Глава 36

Перевод: AsfielРедактура: Astarmina

Перевод: Asfiel

Редактура: Astarmina

Вернемся к Жаньжань. После того как спрыгнула с крыши, она немедленно скрылась в толпе. Пройдя две улицы, она встретила в кондитерской Гао Цана и Цю Сиэр, которые пробовали сладости.Жаньжань только произнесла «Вэй Цзю здесь», и лица этих двоих мгновенно изменились от страха. Затем все трое бросились бежать из города. Когда они собирались подняться на гору Чамин, Жаньжань закрыла глаза, прислушалась и тихо сказала:— Плохо! Кто-то преследует нас!Поскольку они устроили ловушку для второго старшего брата, то наверняка знали, где скрывается учитель. Хотя Жаньжань уже покинула город, Вэй Цзю достаточно было отправить людей в направлении горы Чамин, чтобы настичь их.Жаньжань знала, что у учителя был духовный источник из мира Инь. Если Вэй Цзю обнаружит это, он будет сражаться до последнего. А если они попадут в руки секты Чимэнь, этот демон может использовать их как заложников против учителя... Сейчас им нужно было как можно скорее предупредить учителя, чтобы он пришел спасти их.Подумав об этом, она подняла глаза и увидела сороку, сидящую на ветке. Затем она прыгнула, быстро схватила птицу и достала из мешочка с талисманами, подаренного старцем Цзю, талисман контроля птиц. Она привязала его к тонкой ножке сороки и отпустила птицу. Теперь, находясь под контролем талисмана, сорока могла, подобно воронам с горы Цуйвэй, найти человека и передать сообщение.Сделав это, она кратко сказала своим товарищам:— Судя по звуку, преследователи двигаются очень быстро, нам от них не убежать. Сейчас мы можем только выиграть время, ожидая, когда учитель и дядюшка придут спасти нас.Затем она осмотрелась и заметила ложбину, где густая листва могла скрыть их. — Быстро, спрячемся там, — сказала она. — Нам нужно сесть в медитацию и замедлить дыхание, только так мы сможем избежать обнаружения.Ранее, когда она подслушивала в чайной, сидя в медитации, даже Вэй Цзю не заметил её — она была обнаружена только когда встала.Поэтому сейчас им нужно было спрятаться и замедлить дыхание, чтобы попытаться избежать преследователей.Цю Сиэр и Гао Цан, закалённые испытаниями в Ущелье Тоски, хоть и были напуганы мыслями о том, как Вэй Цзю потрошит людей, но, услышав слова Жаньжань, быстро отреагировали и последовали за ней в ложбину.Когда все трое сели, скрестив ноги, и начали повторять мантру успокоения ума, которую их заставляли переписывать в наказание, они быстро вошли в состояние медитации, достигнув забвения себя. Их дыхание стало лёгким, а сердцебиение замедлилось, словно они были мертвы.Ученики Чимэнь вскоре достигли этого места, но внезапно потеряли след своих целей и остановились, переглядываясь.Вокруг был густой лес, множество мест, где можно было спрятаться.Один из них достал лук и выпустил несколько десятков стрел в разные укромные места леса. Но кроме вспорхнувших испуганных птиц, не было слышно никаких человеческих звуков.Тогда ученики продолжили погоню в направлении горы Чамин.Когда преследователи ушли, Цю Сиэр открыла глаза и судорожно вздохнула.Она только что заметила, что в руку Жаньжань попала стрела, из раны сочилась кровь. Неизвестно, как ей удалось сдержаться, когда стрела попала в неё. Она не издала ни звука и даже смогла контролировать своё дыхание.Жаньжань вышла из состояния медитации, её рука пульсировала от боли. За всю свою жизнь она никогда не испытывала такой боли, и слёзы навернулись на её глаза.— Младшая сестра, нам нужно идти, иначе ты истечёшь кровью до того, как нас спасут!Жаньжань, сдерживая боль, покачала головой:— Нет, мы не можем никуда идти, мы должны оставаться на месте и ждать. Перевяжите мою руку тканью, чтобы замедлить кровотечение, а затем уходите без меня. Иначе... я только буду обузой для вас.Цю Сиэр и Гао Цан переглянулись, и Гао Цан первым сказал:— Мы не уйдём, мы останемся с тобой. Как мы сможем смотреть в глаза твоим родителям, если бросим тебя?Цю Сиэр, которая ещё колебалась, услышав слова старшего брата, согласилась с ним. Она достала из рукава платок, сложила его в полоску и крепко перевязала руку Жаньжань.Та глубоко вдохнула, пытаясь контролировать своё кровообращение, замедляя его, как при медитации.Даже если сорока летела очень быстро, ей потребовалось бы время, чтобы найти учителя и передать сообщение. А учителю, получившему сообщение, тоже нужно время, чтобы добраться до них.Так что сейчас единственное, что она могла делать — это ждать и стараться не умереть от потери крови до прихода учителя.К сожалению, даже этого времени небеса не хотели ей дать.Как только Цю Сиэр закончила перевязывать рану, маленькое ухо Жаньжань дрогнуло, и она тихо сказала:— Кто-то ещё идёт, быстро в медитацию!Ученики Сишань, хотя и не были сильны в боевых искусствах, но имели отличную базовую подготовку в медитации — они мгновенно сели и вошли в состояние сосредоточения.На этот раз пришла не кто иная, как старейшина Чимэнь, Ту Цзююань. Обеспокоенная, она привела с собой двух учеников для проверки.Повелитель сейчас восстанавливался после ранения и не мог использовать духовную энергию, поэтому такие задачи, как преследование и устранение свидетелей, естественно, выполняла она, его правая рука.Дойдя до этого места, Ту Цзююань ничего не заметила, но сокол с красными глазами на её плече вдруг зашевелился, издал пронзительный крик и, расправив крылья, бросился к укрытию Жаньжань и остальных, словно охотясь на кролика.Соколы с красными глазами школы Чимэнь с детства вскормлены на человеческой плоти и крови, поэтому сразу почувствовали запах крови и устремились прямо к раненой Жаньжань.Гао Цан и Цю Сиэр быстро вытащили оружие и попытались отогнать хищную птицу с острыми когтями.Ту Цзююань теперь ясно видела троих, прячущихся в ложбине, и холодно усмехнулась:— Как Су Ишуй мог воспитать таких трусов? Всё прячетесь, не смеете сражаться?Гао Цан был горячим юношей, готовым умереть с мечом в руке. Как он мог стерпеть насмешки этой демоницы? С криком он выхватил меч и бросился на неё.Но не успел он приблизиться, как Ту Цзююань одним ударом хлыста отбросила его, и он врезался в ствол дерева.Ту Цзююань, повернув запястье, направила другой хлыст прямо на шею оцепеневшей толстушки.Она слишком долго возилась с этими жалкими трусами. Этот удар должен был сломать ей шею, а затем она разделается с остальными двумя.Цю Сиэр застыла от страха, не в силах уклониться. В этот критический момент Жаньжань оттолкнула её.Она сломала стрелу в своей руке и снова взяла свой механический шест, обвив им хлыст Ту Цзююань.К сожалению, этот приём уже был использован ранее, и та была готова. Она вовремя дёрнула хлыст, подняв Жаньжань в воздух, и швырнула её в толстый ствол дерева.Реакция, отточенная учителем, бросавшим в неё камни, снова пригодилась. Когда Жаньжань летела к дереву, она бросила горсть листьев в воздух, затем освободила механический шест от хлыста и, легко оттолкнувшись от листьев кончиками пальцев ног, парила в воздухе, словно изящный лебедь.Ту Цзююань несколько раз взмахнула хлыстом, но не могла достать эту девчонку. Раздражённая, она отбросила хлыст, вытащила двойные кинжалы у пояса и приготовилась к ближнему бою с этой скользкой, как угорь, девчонкой.Но когда она бросилась с кинжалами, оказалось, что девчонка развернулась, расставила ноги, приняла боевую стойку и выполнила «Удар молнии» — фирменный приём Вэй Цзю.Все ученики Чимэнь знали смертоносность этого приёма — тот, кого он настигал, либо погибал, либо получал тяжёлые ранения. Ту Цзююань, не успев подумать, инстинктивно отпрыгнула в сторону.Жаньжань, воспользовавшись этой возможностью, громко крикнула:— Формируем построение!На этот раз Гао Цан и Цю Сиэр не подвели, быстро заняли позиции и выстроились в боевое построение «Покорение демона».Хотя второго старшего брата с ними не было, они втроём образовали треугольник, произнесли заклинание и крепко встали на землю.На самом деле Жаньжань, действуя быстро в критической ситуации, имитировала приём Вэй Цзю, который она видела во время его боя с Су Ишуем в лесу магических лиан. У неё была только форма без силы. Но благодаря своей прекрасной памяти, увидев приём лишь раз, она смогла воспроизвести его безупречно, достаточно убедительно, чтобы обмануть противника.Ту Цзююань, только после уклонения осознала это. Дважды обманутая этой девчонкой, она пришла в ярость, и её следующий удар хлыстом был нацелен на убийство.Однако построение, разработанное самим Су Ишуем, хоть и выглядело просто, сочетало в себе как защиту, так и нападение. Эти новички, после испытаний в Ущелье Тоски, усердно изучали боевые построения и достигли некоторых успехов. Теперь, в реальном бою, они держались уверенно.Ту Цзююань снова взмахнула хлыстом, но даже когда удары сыпались как дождь, они не могли пробить их защиту.Но Жаньжань знала, что её раненая рука не выдержит долго. Как только она упадёт, построение разрушится, и тогда никто из них не выживет. Поэтому... она ни за что не должна упасть!Ту Цзююань тоже заметила расширяющееся кровавое пятно на руке Жаньжань и поняла, что она — самое слабое звено. Поэтому сосредоточила атаки на ней, намереваясь сломить ее.Рука была серьёзно ранена, и девочка была так молода — в такой ситуации на её лице должен был быть страх. Но Ту Цзююань, продолжая яростно атаковать, заметила, что выражение лица маленькой девочки постепенно становилось всё более решительным, особенно её глаза — они излучали какой-то невыразимый холодный блеск...Смотря в эти глаза, Ту Цзююань невольно вспомнила то, что предпочла бы забыть... Кажется, она когда-то сражалась с кем-то, у кого был такой же взгляд, и потерпела сокрушительное поражение, умоляя о пощаде...Эти мысли привели её в ярость, и Ту Цзююань внезапно прикусила язык, используя технику рассеивания магической энергии, которую даже практикующие демоническую магию не применяли легкомысленно. Жертвуя уровнем своей силы, она активировала весь потенциал своего тела, временно удваивая мощь, чтобы быстро закончить бой!На этот раз три слабых ученика Сишань не смогли противостоять. Жаньжань, получив в глаза брызги демонической крови из укуса Ту Цзююань, на мгновение ослепла и тут же была отброшена ударом хлыста.Ту Цзююань издала дикий смех и снова подняла кинжал, направляя его в сердце маленькой девочки...Но когда она почти достигла Жаньжань, внезапно мощная сила обрушилась на неё, отбросив высоко в воздух. Ту Цзююань тяжело упала на землю, изо рта хлынула кровь.Посмотрев, она увидела разъярённого Су Ишуя, появившегося словно божество.К этому моменту Жаньжань, истощённая, больше не могла держаться и начала падать, но была надёжно поймана в объятия Су Ишуя.Ту Цзююань даже не успела среагировать, как тот нанёс ей ещё один удар ладонью. Только что потерявшая уровень силы, она не смогла защититься и снова была отброшена. Когда кровь хлынула изо рта, Ту Цзююань поняла, что миссия по устранению свидетелей провалилась. Тяжело раненая, она не осмелилась продолжать бой и быстро скрылась вместе со своими спутниками.Цю Сиэр, увидев, что это учитель с мрачным лицом держит младшую сестру, со слезами воскликнула:— Учитель, вы наконец пришли!Су Ишуй не обратил на неё внимания и нажал на акупунктурные точки Жаньжань, чтобы остановить кровотечение.Жаньжань, потерявшая много крови, с трудом открыла глаза и сказала учителю, задыхаясь:— Учитель... второй старший брат попал в ловушку Чимэнь, он сейчас в городе, в переулке Софор, во втором дворе...Услышав, как Жаньжань с трудом говорит, Су Ишуй резко сказал:— Молчи и сосредоточься на контроле дыхания, чтобы уменьшить боль!Жаньжань была послушной, она даже не стала регулировать дыхание, просто наклонила голову и потеряла сознание от боли.Потеря сознания упростила ситуацию. Когда она очнулась, то лежала в тёплой постели в комнате горячих источников. Её раненая рука была тщательно перевязана. Хотя ещё оставалась небольшая боль, казалось, что серьёзной опасности нет — она даже могла протянуть руку и достать мешочек с сушёным бататом, лежавший у подушки.Этот батат она принесла с горы Цуйвэй — подарок от старца Цзю. Батат, выращенный на земле, климат которой регулировался талисманами, был особенно сладким. Он не только подходил для изготовления вина, но и был идеален для сушки — одним укусом можно было ощутить и жевательную текстуру, и сладкий вкус...В этот момент вошла Цю Сиэр с миской жидкой каши. Увидев, что Жаньжань проснулась, она радостно поставила кашу.— Младшая сестра, ты наконец очнулась! Знаешь, как долго ты спала?Жаньжань подумала и сказала:— Я проспала около трёх-четырёх дней, верно?Цю Сиэр, удивлённая тем, что она смогла угадать, с восхищением сказала:— Ровно три дня! Но как ты догадалась?Жаньжань указала на сушёный батат во рту:— Он уже не такой мягкий, как в прошлый раз. Судя по тому, как он затвердел, прошло примерно три-четыре дня... Быстрее давай кашу, я очень голодна!Это умение оценивать время по еде действительно было несравненным.Но у Цю Сиэр не было настроения восхищаться Жаньжань. Помогая ей сесть и кормя кашей, она сказала:— Пока ты спала, мир перевернулся с ног на голову!Жаньжань действительно была голодна. Она ела и жестами просила старшую сестру не томить её и рассказать, что произошло.Цю Сиэр начала с самого начала. Во-первых, в тот день учитель был действительно страшен — он нёс раненую Жаньжань, двигаясь с невероятной скоростью, словно в него вселился дух убийства, уничтожая всех, кто стоял на пути, будь то праведники или демоны.Те преследователи из Чимэнь, которые не смогли их найти, позже вернулись и столкнулись с настоящим вулканом гнева.Цю Сиэр вспоминала, что сцена была ужасающей. Когда учитель начал убивать, даже жестокость Вэй Цзю, потрошившего людей, казалась мелочью.— Он разрывал людей голыми руками! И они сгорали в пепел, не успев упасть на землю! В мгновение ока от десятка учеников Чимэнь не осталось даже следа... — Цю Сиэр невольно вздрогнула и продолжила рассказывать о другом событии: — Второй старший брат всё это время сидел в бочке с водой как наказание. Учитель сказал, что хочет полностью рассеять его базовую энергию и изгнать из школы...Жаньжань подняла голову, слегка расширив глаза.Оказывается, после того как Жаньжань потеряла сознание, Су Ишуй немедленно отнёс её обратно на гору Чамин. А вторая тетушка повела Гао Цана и Цю Сиэр искать Бай Бошаня.Возможно, зная, что Бай Бошань уже был «брошенной фигурой», или опасаясь встречи с Су Ишуем, Ту Цзююань, похоже, не вернулась в тот маленький двор, чтобы предупредить об отступлении.Поэтому, когда вторая тетушка выбила дверь, то увидела второго старшего брата, страстно обнимающего крупного чернявого мужчину на кровати. Его рот всё ещё тыкался в покрытое чёрными волосами лицо мужчины...По словам Цю Сиэр, увидев эту сцену, она пожалела, что не может выколоть себе глаза, чтобы немедленно забыть это ужасное зрелище.Увидев вторжение, крупный мужчина попытался встать, но вторая тетушка быстро нажала на его акупунктурные точки, обездвижив его.Второй старший брат на самом деле защищал этого мужчину, держа его в объятиях и крича, чтобы не пугали его «Чжоу Эр».Вторая тетушка сердито засунула ему в рот пилюлю успокоения. Когда Бай Бошань пришёл в себя и увидел бороду своей «Чжоу Эр», он закричал в ужасе и пнул, сбросив её на пол.Затем, возможно, вспомнив о своих интимных моментах с «Чжоу Эр» за эти дни, Бай Бошань стал так сильно рвать, что, по воспоминаниям Цю Сиэр, казалось, он вырвет даже вчерашнюю еду.Хотя Бай Бошаня вовремя спас старший дядюшка, по возвращении на гору его связали. Он продолжал кричать о своей невиновности, утверждая, что стал жертвой демонической уловки и временно потерял голову от страсти.По его словам, вначале ему просто ветром занесло что-то в глаза, и вдруг кто-то помог ему влажным платком. Когда он открыл глаза, то увидел прекрасную девушку и был ошеломлён её красотой. Девушка спросила дорогу, и так они познакомились. Позже, когда он спустился с горы, чтобы помочь второй тетушке купить вещи, он снова встретил эту девушку. Поскольку она была такой красивой, он не смог устоять перед мирским искушением. Но если бы учитель узнал о его свиданиях, он бы непременно упрекнул его в непостоянстве духа совершенствования, поэтому он тайно спускался с горы для встреч.Свидания с красавицей очень утомляли его, каждый раз он засыпал, но он настаивал, что никогда не предавал учителя.Бай Бошань говорил убедительно, даже заявлял, что готов противостоять младшей сестре, когда она проснётся!Су Ишуй не стал его допрашивать, просто приказал временно связать его и бросить в бочку с водой, где он пробыл три дня.А сам Су Ишуй ежедневно готовил лекарства, которые давал Жаньжань.Теперь, когда проснулась, она могла противостоять второму старшему брату.Увидев, как младшая сестра идёт, держась за раненую руку, второй старший брат, хотя и был связан, нетерпеливо встал из бочки с водой и закричал:— Младшая сестра, скорее скажи учителю, что я не предавал его! Я сам стал жертвой демонической школы, которая посягнула на мою честь! Я жертва!Жаньжань осторожно отступила и сказала Су Ишую:— Учитель, он, должно быть, отравлен ядом рогатого демона. Пожалуйста, не приближайтесь к нему...Юй Тун холодно сказала:— Господин тоже обнаружил яд в его теле, поэтому эти дни держал его в бочке с водой, смешанной с жёлчью жёлтого быка и пеплом курильницы. Сейчас яд должен быть почти полностью выведен.Услышав слова второй тетушки, Бай Бошань наконец понял, что учитель эти дни заставлял его сидеть в бочке не для наказания, а чтобы вылечить от отравления.Вспоминая, как он в бочке проклинал небо и землю, крича о несправедливости, Бай Бошань почувствовал такой стыд, что не мог поднять голову.Но раз учитель заботился о нём, не означало ли это, что он не изгонит его?Су Ишуй спокойно сказал:— Ты несколько дней находился в воде с ядом рогатого демона, твоя базовая энергия уже повреждена, и даже если яд выведен, это необратимо. Поэтому мне даже не нужно рассеивать твою энергию. Наша связь учителя и ученика закончена, ты можешь спуститься с горы, жениться и завести детей.Этот рогатый демон был очень коварен, он мешал концентрации базовой энергии. Измельчённый в порошок и добавленный в ванну, его эффект становился ещё сильнее. К счастью, Су Ишуй был чистюлей и никогда не ходил в горячие источники, иначе он давно бы попался в ловушку.Очевидно, Вэй Цзю хотел контролировать второго старшего брата, отравить Су Ишуя, а затем воспользоваться случаем, чтобы уничтожить всех из Сишань, вернуть пилюлю формирования ядра и отомстить!Бай Бошань всегда мечтал стать великим мастером, покорившим три главные школы и оставившим своё имя в истории. Но услышав, что теперь почти калека, он упал обратно в бочку и разрыдался.Он плакал, говоря, что не сделал это намеренно, и если бы не злой дух, управлявший им, он никогда бы не предал учителя. Учитель обладает великими способностями и превосходными медицинскими навыками, он наверняка сможет найти способ вылечить яд рогатого демона.Взрослый, довольно утончённый молодой человек плакал, как трёхлетний ребёнок, катающийся по земле. Даже старший брат и третья сестра не могли не заступиться за него.Су Ишуй, казалось, безразлично слушал, пока наконец не сказал медленно:— Твоя семья Бай когда-то защитила старейшину Сишань ценой собственной жизни, получив тяжёлые ранения. Я всегда помнил об этой услуге, поэтому и взял тебя в ученики. Яд в твоём теле слишком глубок, даже если ты останешься в Сишань, ты будешь калекой. Более того, твоя страсть подвергла опасности твоих собратьев, которые были ранены. Ты должен был искупить вину смертью, но сейчас я просто изгоняю тебя из школы, сохраняя наши отношения учителя и ученика... Иди, перед уходом с горы можешь взять у Юй Тун немного серебра, чтобы начать небольшое дело дома, этого будет более чем достаточно.Сказав это, он больше не стал тратить слова на Бай Бошаня и ушёл.Тот наконец перестал рыдать и попытался собрать внутреннюю энергию, но обнаружил, что его даньтянь действительно пуст, ничего не осталось.Среди учеников, принятых в школу, он считал себя самым талантливым. Кто бы мог подумать, что одна ловушка уничтожит более года его практики.Он хорошо знал неписаные правила мира совершенствования. Став отверженным учеником с репутацией предателя учителя, ему будет трудно восстановить своё положение, и другие уважаемые школы вряд ли примут его.Даже когда Су Ишуй предал Му Цингэ, убив во имя справедливости, хотя он и получил устное одобрение от праведных школ, за его спиной они на самом деле презирали его поведение.В конце концов, Су Ишуй даже не захотел видеть его, дал ему серебро и отправил с горы Чамин.Бай Бошань не хотел уходить и стоял на коленях у подножия горы, даже под проливным дождём не вставая.Су Ишуй не обращал внимания на того, кто упрямо оставался у подножия горы. Узнав, что Цю Сиэр предложила спуститься с горы, он наказал и её, и Гао Цана бамбуковыми палками, так что они целый день не могли ходить и сидели только на мягких подушках.Жаньжань чувствовала, что она тоже совершила большую ошибку. Но ранее, будучи раненой и без сознания, она избежала наказания. Теперь она не знала, как учитель накажет её.

Вернемся к Жаньжань. После того как спрыгнула с крыши, она немедленно скрылась в толпе. Пройдя две улицы, она встретила в кондитерской Гао Цана и Цю Сиэр, которые пробовали сладости.

Жаньжань только произнесла «Вэй Цзю здесь», и лица этих двоих мгновенно изменились от страха. Затем все трое бросились бежать из города. Когда они собирались подняться на гору Чамин, Жаньжань закрыла глаза, прислушалась и тихо сказала:

— Плохо! Кто-то преследует нас!

Поскольку они устроили ловушку для второго старшего брата, то наверняка знали, где скрывается учитель. Хотя Жаньжань уже покинула город, Вэй Цзю достаточно было отправить людей в направлении горы Чамин, чтобы настичь их.

Жаньжань знала, что у учителя был духовный источник из мира Инь. Если Вэй Цзю обнаружит это, он будет сражаться до последнего. А если они попадут в руки секты Чимэнь, этот демон может использовать их как заложников против учителя... Сейчас им нужно было как можно скорее предупредить учителя, чтобы он пришел спасти их.

Подумав об этом, она подняла глаза и увидела сороку, сидящую на ветке. Затем она прыгнула, быстро схватила птицу и достала из мешочка с талисманами, подаренного старцем Цзю, талисман контроля птиц. Она привязала его к тонкой ножке сороки и отпустила птицу. Теперь, находясь под контролем талисмана, сорока могла, подобно воронам с горы Цуйвэй, найти человека и передать сообщение.

Сделав это, она кратко сказала своим товарищам:

— Судя по звуку, преследователи двигаются очень быстро, нам от них не убежать. Сейчас мы можем только выиграть время, ожидая, когда учитель и дядюшка придут спасти нас.

Затем она осмотрелась и заметила ложбину, где густая листва могла скрыть их.

— Быстро, спрячемся там, — сказала она. — Нам нужно сесть в медитацию и замедлить дыхание, только так мы сможем избежать обнаружения.

Ранее, когда она подслушивала в чайной, сидя в медитации, даже Вэй Цзю не заметил её — она была обнаружена только когда встала.

Поэтому сейчас им нужно было спрятаться и замедлить дыхание, чтобы попытаться избежать преследователей.

Цю Сиэр и Гао Цан, закалённые испытаниями в Ущелье Тоски, хоть и были напуганы мыслями о том, как Вэй Цзю потрошит людей, но, услышав слова Жаньжань, быстро отреагировали и последовали за ней в ложбину.

Когда все трое сели, скрестив ноги, и начали повторять мантру успокоения ума, которую их заставляли переписывать в наказание, они быстро вошли в состояние медитации, достигнув забвения себя. Их дыхание стало лёгким, а сердцебиение замедлилось, словно они были мертвы.

Ученики Чимэнь вскоре достигли этого места, но внезапно потеряли след своих целей и остановились, переглядываясь.

Вокруг был густой лес, множество мест, где можно было спрятаться.

Один из них достал лук и выпустил несколько десятков стрел в разные укромные места леса. Но кроме вспорхнувших испуганных птиц, не было слышно никаких человеческих звуков.

Тогда ученики продолжили погоню в направлении горы Чамин.

Когда преследователи ушли, Цю Сиэр открыла глаза и судорожно вздохнула.

Она только что заметила, что в руку Жаньжань попала стрела, из раны сочилась кровь. Неизвестно, как ей удалось сдержаться, когда стрела попала в неё. Она не издала ни звука и даже смогла контролировать своё дыхание.

Жаньжань вышла из состояния медитации, её рука пульсировала от боли. За всю свою жизнь она никогда не испытывала такой боли, и слёзы навернулись на её глаза.

— Младшая сестра, нам нужно идти, иначе ты истечёшь кровью до того, как нас спасут!

Жаньжань, сдерживая боль, покачала головой:

— Нет, мы не можем никуда идти, мы должны оставаться на месте и ждать. Перевяжите мою руку тканью, чтобы замедлить кровотечение, а затем уходите без меня. Иначе... я только буду обузой для вас.

Цю Сиэр и Гао Цан переглянулись, и Гао Цан первым сказал:

— Мы не уйдём, мы останемся с тобой. Как мы сможем смотреть в глаза твоим родителям, если бросим тебя?

Цю Сиэр, которая ещё колебалась, услышав слова старшего брата, согласилась с ним. Она достала из рукава платок, сложила его в полоску и крепко перевязала руку Жаньжань.

Та глубоко вдохнула, пытаясь контролировать своё кровообращение, замедляя его, как при медитации.

Даже если сорока летела очень быстро, ей потребовалось бы время, чтобы найти учителя и передать сообщение. А учителю, получившему сообщение, тоже нужно время, чтобы добраться до них.

Так что сейчас единственное, что она могла делать — это ждать и стараться не умереть от потери крови до прихода учителя.

К сожалению, даже этого времени небеса не хотели ей дать.

Как только Цю Сиэр закончила перевязывать рану, маленькое ухо Жаньжань дрогнуло, и она тихо сказала:

— Кто-то ещё идёт, быстро в медитацию!

Ученики Сишань, хотя и не были сильны в боевых искусствах, но имели отличную базовую подготовку в медитации — они мгновенно сели и вошли в состояние сосредоточения.

На этот раз пришла не кто иная, как старейшина Чимэнь, Ту Цзююань. Обеспокоенная, она привела с собой двух учеников для проверки.

Повелитель сейчас восстанавливался после ранения и не мог использовать духовную энергию, поэтому такие задачи, как преследование и устранение свидетелей, естественно, выполняла она, его правая рука.

Дойдя до этого места, Ту Цзююань ничего не заметила, но сокол с красными глазами на её плече вдруг зашевелился, издал пронзительный крик и, расправив крылья, бросился к укрытию Жаньжань и остальных, словно охотясь на кролика.

Соколы с красными глазами школы Чимэнь с детства вскормлены на человеческой плоти и крови, поэтому сразу почувствовали запах крови и устремились прямо к раненой Жаньжань.

Гао Цан и Цю Сиэр быстро вытащили оружие и попытались отогнать хищную птицу с острыми когтями.

Ту Цзююань теперь ясно видела троих, прячущихся в ложбине, и холодно усмехнулась:

— Как Су Ишуй мог воспитать таких трусов? Всё прячетесь, не смеете сражаться?

Гао Цан был горячим юношей, готовым умереть с мечом в руке. Как он мог стерпеть насмешки этой демоницы? С криком он выхватил меч и бросился на неё.

Но не успел он приблизиться, как Ту Цзююань одним ударом хлыста отбросила его, и он врезался в ствол дерева.

Ту Цзююань, повернув запястье, направила другой хлыст прямо на шею оцепеневшей толстушки.

Она слишком долго возилась с этими жалкими трусами. Этот удар должен был сломать ей шею, а затем она разделается с остальными двумя.

Цю Сиэр застыла от страха, не в силах уклониться. В этот критический момент Жаньжань оттолкнула её.

Она сломала стрелу в своей руке и снова взяла свой механический шест, обвив им хлыст Ту Цзююань.

К сожалению, этот приём уже был использован ранее, и та была готова. Она вовремя дёрнула хлыст, подняв Жаньжань в воздух, и швырнула её в толстый ствол дерева.

Реакция, отточенная учителем, бросавшим в неё камни, снова пригодилась. Когда Жаньжань летела к дереву, она бросила горсть листьев в воздух, затем освободила механический шест от хлыста и, легко оттолкнувшись от листьев кончиками пальцев ног, парила в воздухе, словно изящный лебедь.

Ту Цзююань несколько раз взмахнула хлыстом, но не могла достать эту девчонку. Раздражённая, она отбросила хлыст, вытащила двойные кинжалы у пояса и приготовилась к ближнему бою с этой скользкой, как угорь, девчонкой.

Но когда она бросилась с кинжалами, оказалось, что девчонка развернулась, расставила ноги, приняла боевую стойку и выполнила «Удар молнии» — фирменный приём Вэй Цзю.

Все ученики Чимэнь знали смертоносность этого приёма — тот, кого он настигал, либо погибал, либо получал тяжёлые ранения. Ту Цзююань, не успев подумать, инстинктивно отпрыгнула в сторону.

Жаньжань, воспользовавшись этой возможностью, громко крикнула:

— Формируем построение!

На этот раз Гао Цан и Цю Сиэр не подвели, быстро заняли позиции и выстроились в боевое построение «Покорение демона».

Хотя второго старшего брата с ними не было, они втроём образовали треугольник, произнесли заклинание и крепко встали на землю.

На самом деле Жаньжань, действуя быстро в критической ситуации, имитировала приём Вэй Цзю, который она видела во время его боя с Су Ишуем в лесу магических лиан. У неё была только форма без силы. Но благодаря своей прекрасной памяти, увидев приём лишь раз, она смогла воспроизвести его безупречно, достаточно убедительно, чтобы обмануть противника.

Ту Цзююань, только после уклонения осознала это. Дважды обманутая этой девчонкой, она пришла в ярость, и её следующий удар хлыстом был нацелен на убийство.

Однако построение, разработанное самим Су Ишуем, хоть и выглядело просто, сочетало в себе как защиту, так и нападение. Эти новички, после испытаний в Ущелье Тоски, усердно изучали боевые построения и достигли некоторых успехов. Теперь, в реальном бою, они держались уверенно.

Ту Цзююань снова взмахнула хлыстом, но даже когда удары сыпались как дождь, они не могли пробить их защиту.

Но Жаньжань знала, что её раненая рука не выдержит долго. Как только она упадёт, построение разрушится, и тогда никто из них не выживет. Поэтому... она ни за что не должна упасть!

Ту Цзююань тоже заметила расширяющееся кровавое пятно на руке Жаньжань и поняла, что она — самое слабое звено. Поэтому сосредоточила атаки на ней, намереваясь сломить ее.

Рука была серьёзно ранена, и девочка была так молода — в такой ситуации на её лице должен был быть страх. Но Ту Цзююань, продолжая яростно атаковать, заметила, что выражение лица маленькой девочки постепенно становилось всё более решительным, особенно её глаза — они излучали какой-то невыразимый холодный блеск...

Смотря в эти глаза, Ту Цзююань невольно вспомнила то, что предпочла бы забыть... Кажется, она когда-то сражалась с кем-то, у кого был такой же взгляд, и потерпела сокрушительное поражение, умоляя о пощаде...

Эти мысли привели её в ярость, и Ту Цзююань внезапно прикусила язык, используя технику рассеивания магической энергии, которую даже практикующие демоническую магию не применяли легкомысленно. Жертвуя уровнем своей силы, она активировала весь потенциал своего тела, временно удваивая мощь, чтобы быстро закончить бой!

На этот раз три слабых ученика Сишань не смогли противостоять. Жаньжань, получив в глаза брызги демонической крови из укуса Ту Цзююань, на мгновение ослепла и тут же была отброшена ударом хлыста.

Ту Цзююань издала дикий смех и снова подняла кинжал, направляя его в сердце маленькой девочки...

Но когда она почти достигла Жаньжань, внезапно мощная сила обрушилась на неё, отбросив высоко в воздух. Ту Цзююань тяжело упала на землю, изо рта хлынула кровь.

Посмотрев, она увидела разъярённого Су Ишуя, появившегося словно божество.

К этому моменту Жаньжань, истощённая, больше не могла держаться и начала падать, но была надёжно поймана в объятия Су Ишуя.

Ту Цзююань даже не успела среагировать, как тот нанёс ей ещё один удар ладонью. Только что потерявшая уровень силы, она не смогла защититься и снова была отброшена. Когда кровь хлынула изо рта, Ту Цзююань поняла, что миссия по устранению свидетелей провалилась. Тяжело раненая, она не осмелилась продолжать бой и быстро скрылась вместе со своими спутниками.

Цю Сиэр, увидев, что это учитель с мрачным лицом держит младшую сестру, со слезами воскликнула:

— Учитель, вы наконец пришли!

Су Ишуй не обратил на неё внимания и нажал на акупунктурные точки Жаньжань, чтобы остановить кровотечение.

Жаньжань, потерявшая много крови, с трудом открыла глаза и сказала учителю, задыхаясь:

— Учитель... второй старший брат попал в ловушку Чимэнь, он сейчас в городе, в переулке Софор, во втором дворе...

Услышав, как Жаньжань с трудом говорит, Су Ишуй резко сказал:

— Молчи и сосредоточься на контроле дыхания, чтобы уменьшить боль!

Жаньжань была послушной, она даже не стала регулировать дыхание, просто наклонила голову и потеряла сознание от боли.

Потеря сознания упростила ситуацию. Когда она очнулась, то лежала в тёплой постели в комнате горячих источников. Её раненая рука была тщательно перевязана. Хотя ещё оставалась небольшая боль, казалось, что серьёзной опасности нет — она даже могла протянуть руку и достать мешочек с сушёным бататом, лежавший у подушки.

Этот батат она принесла с горы Цуйвэй — подарок от старца Цзю. Батат, выращенный на земле, климат которой регулировался талисманами, был особенно сладким. Он не только подходил для изготовления вина, но и был идеален для сушки — одним укусом можно было ощутить и жевательную текстуру, и сладкий вкус...

В этот момент вошла Цю Сиэр с миской жидкой каши. Увидев, что Жаньжань проснулась, она радостно поставила кашу.

— Младшая сестра, ты наконец очнулась! Знаешь, как долго ты спала?

Жаньжань подумала и сказала:

— Я проспала около трёх-четырёх дней, верно?

Цю Сиэр, удивлённая тем, что она смогла угадать, с восхищением сказала:

— Ровно три дня! Но как ты догадалась?

Жаньжань указала на сушёный батат во рту:

— Он уже не такой мягкий, как в прошлый раз. Судя по тому, как он затвердел, прошло примерно три-четыре дня... Быстрее давай кашу, я очень голодна!

Это умение оценивать время по еде действительно было несравненным.

Но у Цю Сиэр не было настроения восхищаться Жаньжань. Помогая ей сесть и кормя кашей, она сказала:

— Пока ты спала, мир перевернулся с ног на голову!

Жаньжань действительно была голодна. Она ела и жестами просила старшую сестру не томить её и рассказать, что произошло.

Цю Сиэр начала с самого начала. Во-первых, в тот день учитель был действительно страшен — он нёс раненую Жаньжань, двигаясь с невероятной скоростью, словно в него вселился дух убийства, уничтожая всех, кто стоял на пути, будь то праведники или демоны.

Те преследователи из Чимэнь, которые не смогли их найти, позже вернулись и столкнулись с настоящим вулканом гнева.

Цю Сиэр вспоминала, что сцена была ужасающей. Когда учитель начал убивать, даже жестокость Вэй Цзю, потрошившего людей, казалась мелочью.

— Он разрывал людей голыми руками! И они сгорали в пепел, не успев упасть на землю! В мгновение ока от десятка учеников Чимэнь не осталось даже следа... — Цю Сиэр невольно вздрогнула и продолжила рассказывать о другом событии: — Второй старший брат всё это время сидел в бочке с водой как наказание. Учитель сказал, что хочет полностью рассеять его базовую энергию и изгнать из школы...

Жаньжань подняла голову, слегка расширив глаза.

Оказывается, после того как Жаньжань потеряла сознание, Су Ишуй немедленно отнёс её обратно на гору Чамин. А вторая тетушка повела Гао Цана и Цю Сиэр искать Бай Бошаня.

Возможно, зная, что Бай Бошань уже был «брошенной фигурой», или опасаясь встречи с Су Ишуем, Ту Цзююань, похоже, не вернулась в тот маленький двор, чтобы предупредить об отступлении.

Поэтому, когда вторая тетушка выбила дверь, то увидела второго старшего брата, страстно обнимающего крупного чернявого мужчину на кровати. Его рот всё ещё тыкался в покрытое чёрными волосами лицо мужчины...

По словам Цю Сиэр, увидев эту сцену, она пожалела, что не может выколоть себе глаза, чтобы немедленно забыть это ужасное зрелище.

Увидев вторжение, крупный мужчина попытался встать, но вторая тетушка быстро нажала на его акупунктурные точки, обездвижив его.

Второй старший брат на самом деле защищал этого мужчину, держа его в объятиях и крича, чтобы не пугали его «Чжоу Эр».

Вторая тетушка сердито засунула ему в рот пилюлю успокоения. Когда Бай Бошань пришёл в себя и увидел бороду своей «Чжоу Эр», он закричал в ужасе и пнул, сбросив её на пол.

Затем, возможно, вспомнив о своих интимных моментах с «Чжоу Эр» за эти дни, Бай Бошань стал так сильно рвать, что, по воспоминаниям Цю Сиэр, казалось, он вырвет даже вчерашнюю еду.

Хотя Бай Бошаня вовремя спас старший дядюшка, по возвращении на гору его связали. Он продолжал кричать о своей невиновности, утверждая, что стал жертвой демонической уловки и временно потерял голову от страсти.

По его словам, вначале ему просто ветром занесло что-то в глаза, и вдруг кто-то помог ему влажным платком. Когда он открыл глаза, то увидел прекрасную девушку и был ошеломлён её красотой. Девушка спросила дорогу, и так они познакомились. Позже, когда он спустился с горы, чтобы помочь второй тетушке купить вещи, он снова встретил эту девушку. Поскольку она была такой красивой, он не смог устоять перед мирским искушением. Но если бы учитель узнал о его свиданиях, он бы непременно упрекнул его в непостоянстве духа совершенствования, поэтому он тайно спускался с горы для встреч.

Свидания с красавицей очень утомляли его, каждый раз он засыпал, но он настаивал, что никогда не предавал учителя.

Бай Бошань говорил убедительно, даже заявлял, что готов противостоять младшей сестре, когда она проснётся!

Су Ишуй не стал его допрашивать, просто приказал временно связать его и бросить в бочку с водой, где он пробыл три дня.

А сам Су Ишуй ежедневно готовил лекарства, которые давал Жаньжань.

Теперь, когда проснулась, она могла противостоять второму старшему брату.

Увидев, как младшая сестра идёт, держась за раненую руку, второй старший брат, хотя и был связан, нетерпеливо встал из бочки с водой и закричал:

— Младшая сестра, скорее скажи учителю, что я не предавал его! Я сам стал жертвой демонической школы, которая посягнула на мою честь! Я жертва!

Жаньжань осторожно отступила и сказала Су Ишую:

— Учитель, он, должно быть, отравлен ядом рогатого демона. Пожалуйста, не приближайтесь к нему...

Юй Тун холодно сказала:

— Господин тоже обнаружил яд в его теле, поэтому эти дни держал его в бочке с водой, смешанной с жёлчью жёлтого быка и пеплом курильницы. Сейчас яд должен быть почти полностью выведен.

Услышав слова второй тетушки, Бай Бошань наконец понял, что учитель эти дни заставлял его сидеть в бочке не для наказания, а чтобы вылечить от отравления.

Вспоминая, как он в бочке проклинал небо и землю, крича о несправедливости, Бай Бошань почувствовал такой стыд, что не мог поднять голову.

Но раз учитель заботился о нём, не означало ли это, что он не изгонит его?

Су Ишуй спокойно сказал:

— Ты несколько дней находился в воде с ядом рогатого демона, твоя базовая энергия уже повреждена, и даже если яд выведен, это необратимо. Поэтому мне даже не нужно рассеивать твою энергию. Наша связь учителя и ученика закончена, ты можешь спуститься с горы, жениться и завести детей.

Этот рогатый демон был очень коварен, он мешал концентрации базовой энергии. Измельчённый в порошок и добавленный в ванну, его эффект становился ещё сильнее. К счастью, Су Ишуй был чистюлей и никогда не ходил в горячие источники, иначе он давно бы попался в ловушку.

Очевидно, Вэй Цзю хотел контролировать второго старшего брата, отравить Су Ишуя, а затем воспользоваться случаем, чтобы уничтожить всех из Сишань, вернуть пилюлю формирования ядра и отомстить!

Бай Бошань всегда мечтал стать великим мастером, покорившим три главные школы и оставившим своё имя в истории. Но услышав, что теперь почти калека, он упал обратно в бочку и разрыдался.

Он плакал, говоря, что не сделал это намеренно, и если бы не злой дух, управлявший им, он никогда бы не предал учителя. Учитель обладает великими способностями и превосходными медицинскими навыками, он наверняка сможет найти способ вылечить яд рогатого демона.

Взрослый, довольно утончённый молодой человек плакал, как трёхлетний ребёнок, катающийся по земле. Даже старший брат и третья сестра не могли не заступиться за него.

Су Ишуй, казалось, безразлично слушал, пока наконец не сказал медленно:

— Твоя семья Бай когда-то защитила старейшину Сишань ценой собственной жизни, получив тяжёлые ранения. Я всегда помнил об этой услуге, поэтому и взял тебя в ученики. Яд в твоём теле слишком глубок, даже если ты останешься в Сишань, ты будешь калекой. Более того, твоя страсть подвергла опасности твоих собратьев, которые были ранены. Ты должен был искупить вину смертью, но сейчас я просто изгоняю тебя из школы, сохраняя наши отношения учителя и ученика... Иди, перед уходом с горы можешь взять у Юй Тун немного серебра, чтобы начать небольшое дело дома, этого будет более чем достаточно.

Сказав это, он больше не стал тратить слова на Бай Бошаня и ушёл.

Тот наконец перестал рыдать и попытался собрать внутреннюю энергию, но обнаружил, что его даньтянь действительно пуст, ничего не осталось.

Среди учеников, принятых в школу, он считал себя самым талантливым. Кто бы мог подумать, что одна ловушка уничтожит более года его практики.

Он хорошо знал неписаные правила мира совершенствования. Став отверженным учеником с репутацией предателя учителя, ему будет трудно восстановить своё положение, и другие уважаемые школы вряд ли примут его.

Даже когда Су Ишуй предал Му Цингэ, убив во имя справедливости, хотя он и получил устное одобрение от праведных школ, за его спиной они на самом деле презирали его поведение.

В конце концов, Су Ишуй даже не захотел видеть его, дал ему серебро и отправил с горы Чамин.

Бай Бошань не хотел уходить и стоял на коленях у подножия горы, даже под проливным дождём не вставая.

Су Ишуй не обращал внимания на того, кто упрямо оставался у подножия горы. Узнав, что Цю Сиэр предложила спуститься с горы, он наказал и её, и Гао Цана бамбуковыми палками, так что они целый день не могли ходить и сидели только на мягких подушках.

Жаньжань чувствовала, что она тоже совершила большую ошибку. Но ранее, будучи раненой и без сознания, она избежала наказания. Теперь она не знала, как учитель накажет её.