Трое братьев молча смотрели на кольцо-печатку в руках Сун Ланьцзяна. Спустя долгое время Сун Ланьчуань тихо спросил:
— Третий, как оно к тебе попало?
Его вопрос вывел Сун Ланьцзяна из оцепенения, вызванного горькими воспоминаниями. Он поспешно вытер слезы и с нетерпением спросил:
— Младший, говори скорее, откуда оно у тебя? С сестренкой всё хорошо? — Больше всего на свете он боялся услышать от Сун Ланъюэ, что её больше нет в живых.
— Старший брат, я могу с уверенностью сказать: сестренка жива, в этом можешь не сомневаться... — Как только Сун Ланъюэ понял, что это то самое родовое кольцо, он немедленно отправил людей в Циндао, на родину Цинь Юйгуаня, для тайного расследования.
В статусе начальника Генерального штаба Китая навести справки о ком угодно было для него проще простого. Узнав, что Сун Ланься стала женой президента корпорации «Фэнбо» в Циндао и живет куда лучше большинства людей, он наконец успокоился.
Теперь его терзало лишь одно: как добиться прощения четвертой сестры? Он знал её характер: мягкая снаружи, но если уж что-то вобьет себе в голову, то пойдет до конца.
Он раздумывал, не стоит ли обсудить с братьями возможность действовать через Цинь Юйгуаня. Именно поэтому он вызвал второго брата, который служил секретарем парткома провинции Гуандун за тысячи миль отсюда.
— Где она? Завтра... нет, сегодня, сейчас же отправь людей, чтобы её привезли! — Сун Ланьцзян, занимавший высокий пост в руководстве страны, никогда прежде не терял самообладания до такой степени.
— Брат, второй брат, послушайте меня, — Сун Ланъюэ отпил воды и неспешно продолжил:
— Помните операцию «Изумрудная кровь», что была несколько месяцев назад? Да... хорошо, что помните. Второй брат, не спеши, слушай. Это кольцо было найдено в вещах одного из участников того задания. Владельца зовут Цинь Юйгуань, он из Циндао... — Сун Ланъюэ излагал кратко, понимая, как братьям важна любая весть о сестре.
Хотя Сун Ланьчуань не знал подробностей «Изумрудной крови», до него как до высокопоставленного чиновника доходили слухи. Услышав, что кольцо принадлежало тому самому Цинь Юйгуаню, он резко переменился в лице. Он знал: эта операция вызвала международный скандал, и сейчас в верхах существовало три разных мнения о том, как поступить с её последствиями.
Первое – семьи Чжан, Фу и Ли настаивали на выдаче двоих участников другой стране ради государственных интересов.
Второе – семьи Чжань, Чжао и Юэ считали, что правительство должно взять всю ответственность на себя, дабы не подрывать боевой дух народа.
Третьей стороной был заместитель председателя Военного совета Су Чжунхэ, который воздержался.
Видя этот раскол, Сун Ланьцзян в качестве Генерального секретаря долго взвешивал все «за» и «против». На одной чаше весов – интересы государства, на другой – элитные бойцы, которых страна растила годами. Он никак не мог решиться. И как раз в тот момент, когда он уже готов был пожертвовать малым ради великого, Госбезопасность доложила: один из бойцов пропал без вести, а второй тайно вернулся в страну.
«Пусть всё решит судьба!», – когда он узнал об этом, его внутренний конфликт разрешился сам собой.
Нельзя ни жертвовать людьми почем зря, ни сжигать мосты – пусть Небо само рассудит. В конце концов, они сбежали сами, правительство Китая к этому не причастно, а с той страной можно и словами пободаться, тем более что правда на стороне Китая.
В ту ночь он наконец вздохнул с облегчением. Такой исход был приемлем и для страны, и для него лично, хотя в глубине души он поддерживал семьи Чжань, Чжао и Юэ. Если бы не это, разве мог бы Цинь Юйгуань, пойдя против воли государства, спокойно сидеть в офисе «Фэнбо» и разглядывать красоток?
Только сегодня, после слов Сун Ланъюэ, он понял: один из участников «Изумрудной крови», скорее всего, сын его младшей сестры Сун Ланься. Или, по крайней мере, очень близкий ей человек. Уняв волнение, Сун Ланьцзян медленно спросил:
— Тот парень, Цинь Юйгуань, он сейчас за границей или вернулся?
— Он в Циндао, — Сун Ланъюэ достал из кармана фотографию и протянул брату. — Это его армейское фото.
Сун Ланьцзян взял снимок. Молодой человек в военной форме небрежно прислонился к армейскому джипу. На первый взгляд – ничего особенного, но взгляд был удивительно живым, а в чуть приподнятом уголке рта сквозила едва уловимая дерзость.
— Племянник в дядю, сын в мать... Этот малый и правда похож на нас троих в молодости. — Теперь, глядя на фото, он был абсолютно уверен. Сун Ланьцзян веско кивнул:
— Верно. Даже без тестов я на сто процентов уверен: это наш племянник!
— Брат, а знаешь ли ты, что этот сорванец перед тем инцидентом умудрился насолить тому, кому не следовало? — Сун Ланъюэ усмехнулся.
— О? — Сун Ланьцзян удивился. — Кому же? По твоему лицу вижу, что даже тебе этот человек внушает опасения.
— Эх! — Сун Ланъюэ тяжело вздохнул. — Он сделал так, что младшая дочь Су Чжунхэ, Су Нин, родила ему сына... Вот почему старик Су воздержался при обсуждении. Видимо, затаил обиду. Решил, небось, что этот парень не пара его дочурке?
— Хм! Племянник Сун Ланьцзяна – и вдруг не пара какой-то девчонке в этом Китае?! — Сун Ланьцзян гневно хмыкнул, и на его губах заиграла та же горделивая усмешка, что и у Циня на фото. — Пока я не знал, что это мой племянник, еще ладно, но старик Су решил бросить зятя на произвол судьбы – это просто возмутительно! Хотя... сделать человека тестем без его ведома – это тоже, конечно, сильно...
Видя, как старший брат входит в раж, Сун Ланъюэ горько улыбнулся:
— Брат, наш драгоценный племянничек, после того как девушка забеременела, просто бросил её... До сих пор этот паршивец, кажется, даже не знает, что у него есть сын. Неудивительно, что старик Су в ярости...
— А... — Сун Ланьцзян на мгновение опешил, но тут же расхохотался:
— В этом весь мой племянник! С характером! Ха-ха... Мне это нравится.
— Брат, ты был строг только со своими сыновьями, Фэном и Юном, а наших с вторым братом детей ты разбаловал в край. Ты же видел, как дерзила сегодня Инся, — Сун Ланъюэ недовольно закатил глаза. — Тебе мало племянников и племянниц, которых ты опекаешь? Теперь еще и этот парень. Твоя привычка выгораживать своих неискоренима.
— Да неужели... — Сун Ланьцзян потер затылок и, смутившись, перевел тему:
— Так что ты намерен делать с сестрой?

Комментарии

Загрузка...