Глава 8. Графиня и нежеланный гость
С неожиданного визита моих сестёр прошло несколько дней.
После всего, что Шар для меня сделал, я теперь у него в большом долгу, — думала я, выполняя ежедневные упражнения. Надо придумать, как его отблагодарить, и поскорее.
Стоило вспомнить наш разговор в тот день, как сердце у меня пропустило удар. Да уж, мне очень хотелось как можно скорее расплатиться с этим долгом.
А в остальном последние дни выдались на редкость насыщенными: я перевела для Шара ещё несколько книг и научила близнецов и детей из школы множеству новых заклинаний. Жизнь в поместье Меркюр стала по-настоящему приятной — совсем не такой, как раньше.
Я уже столько всего изменила — было бы обидно останавливаться. Значит, буду менять это место дальше!
Правда, к моему огорчению, после моего первого визита в тайную комнату Шар успел собрать ещё больше портретов Авроры. Каждый раз, заметив новый, я прятала его за стеллажом к остальным, но через несколько дней Шар непременно передумывал и решал, что портреты должны стоять на виду. Получалась бесконечная игра в кошки-мышки.
Аврора считалась величайшей волшебницей всех времён, так что её лицо — то есть моё лицо — печатали на всевозможных книгах и безделушках для любителей истории. На одних изображениях она была почти точной моей копией, на других я едва узнавала себя. Но одна деталь оставалась неизменной: на всех иллюстрациях, которые мне попадались, у Авроры были светло-зелёные волосы до плеч.
Короткие волосы у меня и правда были. Интересно, не передал ли кто-то из знавших меня в прошлой жизни эту подробность потомкам, отчего портреты и получились отчасти похожими? Кто-нибудь из моих учеников, например? Последних мгновений жизни Авроры я по-прежнему не помнила. Я знала, что умерла и переродилась, но при каких именно обстоятельствах погибла, оставалось загадкой.
Я стояла, размахивая метлой и предаваясь воспоминаниям, когда ко мне торопливо подошёл взволнованный Фуэ. Это было необычно: при всей своей исполнительности он всегда старался закончить дела как можно быстрее, чтобы остаток времени бездельничать. Они с Баром были близнецами, но Фуэ отличался куда большей хитростью. Раз он так нервничал, случилось что-то серьёзное.
— Госпожа, к господину Шару прибыл неожиданный посетитель, — выпалил он гораздо быстрее обычного. — Человек весьма тяжёлый и крайне неприятный в общении. Мне было бы спокойнее, если бы вы пока оставались у себя.
— Вот как? Теперь мне даже любопытно. Что за таинственный гость?
Лицо Фуэ скривилось, будто одно воспоминание об этом человеке было ему неприятно.
— Помощник епископа собора Серво. Он прибыл как посланник самого епископа.
— Посланник епископа? Если я правильно помню, собор Серво — главный оплот церкви Мотар, да? И самый большой собор в королевстве? Я думала, церковь недолюбливает магов. Что им понадобилось от семьи Меркюр?
— Мы об этом не упоминали, но собор Серво — один из наших постоянных клиентов. Они ненавидят магию и всё, что с ней связано, а сами то и дело нанимают нас. Это бесит. При таком влиянии мы не можем просто им отказать. Жестокий мир, ничего не скажешь.
Я сочувственно кивнула.
— Положение и правда непростое.
— Ещё какое. Нам остаётся выполнять их поручения, какими бы нелепыми они ни были. Помните время, когда господин Шар почти каждый день пропадал вне дома и вообще не возвращался в поместье? Всё из-за требований церкви.
И действительно, вскоре после свадьбы Шара и Лам был период, когда он был так занят работой, что почти не появлялся в особняке.
Теперь, когда мне разрешалось пользоваться кабинетом Шара, я читала стопки книг, пытаясь разобраться, как устроен нынешний мир. Из них я узнала, что у церкви Мотар есть храмы и соборы во многих странах, включая, разумеется, королевство Тетт. Во времена Авроры этой религии ещё не существовало, но всего за пятьсот лет она успела распространиться по всему миру — вероятно, благодаря могущественным покровителям.
К слову, королевство Тетт называлось так не всегда. За прошедшие века здесь возникло и исчезло множество государств, пока в конце концов не образовалось нынешнее королевство. Как раз в этих краях я жила, будучи Авророй, хотя нынешняя страна занимала лишь половину территории моей прежней родины. Некогда яркая и разнообразная культура угасла. Теперь люди ставили практичность выше исследований и развлечений — ведь у них больше не было тех средств, которыми мы когда-то облегчали себе жизнь.
Ещё я прочла, что церковь Мотар была даже могущественнее королевской семьи. Её центральное руководство находилось в другой стране, где жил Святой Отец — самый влиятельный человек в церкви. Отделения церкви Мотар существовали по всему миру и обладали властью во множестве государств.
У церкви была и собственная иерархия. На вершине стоял Святой Отец, чьей главной обязанностью было руководство центральной резиденцией. Ему помогали кардиналы и прочие служители церкви. Епископы возглавляли церковь в отдельных странах, ниже шли священники местных храмов, а в самом низу — диаконы, ученики священников. В мире существовали и другие религии, но ни одна не была столь влиятельной, как вера Мотар. Некоторые из них даже были с ней связаны, пусть и носили другие названия.
Как ни крути, епископ собора Серво был невероятно могущественным человеком — влиятельнее большинства знатных домов королевства. Иными словами, иметь с ним дело было сущим кошмаром!
— Какой хлопотный клиент.
— И не говорите, — отозвался Фуэ. — Самого собора Серво и его епископа мы не то чтобы очень боимся, но наживать себе врага в лице всей церкви нам совсем не хочется, как бы хорошо мы ни владели магией.
— Если я правильно помню, при центральной резиденции церкви Мотар служат собственные элитные маги, верно? Я о них читала. Разве они не невероятно сильны?
Фуэ кивнул.
— Да. У церкви есть Священный рыцарский орден. Все его члены проходят особую магическую подготовку. А тех, кого называют Десятью святыми, считают существами совсем иного уровня по сравнению с прочими магами мира.
— Как-то лицемерно нанимать магов, когда сами выступают против магии, — заметила я.
Он пожал плечами.
— По их словам, это не обычные маги, а святые и святые рыцари, так что это совсем другое дело.
— Ну да, софистика во всей красе.
Кажется, я начинала понимать. Это была лишь догадка, но что, если тех святых и святых рыцарей обучали сильным заклинаниям из моей прошлой жизни? Если так, Меркюрам против них пока не тягаться. Но если я продолжу учить их более мощной магии, однажды Шар, возможно, сможет просто отказывать епископу в его нелепых требованиях.
Они все такие способные. Уверена, из них выйдут прекрасные маги.
На сегодня занятия с детьми уже закончились — я даже успела до обеда. После всей истории с Гурданом я сказала детям, что они вовсе не обязаны оставаться в школе, если не хотят. Мне было ужасно жаль, что они фактически заперты в поместье. Хотелось дать им больше свободы и показать, что становиться магами они вовсе не обязаны. Они могут выбрать любую дорогу! В конце концов, работы для тех, кто не умеет пользоваться магией, полно. А если нигде больше места не найдётся, мы всегда сможем нанять их в особняк.
К моему удивлению, уйти не захотел никто. Когда я предложила им поискать для себя другую цель, все растерялись: никто не мог придумать, чем ещё хотел бы заниматься, и менять привычный образ жизни они тоже не желали. Будущее Канона уже было решено за него, поэтому выбора у него не оставалось, но я удивилась, что и остальные дети предпочли остаться. Обсудив всё с Шаром, мы решили оставить школу как есть.
И всё же мне не хотелось, чтобы дети чувствовали себя навсегда привязанными к этому месту. Поэтому я начала учить их самым разным заклинаниям — чтобы, если однажды они захотят уйти, у них была возможность жить самостоятельно. Заодно я стала придумывать, как сделать обучение магии веселее.
Я просто хочу, чтобы они чувствовали: выбор у них есть. Работа на Меркюров — лишь один вариант среди множества. Я буду счастлива, если они решат остаться, но это должно быть их решение, а не обязанность, от которой некуда деться.
Пока новые занятия шли хорошо. Я сама не учила никого магии уже пятьсот лет, так что тоже получала огромное удовольствие!
Но сейчас, пожалуй, не время думать о детях. Интересно, зачем приехал посланник епископа.
— Фуэ, а можно я останусь, пока вы с Шаром будете говорить с посланником?
— В принципе, можно, но впечатления у вас, скорее всего, останутся весьма неприятные. Думаю, господин Шар скажет то же самое.
— Ничего. Я просто хочу посмотреть, что он за человек.
У Фуэ не было веских причин мне отказывать, так что уговорить его оказалось нетрудно.
— А вы любопытны, госпожа. Если хотите поговорить с господином Шаром, он сейчас в гостиной.
— Хорошо. — Я кивнула, и тут меня осенила мысль. — Фуэ? Раз уж у нас сегодня гость, я подумала: может, до его прихода немного переделать гостиную...
— Ни в коем случае, — перебил он. — Господин Шар строго-настрого приказал не разрешать вам ничего подобного. Я слышал, вы недавно переделали школу. Бар чуть не плакал из-за узора из пастельных осьминогов на наружных стенах.
— Ох, ему настолько понравилось, что он даже прослезился? Как приятно! Малыши тоже были очень рады новому оформлению.
— Как бы то ни было, гостиную вам категорически нельзя переделывать.
Сколько я ни приставала, он не уступил, так что мне пришлось нехотя отправиться в гостиную к Шару и ждать нашего посетителя вместе с ним.
У-у-у... Желание всё переделать... нарастает...!
Я смотрела на унылые стены гостиной и оплакивала упущенную возможность, когда слуга сообщил, что посланник епископа прибыл. Мы с Шаром отправились встречать его у дверей. Обычно Шар не слишком заботился о вежливости и формальностях, но перед нами всё-таки был представитель церкви Мотар — даже он понимал, что придётся постараться.
Наш гость оказался монахом средних лет в свободной тунике и брюках, с шарфом, обёрнутым вокруг шеи. Одежду украшали красные и синие полосы — символ церкви Мотар. Голова была выбрита наголо — так полагалось всем служителям церкви ниже епископского сана. Когда Шар поприветствовал его, тот смерил хозяина холодным взглядом, высокомерно фыркнул и погладил эспаньолку. Судя по поведению, Меркюров он откровенно презирал.
— Живо впустите меня, обладатели маны, — бросил он. С первых же слов в голосе звучало снисхождение. Какой же невыносимый тип!
Может, напомнить вам, что Шар вообще-то граф?
Впрочем, удивляться не стоило. На первый взгляд казалось, что вершину власти в королевстве занимают знать и королевская семья, однако на деле церковь Мотар обладала ещё большим влиянием и властью. Настоящая власть принадлежала Святому Отцу, но и назначенные им по всему миру епископы заметно вмешивались во внутренние дела большинства стран. Недооценивать их влияние было нельзя. И всё же никакой общественный статус не давал этому человеку права так обращаться с Шаром.
По-моему, так вообще ни с кем разговаривать нельзя. Тем более если хочешь нанять человека — а ведь именно за этим он наверняка и приехал.
Шар не отреагировал на язвительный тон монаха и проводил его в гостиную. Как и говорил Фуэ, положение у него было сложное.
В комнате остались только четверо: Шар, Фуэ, наш гость и я. Шар разрешил мне присутствовать.
— У нас для вас поручение, — без всяких предисловий заявил монах, даже не притронувшись к поданным угощениям и напиткам.
Мне хотелось что-нибудь сказать, но пока я решила просто понаблюдать.
— Мы хотим, чтобы вы истребили чудовищ, которые бродят по горам Ураган. Нам сообщили, что с территории соседнего государства к нам проникло несколько тысяч свирепых тварей, — невозмутимо произнёс он, словно речь шла о мелком неудобстве. Но «несколько тысяч» чудовищ — это очень много. А если они и вправду были настолько «свирепыми», как он утверждал, дело могло оказаться крайне опасным.
У нас ведь просто не хватит людей на такое, правда? К тому же в его просьбе меня кое-что смущало. Тысячи чудовищ не появляются из ниоткуда. Наверняка о проблеме в горах Ураган знали уже давно.
Он сказал, что они пришли из соседней страны... У королевства Тетт с ней сухопутная граница, поэтому любые происшествия у границы всегда непросто улаживать. Наверняка они какое-то время просто наблюдали, а когда поняли, что соседнее государство ничего предпринимать не собирается, решили свалить проблему именно на нас.
Шар вздохнул.
— Как вам известно, нам постоянно не хватает людей, — мрачно сказал он. — Истребить орду из нескольких тысяч чудовищ для нас практически невозможно. Если бы речь шла о небольшой территории, шанс ещё был бы, но горы Ураган огромны. Нам пришлось бы разделиться, а значит, сражаться с чудовищами стало бы ещё труднее. Сейчас опасным тварям могут эффективно противостоять только трое: Бар, Фуэ и я.
Эм-м, Шар, а меня вы забыли!
Я уже хотела возразить, но в последний момент прикусила язык. Возможно, у Шара были причины меня не упоминать. В остальном он говорил правду: Гурдан сидел под замком. Да даже будь он на свободе, людей всё равно не хватило бы, чтобы охватить все горы Ураган.
Я могу найти чудовищ поисковыми заклинаниями, но остальные Меркюры даже не знают, что такие существуют... Да и умей они ими пользоваться, на истребление тварей всё равно ушло бы уйма времени и сил.
— Тогда отправьте и детей, — высокомерно бросил посланник. — Магией они ведь пользоваться умеют?
Шар покачал головой.
— Они ещё недостаточно сильны, чтобы сражаться с опасными чудовищами.
Тут я была полностью согласна! Пусть я и учила детей новым заклинаниям, к схватке сразу с таким количеством чудовищ они и близко не готовы.
— По слухам, обучение у вас поставлено хорошо, но, похоже, на деле вы только нянчитесь с ними. Нет смысла оставлять бесполезных магов в живых, — заявил посланник.
Он говорит точь-в-точь как Гурдан и Шар всего несколько недель назад. Эта мысль заставила меня задуматься. Я считала, что жестокие методы обучения были особенностью самих Меркюров, но что, если на них повлияло и отношение окружающих? Неужели им пришлось стать такими суровыми из-за того, как с ними обращались другие?
Как бы то ни было, проблема явно укоренилась в семье очень давно: всё это уже существовало, когда Шар сам учился в школе.
Не дождавшись ответа, посланник продолжил:
— Ваш долг — выращивать солдат, которых можно использовать, когда понадобится. Нахлебники нам не нужны! Избавьтесь от них уже!
«Избавьтесь от них»? Он о детях? В комнате повисла тяжёлая тишина.
От Фуэ и Шара словно повеяло холодом. Выходит, его слова оскорбили не только меня. Возможно, за годы совместной жизни они успели привязаться к детям. К тому же оба сами прошли через эту школу. Наверное, будучи учениками, они не раз слышали, что «избавиться» могут уже от них самих. Может, поэтому Шар почти без раздумий согласился, когда я предложила изменить школу. Должно быть, он всё-таки сочувствовал детям.
Наверняка он поневоле видит в учениках себя самого в детстве. Кому понравятся такие слова?
Губы Шара сложились в непроницаемую улыбку.
— «Избавьтесь от них», значит? И сказали вы это так буднично.
В одно мгновение воздух будто наэлектризовался от напряжения. Под пронзительным взглядом Шара посланник лишился дара речи. Сколько бы он ни ворчал и ни демонстрировал презрение к Меркюрам, самого Шара он всё же боялся до дрожи.
Если бы он с самого начала вёл себя по-человечески, Шар сейчас не сверлил бы его взглядом.
Хотя дружелюбным Шар всё равно бы не стал — это же Шар, холоднее человека трудно найти, — но хотя бы держался бы профессионально. С тех пор как мы начали чаще проводить время вместе, я уже неплохо разобралась в характере мужа.
— Мы не можем взяться за заказ такого масштаба, тем более без подготовки. Я неоднократно это объяснял. Если только вы не желаете гибели моего дома, советую обратиться со своей просьбой к Священному рыцарскому ордену. — Шар добавил, что Меркюры могут справиться с одиночными опасными чудовищами или небольшими группами, но для массового истребления им попросту не хватает людей.
До сих пор дом Меркюр всегда действовал одинаково: обучал нескольких избранных, делая из них элиту, а остальных отбраковывал. Это было общеизвестно, особенно среди самых влиятельных людей королевства. Пока никто из них не знал, что я решила полностью изменить систему обучения. Учеников в школе было мало, и я не собиралась заставлять кого-то из них сражаться с чудовищами против воли.
— И вообще, почему вы допустили, чтобы всё дошло до такого? — спросил Шар. — Если бы вы сообщили об угрозе, когда чудовища только появились, мы, возможно, успели бы разобраться с ними до того, как ситуация вышла из-под контроля.
Я думала ровно о том же. Очевидно, проблему игнорировали до тех пор, пока она не разрослась до бедствия.
Реакция посланника лишь подтвердила наши подозрения: его лицо побагровело от ярости.
— З-заткнись! Никогда больше не смей указывать мне, что я «должен» делать. От вас требуется лишь молча подчиняться нашим приказам!
— Вашим приказам, значит? — повторил Шар, и с каждой секундой исходящая от него угроза становилась всё ощутимее.
Гостиную снова накрыла тяжёлая, почти осязаемая тишина. Злился не только Шар — во мне самой всё кипело. Судя по недоброму выражению лица Фуэ, ему слова этого человека тоже пришлись не по душе.
— В любом случае выбора у вас нет, если только не хотите сделать церковь своим врагом! Святые рыцари и святые не простят вам отказа. Если они выступят против вас, вам не выстоять! Вы ещё благодарить должны, что мы продолжаем давать вам работу. Всё равно больше вы, маги, ни на что не годитесь. Если даже с теми немногими поручениями, что мы вам даём, не справляетесь, тогда какой от вас прок, трусы?!
Если вы всё равно собираетесь звать святых и святых рыцарей, не проще ли сразу попросить их разобраться с чудовищами? Если они и правда настолько сильны, как говорят, несколько тысяч тварей для них не должны стать проблемой.
Фуэ рассказывал, что до сих пор Шар принимал все поручения епископа, даже самые нелепые, потому что не хотел враждовать с церковью. Послушав его разговор с посланником, я поняла, почему порой ему приходилось неделями не появляться в особняке, выполняя эти безумные требования.
— Просто подпиши проклятые бумаги, как всегда! — потребовал посланник. Уверенный тон удивительно не вязался с испуганным выражением лица. Что бы ни говорили об этом человеке, смелости ему было не занимать.
Хотя от его поведения у меня всё равно кровь кипит.
Я без труда представляла, что случится, если Шар и дальше будет выполнять требования епископа: тот станет поручать Меркюрам всё более тяжёлые задания, пока они не дойдут до предела и дом не рухнет. Я уже начинала подозревать, что именно эти безумные заказы были причиной ранней смерти прежних графов Меркюр и того, почему взрослых в семье осталось так мало. Иными словами, маги дома Меркюр не были в безопасности даже после выпуска из школы.
Отправлять детей в бой совершенно недопустимо. С одной стороны, отказ епископу мог обернуться неприятностями в будущем, с другой — я не хотела, чтобы Шар позволял ему и дальше творить что вздумается. Похоже, выбора у меня нет. Это съест уйму маны, и я не уверена, что у меня хватит сил, но придётся самой что-нибудь сделать с помощью магии.
Ладно. Думаю, получится.
Убедившись, что никто на меня не смотрит, я сосредоточилась и начала управлять маной. Вывела её из комнаты и направила поисковое заклинание в сторону гор Ураган. От особняка до них было довольно далеко, но мана могла двигаться со скоростью света.
Поисковое заклинание находило человека или чудовище по следу их маны. Правда, точно оно работало лишь с существами, у которых мана имелась; людей без неё пришлось бы искать другим способом. К счастью, мана была у всех чудовищ, поэтому отыскать тех, что засели в горах, не составляло труда. По отпечатку маны я могла даже определить вид твари — разумеется, если уже встречала таких раньше.
Я закрыла глаза и раскинула ману по горной цепи словно сеть, расширяя область поиска. Не знаю, сказалось ли то, что я давно не пользовалась поисковыми заклинаниями, или просто территория была слишком велика, но управлять маной на такой площади оказалось непросто. Всё же я справилась и перенесла сознание к нужному месту.
Через мгновение в моём сознании возник пейзаж гор Ураган. Заклинание достигло цели. При моём уровне мастерства я могла не только определить местонахождение цели, но и с помощью магии прямо в уме увидеть окружающую её местность.
Потом придётся объяснять Шару и остальным, где именно находятся чудовища, так что лучше заранее разобраться с местностью.
Я сосредоточилась на поисковом заклинании и тут же ощутила в округе множество чудовищ.
Наверняка о них и говорил посланник. Я мысленно представила орду. Тварей было очень много. Да уж, настоящее нашествие быстро размножающихся чудовищ! Они уже пересекли границу и расползаются как пожар. А идут они откуда...
Ага, нашла. Похоже, из того озера в соседней стране.
Я расширила область действия заклинания ещё дальше. Чудовища уже распространились по всей горной цепи. Горы буквально кишели ими.
Наверное, в соборе Серво не захотели договариваться с соседним государством и решили просто свалить проблему на нас. Ну серьёзно. Это же азы дипломатии. Хоть немного делайте свою работу!
Половина гор Ураган принадлежала соседней стране, а другая половина — королевству Тетт и собору Серво. Граница проходила по горным хребтам. Что бы ни творилось на чужой стороне, мириться с опасными тварями на собственной территории королевство не собиралось. Однако при таком количестве сами они никуда в ближайшее время не денутся.
Я поспешно вернула сознание в гостиную.
— Если мы хотим избавиться от этих чудовищ окончательно, придётся перебить всех, включая тех, что находятся на территории соседнего государства. И, разумеется, разобраться и с озером, где они размножаются.
Посланник удивлённо вскинул брови.
— К-как вы...
— Я просто знаю. Если не разобраться и с чудовищами по ту сторону границы, конца им не будет.
— Нельзя! — тут же возразил посланник. — Все формальности для въезда в другую страну — сплошная морока! Решите проблему, но пределы королевства не покидайте!
От этих слов я на мгновение лишилась дара речи.
— Что?..
Он требовал, чтобы мы истребили чудовищ, но при этом запрещал перейти в соседнюю страну и довести дело до конца? И как, по его мнению, мы должны были это сделать?! Если не уничтожить место размножения, семье Меркюр пришлось бы бесконечно тратить людей и ресурсы, снова и снова убивая новых тварей. Монах наверняка это понимал, но даже не упомянул об этом и всё равно давил на Шара, вынуждая принять задание.
Церковь Мотар хочет уничтожить дом Меркюр? Они научились решать проблемы без нашей магии и теперь пытаются от нас избавиться? Или они правда вообще не понимают, что происходит? Как бы то ни было, все эти годы церковь использовала семью Меркюр, но это поручение уже переходит все границы.
За кого они вообще принимают нас, магов? И ещё требуют отправить против этой угрозы детей? Ни за что. Я не позволю им принуждением втянуть нас в такую бессмысленную миссию.
Я не дам Шару и остальным бесконечно ходить в горы и снова и снова истреблять чудовищ.
Но если я сейчас устрою сцену, им станет только хуже. Я всего лишь графиня — в такой ситуации мой голос мало что значил.
Ну тогда... Я снова направила сознание и ману к горам. Раз уж пересекать границу нельзя, разберусь с чудовищами отсюда — хотя я понятия не имела, на что хватит нынешнего слабого тела.
Хм. Похоже, это зомби-прыгуны.
Прыгуны — похожие на лягушек чудовища с невероятной плодовитостью, обитавшие в основном в озёрах. Будь это обычные прыгуны, истреблять их до последнего не понадобилось бы: численность регулировалась экосистемой гор. Прыгунами питалось множество других существ, а сами они редко забредали в человеческие поселения. Пока они держались подальше от полей, причин для тревоги не было.
Но это были не обычные прыгуны, а зомби-прыгуны. Зомби-чудовища не возникали в природе сами по себе — их создавали магией. Согласно легендам, вообще все чудовища когда-то появились в результате экспериментов древних магов. Те изменяли самых разных существ, а затем получившиеся создания начали размножаться самостоятельно, породив то, что теперь называли «чудовищами». Если обычное чудовище погибало, при определённых условиях его можно было воскресить в виде зомби.
Проще говоря, зомбирование — это когда мёртвых чудовищ переделывают с помощью магии. И разбираться с последствиями жутко муторно.
У зомби-чудовищ было несколько крайне неприятных особенностей. Во-первых, они могли заражать других чудовищ своего вида. Достаточно добавить одного зомби в стаю прыгунов — и заражение перекинется на остальных. Не успеешь оглянуться, как заражена вся стая! Даже потомство у них рождалось уже зомби. Во-вторых, зомбирование ещё сильнее ускоряло размножение, из-за чего численность росла взрывными темпами. В-третьих, зомби-чудовища были отвратительны на вкус, поэтому другие твари их не ели и естественным образом их поголовье почти не сокращалось.
Если ничего не сделать до того, как они расплодятся ещё сильнее, ситуация станет неуправляемой.
Скоро прыгуны перестанут держаться в горах: полезут в ближайшие деревни, на поля и начнут уничтожать урожай — ровно как обычные прыгуны, оказавшись рядом с людьми. Даже став зомби, в целом они вели себя так же. При таком их количестве в пострадавших деревнях дело могло дойти и до нехватки еды.
Я снова перенесла сознание к горам и ещё раз осмотрела армию зомби-прыгунов.
Первым делом надо разобраться с озером, чтобы они больше не плодились. Я прикинула, сколько маны осталось, и обрушила на озеро заклинание света — то самое, которому учила Мин.
И-и-и... бабах! Нет больше озера.
После этого я захватила цели и обрушила на них целый поток заклинаний. Достаточно хорошо овладев магией, можно было научиться поражать цели издалека, сочетая атакующие и поисковые заклинания. Единственный недостаток — маны это жрало невероятно много. С моим нынешним слабым телом было ясно: завтра я весь день проваляюсь в постели.
Но я должна уничтожить этих чудовищ — ради Меркюров.
Покончив с озером, я переключилась на зомби-прыгунов в ближайшей реке.
Берег... Бабах! Под водой... Бабах! И ещё разок, для верности... Бабах!
Я сметала их одного за другим. Магия света была особенно эффективна против зомби-чудовищ, так что у прыгунов не осталось ни единого шанса.
Я не знала, известно ли собору Серво, что чудовища в горах — зомби, но одно было несомненно: сами по себе такие существа не появлялись.
При нынешнем состоянии магии в этой стране кто вообще знает, как превращать чудовищ в зомби? И главное — зачем это кому-то понадобилось? Ничего не понимаю.
Убедившись, что в реке зомби-прыгунов больше не осталось, я занялась теми, что расползлись по горам. Приходилось выслеживать каждого по отдельности, и работа получалась ужасно нудной. Быстрее было бы просто снести всю горную цепь, но тогда вместе с ними погибли бы тысячи ни в чём не повинных существ, а этого я не хотела. Поэтому я кропотливо находила каждого зомби-прыгуна и уничтожала их по одному.
На это ушло немало времени, но я всё-таки закончила, пока посланник продолжал спорить с Шаром. Маны почти не осталось, голова кружилась — похоже, я дошла до предела.
Фух, всех этих жалких прыгунов перебила. Осталось только сказать Шару, пока не свалилась. После этого нужно было разобраться лишь с невыносимым посланником. И что с ним делать? Очень не хочется отпускать его совсем без наказания... Ага! Придумала.
Этот человек служил в соборе Серво. Возможно, через него удастся узнать больше о том, что произошло за пятьсот лет после моей смерти.
С тех пор как я узнала о церкви больше, меня не оставляет одна мысль: а не знает ли церковь Мотар, почему почти вся магия исчезла?
Говорили, что святые и святые рыцари сильнее любого из Меркюров, а значит, вполне вероятно, что они владели заклинаниями мощнее тех, которые знали Шар и остальные. Может быть, может быть, это как раз те самые заклинания, что «исчезли» после моей смерти. Если записи о них сохранились и попали к церкви, она могла просто присвоить самые сильные себе, чтобы никто не осмелился ей перечить — например, семья Меркюр.
Возможно, именно церковь Мотар поможет разгадать тайну внезапного упадка магии.
Шар уже потянулся за пером, чтобы подписать договор на выполнение задания, но я подняла руку, останавливая его.
— Подождите.
— Что такое, Лам? — спросил он, озадаченно взглянув на меня.
Я молча дала понять, что позже хочу с ним поговорить, а затем снова повернулась к посланнику.
— Я хотела бы кое-что обсудить насчёт вашего поручения.
Мужчина вздохнул и медленно повернул ко мне голову, всем видом показывая, как я ему мешаю.
— Что ещё?
— Это задание потребует от дома Меркюр больших жертв. Раньше мы никогда не просили дополнительной платы, но сейчас просто не можем взяться за него, не получив взамен чего-то равноценного.
— Что, денег захотелось? Какая жадность. Хотя чего ещё ждать от дочери такого выскочки, как твой отец. — Со мной он был не менее резок, чем с Шаром, вероятно потому, что у меня тоже была мана.
Ну, насчёт жадности моего отца он прав, но деньги мне не нужны.
Я изобразила самую приветливую улыбку, на какую была способна.
— Нет, больше денег нам не нужно. В обмен на уничтожение чудовищ мы хотели бы ознакомиться с библиотекой собора.
Посланник уставился на меня с открытым ртом. Такой просьбы он явно не ожидал. Шар тоже удивлённо покосился в мою сторону.
— Видите ли, мне всегда было интересно, какие книги хранятся в соборе Серво. Я бы с удовольствием их прочитала.
— А? К-книги? — запнулся монах.
Я энергично кивнула.
— Да, книги. В соборе наверняка есть редкие тома, которых больше нигде не найти. Разве нет?
Несколько секунд мужчина молчал с совершенно ошеломлённым видом, а затем наконец пришёл в себя.
— Н-не говорите глупостей! Даже если у нас и есть подобные книги, с какой стати мы позволим посторонней вроде вас их читать?!
Возражение было вполне разумным. Но мне очень хотелось прочитать эти книги, так что до его доводов мне не было никакого дела! Чтобы понять, что творится в этом мире, мне нужно было их увидеть, и ради этой цели я готова была на всё.
— Уверена, вы сумеете добыть для меня разрешение. Я в вас верю. А если вам когда-нибудь понадобится, кхм, помощь, смело обращайтесь ко мне. — Я завершила фразу самой сладкой улыбкой, на какую была способна.
Дело в том, что без его ведома я наложила на монаха крохотное-крохотное заклинание. Ничего опасного, конечно, просто весьма неприятное. Скажем так: в ближайшие несколько дней он, возможно, обнаружит, что запах его тела постепенно становится всё хуже.
Вот тебе и расплата! Каким бы невыносимым он ни был, причинять ему настоящий вред я не хотела. Да и маны почти не осталось, так что пришлось ограничиться вонью.
Пусть считает, что ещё легко отделался после того, как связался со мной, легендарной ведьмой! Я могла придумать кое-что куда хуже. У заклинания был и ещё один забавный эффект: оно передавалось всем, кто проводил рядом с ним слишком много времени. Хотите, чтобы мы разобрались со вспышкой зомби-прыгунов? Прекрасно! Тогда сами разбирайтесь со вспышкой вонючих монахов! Око за око, вспышка за вспышку! Тащи её обратно в своё логово, и пусть все, кто мечтает погубить семью Меркюр, тоже помучаются!!! Может, тогда у тебя появится больше желания выбить мне разрешение на эти книги.
При желании я могла просто пробраться в собор, но предпочитала попасть туда официально. О церкви Мотар я всё ещё знала слишком мало, так что осторожность казалась разумнее.
Шар подписал бумаги и проводил монаха обратно к дверям. Тот держался всё так же напыщенно, даже когда забирался в карету, которая должна была отвезти его обратно в собор.
Хе-хе. Он ещё понятия не имеет, что его ждёт.
Фуэ отправился к себе на заслуженный отдых, а Шар снова вернулся ко мне в гостиную.
— Ты ведь что-то с ним сделала? — спросил он с понимающей улыбкой.
— Ох, какой вы проницательный. — У Шара и без того был природный талант к магии, но с тех пор как он начал изучать книги Авроры, он стал ещё лучше чувствовать магию. — Я лишь сделала так, чтобы ему было проще согласиться на мою просьбу. Не волнуйтесь.
— Я не волнуюсь. Ты выглядела такой довольной собой, что мне просто стало любопытно, почему. — Улыбка исчезла, и лицо Шара стало серьёзным. — Но с церковью Мотар всё равно будь осторожна. Никто не знает, на что способны их святые.
Раз уж даже Шар относился к ним с такой настороженностью, они и правда могли быть очень опасны.
— Вы когда-нибудь встречали кого-то из них? — спросила я.
— На людях они почти не показываются, но, когда я был ребёнком, в королевство Тетт приезжал кто-то из святых. Этот человек был в плаще с капюшоном и выглядел как-то... жутковато.
— Это было довольно давно.
Значит, святые бывали в нашем королевстве нечасто. Впрочем, логично: церковь Мотар распространилась по множеству стран, а святых было всего десять. Королевство Тетт — маленькая и не слишком влиятельная страна, так что неудивительно, что нас они посещали не в первую очередь. Наверное, оно и к лучшему: одного епископа уже хватало за глаза, а святые рыцари и святые только добавили бы проблем. Мне ужасно хотелось увидеть кого-нибудь из них своими глазами, но если в королевство они не приезжали, поделать я ничего не могла.
Я вернулась к происходящему и подняла взгляд на мужа.
— Шар, мне нужно кое-что сказать вам насчёт поручения епископа.
— Что именно?
Я была рада, что теперь, когда я просила его выслушать меня, Шар делал это без ворчания. Жить стало гораздо проще.
— Я уже всех убила, так что вам не придётся этим заниматься.
Шар уставился на меня так, словно у меня внезапно выросла вторая голова.
— Что?
— Думаю, скоро кто-нибудь из собора сам с вами свяжется.
Он медленно опустился на диван.
— О чём ты вообще говоришь? — спросил он, моргая.
— Я же сказала: я уничтожила зомби-прыгунов, и... — Договорить я не успела: на меня нахлынуло головокружение. Ноги стали ватными, и я почувствовала, как меня кренит к полу.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...