Мысленно фыркнув, Линн все же поддался чистому любопытству и отпил ложечку бульона из древней духовной пичуги.
Вопреки ожиданиям, наваристый и густой аромат не нес в себе ни малейшего намека на тяжелый привкус дичи. Текстура мяса птицы оказалась поразительной: от долгого тушения оно стало настолько нежным, что таяло во рту, напоминая по консистенции скорее корень какого-то диковинного растения.
Пока Люк аккуратно разрезал свой стейк из магического волка, он продолжил: ─ Древняя духовная пичуга – птица крайне редкая. Они любят вить гнезда в дуплах деревьев возрастом не менее нескольких десятков лет и в процессе долгой спячки внутри ствола непрерывно впитывают окружающую ману для роста.
─ До чего же несправедливо: почему какие-то чудовища способны вбирать магию естественным путем, тогда как нам приходится городить сложные приспособления? ─ с легкой досадой вздохнул он, а затем вернулся к сути дела: ─ Подобные твари невероятно чутки к малейшим колебаниям магического фона, поэтому встретить их удается лишь в глубинах Миюйского леса, где мана чиста и стабильна. Впрочем, последнее время их все чаще стали замечать в окрестностях Колина...
Чиста и стабильна? Но ведь Лиам утверждал, будто в глубинах Миюйского леса сплошные зоны истощения маны! Включая ту самую территорию, которую они исследовали.
Люк поднял вилку, указывая на Линна: ─ Ты ведь сам побывал в глубинах леса, наверняка заметил, что там полно мертвых зон без единой капли маны?
─ Я поднял архивы Золотой башни и выяснил, что зоны истощения в Миюйском лесу начали появляться относительно недавно, и они, подобно песчаным дюнам, неуклонно пожирают все новые территории.
─ Пожалуй, именно этим и объясняется массовый исход древних духовных пичуг из леса.
В глазах Линна мелькнуло понимание: ─ Неужели это как-то связано с Сектой Осквернения?
Люк качнул вилкой в воздухе и пустился в рассуждения: ─ Исключать нельзя, но с тем же успехом это может быть обычным природным катаклизмом. Магия – материя капризная, поручиться за нее не сможет никто.
─ Но знаешь, Линн, что волнует меня сильнее всего? Истощение маны в Миюйском лесу означает, что монстрам, живущим за ее счет, вскоре станет негде выживать. А это станет жесточайшим ударом по всему Колину!
─ И фактически подрубит городу его главные жизненные артерии!
─ Если индустрия охоты на монстров здесь загнется, Золотой башне больше не останется смысла держать тут пост, а мне придется искать новое пристанище. Ох, даже думать не хочу, куда меня снова запихнут эти старые пни из столицы.
Линн промолчал. Он и сам уже догадывался, что Люка сослали в эту глушь из-за какого-то проступка, однако никак не ожидал, что чиновник прибыл прямо из столицы Ашьи.
Выходит, Люк трудился в центральном аппарате Золотой башни?
Ему вдруг стало безумно интересно, какую же провинность должен был совершить такой человек, чтобы променять столичный лоск на крошечный Колин.
«Ладно, при случае расспрошу Бартона – с его страстью к сплетням он точно должен знать пару занимательных деталей».
Далее Люк продемонстрировал Линну еще несколько блюд, приготовленных из монстров, и искренне удивился тому, с какой легкостью юноша воспринимает саму концепцию такого меню.
Нет... мысленно поправил себя Линн, внутреннее сопротивление у него все же присутствовало, просто мастерство местных поваров оказалось настолько безупречным, что еда была преступно вкусной.
─ Любопытно, неужели употребление монстров в пищу настолько вошло в моду в кругах аристократов и магов?...
Насколько было известно Линну, из пиетета перед самой магией большинство дворян изо всех сил стремились примкнуть к касте чародеев.
Люк приподнял одну бровь, и в его голосе прорезалась насмешка: ─ Чистой воды суеверие. Они свято верят, будто поедание плоти чудовищ способно стимулировать рост их собственных магических пулов.
─ Разумеется, полукровки и нелюди в расчет не берутся, ─ добавил он с ноткой черного юмора.
Тут уж Линн искренне изумился: ─ Раз вы прекрасно понимаете, что это предрассудок, то зачем же сами...?
─ Потому что все мое окружение питается именно так, ─ небрежно бросил Люк, поднося к носу на серебряной вилке кусок волчатины и принюхиваясь. ─ Во всяком случае, готовят их неплохо.
«Типичная культура замкнутого круга: хочешь быть своим – изволь следовать правилам стаи», – мысленно подытожил Линн.
─ Что ж, ты получил некоторое представление обо мне, теперь позволь задать пару вопросов тебе, ─ улыбнулся Люк.
Ну вот, наконец-то мы и подошли к этой части... Линн чуть выпрямился на сиденье.
─ Линн, мне чертовски любопытно: кто твой истинный наставник? Иными словами, обучал ли тебя кто-нибудь из тайных мастеров магии?
Подобные вопросы ему уже задавали и Илай, и Бартон. В мире магии фигура учителя значила всё, и научиться всему в одиночку без посторонней помощи, если ты, конечно, не переродившийся демон, было практически нереально.
К такому вопросу Линн подготовился заблаговременно. Опустив глаза и сделав вид, что дается это ему с трудом, он заговорил:
─ Когда я только ступил на порог магии, мне действительно посчастливилось получить наставление от одного благородного мага. Но кто он и откуда – я не имею ни малейшего понятия. Запомнилась лишь одна фраза, сказанная им на прощание.
Люк подался вперед, сосредоточенно глядя на него: ─ Что за фраза?
─ Загляни в собственное сердце, и ты поймешь, что все чудеса таятся внутри тебя самого, ─ с каменным лицом выдал Линн.
Эту цитату он случайно выцепил когда-то из интернета со смартфона, авторство вроде бы принадлежало некоему знаменитому английскому мыслителю по имени Фрэнсис Бэкон.
─ Загляни в собственное сердце... ─ задумчиво повторил Люк, погружаясь в раздумья, и от его слов в духе наставника даже тончайшие нити духовной энергии вокруг слегка затрепетали.
Убедившись, что ответ произвел должное впечатление, Линн невзначай добавил: ─ Именно эти слова указали мне направление и позволили уверенно шагать по дороге магии.
─ Больше поведать мне нечего, и прошу прощения за это.
Люк тут же отмахнулся: ─ О нет, я чувствую, что сказанное тобой обладает колоссальной ценностью. Благодарю за бескорыстное откровение, и раз уж я обещал – поведаю все, что знаю об Илай Фрей.
Линн тут же изобразил всем своим видом готовность внимать, однако Люк лишь хмыкнул: ─ Не спеши, еде положено подавать горячей.
Преодолевая внутреннее сопротивление, он неторопливо и методично оторвал хрустящую птичью ножку от запеченной молодой кури-змеи.
Это создание во взрослом возрасте достигало размеров страуса, но вместо обычного хвоста имело длинное змеиное тело.
Данная особь по размерам походила на крупную индейку; часть с тушкой птицы была приготовлена традиционным для дичи способом – выпотрошена, начинена фруктами с овощами и запечена, тогда как змеиную половину мелко порубили на фарш и превратили в острый соус, обрамлявший блюдо по кругу.
На вкус мясо действительно оказалось неотличимо от обычной птицы... Линн мысленно перевел дыхание.
Люк же сосредоточенно предавался трапезе, и лишь разделавшись с большей частью своей порции, промокнул губы салфеткой, сложил руки домиком и в упор посмотрел на Линна:
─ Что тебе известно о семье Фрей?
─ Ну... я знаю лишь, что нынешним лордом города Роан является Лоренс Фрей, то есть отец Илай, и он носит почтенный титул графа...
Люк кивнул: ─ Ровно то же самое, что известно любому обычному обывателю под сенью Роана.
Иными словами, познания Линна о роде Фрей ограничивались самыми базовыми сплетнями.
Впрочем, винить его не стоило: простолюдин по рождению, да еще и приезжий, он физически не мог иметь доступа к книгам о тайной жизни аристократии, где магия ценилась куда выше древних родословных.
Люк поднял указательный палец, на котором ярко вспыхнул и заиграл гранями крупный рубин, напоминающий каплю жидкого пламени в свете магического светильника.
Его голос упал до низких, весомых нот:
─ Величие семьи Фрей признано по всему королевству Ашья, и главным виновником этого является дедушка Илай – великий герцог Ганс Фрей.

Комментарии

Загрузка...