Юнь Чэ вёл обеих девушек к себе домой. Пока они шли, у Никайдо Хиро от напряжения непрерывно дёргалось веко. В голове её крутилась одна-единственная дикая мысль: «Как в этом переулке вообще мог уместиться целый жилой дом?!»
Узкий проход был такой ширины, что двое едва ли смогли бы идти плечом к плечу. В самом его тупике нелепо и зловеще выделялась старая дверь. От одного её вида по коже бежали мурашки, навевая воспоминания о самых мрачных городских легендах.
Впрочем, сам Юнь Чэ над этим даже не задумывался. Если уж на то пошло, он, как Повелитель Призраков, сам являлся первоисточником любой подобной чертовщины.
Достав увесистый латунный ключ, будто сбежавший из классического хоррора, Юнь Чэ отпер облупленную металлическую дверь. Стоило той со скрипом поддаться, как шедшая следом Сакураба Эмма испуганно зашептала:
— Какое странное здание... Здесь правда можно жить?
Юнь Чэ бросил на неё быстрый взгляд через плечо, отчего Эмма тут же вжала голову в плечи и жалко пискнула.
[Дзинь! Уровень угрозы уничтожения мира опустился ниже 90%. Выдаётся награда: случайное подчинение призрака и один мистический артефакт.]
В голове Юнь Чэ прозвенел механический голос Системы, и в тот же миг он ощутил, как у него в груди что-то изменилось. Вернее, один из его внутренних органов наглухо заменило чем-то чужеродным. Похоже, это было сердце.
Тик... Так... Тик... Так...
Раздалось странное, размеренное тиканье. Юнь Чэ сразу понял, какого именно призрака он получил. Призрак-Часы. Эта сущность позволяла разворачивать монохромную призрачную обитель в радиусе двадцати метров и владела способностью перезапуска: пятнадцать минут для себя и пять минут для окружающего пространства.
Свирепая, невероятно мощная тварь. Что же касалось артефакта – им оказался острейший клинок из арсенала мелкого Яна, чрезвычайно эффективный и смертоносный Тесак Призрака. Единственная жалость – у Юнь Чэ не было Призрачной Тени, чтобы без труда активировать его через посмертный след, так что использовать его, скорее всего, придётся только в ближнем бою.
Тесак не появился у него в руках: Система просто забросила клинок в квартиру, где его можно было забрать в любой момент. Юнь Чэ остался искренне доволен такой рулеткой. Пусть Призрак-Часы и встал на место его сердца, но его жизнь и без того поддерживалась лишь потусторонней силой, так что какая разница?
Размышляя на ходу, Юнь Чэ перешагнул порог и ввёл гостей в дом.
Вопреки жутковатому фасаду и мрачному закоулку, внутри квартира оказалась неожиданно уютной и безупречно чистой. Если не считать скудного естественного освещения, жить здесь было вполне комфортно.
— Входите. Обувь можно не снимать, — бросил Юнь Чэ и направился на кухню за посудой.
Сакураба Эмма, всё ещё прижимая к груди бумажный пакет, вошла на цыпочках и с любопытством огляделась. За ней проследовала Никайдо Хиро. Её алые глаза неторопливо скользнули по прихожей, кухне и старому пузатому телевизору в гостиной, по которому крутили мультики. А затем её взгляд замер на диване.
В самом центре восседала Цукисиро Юки. На ней была надета белоснежная футболка Юнь Чэ, которая была ей настолько велика, что свисала до самого пола, напоминая домашнее платье. Её белоснежные волосы уже высохли и шелковистыми волнами спадали на плечи. Девушка выглядела ухоженной и чистой – контраст с недавней мокрой курицей был разительным.
Но главное – в руках Юки держала покрытый тёмными пятнами ржавчины старый тесак и рассматривала его с неописуемым детским восторгом.
Эмма замерла как вкопанная, сжимая свой пакет. Её глаза округлились и приковались к клинку в руках подруги. Щербатое лезвие со сбитой кромкой покрывали бурые подтёки – выглядело это оружие как эталонный источник столбняка.
— Ю-ю-ю-юнь Чэ-кун!! — Взвизгнула Эмма на октаву выше обычного, перепугавшись до полусмерти, точно взбудораженная болонка. — Откуда у тебя дома такая штука?! И почему она в руках у Юки-чан?!
Никайдо Хиро отреагировала куда собраннее. Стоило ей разглядеть тесак, как её тело мгновенно натянулось подобно струне. Она слегка приподняла правую руку, готовая в любой миг рвануть вперёд и выбить оружие. Зафиксировав взгляд алых глаз на пальцах Юки, Хиро произнесла тихо, но с глубоким нажимом:
— Юки, положи это. Это очень опасно.
...
План по уничтожению человечества был разработан великой ведьмой Цукисиро Юки.
Неизвестно, сколько веков назад непобедимый прежде род ведьм был вероломно истреблён людьми. Как единственная выжившая и обладательница невиданного таланта, великая ведьма Юки поклялась казнить всё человечество в качестве мести.
К сегодняшнему дню её замысел был исполнен почти полностью. Ведьмин фактор уже затаился в организмах всех людей на планете. Иными словами, стоило ей пожелать – и человечество само перерезало бы себе глотки.
Однако поголовная казнь казалась ей чересчур жестокой. Поэтому милосердная и добрая великая ведьма Цукисиро Юки решила дать людям последний шанс. Она доверила «Убийцу Ведьм» – кнопку мгновенного детонатора глобальной казни – чистой, доброй и славной малышке Эмме. Если уж такую славную девочку доведут до отчаяния и заставят страдать, значит, человечество окончательно погрязло во грехе и не заслуживает прощения. Тогда Эмма нажмёт на кнопку, и все люди разом сгинут.
А самой Юки оставалось лишь в нужный момент уйти из жизни и спокойно ждать финала.
Но парень по имени Юнь Чэ спутал ей все карты. По её задумке, Юнь Чэ был лишь ничтожной деталью сценария. Он должен был, как и прочие задиры, ведомые её волей, просто примкнуть к толпе. Но он этого не сделал. Он не просто отказался участвовать – он встал на её защиту и жестоко разнёс всех обидчиков.
И вообще...
«Он точно человек?», – задалась она вопросом.
Юнь Чэ не просто уложил весь класс в одиночку: он сиганул с третьего этажа и с размаху пробил ногами бетон без единой царапины. Присмотревшись к нему поближе, Юки поняла: «А ведь и правда не человек...»
Внутри него клокотала сила, не имеющая ничего общего с её ведьминым фактором. Это было что-то совсем иное – нечто, абсолютно не принадлежащее человеческой природе. Иными словами, Юнь Чэ был аномалией среди людей, неизвестной тварью, возомнившей себя человеком.
Естественно, доброй великой ведьме стало безумно любопытно. Она наблюдала за ним совсем немного, но успела убедиться окончательно.
«Он совершенно точно не человек», – думала Юки, глядя на Юнь Чэ, который как ни в чём не бывало нес поднос с тарелками.
...
Услышав шум в гостиной, Юнь Чэ вышел из кухни с приборами в руках и обомлел. Увидев Юки, вертящую в руках Тесак Призрака, он на секунду застыл, чувствуя, как внутри всё похолодело.
«Неужели она раскусила суть тесака?! Мне конец... Она решит, что я её заклятый враг, и придушит меня прямо в зародыше!»
От этой мысли даже Призрак-Часы, заменивший ему сердце, на мгновение замер. Но Юнь Чэ быстро взял себя в руки. Сохраняя невозмутимый вид, он поставил посуду на стол, подошёл к дивану и мягко забрал клинок из рук девушки.
— Не стоит без спроса брать чужие вещи, — произнёс он с мягкой укоризной. — Ладно, давайте за стол.
Девушки невольно перевели взгляды на обеденный стол и лишились дара речи. Стол буквально ломился от еды: сочные томаты с яйцом, тушёные свиные рёбрышки, ароматная грудинка, хрустящий жареный цыплёнок и аппетитные свиные отбивные.
Глаза Сакурабы Эммы мгновенно вспыхнули – она стала похожа на голодного щенка, перед которым брякнули сочной мозговой косточкой.
— Всё готово, садитесь, — тепло улыбнулся Юнь Чэ. — Да, и не забудьте вымыть руки.
Убрав тесак в специальный золотой ящик, предоставленный Системой, Юнь Чэ посмотрел на Юки, которая послушно вымыла руки и уже замерла за столом, и мысленно въелся: «Система, ты ничего не хочешь мне объяснить?!»
[Ой~ Это моя оплошность, хост, только не ругайся...] «Бесполезный мусор», – коротко отрезал Юнь Чэ и сел во главе стола, намереваясь порадовать свой желудок, хотя физиологической потребности в еде у него больше не было.
Атмосфера за столом царила довольно странная. Эмма, вымыв руки, уселась под боком у Юки, но продолжала коситься в сторону, куда Юнь Чэ убрал оружие – словно напуганная собачонка, сохраняющая бдительность.
Хиро сидела напротив. Она молча и идеально ровно разложила палочки для еды, но в её алых глазах, направленных на Юнь Чэ, читалось явное подозрение.
Одна лишь Юки смотрелась абсолютно безмятежно. Её высушенные волосы мягкой волной лежал на плечах, и сама она походила на послушную пай-девочку, ждущую обеда. Если, конечно, забыть про гигантскую футболку не по размеру и пустой, абсолютно расфокусированный взгляд.
— Ну что, приступаем? А то что-то все молчат, — Юнь Чэ снял фартук и опустился на стул напротив Юки.
Он взял палочки, отправил в рот кусок тушёной свинины и задумчиво прожевал. Вкус показался немного странным – то ли из-за приправ, то ли из-за изменений в его собственном теле, но кулинарные навыки явно не подвели.
«Надо бы на досуге ещё рисованием заняться или чем-то таким... Нельзя терять былые навыки. И так из-за этой учёбы толку от меня мало, а если ещё и ремёсла заброшу, совсем в Юки превращусь».
Подняв глаза, Юнь Чэ обнаружил, что Юки смотрит на него в упор, не мигая.
«Что опять?», – мысленно вздохнул он.

Комментарии

Загрузка...