К концу рабочего дня Марк, как обычно, постучал в дверь переговорной.
— Сонгук, поехали домой.
— Ага. А Ри Мими?
— У неё дела, наверное, задержится. Оставлю ей свою машину.
Непринуждённо продолжая разговор, Марк закрыл дверь переговорной. Убедившись, что она закрыта, он шумно перевёл дух и зашептал:
— Сонгук, точно всё будет хорошо?
— Для начала надо попробовать. Верно, Марк?
— Сонгук... У меня сейчас сердце выскочит.
— Марк, это может быть опасно... Поезжай лучше с Ри Мими.
— Ты о чём? Не могу же я отправить тебя одного.
— Со мной будет Тхэгук.
— А ещё... Мими почти пригрозила мне: сказала, что не сможет прожить жизнь с человеком, который отправляет друга одного на верную смерть. Я сейчас американец, которому угрожает его девушка-азиатка.
В верности друзьям Ри Мими было не отказать.
— Марк, последний шанс. Ты точно едешь со мной?
— Если не поеду, Мими сегодня же меня выгонит.
Я бросил Марку жилет.
— Бронежилет.
— Его обязательно надевать?
— Предосторожности не помешают. Я тоже надену.
С решительными лицами мы с Марком надели бронежилеты, а я спрятал за пазухой пистолет.
— Сонгук, что это за пистолет?
— Тхэгука. Одолжил у него один. На всякий случай...
— Ты вообще стрелять умеешь?
[В прошлой жизни мне довелось походить на охоту.]
— Разве не нужно просто прицелиться и выстрелить?
От этих слов лицо Марка стало белым как мел.
— Сонгук, даже не думай стрелять.
— Надеюсь, не придётся.
Я надел куртку поверх бронежилета.
— Ну что, запустим сегодня ещё один прямой эфир?
Я начал трансляцию, которая, возможно, окажется последней.
— Здравствуйте, это Чон Сонгук. Сегодня днём пришла радостная новость: террористов, охотившихся на предпринимателей азиатского происхождения, задержали. К сожалению, поскольку преступники сдали друг друга, награду им не получить. В честь их поимки сегодня проведу спокойный эфир по дороге домой.
Стараясь вести себя как можно естественнее, я убрал ноутбук и повесил сумку на плечо.
— За это время я потратил кучу сбережений на дорогую охрану. Поэтому, едва узнав о поимке преступников, сразу расторг договоры с дорогими телохранителями. Сегодня, как обычно, спокойно поеду домой с Марком.
Я неторопливо вышел из офиса.
И, как в любой другой вечер, попрощался с сотрудниками.
— Сонгук, теперь наконец сможете спать спокойно?
— Я знал, что этих террористов быстро поймают.
Перебрасываясь шутками, я вышел из здания.
Снаружи ещё оставались полицейские, а охранники как раз собирались расходиться.
Казалось, в такой обстановке террористу трудно будет появиться.
Я вежливо поблагодарил телохранителей.
— Спасибо вам за работу!
— Берегите себя, Сонгук. Если понадобимся, зовите в любой момент.
Обычные разговоры и прощания.
Ничем не примечательный конец рабочего дня.
Тут к зданию подъехала машина под управлением секретаря Пак Сонхи.
Стекло задней двери опустилось, и Чон Тхэгук помахал рукой.
— Сонгук, садись скорее.
— Сегодня мы с Марком поедем домой на машине моего соседа по дому, Чон Тхэгука, наследника группы «Самджон».
Мы с Марком сели в машину Чон Тхэгука, и секретарь Пак Сонхи обернулся к заднему сиденью.
— Итак, отвезу вас домой, молодой господин.
— Секретарь Пак, я очень устал. Давай скорее домой.
Ради зрителей трансляции оба нарочно говорили по-английски.
— Тот злодей Чон Тхэгук из «Стажёра» настолько богат, что у него даже водитель есть?
— А выглядит как бедняк.
— Вот это жизнь, прямо как в сериале. «Молодой господин»!
— Сонгук, что они там пишут? А? Кто это выглядит как бедняк?
Когда Чон Тхэгук стал тут же отвечать на комментарии, чат взорвался ещё сильнее.
Спокойная дорога домой после поимки преступников.
Специальный гость — злодей из «Стажёра» Чон Тхэгук.
Вдалеке алел закат.
Всё было так мирно.
И чем мирнее казалось вокруг, тем настойчивее я тянулся рукой к пистолету за пазухой.
Ведь мир рушится именно тогда, когда он прекраснее всего.
Машина Чон Тхэгука остановилась на перекрёстке по дороге домой.
За левым поворотом с этого перекрёстка находился въезд в подземную парковку нашего жилого комплекса. Дальше посторонним было трудно проникнуть.
Если преступник появится, то до того, как машина Чон Тхэгука въедет на парковку.
— Через пять минут будем дома. Тхэгук обещает в честь поимки преступников угостить нас чем-нибудь вкусным. Чем же нас угостит корейский чеболь?
— Чем-чем... Пиццей. Из всего, что я попробовал в Америке, пицца вкуснее всего.
— Чеболь должен хотя бы французским ужином из нескольких блюд угощать.
— Эх, а я думал, икрой...
— Не забываем: Чон Тхэгук — злодей из злодеев.
— Сонгук, пожалуйста, покажите, как едите пиццу за счёт чеболя!
Даже комментарии были мирными.
Напряжение из трансляции исчезло, и зрителей становилось всё меньше.
— Вот уже почти и приехали. Наверное, это будет последний прямой эфир?
В чате один за другим появлялись огорчённые комментарии.
— Сонгук, выкладывайте видео из повседневной жизни. Хочется каждый день видеть ваше красивое лицо.
— Я хочу учить корейский! Сонгук, проведите уроки корейского.
— Сонгук, просто живите с включённой трансляцией! Выключайте только в туалете!
— Спасибо, что вам будет меня не хватать, но у меня тоже есть личная жизнь. Так... Кажется, сейчас сменится сигнал светофора.
И в этот миг всё случилось.
Прямо рядом с нами остановился старый серебристый «Кадиллак», и с водительского места вышел человек в маске.
Я сразу навёл на него телефон.
Затихший было чат мгновенно взорвался, число зрителей взлетело.
Заметив меня с телефоном, неизвестный тут же начал стрелять в мою сторону.
Бах! Бах! Бах! Бах! Бах!
От выстрелов меня трясло, но я изо всех сил держал телефон и показывал происходящее в прямом эфире.
Разумеется, я не погиб, и зрители увидели растерянного преступника.
Только выпустив все пули, он понял, что машина бронированная, и попытался сесть обратно. Но переодетые охранники, следовавшие за машиной Чон Тхэгука, уже подбежали и обезвредили его электрошокером.
Вскоре послышалась сирена полицейской машины.
Поздно вечером я снова запустил прямой эфир на «Нотьюбе».
После допроса в полиции я был вымотан, а от выстрелов в ушах до сих пор словно звенело.
Но хотя бы зрителям «Нотьюба» следовало рассказать правду.
— Здравствуйте, это Чон Сонгук. Вы сегодня сильно испугались? Одну секунду. Во рту пересохло. Выпью воды.
Я припал к бутылке воды.
В такой ситуации во рту и не могло не пересохнуть.
Число зрителей росло с безумной скоростью.
Все наверняка уже посмотрели экстренный выпуск новостей.
— Вы ведь видели экстренные новости? Последнего преступника, охотившегося на меня, наконец поймали.
Поддерживающие и взволнованные комментарии появлялись так быстро, что их невозможно было толком прочесть.
— Вам интересно, что сегодня произошло?
Я ещё немного попил воды, убедился, что зрителей стало больше пятидесяти тысяч, и принялся рассказывать.
— На самом деле, узнав, что преступники указали друг на друга, я подумал: может быть, есть ещё один. И всё благодаря Адаму.
В тот день, когда мы ехали на машине Адама со скоростью сорок километров в час, все машины нас обгоняли... И только одна следовала за нами.
Поэтому на следующий день я нарочно заехал в «Макдональд», к окну обслуживания автомобилей. И убедился, что единственная машина, которая ждала всё время, пока я заказывал тридцать наборов «Макморнинг», — та самая, которую я видел накануне.
Я жадно выпил холодной воды.
— Когда остался жив, даже вода сладка как мёд. Так вот... Тот старый серебристый «Кадиллак» показался мне подозрительным. После задержания двоих преступников я проверил: ни у одного из них такой машины не было.
Тогда-то я и понял: значит, на меня охотился тот серебристый «Кадиллак»... Поздновато, но понял. И его водитель до сих пор охотится за мной! А двое задержанных пожертвовали собой, чтобы последний смог до меня добраться! Вот к каким выводам я пришёл.
— Настоящий гений!
— Ничего себе! Сколько смелости нужно, чтобы обойти ФБР и придумать такой план.
— Вот что называется совсем страх потерял?
— Честно говоря, я и сам не собирался заходить так далеко. Но... Вдруг подумал: если ФБР начнёт искать террориста, он наверняка заляжет на дно. И тогда мне всю жизнь придётся жить в страхе. Я решил, что лучше поймать преступника, даже если ради этого придётся обмануть ФБР. Поэтому и пошёл сегодня на такой безрассудный шаг.
В комментариях, разумеется, меня одновременно хвалили за смелость и ругали за безрассудство.
— То есть вы знали, как поведёт себя преступник, и поэтому подготовили даже бронированную машину?
— Хм... Когда-то я встречался с очень известным профайлером.
[В прошлой жизни...]
— Он сказал, что если идти по следам преступления, поставив себя на место преступника, часто находишь ответ. Вот я и попробовал подумать с точки зрения того, кто хочет меня убить. Где, когда и как он это сделает?
Я отпил воды и медленно продолжил:
— На месте преступника я выбрал бы место, где удобнее всего убить меня и скрыться. Таким местом оказался перекрёсток перед нашим домом. Он мог выстрелить в меня в машине, стоящей на светофоре, и тут же уехать по дороге на окраину. Камер наблюдения там нет, и если полиция сразу не бросится в погоню, поймать его будет трудно.
Читая комментарии, я продолжил:
— Поэтому я попросил моего друга-чеболя, Тхэгука, забрать меня на бронированной машине. Я рассудил, что на месте преступника следил бы за жертвой по её прямому эфиру, поэтому нарочно сказал, что расторг договор с охраной. Почти все предположения сбылись, преступника поймали, а я, к счастью, жив.
Когда я закончил рассказ о сегодняшнем происшествии, навалилась сонливость.
Широко зевнув, я посмотрел в экран.
— Кажется, мне пора спать.
— Если Сонгук совершит преступление, оно будет идеальным.
— Хотим и дальше вас видеть. Продолжайте эфиры!
— Подумаю. Оказалось довольно интересно.
[Хм, судя по сегодняшним просмотрам, на карманные расходы хватит.]
Тут мне бросился в глаза один вопрос.
— Сонгук. Двое преступников сдали друг друга, а последнего поймали вы. Значит, награда достанется вам?
Кажется, я знал, кто задал этот вопрос.
— Хм... В любом случае я считаю, что террор плох в любой форме. Ведь каждый из нас кому-то дорог. В мире есть хотя бы четыре человека, которые будут горевать, если я умру. Мама, папа... Младший брат и младшая сестра. Поэтому я собираюсь пожертвовать деньги общественной организации, выступающей против террора.
Чат заполонили похвалы: писали, что это решение достойно Сонгука. Правда, изредка попадалось и «до самого конца выпендривается», но ещё в прошлой жизни я усвоил: для душевного здоровья лучше не читать злобные комментарии.
— Ну всё, теперь я действительно иду спать!
Я наконец выключил трансляцию.
И отправил Сергею сообщение.
— Сергей, простите: деньги тратите вы, а хвалят меня.
Скорее всего, о награде спросил именно он.
Вскоре Сергей ответил.
— Сонгук, это цена твоей жизни. И поздравляю с таким блестящим возвращением живым и невредимым.
Потирая сонные глаза, я рухнул в постель.
Тут зазвонил телефон.
[Эх... Спать хочу до смерти. Кто ещё? Вашингтонский код...]
— Сонгук, узнаёшь мой голос? Это Барак.
— Разумеется, Барак.
— Вообще-то я звоню с просьбой. Сонгук, не мог бы ты примерно через месяц выступить с речью в Белом доме?
— С какой речью?
— Хочу, чтобы ты высказался о недавних преступлениях на почве ненависти к азиатам. Я только что смотрел твой эфир и думаю, что лучшего кандидата не найти. Ты ведь герой, живым вернувшийся с поля боя. Что скажешь?
— Хм... Конечно, выступлю. Но можно немного отложить?
— Почему?
— Сначала хочу получить водительские права.
— Как получишь, сразу свяжись со мной.
— Хорошо, Барак.
И я закончил разговор.

Комментарии

Загрузка...