От лица Айбы Наоки:
Как только прозвенел звонок с четвёртого урока, напряжённая атмосфера в классе мгновенно рассеялась.
Учитель ещё даже не успел отойти от доски, а ученики уже поднимались со своих мест, прихватив коробочки с обедом и кошельки. Одни собирались возле парт друзей, другие спешили в коридор, направляясь в школьный магазин. Всё выглядело точно так же, как во время обеденных перемен, которые я наблюдал почти каждый день до летних каникул.
Я закрыл учебник и откинулся на спинку стула.
Во время уроков я старался не обращать на это внимания, но правое плечо ощущалось тяжелее, чем утром. Хотя ничего особенно сложного я не делал. Просто из-за того, что мне приходилось долго сидеть в одной позе и записывать материал, кожа вокруг раны начинала стягиваться. Даже когда я просто опускал руку с парты, плечо отзывалось неприятным жжением.
— Ты выглядишь хуже, чем утром.
Того, сидевший за партой передо мной, развернулся и внимательно посмотрел на моё лицо.
— Просто проголодался.
— А плечо?
— Немного устало. Но не настолько, чтобы принимать обезболивающее.
— Вот так бы сразу и сказал. Такому ответу я доверяю гораздо больше, чем твоему "всё нормально".
Он говорил настолько похоже на маму и Кохару, что я невольно криво усмехнулся.
Того перевёл взгляд на сумку возле моей парты.
— Что собираешься делать на обеде?
— Я принёс с собой еду.
— Это я вижу. Я спрашиваю, здесь будешь есть или пойдёшь куда-нибудь?
Я оглядел класс.
Даже во время перемены многие одноклассники хотели подойти и поговорить со мной после моего возвращения. Я был благодарен за их беспокойство, но если мне придётся снова и снова отвечать на одни и те же вопросы, я вымотаюсь ещё раньше, чем заболит плечо.
— Хотелось бы куда-нибудь, где потише.
— Тогда пойдём в конец перехода между корпусами. Там тень и ветерок.
Того взял свою булочку и напиток, а затем потянулся к моей сумке с обедом, словно это было самым естественным делом на свете.
— Я и сам могу понести свой обед...
— Дело не в том, можешь ты или нет. Я с самого утра твержу тебе, чтобы ты избегал лишних нагрузок.
— Я прекрасно могу нести его левой рукой. Необязательно мне об этом напоминать.
— Постоянно носить тяжести с одной стороны тоже нехорошо.
— Только не начинай чрезмерно обо мне заботиться.
— Тогда выздоравливай быстрее.
— Если бы я мог управлять скоростью своего выздоровления, то уже давно бы поправился.
— Раз у тебя хватает сил столько спорить, значит, энергия ещё осталась.
Того рассмеялся, подхватил сумку и первым вышел из класса. Двигать правой рукой только ради того, чтобы отобрать её обратно, было бы глупо, поэтому я просто последовал за ним.
В переходе между корпусами на втором этаже было гораздо тише, чем в классе.
Через широко открытые окна между зданиями дул лёгкий ветерок, немного смягчавший всё ещё сохранявшуюся летнюю жару. Я сел на длинную скамью у стены, а Того поставил рядом мою сумку.
— Здесь хотя бы никто не заденет твоё плечо.
— Тебе правда необязательно так обо мне беспокоиться.
— Слова человека, который пришёл в школу на следующий день после выписки, совершенно ничего не значат.
Я достал коробочку с обедом и открыл крышку левой рукой.
Палочками я всё ещё мог пользоваться правой рукой, но из-за необходимости избегать движений, при которых напрягалось плечо, получалось гораздо неуклюже, чем обычно. Того никак это не прокомментировал. Он просто развернул свою булочку и заговорил об утренних уроках.
— Пока тебя не было, мы довольно далеко продвинулись по математике, да?
— Дальше, чем я ожидал. Правда, мне присылали конспекты, так что я не совсем отстал.
— Ты действительно смотрел те, что я отправлял?
— А зачем, по-твоему, я их просил, если не собирался читать?
— Ты каждый раз оставлял мои сообщения прочитанными, поэтому я решил, что ты просто спишь в больнице.
— Тогда я едва мог разговаривать, да и правой рукой двигать было тяжело.
— Мог бы хоть один стикер отправить.
— ...Хоть и с опозданием, но спасибо.
Того замер с недонесённым до рта кусочком булочки. Его глаза слегка расширились.
— Больница сделала тебя честнее?
— Ты и утром говорил что-то подобное.
— Но на этот раз ты не извинился. Ты действительно меня поблагодарил.
— Тогда беру свои слова обратно.
— Эй, не надо!
Пока мы обменивались этой бессмысленной болтовнёй, напряжение, сопровождавшее меня всё утро, постепенно исчезало.
Находясь в больнице, я думал, что возвращение в школу будет означать немедленное возвращение к прежней жизни. Однако в действительности даже обычное сидение на уроках меня утомляло, а окружающие постоянно беспокоились обо мне. Класс выглядел точно так же, как прежде, и только я один никак не мог вернуться к своему привычному ритму.
И всё же благодаря тому, что Того сидел рядом и вёл себя совершенно как обычно, я не чувствовал, будто окончательно отстал от остальных.
Когда я съел примерно половину обеда, через окно донёсся звонкий девичий смех. Не придавая этому особого значения, я посмотрел в сторону школьного двора.
На скамейке в тени здания сидели четыре девушки. Среди них я заметил знакомые светлые волосы пепельно-бежевого оттенка.
Микагэ.
Она обедала с теми же тремя подругами. Они находились слишком далеко, чтобы я мог разобрать их слова, но каштановолосая девушка с волосами до груди о чём-то оживлённо рассказывала, широко размахивая руками.
Микагэ укоризненно покачала головой, но при этом улыбалась.
Черноволосая девушка с короткой стрижкой до подбородка, похоже, отчитывала свою шумную подругу, а девушка с короткими тёмно-каштановыми волосами наблюдала за их перепалкой, держа в руке пакетик сока.
Это были те самые четыре девушки, которых я видел в торговом центре.
После пожара я видел остальных троих на парковке. Они снова и снова выкрикивали имя Микагэ и со слезами умоляли пожарных войти внутрь, пока окружающие удерживали их, не позволяя самим броситься обратно.
А теперь никто из них не плакал.
И Микагэ тоже совершенно естественно смеялась в компании подруг.
Каштановолосая девушка, видимо, что-то ей сказала, потому что Микагэ закрыла ладонями оба уха и отвернулась. Когда две другие тоже рассмеялись, она покраснела и с возмущённым выражением лица принялась им возражать.
Я не слышал ни единого слова, но было совершенно очевидно, что все четверо прекрасно проводят время.
На мгновение перед глазами снова возникла Микагэ в комнате отдыха, где она качала головой и твердила, что больше не может идти.
Она плакала, когда я сказал ей, что её подруги в безопасности. Даже после моих слов о том, что она сможет вернуться домой, ей было трудно в это поверить. Она продолжала просить меня оставить её, но в конце концов всё-таки обвила руками мою спину.
А теперь та самая Микагэ сидела за обедом в окружении своих трёх подруг.
Она действительно вернулась туда, куда я так хотел вернуть её в тот день.
Возможно, правая нога всё ещё немного её беспокоила. И всё же она была здесь, смеялась с подругами и проводила обеденную перемену в месте, где ничего не горело.
Стоило мне увидеть её такой, как что-то, до сих пор туго стянутое узлом в моей груди, незаметно ослабло.
— Наоки.
Услышав своё имя, я повернулся к Того.
— Что?
— Ты перестал есть.
Я опустил взгляд и понял, что уже какое-то время неподвижно держу палочки над коробочкой с обедом.
— Просто задумался.
— Ты смотрел на тех девушек во дворе... На Микагэ?
Моё сердце забилось чуть сильнее.
Пока я размышлял, стоит ли уходить от ответа, Того тоже посмотрел в сторону двора.
— Она даже среди них выделяется. Вы что, знакомы?
— Нет. Мы на одном году обучения, так что я просто знаю её имя.
— ...Ну, Микагэ ведь славится своей красотой. Наверное, в школе почти нет людей, которые не знают, кто она такая.
Того больше ничего не спрашивал.
Точно так же он вёл себя, когда понимал, что у меня есть обстоятельства, о которых я не могу рассказать.
Даже замечая, что я, возможно, что-то скрываю, он никогда не пытался насильно влезть в мои дела, прежде чем я сам решу заговорить.
И сейчас я был благодарен ему за умение соблюдать эту дистанцию. Я ещё раз посмотрел во двор.
Микагэ по-прежнему держала коробочку с обедом на коленях и слушала свою черноволосую подругу. Каштановолосая девушка вмешалась в разговор, затем коротко что-то добавила девушка с тёмно-каштановыми волосами, и все четверо снова рассмеялись.
Я не собирался к ним подходить. И пока не собирался называть Микагэ своё имя.
Моё решение оставалось неизменным с того момента, как я вышел из класса.
И всё же после того, как я узнал, что Микагэ до сих пор помнит наше обещание, при каждом взгляде на неё в груди возникала лёгкая, ноющая боль.
Ведь я собирался сказать ей своё имя. Я собирался сделать наше обещание вместе поесть крепы частью нашей обычной жизни.
Но сам решил отодвинуть этот день ещё дальше.
Я не сожалел о своём решении. Я решил сохранять дистанцию до тех пор, пока Микагэ не узнает меня как обычного парня и не сможет сама выбрать, хочет ли она сблизиться со мной или предпочитает держаться подальше.
Пока мне было достаточно просто видеть, что она в безопасности.
— ...Как же хорошо, что мы смогли вернуться, — невольно пробормотал я.
— Куда вернуться?
Вопрос Того заставил меня на мгновение задуматься.
Я не мог сказать ему, что имел в виду Микагэ. Но и отказываться от собственных слов мне не хотелось.
— Вернуться в школу.
— Что это вообще за ответ такой?
Того слегка рассмеялся, но почти сразу снова посерьёзнел.
— Ну, я действительно рад, что ты вернулся. Когда я узнал, что тебя госпитализировали, думал, ты пробудешь там гораздо дольше.
— Ага.
— Но только не переусердствуй в первый же день и не загреми снова в больницу.
— Знаю.
— Вот опять твой обычный ответ, которому совершенно нельзя доверять.
— Ладно. Не буду себя перенапрягать.
— Вот этому уже можно немного поверить.
Того удовлетворённо кивнул и развернул вторую булочку.
Когда обеденная перемена начала подходить к концу, ученики во дворе стали возвращаться в школьное здание. Микагэ и её подруги тоже поднялись со скамейки.
Микагэ осторожно сделала первый шаг, стараясь не слишком нагружать правую ногу. Остальные трое заметили это и, ничего не говоря, подстроили свой темп под её шаги.
Вскоре все четверо скрылись за школьным зданием. Я ещё некоторое время смотрел на опустевшую скамейку, после чего закрыл крышку своей коробочки с обедом.
Не было никакой необходимости торопиться. Мы учились в одной школе.
Уже одно это было частью обыденной реальности, которую я даже представить себе не мог, пока мы находились в ловушке среди огня.
— Ну что, пойдём обратно?
Когда прозвенел предупредительный звонок, Того поднял мою сумку.
— Теперь-то я могу сам её понести.
— Обеденная перемена не закончится, пока мы не вернёмся в класс.
— Что это ещё за логика?
— Время, на которое наш классный руководитель поручил мне присматривать за тобой, ещё не истекло.
Того рассмеялся и направился вперёд.
Я поднялся со скамейки и зашагал рядом с ним, стараясь лишний раз не двигать правым плечом, которое всё ещё слегка ныло.
Смех, совсем недавно раздававшийся во дворе, постепенно растворился в оживлённом гомоне школьного здания, где начинались послеобеденные занятия.
◇◇◇
От лица Микагэ Серины:
Когда все послеобеденные уроки закончились и классный час уже подходил к концу, наш учитель вдруг прервал чтение объявлений.
— Микагэ. После классного часа задержись ненадолго.
Как только он произнёс моё имя, сердце резко забилось. Первым делом я подумала о письме, которое оставила ему.
О письме, которое должно было попасть к нему через полицию. Я понимала, что ожидать ответа пока слишком рано, но всё равно невольно надеялась, что учитель сможет мне что-нибудь сообщить.
— Хорошо.
Я постаралась ответить своим обычным голосом.
Однако Рио, сидевшая наискосок передо мной, тут же обернулась. На её лице буквально читалось предвкушение. Котоха легонько похлопала Рио по плечу, призывая повернуться обратно. Только Миу с самого начала сохраняла спокойствие, молча наблюдая сначала за выражением лица учителя, а затем за моим.
Классный час закончился. Когда остальные ученики начали собирать вещи, все трое не спешили покидать свои места.
— Мы подождём тебя в коридоре, — тихо сказала Рио.
— Можете идти домой без меня.
— Да как мы можем?!
— Давайте просто тихонько подождём.
Котоха вывела Рио из класса. Миу закинула сумку на плечо и, проходя мимо моей парты, произнесла всего одну фразу:
— Даже если ответа пока нет, это необязательно означает что-то плохое.
— Я ведь ещё даже не знаю, о чём учитель хочет поговорить.
— Подумала, что лучше сказать это заранее.
На этом Миу закончила и последовала за остальными в коридор. Я дождалась, пока последние ученики покинут класс, после чего подошла к учительскому столу.
— Это насчёт письма?
— Да. Сегодня вскоре после полудня с нами связалась полиция.
От этих слов моё сердце забилось ещё сильнее.
— Они сообщили, что до сих пор сверяют записи и сведения, относящиеся ко дню пожара. Человек, который спас тебя, тоже получил травмы и был госпитализирован. Поэтому, вместо того чтобы срочно связываться с ним только ради письма и подвергать его дополнительной нагрузке, полиция планирует передать письмо во время следующего официального разговора с ним по поводу пожара.
— Значит, он его ещё не получил?
— Верно. Он не отказывался принимать письмо. Просто ему пока даже не сообщили о его существовании.
Тревога, начавшая разрастаться в груди, немного ослабла.
Ответа не было не потому, что он прочитал мои слова и отверг их. Он даже не знал, что ему собираются передать письмо.
— А известно, когда это может произойти?
— Дату следующего разговора пока не назначили. Если что-нибудь изменится, полиция также сообщит об этом школе.
— Понятно.
Часть меня хотела, чтобы письмо передали ему как можно скорее.
Но если он всё ещё проходил лечение после полученных травм, я не хотела, чтобы он перенапрягался из-за меня.
— Не нужно его торопить. Пожалуйста, передайте ему письмо, когда появится возможность.
Я ещё раз поклонилась и вышла из класса. Все трое ждали меня возле окна чуть дальше по коридору.
Стоило мне появиться в дверях, как Рио первой поспешила навстречу.
— Ну как всё прошло?!
— Ответа пока нет. Полиция всё ещё кое-что проверяет.
— Э-э-эх...
Плечи Рио поникли так, словно это была её собственная проблема.
— Нас ведь с самого начала предупреждали, что ответ может прийти не сразу, — спокойно заметила Котоха, после чего обеспокоенно посмотрела на меня.
— Знаю. Просто я немного надеялась.
— Если учитель специально попросил тебя задержаться, конечно, ты стала бы надеяться.
— Вообще-то мы узнали кое-что новое: ответа пока не поступало, — деловито произнесла Миу.
— И ты действительно считаешь это новой информацией?
Рио нахмурилась.
— По крайней мере, он не отказался принимать письмо.
— ...И правда.
Рио на мгновение задумалась, а затем быстро подняла голову.
— Тогда будем ждать! Всё равно нет смысла торопиться.
— Никогда бы не подумала, что услышу такое от Рио.
— Это ещё что значит?! Я тоже умею ждать!
— А кто во время обеда постоянно спрашивал Серину: "Учитель тебе ничего не говорил?"
— Миу, необязательно запоминать такие мелочи!
Слушая их перепалку, я почувствовала, как настроение, начавшее было портиться, постепенно улучшилось.
Мы вчетвером пошли по коридору.
После уроков коридоры были полны учеников, которые направлялись на занятия в кружках или шли домой, болтая с друзьями. Каждый раз, когда навстречу приближалась группа парней, я невольно придвигалась ближе к Котохе и остальным.
Я не перестала ненавидеть парней.
Даже понимая, что они не собираются причинять мне вреда, я всё равно напрягалась, когда они подходили слишком близко. От одной только мысли, что чья-нибудь рука может случайно задеть мою, по спине пробегал холодок.
И всё же каждый раз, когда мимо проходил очередной парень, я едва не накладывала на его образ образ того человека.
У меня не было совершенно никаких доказательств того, что он учится в нашей школе.
Он был всего лишь парнем примерно моего возраста, который случайно оказался в том же торговом центре в выходной день. Вероятность того, что он вдобавок учится в одной школе со мной, вряд ли могла быть высокой.
Я не знала его лица. Не знала даже, как звучит его обычный голос.
В памяти сохранилось лишь то, что у него были чёрные волосы и он был выше меня. Но ведь под такое описание подходило множество парней в нашей школе.
Единственными вещами, которые действительно можно было назвать зацепками, оставались ожог, который наверняка до сих пор был на его правом плече и руке, а также обещание, известное только нам двоим.
Мысль о том, что он может учиться в нашей школе, возникла вовсе не из-за какой-либо подсказки. Но если это действительно так, возможно, мы сможем встретиться снова.
Может быть, сегодня утром он был на той же станции, что и я. Возможно, обедал с друзьями где-нибудь в этом же школьном здании. А может, мы уже проходили мимо друг друга в коридоре, просто я его не заметила.
Ни у одного из этих предположений не было никаких оснований. И всё же, стоило такой возможности прийти мне в голову, я уже не могла полностью от неё отказаться.
Я хотела его увидеть.
Из-за этого чувства я невольно начинала смотреть на каждого обычного парня с крошечной надеждой.
Но совершенно не представляла, как его найти.
От одной только мысли, что я решу, будто он непременно учится здесь, а затем начну по очереди расспрашивать незнакомых парней, моё тело само собой сжималось от отвращения.
Что ещё важнее, если он намеренно решил не называть мне своё имя, я не хотела бегать повсюду в поисках, основанных лишь на призрачной надежде, и доставлять ему неприятности.
— Серина, ты опять о нём думаешь.
Рио заглянула мне в лицо так неожиданно, что я едва не остановилась.
— О ком это?
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...