Место за партой номер 21.
Раз у нас появились новенькие, я предлагаю всем снова представиться. Меня зовут Цюй Сю, я из третьего естественнонаучного класса, место номер 22 — это Хуан Гуанцзе, который сидит позади меня, а также место номер 25 — Фан Дунли, и место номер 11 — Ван Хаопин, они из моего класса. Я не привидение. Если хотите доказательств: в прошлом семестре я занял девятое место в параллели и выходил на сцену за наградой. Если вы внимательно смотрели церемонию награждения, то должны меня помнить.
Если вы меня помните, значит, я не привидение. А раз так, то и мои одноклассники привидениями быть не могут.
......
Представляя своих одноклассников, Цюй Сю указывал на них пальцем, и те поднимали руки, показывая, что Цюй Сю говорит именно о них.
Чэн Си припомнила, что во время награждения первой десятки учеников естественнонаучного профиля такой человек, как Цюй Сю, действительно был.
......
Место за партой номер 22.
Ладно-ладно, давайте представимся заново. Меня зовут Хуан Гуанцзе, я, как и Цюй Сю, из третьего естественнонаучного класса. Цюй Сю всё правильно сказал: если вы помните Цюй Сю, то он не привидение, а значит, и я не привидение. КОНЕЦ.
......
Как ни смотрела Чэн Си, Хуан Гуанцзе казался ей пришельцем из другого мира. Такой пренебрежительный тон и выражение лица — точь-в-точь как у той Шэнь Сыя. Если бы Чэн Си уже не знала, кто здесь инопланетянин, она бы точно проголосовала против Хуан Гуанцзе.
......
Место за партой номер 23.
Я, я-я зовусь Сюй Фэнчжи, и я из пер, первого естественнонаучного класса. Я-я-я, я не привидение! И вообще, Ли Цибинь — привидение! Я, я-я говорила, что в нашем классе такого человека нет, поэтому он точно привидение... А я не привидение! У-у-у, мне так страшно!
......
Сюй Фэнчжи расплакалась прямо посреди своей речи, а Фан Дунли принялась её утешать: — Ничего страшного, скоро всё закончится.
У Чэн Си дернуло веко. Она глянула на летящие в серой зоне комментарии: из десяти штук восемь были исполнены глубочайшего «сочувствия» к Сюй Фэнчжи.
[Цсс, такая миловидная сестричка, а её втянули в столь жестокую игру. Просто жалко!]
[Ха-ха-ха-ха, а мне нравится смотреть, как пугают таких милых девушек]
[Поплачь погромче!]
[Друзья, я к ней на трансляцию, пока]
[Я тоже иду]
Прочитав это, Чэн Си мысленно назвала их идиотками.
......
Место за партой номер 25.
Меня зовут Фан Дунли, я из третьего естественнонаучного класса. Я не привидение.
Эм, а в качестве доказательства... Как и сказал Хуан Гуанцзе: если вы помните Цюй Сю, значит, Цюй Сю не привидение. По той же логике, мы, будучи одноклассниками Цюй Сю, тоже не привидения.
И не надо говорить, как Сюй Фэнчжи, мол, даже в одном классе может оказаться привидение. Вы что, не слышали, как Сюй Фэнчжи сказала, что не знает этого Ли Цибиня?
Ах да, вы же новенькие и не в курсе, так что я вам объясню.
До вашего появления мы уже вычислили и выгнали двоих привидений, включая Ли Цибиня. Благодаря этому мы поняли одну вещь: привидения хоть и натянули на себя наши оболочки и выглядят как люди, на самом деле они не из нашей школы и даже никогда не учились. Их забросили сюда десантом. Так что нам достаточно найти того, кто не учится в нашей школе.
Первую пару привидений мы вычислили с помощью вопросов. Здесь все учатся в естественнонаучных классах, поэтому мы начали задавать друг другу научные вопросы. Одно привидение не смогло ответить, рассвирепело и тем самым выдало себя — кстати, почему каждое привидение, когда его разоблачают, начинает в истерике оскорблять нас?! Если бы они хоть немного сопротивлялись, кто-нибудь из нас, пожалуй, и засомневался бы. До чего же тупые.
Во вторую очередь мы выгнали Ли Цибиня. В прошлый раз мы устраивали самопрезентацию, и сейчас повторять её в общем-то было без надобности. Впрочем, раз вы новенькие и нас не знаете, мы можем рассказать о себе ещё раз. Заодно по ходу повторной самопрезентации понаблюдаем, нет ли у кого-то оговорок.
......
Выслушав слова Фан Дунли, Чэн Си кивнула. Она произнесла: — Ты права. Перед тем как прийти сюда, я побывала в девятом классе — там тоже было одно привидение. После того как мы избавились от неё, оставшиеся двое смогли двигаться... Смотрите, количество обладателей медалей увеличилось на два человека, это как раз те двое.
Фан Дунли приподняла брови: — Тогда похоже, что наши предположения верны, и всех привидений нужно вытащить наружу.
Жэнь Юцин заметил: — Проблема в том, что мы не знаем, сколько ещё привидений осталось. — Он перевернул свой песочный час. — В нашем классе слишком много выживших, а что, если две трети из них — привидения?
Слова Жэнь Юцина заставили всех замолчать.
— Как бы то ни было, давайте вытаскивать их по одному, — предложил Цюй Сю. — Не сидеть же сложа руки и не тянуть время? Не забывайте, что проверяющий забирает работы всё дольше и дольше, со временем на это могут уходить целые дни... Неужели мы проведём здесь всю жизнь?
Жэнь Юцин согласился: — Ты прав, давайте продолжать самопрезентацию.
......
Место за партой номер 16.
Меня зовут Шюй Шэншэн, я из первого естественнонаучного класса, как и Сюй Фэнчжи.
Не смотрите на меня так, я не привидение.
Когда Ли Цибинь заявил, что учится в нашем классе, я даже удивился. Но из-за слабого здоровья я очень долго брал больничные, и суммарно времени учебы в школе наберется меньше года. Я думал, он перевелся, пока я болел, поэтому ничего не сказал.
У меня нет таких достижений или мест в рейтингах, как у Цюй Сю, да и имена учителей я помню смутно, потому что действительно проболел очень долго. На этот экзамен я пришел по капризу, решил обязательно поучаствовать — кто же знал, что такое случится... Эх, знал бы — не приходил и дальше валялся бы в больнице.
......
Глядя на этого болезненного юношу, который кашлял на каждом слове, Чэн Си мысленно посочувствовала его тяжелой судьбе.
......
Место за партой номер 17.
Меня зовут Чжуан Мянь, я из пятого естественнонаучного класса, как и Сян Цзинцзин, которая сидит на десятом месте. Мы не привидения. Хотите доказательств? Я пела песню на прошлогоднем школьном новогоднем вечере, все вы должны это помнить.
Я учусь в нашей школе, а Цзинцзин — моя хорошая подруга, она не может быть привидением.
......
Сидящая на десятом месте Сян Цзинцзин слегка подняла руку, когда Чжуан Мянь упомянула её. — Мы не привидения.
Чжуан Мянь кивнула, но на её миловидном лице тут же промелькнула тень колебаний. Закусив губу, она с видимым замешательством произнесла: — Но Цзинцзин, мне кажется, ты сегодня ведешь себя странно. Перед началом экзамена ты пряталась, а когда я спрашивала, в чем дело, ты ничего не говорила.
Эти слова Чжуан Мянь заставили всех разом уставиться на Сян Цзинцзин.
Сян Цзинцзин вздрогнула и спросила: — Мянь-Мянь, у... у меня есть причины.
Фан Дунли поинтересовалась: — Какие ещё причины?
Цюй Сю добавил: — Тебе лучше объяснить. Обстановка сейчас довольно чувствительная, и любое твоё странное движение заставит окружающих подумать, что ты привидение.
Сян Цзинцзин покраснела до корней волос, всем своим видом выражая мучительное нежелание о чем-либо распространяться.
— Ладно, проехали, — Чжуан Мянь принялась накручивать на указательный палец прядь длинных волос. — Раз Цзинцзин молчит, значит, на то есть причины... Скоро мой день рождения, возможно, она готовит мне сюрприз.
Сян Цзинцзин торопливо закивала, но тут же замотала головой: — Я, я не могу сказать.
Чжуан Мянь улыбнулась: — Цзинцзин, ну ты и растяпа. Даже если ты подаришь мне всего лишь резинку для волос, я всё равно буду рада!
Сян Цзинцзин тронуто посмотрела на Чжуан Мянь.
Наблюдая за этой сценой, Чэн Си почему-то чувствовала, что здесь что-то не так, но внятно объяснить свои подозрения не могла.
......
Место за партой номер 18.
Меня зовут Вэнь Чжинин, я из второго естественнонаучного класса. По тому, как ловко и решительно я только что прикончил привидение, вы и сами поняли, что я не привидение. Мой друг Чэнь Лянфэй, сидящий на двадцатом месте, тоже не привидение — это он только что кинул мне швабру.
......
Чэн Си была абсолютно уверена, что Вэнь Чжинин — не привидение. Она только что видела в комментариях сообщение о том, что кто-то пополнил счет Вэнь Чжинина донатом, увеличив его характеристики, благодаря чему у него хватило сил столкнуть иномирца со стула.
Тот самый зритель, что задонатил Вэнь Чжинину, сейчас слонялся по её трансляции и агитировал остальных игроков тоже закинуть Вэнь Чжинину денег.
Вот зараза!
......
Место за партой номер 20.
Меня зовут Чэнь Лянфэй. Как и сказал Вэнь Чжинин, мы не привидения.
Хм... если нужны точные доказательства, я назову одну вещь: доставка ночных закусок.
......
Чэн Си вспомнила: вскоре после начала учебы в первом классе старшей школы некий парень договорился с закусочной за пределами школы и каждый вечер принимал заказы на ночные перекусы от учеников. Жареные улитки, жареная рисовая лапша — после окончания вечерней самоподготовки он ждал доставщика из закусочной у забора в углу школьного стадиона.
Тогда Чэн Си жила в общежитии и тоже несколько раз заказывала жареную лапшу на ночь. Большая коробка стоила пять юаней, и на вкус было неплохо.
Позже из-за бешеной популярности поднялся такой шум, что вмешалось руководство школы и прикрыло лавочку, так что доставка ночных закусок прекратилась.
— Ах ты, герой, — Жэнь Юцин поднял большой палец. — Когда снова откроешься? Я до ужаса соскучился по ночным перекусам.
Чэнь Лянфэй усмехнулся: — Посмотрим. Сейчас школа лютует, охранники каждый вечер патрулируют тот угол, так что протащить еду незаметно трудно.
......
Место за партой номер 11.
Меня зовут Ван Хаопин, я из того же класса, что и Цюй Сю, и я не привидение.
......
Речь Ван Хаопина была предельно короткой. Чэн Си думала, что он еще что-то добавит, но, сказав это, он умолк.
Чэн Си на секунду задумалась: ей показалось это имя смутно знакомым.
Фан Дунли пояснила: — Сын завуча, уж он-то точно не привидение.
— Ты сын Свирепой Царевны? — приподнял брови Жэнь Юцин.
Ван Хаопин покосился на Жэнь Юцина и ничего не ответил.
Чэнь Лянфэй окликнул его: — Эй, брось, при упоминании его мамы в таком ключе тебе не кажется, что это перебор?
Жэнь Юцин почесал затылок и извинился: — Прости, у меня низкий эмоциональный интеллект.
— Ничего страшного, я и сам её терпеть не могу, — Ван Хаопин опустил взгляд. Поскольку он сидел на первом ряду у самого учительского стола, стоило ему отвернуться, как остальные перестали видеть его лицо. Судя по тону, однако, все отчетливо поняли, что свою мать-завуча он на дух не переносит.
Атмосфера в классе внезапно стала неловкой.
В конце концов молчание прервал Цюй Сю.
— Ладно-ладно, давайте дальше.
......
Место за партой номер 6.
Меня зовут Ша Чжаньвэнь, я из шестого естественнонаучного класса.
Поблажка мне не светит — сейчас в этом классе остался только я один, и у меня нет веских доказательств, что я не привидение.
Хм, давайте так: можете поспрашивать меня о школе. Только не о чем-то слишком специфическом — например, какого цвета трусы у директора, этого я точно не знаю.
......
Шутка Ша Чжаньвэня рассмешила всех присутствующих.
Вэнь Чжинин отозвался: — Я тебя знаю, в первом классе на олимпиаде по химии мы были в одной команде.
— О-о-о, слава богу! — Ша Чжаньвэнь с благодарностью посмотрел на Вэнь Чжинина. — Видимо, участвовать в конкурсах всё-таки полезно.
— Кхм-кхм, я тоже тебя помню. На той олимпиаде по химии ты занял первое место, — усмехнулся Чэнь Лянфэй.
Ша Чжаньвэнь тут же завопил: — Ай-яй-яй, не говори!
Проигнорировав попытки Ша Чжаньвэня заставить его замолчать, Чэнь Лянфэй откинулся на спинку стула, скрестил руки на груди и громко засмеялся: — Последнее место!
Вэнь Чжинин добавил: — Причем ты стал последним человеком за всю историю олимпиад, набравшим всего три балла.
Чэн Си вспомнила: она когда-то слышала о каком-то феноменальном парне, который умудрился набрать на олимпиаде ровно три балла. Учителя тогда знатно отчитали его, обвинив в том, что он явился туда ради баловства. Впрочем, тут была и вина преподавателей: кто же отбирает участников на олимпиаду не по успеваемости, а просто пускает всех желающих подряд? Никакого предварительного отсева.
Фан Дунли вылупила глаза: — Чего?! Три балла?! Если я выброшу бланк ответов на пол и потопчусь по нему, и то больше трех баллов будет!
— Да я, я же тогда просто не хотел идти на уроки. Учитель спросил, кто хочет на олимпиаду, ну я и записался, — Ша Чжаньвэнь свистнул, чтобы сгладить неловкость. — Ладно-ладно, давайте следующую самопрезентацию!
......
Место за партой номер 8.
Меня зовут Шэнь Яожун, я студент по обмену, в данный момент учусь в первом естественнонаучном классе.
Я не привидение.
......
Услышав фамилию Шэнь, Чэн Си тут же посмотрела на Шэнь Яожуна и встретилась с ним взглядом.
Чэн Си вздрогнула, по спине от ступней до макушки пробежал холодок. Ощущение было такое, будто на тебя уставилась ядовитая змея, и страх поднялся из глубины души.
Этот Шэнь Яожун должен умереть.
Опустив ресницы, Чэн Си спрятала в глазах вспышку убийственного намерения.
Сидевший позади неё Чжан Инсин всё это время наблюдал за Чэн Си. Почувствовав перемену в её настроении, он бросил взгляд на Шэнь Яожуна, и его глаза потемнели.
Фан Дунли подняла руку: — Я слышала, к нам в школу приехали несколько учеников по обмену из старшей школы Хайши.
Цюй Сю спросил: — Кто-нибудь знает, сколько их было? И как их зовут?
Все молчали.
Чжуан Мянь пропела мягким голоском: — Ой, да кому интересны такие вещи, от них пользы для учебы никакой, кто ж запомнит. Но этот ученик Шэнь совсем не похож на привидение — вон какая на нем обувь, лимитированная новинка от бренда N, сейчас такая стоит по нескольку десятков тысяч за пару.
Шэнь Яожун покосился на Чжуан Мянь: — А ты разбираешься.
— Мой старший брат фанатеет по кроссовкам, пришлось немного вникнуть, чтобы выбрать подарок на день рождения, — Чжуан Мянь состроила глазки. — Правда, в кроссовках ужасно трудно разобраться. Ученик Шэнь выглядит так, будто в этом до профи, не мог бы ты меня поднатаскать? У брата скоро день рождения, а я до сих пор не решила, какую пару ему подарить.
Уголки губ Шэнь Яожуна приподнялись: — Без проблем.
В глазах Чжуан Мянь мелькнул огонек: — Уговор дороже денег, ученик Шэнь.
......
Место за партой номер 10.
Меня зовут Сян Цзинцзин, я из того же класса, что и Чжуан Мянь, и я её хорошая подруга. Я не привидение, Чжуан Мянь меня знает.
......
Сян Цзинцзин высказалась кратко, вопросов к ней ни у кого не возникло, и все сразу перешли к следующему.
Однако Чэн Си, окинув взглядом собравшихся, почувствовала, что отношение к Сян Цзинцзин изменилось — остальные явно о чем-то задумались.
Бросив взгляд на серую зону с комментариями, Чэн Си наконец прогнала смутные сомнения: она с самого начала чувствовала странность в словах Чжуан Мянь, обращенных к Сян Цзинцзин.
[Плохи дела, кажется, они начинают думать, что Сян Цзинцзин — привидение]
[Ха-ха, Чжуан Мянь полностью оправдывает свое имя — мягкая снаружи, но с иголкой внутри]
[Бедняжка, Сян Цзинцзин искренне считала Чжуан Мянь подругой, а та её так подставляет]
[Если кто-нибудь сейчас ляпнет что-то вроде а вдруг привидения умеют вселяться в людей, это же напрямую погубит Сян Цзинцзин! Тем более что Чжуан Мянь сама сказала, будто та ведет себя странно, а причину пряток называть не хочет — сплошные подозрения]
[После таких слов под подозрением окажется вообще каждый]
[Интересно, а те господа, спускаясь сюда, могут вселяться в местных? Или только засылаются телами?]
[Кто ж его знает]
[Даже если и могут вселяться, вряд ли кто-то захочет. Они же считают себя гражданами первого класса, смотрят на всех свысока. Вселиться в низкорослого аборигена? Для них это хуже смерти]
[Тоже верно]
Правая рука Чэн Си машинально забарабанила по столешнице.
Эти пришельцы из другого мира... способны вселяться в чужие тела?
Она перевела взгляд на голубую зону комментариев, и сердце, висевшее до этого в воздухе, наконец опустилось.
[Они что, серьезно думают, что мы станем переселяться в их никчемные тушки?]
[Тьфу, кто вообще захочет вселяться? Меня от одной мысли тошнит, что я стану презренным низшим сортом]
[А этот Шэнь Яожун случайно не Брайан Домингос?]
[Вроде он]
[Стримьё, прикончите его побыстрее!!!!!!!!!!!!]
......
Место за партой номер 4.
Меня зовут Цзян Илань, я не привидение. Но мне кажется, что та новенькая девчонка — привидение. Спросите почему? Серьезно, неужели кто-то, оказавшись в безопасности, будет рисковать ради помощи другим? Слишком наигранно.
А тот парень, который тащился за ней, вообще весь в крови — чистокровное привидение!
Голосуйте за них обоих!
......
Едва Цзян Илань закончила говорить, все уставились на неё.
Ошеломленная всеобщим вниманием, Цзян Илань моргнула: — Ч-что вы все на меня уставились? Разве я неправду сказала?
— Тот парень, кажется, Чжан Инсин, да? — меланхолично произнесла Фан Дунли.
Чжуан Мянь подхватила: — Да, симпатичный. Жалко только, что глухонемой и сирота.
Сян Цзинцзин добавила: — Но я слышала, его усыновили. Причем какой-то пожилой профессор.
— Такой необычный человек — о нем знает не только наша параллель, слухи по всей школе ходили.
Слова Фан Дунли заставили Цзян Илань запаниковать. Она заикалась, но не могла выговорить ни слова.
Чэн Си наблюдала за происходящим со стороны, находя Цзян Илань откровенно глупой.
В голубой зоне комментариев тоже вовсю высмеивали поспешность Цзян Илань, которая так глупо прокололась.
Цюй Сю подытожил: — Ну что ж, в этот раз у всех есть кандидатура, не вызывающая сомнений? — Он указал на Цзян Илань: — Я голосую против Цзян Илань.
— Я тоже.
— Давайте Цзян Илань.
— Тут и к гадалке не ходи.
— Чэн Си учится со мной в одном классе. Она, конечно, со странностями, но точно не привидение. — Эти слова произнес Жэнь Юцин.
Чэн Си опешила и, обернувшись, увидела его широкую улыбку.
Похоже, заметив недоумение Чэн Си, Жэнь Юцин с досадой пояснил: — Я так и знал, что ты меня не помнишь. Проучилась в общежитии чуть больше месяца и перевелась на дневное, с остальными в классе почти не общалась — неудивительно, что ты меня забыла. Но я староста, я тебя помню.
Чэн Си погрузилась в молчание.
Имя Жэнь Юцина казалось ей знакомым, она смутно припоминала, что где-то его слышала, но никак не ожидала, что перед ней её собственный одноклассник.
Жэнь Юцин продолжил: — Другие отзывались о Чэн Си как о человеке нелюдимом, избегающем общения. Даже домашку она просто оставляла на парте, чтобы её забрали, и старалась вообще ни с кем не контактировать. Но я помню, что в самом начале учебы Чэн Си была очень даже общительной. Не знаю, что у тебя произошло, но если понадобится помощь — обращайся.
— Спасибо, — тихо произнесла Чэн Си.
Слова Жэнь Юцина заставили её вспомнить себя до появления комментариев перед глазами. Тогда она вступала в школьную жизнь с огромными надеждами и ожиданиями. Она твердо намеревалась со всеми подружиться и стать хорошей подругой. Но вскоре в поле её зрения появились эти надписи.
С той поры она стала осторожной до паранойи, выматывая себя учебой и попытками спрятаться от игры — у неё просто не оставалось сил на то, чтобы заводить друзей.
Именно поэтому Чэн Си поначалу не признала в Жэнь Юцине своего одноклассника: она слишком давно перестала обращать внимание на окружающих, и лица большинства стерлись из памяти. Что до имён, в голове сохранилось лишь смутное впечатление вроде «это мой одноклассник», а в каком именно классе они учились, Чэн Си уже не помнила точно.
В памяти задерживались лишь те, с кем были связаны какие-то из ряда вон выходящие события.
К примеру, тех же Вэй Дуна и Мэн Вэя она помнила лишь потому, что Вэй Дун открыто и нагло издевался над Мэн Вэем, и однажды это задело и её саму, из-за чего она обратила на них внимание.
Звучит дико, но так оно и было.
В груди Чэн Си поднималась слепая ярость: эта игра отнимала у неё слишком много сил.
У неё могла быть прекрасная школьная жизнь: нормальная учеба, общение, поступление в хороший колледж. Но теперь непрекращающаяся угроза смерти заставляла её жить в постоянном напряжении.
Она в упор смотрела на проплывающие мимо комментарии, желая перебить всех этих авторов до единого, лишь бы вернуть себе спокойную жизнь.

Комментарии

Загрузка...