернулась к Кохару-тян, устроившейся возле брата.
— Тебя я тоже хотела поблагодарить, Кохару-тян. Спасибо, что оставалась рядом с Айбой-куном и поддерживала его после того, как он спас Сeрину. Я буду очень рада, если для тебя самой эта поездка тоже окажется весёлой.
Кохару-тян посмотрела на меня. Затем, поочерёдно взглянув на лица Сeрины, Котохи и Миу, она немного застенчиво улыбнулась.
— ...Да, мне очень-очень весело! Я счастлива видеть, что братик хорошо проводит время, но и сама безумно рада, что смогла поехать вместе с вами, семпаи. Мне столько всего хочется рассказать маме, когда мы вернёмся домой, что я даже не знаю, с чего начать!
— Я пришлю все фотографии, которые сделала, одним разом. Буду рада, если твоя мама, Кохару, тоже их посмотрит.
На слова Миу Кохару-тян радостно закивала. Наблюдавший за ней Айба-кун смягчился в лице, а затем снова повернулся к нам.
— Спасибо вам всем. Слушая о том, через что вы прошли вместе с Сeриной-сан, я вновь задумался о том, что вы, должно быть, чувствовали, ожидая снаружи в тот день. Сейчас Сeрина-сан здесь, улыбается вместе с вами, и вы можете обсуждать планы на будущее. ...Я не забуду ни ваших слов, ни всего того, что вы сделали для нас с Кохару.
Когда Сeрина подняла взгляд, Айба-кун с улыбкой повернулся к ней. Щёки Сeрины залились румянцем, и, когда между ними повисла тишина, моя рука, тянувшаяся к стакану, так и замерла на полпути.
Поскольку она доверила мне свои чувства к Айбе-куну, видеть её рядом с ним было для меня особенно дорого. Я была так счастлива находиться с ней в подобный момент, что просто не могла отвести от них глаз.
◇◇◇
Когда мы начали убирать стаканы и тарелки, Котоха с Миу занялись протиркой стола. Пока Рэон-сан доливала нам напитки, Айба-кун и Кохару-тян разошлись по своим комнатам, чтобы убрать подаренные платки.
Унеся посуду на кухню, я открыла воду в раковине, а Сeрина встала рядом и взяла кухонное полотенце. Каждый раз, когда я передавала ей вымытую тарелку, она вытирала её насухо, а когда руки освобождались, убирала чистую посуду в шкафчик.
— Сeрина, не нужно так торопиться. Я тут уже почти закончила, да и Котоха с остальными прибираются. Вытертые тарелки можешь просто оставлять на столе.
Сeрина было кивнула, но, взглянув мне в лицо, чуть смущённо улыбнулась.
— ...Спасибо. Но если я просто сяду и буду ждать, то не смогу перестать думать о том, что ему скажу. А когда руки чем-то заняты, мне немного легче успокоиться.
По этим словам было ясно, с каким трепетом она ждёт прогулки наедине с Айбой-куном.
Она выглядела такой милой, что я рассмеялась и протянула ей следующую тарелку со словами: "Тут совсем чуть-чуть осталось".
Днём, во время прогулки, Сeрина то и дело оглядывалась на развилку тропинки и внимательно смотрела под ноги. Наверняка она не просто запоминала дорогу — она проверяла, сможет ли Айба-кун со своим раненым плечом спокойно пройти по ней.
Мы с Сeриной потратили столько времени, подбирая наряд и тренируясь готовить к сегодняшнему дню. Когда она рассказала мне, что Айба-кун сделал комплимент её одежде, и когда он похвалил её стряпню, после всех наших совместных треволнений и приготовлений я радовалась ничуть не меньше её самой. Я так надеялась, что сегодня вечером она вернётся, расскажет мне обо всём, и мы снова разделим это счастье.
И в тот самый миг, когда я ополоснула последний стакан и повернулась, чтобы передать его Сeрине...
В окно над раковиной ударилась крошечная капля.
На чёрном стекле, отражавшем свет кухонных ламп, осталась круглая бусинка воды. На моих глазах она медленно вытянулась вниз и, оставляя за собой тонкую дорожку, потекла к оконной раме. После короткой паузы прямо рядом с ней разбилась вторая капля.
Я застыла с протянутым стаканом в руке, не сводя глаз с окна. Вторая капля зацепилась за стекло, за которым смутно виднелся тёмный сад. Из гостиной доносился смех, но я не могла заставить себя обернуться на него. Когда по стеклу ударила ещё одна капля, мои пальцы невольно сжали стакан сильнее.
— ...Почему?
Сорвавшееся с губ слово потонуло в шуме бегущей из крана воды. С резким стуком поставив стакан у раковины, я мокрыми руками закрутила вентиль.
Но даже когда вода из крана перестала течь, шум за окном не стих. К неровному постукиванию по стеклу добавилась мелкая дробь по карнизу, и шум дождя, ещё мгновение назад неразличимый, теперь отчётливо проник на кухню.
В гостиной остальные всё так же о чём-то болтали. Между мной и Сeриной не было произнесено ни слова — лишь дождь стучал по окну, и капли падали всё чаще и чаще.
Опомнившись, я повернула голову. Сeрина, всё ещё держа тарелку в руках, невидящим взглядом смотрела в окно. По стеклу стекало уже множество струек, но её взгляд оставался прикован к одной и той же точке, пока наконец её губы едва заметно не дрогнули:
— ...Дождь.
Я попыталась окликнуть её, но в горле перехватило, и я не сразу смогла выдавить из себя даже её имя. Не в силах оторвать взгляда от её профиля, обращённого к окну, я перевела дух и наконец выжала из себя голос:
— ...Сe-Сeрина.
Сeрина повернулась ко мне с секундным опозданием. Её брови опустились, а уголки губ приподнялись, но глаза не смягчились, как прежде. Наши взгляды встретились лишь на мимолётное мгновение, после чего она снова посмотрела в окно.
Даже в такой момент она улыбалась мне. Я ведь знала, как звенел её голос всякий раз, когда она заговаривала о сегодняшнем дне, и каким становилось её лицо при одном упоминании имени Айбы-куна — поэтому сейчас я просто не знала, что ответить на эту улыбку, а в груди больно сжалось. Пока я стояла, не находя слов, Сeрина медленно повернулась ко мне лицом.
— Дождь пошёл... Я ведь решила сказать ему сегодня в том самом месте, но... похоже, звёзд нам теперь не увидеть, да?
Я сжала губы и чуть подалась вперёд к смотревшей на меня Сeрине.
— Но он ведь только начался. Давай немного подождём. Если он прекратится, вы ещё сможете пойти. Совсем не обязательно, что он будет лить всю ночь.
Сeрина кивнула и ответила: "И то правда".
Я приблизила лицо к самому окну, ладонью заслоняя отражение комнатного света, и попыталась разглядеть, что творится снаружи.
Над деревьями, подсвеченными уличным фонарём, всё видимое небо затянули низкие тучи. Ни единой звёздочки. По стеклу стучало всё больше капель, дождь не переставая барабанил по карнизу, и голоса из гостиной вдруг показались бесконечно далёкими.
Если подождать ещё немного, дождь может утихнуть, а тучи — рассеяться.
Не в силах опустить руку, я продолжала искать на небе хоть малейший просвет. Казалось, появись там хоть одна крошечная искорка света, я смогу повернуться к Сeрине и сказать, что всё ещё будет хорошо.
Мне вспомнилось, как мы с Сeриной разговаривали наедине перед тем, как отправиться на дневную прогулку. Когда речь зашла о сегодняшнем вечере, Сeрина с лёгким румянцем на щеках оглянулась через плечо и понизила голос:
"...В будущем, когда Наоки-кун снова будет смотреть на звёзды... я была бы так счастлива, если бы он вспоминал о том, как мы любовались ими вместе сегодня вечером".
"Как же это чудесно~ О, а почему бы тебе так и не сказать Айбе-куну?"
"...Вообще-то, об этом я тоже хочу сказать Наоки-куну".
"Угу. ...Удачи тебе, Сeрина".
Пока я вспоминала, как Сeрина в тот день чуть пожала плечами и рассмеялась, рядом раздался тихий голос:
— Посмотреть на звёзды... можно ведь и в другой раз, правда? Нам и так было очень весело всем вместе сегодня. А, но... рассказать ему о моих чувствах...
Обернувшись на её слова, я увидела, что Сeрина уже дотёрла тарелку и поставила её на столешницу. Встретившись со мной взглядом, она вымученно улыбнулась и потянулась к оставшимся стаканам.
Всё ещё не находя что ответить, я машинально подняла стакан, к которому потянулась её рука.
Когда кончики пальцев Сeрины коснулись ободка, я заметила, что они мелко дрожат.
Я не сразу разжала руку. Я не могла отвести взгляда от её дрожащих пальцев, пока она сама не посмотрела на меня. Тогда я поспешно передала ей стакан, и она прижала к нему полотенце.
Перед глазами всплыла улыбка, озарившая её лицо ещё до того, как она успела ответить на похвалу Айбы-куна о её готовке. И то, как она застенчиво кивнула, когда я попросила её рассказать мне обо всём, как только она вернётся.
Я помогала ей готовиться именно потому, что хотела видеть эту её улыбку. Я и сама втайне предвкушала то, о чём мы ещё даже не говорили вслух. Но сейчас, стоя прямо перед своей подругой, я не могла подобрать ни единого слова.
Я крепко сжала губы, и перед глазами всё поплыло. Я попыталась отвернуться прежде, чем Сeрина заметит, но стоило мне моргнуть, как по щеке до самого подбородка скатилась слеза.
— Рио...
Сeрина отложила полотенце и повернулась ко мне всем телом. Я торопливо утёрла глаза и покачала головой, но попытки выровнять дыхание были тщетны — слёзы неудержимо наворачивались снова.
В лице Сeрины, заглядывавшей мне в глаза, я увидела её такой, какой она была в тот самый день. Когда я сказала, что пойду с ней, она снова раскрыла свой зонтик и улыбнулась мне. Я помнила её рукав, холодный от дождя, то, как близко мы стояли под одним зонтом, и звук её голоса.
"Да, пойдём".
Я пошла за этими девочками, потому что мне хотелось побыть с ними ещё немного. И это привело меня к обеденному столу, за которым мы теперь могли собираться все вместе. Тогда, когда я не знала, как мне быть, моя подруга улыбнулась и сказала: "Пойдём". А сегодня вечером мне так хотелось самой с улыбкой проводить её туда, куда она так мечтала пойти.
— ...Прости, Сeрина. Я всё это время так ждала сегодняшнего дня. Когда им понравилась твоя еда... я была так, так счастлива, и думала, что после этого уж точно...
Голос прервался, не дав мне договорить. Сeрина пристально посмотрела на меня и чуть подалась вперёд.
— ...Спасибо тебе, Рио.
Она нежно обняла меня, и я тоже обвила её руками. Не в силах остановить льющиеся слёзы, я слабо кивнула, ощущая, как её ладонь ласково гладит меня по спине.
Спустя некоторое время Сeрина отпустила меня и, достав носовой платок, бережно вытерла мои щёки. Она промокнула уголки моих глаз, пока я стояла не шевелясь и медленно переводила дыхание. Но стоило мне услышать стук капель по стеклу, как взгляд сам собой снова метнулся к окну.
Мне хотелось ещё раз взглянуть на небо уже с улицы. Шмыгнув носом, я обратилась к стоявшей рядом Сeрине:
— ...Я на минутку выйду наружу, посмотрю. Только под козырёк у входной двери. Я мигом.
Не дожидаясь кивка Сeрины, я выскользнула из кухни. Из гостиной доносились голоса остальных, но мне казалось, что, повернись я сейчас в ту сторону, я снова расплачусь, поэтому я направилась прямиком в прихожую.
Обувшись, я открыла дверь. В лицо пахнуло холодным сырым воздухом. Когда я шагнула под козырёк крыльца и прикрыла за собой дверь, пространство над головой заполнил глухой барабанный бой дождя по крыше. Было слышно даже то, как вода с плеском разбивается о землю.
С края козырька срывалось сразу несколько струй, рассыпаясь белыми брызгами по камню в свете фонаря у входа. Газон в саду тоже насквозь промок, а тропинка, по которой все гуляли днём, тонула в сумраке деревьев.
Я посмотрела туда, где за кронами открывалось небо, но увидела лишь полосы дождя, летящие из темноты за пределами круга света. Я прищурилась.
Хоть я и стояла под крышей, ветер доносил до лица мелкую водяную пыль. Чувствуя, как остывают на щеках влажные дорожки слёз, я сделала ещё один глубокий вдох.
— ...Да прекратись же ты уже наконец! Ты ведь даже не знаешь, как сильно Сeрина ждала этого дня!.. Ну же, хотя бы сегодня дай ей улыбаться до самого конца!..
Мой голос, сорвавшийся на крик, на середине надломился, а к концу и вовсе перешёл в всхлип. Когда я попыталась перевести дух, горло задрожало, и по только что вытертым щекам снова потекли слёзы.
Позади меня открылась входная дверь, и под козырьком раздались шаги.
— ...Рио.
Я хотела было обернуться, но на моё плечо мягко легла ладонь. Подняв взгляд на вставшую рядом Сeрину, я почувствовала, как глаза снова застилают слёзы, и, прижав ладонь к векам, заговорила:
— Когда я вспоминаю дождь в тот день, мне становится тепло на душе, потому что тогда ты пришла за мной, Сeрина. Я так хотела, чтобы сегодняшний день стал таким же воспоминанием и для тебя... Я хотела улыбнуться и пожелать тебе хорошей прогулки...
Я сжала ладонь, лежавшую на моём плече, и Сeрина мягко сжала мою руку в ответ. Пока я, ощущая это тепло, медленно успокаивала дыхание, сзади раздался голос:
— ...Сeрина-сан, Кудзэ-сан.
Когда мы обе обернулись, в свете прихожей стоял Айба-кун.
Он подошёл к Сeрине и медленно поднял голову. Свет, падавший от входа, озарял его щеку, отбрасывая лёгкую тень на глаза, когда он из-под козырька посмотрел вверх, на небо.
Над деревьями низко стлались тучи, и звёздного света не было видно и в помине. За его профилем белели косые нити падающего дождя.

Комментарии

Загрузка...